Холл стивен: «архитектура — это всепоглощающий опыт» • Интерьер+Дизайн

«архитектура — это всепоглощающий опыт» • Интерьер+Дизайн

Американец Стивен Холл (Steven Holl, р. 9.12. 1947) — постоянный ньюсмейкер глобальной архитектуры. Автор «турбулентных» и «пористых» зданий, в которых человеку дается свобода перемещения, пространственного переживания и всепоглощающего опыта.

По теме: Лувр Абу-Даби: восьмое чудо света в цифрах

В интервью ИНТЕРЬЕР+ДИЗАЙН Холл призывает пересмотреть прерогативы в современной архитектуре.

Новый фьюжн Мы вошли в XXI век с оккупировавшей треть земного шара «развитой архитектурой», которая на самом деле вот-вот превратится в горы строительного мусора. На смену урбанизму как абстрактному планированию и ландшафтному дизайну как декоративному озеленению зданий приходит смешение этих дисциплин. Оно дает позитивные плоды: зеленые крыши обеспечивают сохранение энергии, оздоровляют атмосферу; мы учимся тому, как поддерживать микроклимат такой структуры. Этот новый фьюжн, на мой взгляд, и будет определять архитектуру будущего.

Поворотный проект Музей искусств в Канзас-Сити. Он начинался как бескомпромиссная стратегия. Концепт был очень радикальным. Поддержал фонд и директор музея. Благодаря им в процессе реализации не случилось компромиссов. Иметь все, что тебе нужно, под рукой — очень редкая ситуация для практикующего архитектора. Это был особый шанс, и до сих пор строительство и проектирование этого музея играет особую роль в моей творческой судьбе.

Steven Holl Architects. Многофункциональный комплекс в Чэнжу (Китай, 2012). Фрагмент фасада.

24  из 24. Работа над небоскребами Linked Hybrid перевернула жизнь нашего офиса: мы работали 24 часа в сутки, 
12 часов здесь, в Нью-Йорке, и 12 часов в нашем пекинском офисе, которым руководит Ли Ху, наш партнер, уроженец Пекина (на нем лежали все переговоры). Представьте себе: мы посылали им файлы в конце дня, они получали информацию к началу своей работы. Таким образом мы делали все в два раза быстрее! На всех трех участках китайцы строили в сумасшедшем темпе.

В общем, процесс получился волнующим и забавным.

Steven Holl Architects. Центр Кнута Гамсуна (2009) в Норвегии.

Почитать прежде, чем построить Проект Центра Кнута Гамсуна (2009) в Норвегии родился из «Голода», эпизодов и целых глав романа. Пока мы готовили эскизы, я прочитал всего Гамсуна, который 
оказался под рукой и пересмотрел массу фильмов, снятых по его произведениям. Мои первые наброски имели названия вроде «Здание как тело. Поле боя невидимых сил». Именно так писал Гамсун о своем романе «Голод». Есть силы внутри наших тел, страстные и невидимые, норовящие вырваться наружу. В первых эскизах у меня присутствовал лифт как спина, лестница как ребра и большой собачий ошейник из мексиканского серебра у входа. 

Стеллаж Riddled, дизайн Стивен Холл. Horm. Стол Riddled, дизайн Стивен Холл. Horm. Модульные столики-табуреты Hexagon, дизайн Стивен Холл, Horm.

 

Рисуя или размышляя, я никогда не ставлю себе никаких ограничений, кроме одного: формат моего блокнота — всегда 5 на 7 дюймов. Люблю приступать к зарисовкам и живописным эскизам на рассвете, перед завтраком. Иногда результатом этих очень личных исследований становятся новые экспериментальные методики.»

Steven Holl Architects. Ex of In House (2016).

Своим манифестом Холл считает сегодня дом (85 кв. м), построенный в 2016 году под Нью-Йорком. Названный Ex of In House, проект декларирует альтернативу модернистским виллам, которые «разрастаются в ландшафте». «Я надеюсь построить суперэкологичные здания, которые были бы не только передовыми с точки зрения науки, но которые я мог бы считать своим духовным завещанием, — говорит архитектор.

Steven Holl Architects. Интерьер философского факультета Нью-Йоркского Университета (NYU). 2004.

Компанию Steven Holl Architects он основал в Нью-Йорке в 1976 году. Спроектировал множество зданий для американских университетов. Самые известные проекты — реконструкция Института Пратта, «дом-вихрь» (2005),  Музей Нельсон-Аткинс в Канзас-Сити, Музей искусства в Херинге (2008), Корпус изобразительных искусств Университета Айовы (2016).

После известного музея «Киасма» в Хельсинки (1998) Стивен Холл много строит в Европе (Музей океана и воды в Биаррице, 2011, Корпус школы искусств в Глазго, 2014), а потом и в Китае. Здесь он проектирует огромные многобашенные конгломераты — жилые комплексы с подземными моллами и замкнутой системой жизнеобеспечения, которые называют прообразами многофункциональных комплексов будущего.

Профессор Колумбийского университета, автор книг и эссе Стивен Холл — пропагандист и неустанный новатор. Он любит говорить о том, что главным материалом для себя считает свет. «Архитектура — это всепоглощающий опыт взаимодействия с реальностью. Это феноменологический опыт, совокупность и единство явлений в пространстве, включая свет, звуки, запахи, тактильные качества материалов.»


Стивен Холл — основатель Steven Holl Architects и считается одним из самых влиятельных архитекторов Америки. Он специализируется на беспрепятственной интеграции новых проектов в контекст, имеющий особое культурное и историческое значение, и был отмечен длинным списком самых престижных архитектурных наград и премий. Он является штатным профессором Высшей школы архитектуры, планирования и сохранения Колумбийского университета.

Стивен Холл отправляет нас в путешествие от возвращения его отца после вторжения в Японию до его глубокой дружбы с Захой Хадид.

Выросший в Манчестере, штат Вашингтон, Холл в детстве проводил свободное время, строя домики и раскрашивая в специально отведенном подвале.

Когда он стал старше, его креативность и страсть к строительству привели его в Вашингтонский университет, где он изучал архитектуру и встретил профессоров, которые глубоко повлияли на его мировоззрение и подход к архитектуре.

Холл — художник света, элемента, который он умеет умело ставить и играть. Он оттачивал этот инстинкт, когда жил в Риме и каждое утро вставал рано, чтобы изучить свет в Пантеоне, прежде чем сюда стекаются туристы. Каждый год он путешествует в это волшебное место.

Собрав ценные воспоминания в Европе, он вернулся в Соединенные Штаты, страну, в то время находившуюся в состоянии войны с Вьетнамом. В конце концов он переехал в Нью-Йорк, где позже основал свою собственную практику, чтобы обогатить городской пейзаж своим новаторским дизайном.

Об архитекторах, а не об архитектуре

Основанный в Гамбурге в 2015 году, международное мероприятие формата «Архитекторы, а не архитектура» воплощает в жизнь то, что обычно остается незамеченным. На каждом мероприятии двух известных архитекторов просят рассказать о себе, а не о своих отмеченных наградами международных проектах. Они рассказывают о своем пути, влиянии и опыте, глубоко погружаясь в свою интеллектуальную биографию. Это позволяет лучше понять их работу, даже не упоминая об этом.

В прошлом году «Ана» открыла свой архив, чтобы создать источник вдохновения и развлечений, поделившись некоторыми из своих уникальных выступлений с первых 35 мероприятий. Archdaily представил вам несколько выступлений в полном объеме, в которых выступили Даниэль Либескинд, Татьяна Бильбао, Дэн Стуббергаард, Марио Ботта, Сэди Морган и Кьетил Торсен.

.

Читать «Дневники голодной акулы» — Холл Стивен — Страница 1

Стивен Холл

«Дневники голодной акулы»

Стэнли Холлу (1927–1998) — ученому и джентльмену

Часть первая

Какое-то слабое, все более угасающее воспоминание о Герберте Эше, инженере, служившем на Южной железной дороге, еще сохраняется в гостинице в Адроге,[1] среди буйной жимолости и в мнимой глубине зеркал.

Хорхе Луис Борхес[2]

1

Останки разрушенного почти до основания

Я был без сознания. Я перестал дышать. Не знаю, сколько времени это продолжалось, но, должно быть, приводы, поддерживающие функционирование человеческой машины на бессознательном уровне, переключились, отзываясь на тишину со свойственной всем системам паникой. Отказ автопилота — аварийный переход на ручное управление.

Вот так и началась моя жизнь, моя вторая жизнь.

Веки мои распахнулись, взгляд превратился в двойной ноль, а шея и плечи изогнулись и запрокинулись в неимоверном, направленном внутрь усилии, в едином, весь мир поглощающем вздохе. Кубометры воздуха и устилающей паркет пыли со свистом ворвались в глотку, вонзаясь в нее острыми спазмами кашля. Задыхаясь и отплевываясь, тужась и содрогаясь, я все кашлял, кашлял и кашлял. Из носа свесились нити соплей. Зрение расплавилось, обратившись в пятно горячего марева.

Неистовые судороги из-за нехватки воздуха заставили меня испытать сильнейшее головокружение, и пол начал ускользать у меня из-под пальцев. Разнородные пятна, роившиеся перед глазами, словно бактерии под микроскопом, угрожали новой потерей сознания, и я, ослепший и трясущийся, зарылся мокрым своим ртом в ладони, стараясь размеренно вдыхать воздух сквозь пальцы…

Медленно, очень-очень медленно мир вокруг начал восстанавливаться в виде тошнотворно зеленых и режущих глаз багровых пятен и, возможно, через минуту пришел в какое-то неустойчивое равновесие.

Я вытер руки о джинсы и в последний раз поддался приступу саднящего кашля, прежде чем смахнуть с глаз остаток слез.

Все хорошо. Ты только дыши, а так с нами все в порядке.

У меня не было ни малейшего представления о том, кто я такой и где нахожусь.

Это не стало ни внезапным откровением, ни невыносимым шоком. Мысль об этом закоченела, пока я содрогался и хватал ртом воздух, и даже сейчас, когда я вновь обрел контроль над телом и полностью себя осознал, она не внушала особого ужаса. По сравнению со всей той физической паникой, что я только что испытал, это все еще оставалось тревогой мелкой, вторичной — незначительным беспорядком в углу общего положения дел. Что для меня значило гораздо больше — в миллион раз больше, чем что-либо иное, — так это воздух, дыхание, не требующие теперь усилий вдохи и выдохи. Прекрасный, небесный, ангельским пением оглашаемый факт — я мог дышать, что означало: я буду жить. Прижимаясь лбом ко влажному коврику, я воображал, что вдыхаю милю за милей мягкой голубизны неба над саваннами, меж тем как последние содрогания покидали мое тело.

Сосчитав до десяти, я оторвал голову от пола. Оперся на локти и, когда мое положение показалось мне более или менее устойчивым, подтянул колени и встал на них. Я стоял на коленях в изножье двуспальной кровати в какой-то спальне. В спальне, обставленной обычной, самой заурядной мебелью. В углу возвышался шифоньер. На столике у кровати наличествовал набор разнокалиберных стаканов и электронный будильник с красными цифрами — 16.34 пополудни, комод, на котором беспорядочно толпились дезодоранты со снятыми крышками, упаковка поливитаминов и остатки рулона голубой туалетной бумаги, размотанного как раз до того места, где бумага становится сморщенной, словно пальцы после приема ванны. Все эти вещи совершенно обычны для спальни — но я ни одной из них не узнавал. Ничто изо всего этого не представлялось странным, но и знакомым тоже не было. Оно попросту там присутствовало — ничем не примечательное, но чужое. Явилась мысль о том, что я, быть может, упал и получил сотрясение мозга, однако ничего не болело. Я на всякий случай ощупал свой череп — нет, ничего.

Когда я осторожно поднялся на ноги, то и новый угол зрения ничем не помог памяти. И вот тогда начали попадать в цель первые настоящие удары тревоги.

Я ничего из этого не могу вспомнить. Ничего из этого я совершенно не знаю.

Я ощутил этот покалывающий ужас, тот, что является, когда вы осознаете степень чего-то дурного — если, допустим, вы заблудились или же совершили какую-то страшную ошибку, — реальность положения дел, вползающую внутрь через затылок, словно какой-нибудь бессловесный Дракула.

Я не знал, кто я такой. Я не знал, где я находился.

Настолько просто.

Настолько пугающе.

Стиснув зубы, я стал поворачиваться на месте и трижды медленно обвел спальню взглядом, прикасаясь глазами к каждой из обыденных, несущественных вещей, тщательно все обследуя и абсолютно ни одной из них не узнавая. Затем проделал то же самое умственно — закрыв глаза, стал шарить внутри своей головы, на ощупь отыскивая во тьме какие-нибудь знакомые формы. Но не обнаруживал ничего, кроме паутин и теней; там меня тоже не было.

Я подошел к окну спальни. Мир снаружи представлял собой длинную улицу и ряд домов с террасами, фасадами обращенных ко мне. Видны были фонарные столбы, расставленные через равномерные промежутки, столбы телеграфные, промежутки между которыми равномерными не были, и издалека доносились звуки оживленного дорожного движения — постоянное жужжание автомобильных двигателей, громыхание грузовиков и редкое глухое постукивание ящиков, однако — прижавшись носом к стеклу, я посмотрел налево и направо — людей нигде не было. День был пасмурным, серым, скрадывающим очертания. Себя я тоже ощущал лишенным всяких очертаний. Неожиданно я почувствовал сильнейший позыв броситься вон из дома, звать на помощь и бежать, насколько хватит сил, пока кто-нибудь не увидит меня, не признает во мне реального человека и не позовет доктора или еще кого-нибудь, чтобы тот привел меня в надлежащее состояние, подобно тому как часовщик заново устанавливает все крошечные колесики и пружинки в разбитых часах. Но в то же время во мне присутствовало не менее сильное опасение, что если я так поступлю, если побегу и буду кричать, то никто не появится, никто меня не увидит. Достигнув конца этой улицы, я лишь обнаружу, что звуки дорожного движения раздаются из старого магнитофона, стоящего на углу заброшенной магистрали в пустынном и безлюдном мире.

Да. Брось, от этого проку не будет. Сжав руки в кулаки, я протер глаза, загнал ужас вглубь и попытался прояснить мысли. Похлопав себя по карманам, обнаружил бумажник. Стал перебирать содержимое: деньги, квитанции, автобусные билеты, пустая визитница, затем — водительские права.

Я уставился на фотографию и имя на карточке.

Человек в зеркале шифоньера осторожно прикоснулся пальцами к своим впалым щекам, носу, рту, коротко остриженным и явно давно не мытым каштановым волосам. Ему было под тридцать, он выглядел усталым, бледным, слегка нездоровым. Он нахмурился, глядя на меня. Я попытался прочесть его биографию — что за человек морщит свой лоб вот таким образом? Какого рода жизнь приводит к появлению вот такого набора морщин? — но мне было не под силу расшифровать хоть что-нибудь из того, что я видел. Человек этот был незнакомцем, и все его выражения были написаны на языке, от понимания которого я был очень далек. Мы протянули друг к другу руки, и наши пальцы соприкоснулись: мои были теплыми и влажными, его — прохладными, гладкими и созданными лишь отраженным светом, отскакивавшим от стекла. Я убрал руку и назвал его по имени. И он в ответ проговорил то же самое, но беззвучно, только шевеля губами:

Эрик Сандерсон.

Эрик Сандерсон. Когда я услышал, как произношу это имя, то прозвучало оно солидно, реально, достоверно и весомо. Однако ничего этого в нем не было. Оно было развалинами рыхлой кладки, разбитыми окнами и трепыхающимися на ветру полотнищами голубой парусины. Оно было оставлено владельцем. Оно было останками того, что казалось разрушенным почти до основания.

Стивен Холл — Дневники голодной акулы читать онлайн

Стивен Холл

«Дневники голодной акулы»

Стэнли Холлу (1927–1998) — ученому и джентльмену

Какое-то слабое, все более угасающее воспоминание о Герберте Эше, инженере, служившем на Южной железной дороге, еще сохраняется в гостинице в Адроге,[1] среди буйной жимолости и в мнимой глубине зеркал.

Хорхе Луис Борхес[2]

1

Останки разрушенного почти до основания

Я был без сознания. Я перестал дышать. Не знаю, сколько времени это продолжалось, но, должно быть, приводы, поддерживающие функционирование человеческой машины на бессознательном уровне, переключились, отзываясь на тишину со свойственной всем системам паникой. Отказ автопилота — аварийный переход на ручное управление.

Вот так и началась моя жизнь, моя вторая жизнь.

Веки мои распахнулись, взгляд превратился в двойной ноль, а шея и плечи изогнулись и запрокинулись в неимоверном, направленном внутрь усилии, в едином, весь мир поглощающем вздохе. Кубометры воздуха и устилающей паркет пыли со свистом ворвались в глотку, вонзаясь в нее острыми спазмами кашля. Задыхаясь и отплевываясь, тужась и содрогаясь, я все кашлял, кашлял и кашлял. Из носа свесились нити соплей. Зрение расплавилось, обратившись в пятно горячего марева.

Неистовые судороги из-за нехватки воздуха заставили меня испытать сильнейшее головокружение, и пол начал ускользать у меня из-под пальцев. Разнородные пятна, роившиеся перед глазами, словно бактерии под микроскопом, угрожали новой потерей сознания, и я, ослепший и трясущийся, зарылся мокрым своим ртом в ладони, стараясь размеренно вдыхать воздух сквозь пальцы…

Медленно, очень-очень медленно мир вокруг начал восстанавливаться в виде тошнотворно зеленых и режущих глаз багровых пятен и, возможно, через минуту пришел в какое-то неустойчивое равновесие.

Я вытер руки о джинсы и в последний раз поддался приступу саднящего кашля, прежде чем смахнуть с глаз остаток слез.

Все хорошо. Ты только дыши, а так с нами все в порядке.

У меня не было ни малейшего представления о том, кто я такой и где нахожусь.

Это не стало ни внезапным откровением, ни невыносимым шоком. Мысль об этом закоченела, пока я содрогался и хватал ртом воздух, и даже сейчас, когда я вновь обрел контроль над телом и полностью себя осознал, она не внушала особого ужаса. По сравнению со всей той физической паникой, что я только что испытал, это все еще оставалось тревогой мелкой, вторичной — незначительным беспорядком в углу общего положения дел. Что для меня значило гораздо больше — в миллион раз больше, чем что-либо иное, — так это воздух, дыхание, не требующие теперь усилий вдохи и выдохи. Прекрасный, небесный, ангельским пением оглашаемый факт — я мог дышать, что означало: я буду жить. Прижимаясь лбом ко влажному коврику, я воображал, что вдыхаю милю за милей мягкой голубизны неба над саваннами, меж тем как последние содрогания покидали мое тело.

Сосчитав до десяти, я оторвал голову от пола. Оперся на локти и, когда мое положение показалось мне более или менее устойчивым, подтянул колени и встал на них. Я стоял на коленях в изножье двуспальной кровати в какой-то спальне. В спальне, обставленной обычной, самой заурядной мебелью. В углу возвышался шифоньер. На столике у кровати наличествовал набор разнокалиберных стаканов и электронный будильник с красными цифрами — 16.34 пополудни, комод, на котором беспорядочно толпились дезодоранты со снятыми крышками, упаковка поливитаминов и остатки рулона голубой туалетной бумаги, размотанного как раз до того места, где бумага становится сморщенной, словно пальцы после приема ванны. Все эти вещи совершенно обычны для спальни — но я ни одной из них не узнавал. Ничто изо всего этого не представлялось странным, но и знакомым тоже не было. Оно попросту там присутствовало — ничем не примечательное, но чужое. Явилась мысль о том, что я, быть может, упал и получил сотрясение мозга, однако ничего не болело. Я на всякий случай ощупал свой череп — нет, ничего.

Когда я осторожно поднялся на ноги, то и новый угол зрения ничем не помог памяти. И вот тогда начали попадать в цель первые настоящие удары тревоги.

Я ничего из этого не могу вспомнить. Ничего из этого я совершенно не знаю.

Я ощутил этот покалывающий ужас, тот, что является, когда вы осознаете степень чего-то дурного — если, допустим, вы заблудились или же совершили какую-то страшную ошибку, — реальность положения дел, вползающую внутрь через затылок, словно какой-нибудь бессловесный Дракула.

Я не знал, кто я такой. Я не знал, где я находился.

Настолько просто.

Настолько пугающе.

Стиснув зубы, я стал поворачиваться на месте и трижды медленно обвел спальню взглядом, прикасаясь глазами к каждой из обыденных, несущественных вещей, тщательно все обследуя и абсолютно ни одной из них не узнавая. Затем проделал то же самое умственно — закрыв глаза, стал шарить внутри своей головы, на ощупь отыскивая во тьме какие-нибудь знакомые формы. Но не обнаруживал ничего, кроме паутин и теней; там меня тоже не было.

Я подошел к окну спальни. Мир снаружи представлял собой длинную улицу и ряд домов с террасами, фасадами обращенных ко мне. Видны были фонарные столбы, расставленные через равномерные промежутки, столбы телеграфные, промежутки между которыми равномерными не были, и издалека доносились звуки оживленного дорожного движения — постоянное жужжание автомобильных двигателей, громыхание грузовиков и редкое глухое постукивание ящиков, однако — прижавшись носом к стеклу, я посмотрел налево и направо — людей нигде не было. День был пасмурным, серым, скрадывающим очертания. Себя я тоже ощущал лишенным всяких очертаний. Неожиданно я почувствовал сильнейший позыв броситься вон из дома, звать на помощь и бежать, насколько хватит сил, пока кто-нибудь не увидит меня, не признает во мне реального человека и не позовет доктора или еще кого-нибудь, чтобы тот привел меня в надлежащее состояние, подобно тому как часовщик заново устанавливает все крошечные колесики и пружинки в разбитых часах. Но в то же время во мне присутствовало не менее сильное опасение, что если я так поступлю, если побегу и буду кричать, то никто не появится, никто меня не увидит. Достигнув конца этой улицы, я лишь обнаружу, что звуки дорожного движения раздаются из старого магнитофона, стоящего на углу заброшенной магистрали в пустынном и безлюдном мире.

Да. Брось, от этого проку не будет. Сжав руки в кулаки, я протер глаза, загнал ужас вглубь и попытался прояснить мысли. Похлопав себя по карманам, обнаружил бумажник. Стал перебирать содержимое: деньги, квитанции, автобусные билеты, пустая визитница, затем — водительские права.

Читать дальше

EX HOUSE — Maison Experimentale Steven Holl Architecte Rhinebeck, 2016 — Нью-Йорк



Стивен Холл



бывший oе “яN” дом


Акварельные планы Стивена Холла для интерьера –
Изображение предоставлено Steven Holl Architects


работа, который проходит в Нью-Йорке, часть миссии Холла переосмыслить, как используется пространство здания.

Завтра в Манхэттене будет представлено новое творение Стивена Холла. однако, в отличие от многих других архитектурных чудес, которые усеивают город, его новое предложение еще не открыто для элементов.

Архитектор участвует в самой последней выставке галереи камерного дизайна , Распаковка Куба, представляя серию конкретных произведений искусства, алюминий, орех и 3D.

Скульптура Холла, D’В 12, красивая и почти Барбара Хепворт в своей приятной простоте. однако, это также служит цели. Работа была разработана в рамках текущего экспериментального проекта архитектурной практики «Разведка, кто стремится исследовать «что возможно во внутреннем пространстве». Этот проект призван бросить вызов сложившимся стереотипам архитектурного языка и коммерческой практики..



Скульптура Ла Стивена Холла кто станет домом.

Любезность фотографии Стивена Холла Архитекторов


Скульптурные логические пустоты из дома художника в Нью-Йорке



Любезность фотографии Стивена Холла Архитекторов


экспериментальный гостевой дом, расположенный в лесу, имеет сферические окна и интерьер из перекрывающихся пространств.
В бывшем доме, архитектор Стивен Холл, это опыт в космосе, ответ на модернистские загородные дома, которые распространяются повсюду. Построен на лесистой собственности в Рейнбеке, в штате Нью-Йорк, этот дом 85 м2 состоит из экспериментальных форм с целью создания нового типа жилья.


Трехмерные формы вырезаны из областей этого места жительства художника в Обновлении Нью-Йорк Стивеном Холлом Архитекторами, в доме могут разместиться пять человек, несмотря на «Ноль номеров». Геометрия свойства 918 квадратные футы включают в себя ряд сфер, которые пересекают основные трапециевидные объемы. Эти резные деревянные формы образуют эффектную прихожую и большое окно в углу верхнего этажа..


названный: Пример Из В доме, Проект был создан как проявление научно-исследовательской работы Архитекторы Стивена Холла под названием Исследования В ».



L’Ex d’In borde le T Space de Rhinebeck, художественное заведение, поэзии и архитектуры, разработанный Стивеном Холлом в 2010. однако, Ex of In не будет установлен в тщательно ухоженном парке скульптур.

Окружающая земля будет заброшена, в то время как само здание упаковывает как можно больше места в свои скромные основы. Фирма говорит, что новое здание будет формироваться “сжатая форма, пересекаемая тремя сферическими пустотами, дом имеет кухню в центре и представляет собой большую комнату на трех уровнях”.

здание, планируется завершить в мае 2016, будет геотермально нагреваться и охлаждаться, и питается от фотоэлектрических солнечных батарей.



Любезность фотографии Стивена Холла Архитекторов


Любезность фотографии Стивена Холла Архитекторов

 

Нет места, но множество уголков, где можно поставить кровать или матрас, и найти уединение на ночь; Таким образом, дом может вместить 5 люди.


Любезность фотографии Стивена Холла Архитекторов


Стивен Холл часто вырезает геометрические пустоты, известные как логические пустоты.


В его зданиях, создание необычных фасадов и внутренних пространств с помощью более простых базовых конструкций.



Любезность фотографии Стивена Холла Архитекторов


Любезность фотографии Стивена Холла Архитекторов
Дом служит альтернативой модернистским загородным домам, раскидистым по всему ландшафту.



Дом был сделан почти полностью из сырья: прочные оконные и дверные рамы из красного дерева, стены из березовой фанеры и лестница из красного дерева. Гипс отсутствует в строительстве, сферические формы были созданы в тонких слоях изогнутой древесины. Интерьер легкий и воздушный и предлагает сферические пространства, настоящие коконы для жителей. Дом невероятно экологичен, он использует геотермальное отопление и питается от солнечной энергии. Стекло и дерево поступают из местных источников, в то время как светильники были напечатаны в 3D из кукурузного биопластика.



Любезность фотографии Стивена Холла Архитекторов





Бонус !

У ДОМА
Стивен Холл



 

Стивен Холл | McKinsey & Company

Стивен Холл — старший партнер лондонского офиса McKinsey и руководит нашей работой в области энергетики и основных материалов в Великобритании. Он активно работает в энергетическом и горнодобывающем секторах, обслуживая клиентов в Европе, Северной Америке и Азии по широкому кругу стратегических вопросов и вопросов, связанных с производительностью.

Стивен также является руководителем нашей работы над корпоративной стратегией, соруководителем нашей практики глобальной стратегии и лидером Форума директоров McKinsey, ежегодной программы обучения руководителей высшего звена ведущих британских и европейских компаний их обязанностям в качестве неисполнительного совета директоров. директора.Его функциональный опыт сосредоточен на бизнес-единицах и корпоративной стратегии, оптимизации портфеля и распределении ресурсов.

Его недавние проекты включают поддержку McKinsey трансграничной интеграции двух крупных европейских энергетических компаний после слияния, консультирование по изменению конфигурации операций глобальной металлургической и горнодобывающей компании, помощь ведущей американской энергетической компании в развитии рынка. Стратегия выхода на рынок Европы, консультирование ближневосточной инвестиционной компании по вопросам стратегии и организации, а также разработка комплексной организационной программы для крупной нефтяной компании Северного моря.

До прихода в McKinsey Стивен служил лейтенантом в парашютном полку и работал в Shell инженером-нефтяником. Он окончил Уортонскую школу Пенсильванского университета по специальности Рассел Палмер со степенью магистра делового администрирования и получил степень в области экономики, инженерии и менеджмента Оксфордского университета.

Опубликованная работа

«BP: пионер гибкости в энергетической отрасли», McKinsey & Company, ноябрь 2021 г.

«Большой выбор для нефти и газа при переходе к энергетическому переходу», McKinsey & Company, март 2021 г.

«Переосмысление операций по разведке и добыче нефти и газа после кризиса COVID-19», McKinsey & Company, август 2020 г.

«На пути к нулевому будущему: декарбонизация нефтегазовых операций», McKinsey & Company, декабрь 2019 г.

«Трансформация с большой буквы», McKinsey & Company, ноябрь 2016 г.

«Как быстро новый генеральный директор должен перераспределять корпоративные ресурсы?» McKinsey Quarterly , октябрь 2013 г.

«Устранение барьеров на пути к распределению корпоративных ресурсов», McKinsey Quarterly, октябрь 2013 г.

«Никогда не позволяйте хорошему кризису пропадать даром», McKinsey Quarterly, октябрь 2013 г.

«Как вложить деньги туда, где есть ваша стратегия», McKinsey Quarterly, март 2012 г.

«Сила независимого корпоративного центра», McKinsey Quarterly, март 2012 г.

Прошлый опыт

Shell
Инженер-проектировщик и нефтяник
1986-1989

Парашютный полк
Лейтенант
1985-1986

Образование

Wharton School, Пенсильванский университет
MBA, бизнес-администрирование

Оксфордский университет
Магистр экономики, инженерии и менеджмента

Биография | Стивен Холл

Стивен Холл возглавляет иммиграционную службу компании в США.К. и является признанным иммиграционным юристом по версии Legal 500.

Стивен — юрист с двойной квалификацией в Великобритании и Ирландии, специализирующийся на полном спектре иммиграционных вопросов в Великобританию для корпоративных клиентов из различных отраслей, включая банковское дело, технологии, архитектуру, телевидение / кино и спорт, а также международные юридические фирмы. Стивен также занимается сложными делами частных клиентов, включая получение британского гражданства и другие заявления в соответствии с европейским законодательством. Стивен имеет 12-летний опыт работы в иммиграционном законодательстве и обладает обширными техническими знаниями.Он дает практические и простые советы, ориентированные на клиента.

Основной опыт Стивена:

  • Заявки на получение спонсорской лицензии
  • Визы квалифицированных рабочих
  • Визы для трансфера внутри компании (ICT)
  • Натурализация и поселение / ПМЖ
  • Схема расчетов ЕС
  • Соблюдение права на труд
  • Европейские карты проживания и семейные разрешения ЕЭЗ
  • Визы Tier 5 (творческие и спортивные)
  • Заявления супруга
  • Визы единственного представителя
  • Гостевая виза

Стивен также имеет опыт работы и решения вопросов, связанных с приостановлением или отзывом спонсорской лицензии, включая процесс судебного надзора.

С прекращением свободного передвижения в ЕС и внедрением новой иммиграционной системы Великобритании, основанной на баллах, Стивен участвует в лоббировании интересов предприятий и обеспечивает стратегическое мышление на высоком уровне для будущего иммиграции в Великобританию.

Иммиграционные власти Великобритании недавно перешли к более строгому контролю и соблюдению требований, и Стивен активно консультирует клиентов по поводу этих изменений. Стивен участвовал в многочисленных иммиграционных проверках и имеет отличный послужной список в получении спонсорских лицензий и разработке надежных внутренних политик и процедур для прохождения любых будущих аудитов.Стивен тесно сотрудничает с отделом кадров фирмы, чтобы обеспечить соответствие кадровой политики иммиграционному и трудовому законодательству.

Предыстория

Стивен работал старшим юристом и главой иммиграционной службы в Kerman & Co. в Лондоне, где он проработал три года, прежде чем присоединиться к Armstrong Teasdale, когда компании объединились в начале 2021 года. До этого он работал в других компаниях с самым высоким рейтингом. Лондонские иммиграционные фирмы, а также помощник юриста и стажер в бухгалтерской фирме большой четверки.В 2012 году получил квалификацию юриста.

Образование

  • Юридический факультет Университета BPP (LPC, 2007)
  • Юридический факультет Университета BPP (GDL, Commendation , 2006)
  • Манчестерский университет (MSc, Hons , 2005)
  • Манчестерский университет (Бакалавр наук, с отличием, , 2004 г.)

Приемная комиссия

  • Англия и Уэльс, 2012 г.
  • Республика Ирландия, 2018 г.

Профессиональная деятельность

  • Ассоциация практикующих иммиграционных юристов (ILPA)
  • Юридическое общество Англии
  • Ирландское юридическое общество

Благотворительность и участие в общественной жизни

  • Молодежная благотворительная организация ReachOut, Хакни, Лондон (наставник)

Награды

  • The Legal 500, рекомендованный юрист, иммиграционная служба (с 2021 года по настоящее время)

Стивен С.

Холл (автор книги «Мудрость») На протяжении почти трех десятилетий Стивен С. Холл писал о пересечении науки и общества в книгах, журнальных статьях и эссе. Он является автором самой последней книги «Мудрость: от философии к нейробиологии» (2010), которая выросла из статьи 2007 года в журнале The New York Times Magazine.

Его предыдущие книги включают «Размер имеет значение: как рост влияет на здоровье, счастье и успех мальчиков — и мужчин, которыми они становятся» (2006 г.), «Торговцы бессмертием: в погоне за мечтой о продлении человеческой жизни» (2003 г.), «Волнение в крови». : Жизнь, смерть и иммунная система (1997), «Картирование следующего тысячелетия: как компьютерная картография меняет облик науки» (1992) и «Невидимые границы: гонка за синтез человеческого гена» (1987). три десятилетия Стивен С.Холл писал о пересечении науки и общества в книгах, журнальных статьях и очерках. Он является автором самой последней книги «Мудрость: от философии к нейробиологии» (2010), которая выросла из статьи 2007 года в журнале The New York Times Magazine.

Его предыдущие книги включают «Размер имеет значение: как рост влияет на здоровье, счастье и успех мальчиков — и мужчин, которыми они становятся» (2006 г.), «Торговцы бессмертием: в погоне за мечтой о продлении человеческой жизни» (2003 г.), «Волнение в крови». : Жизнь, смерть и иммунная система (1997 г.), «Картирование следующего тысячелетия: как компьютерная картография меняет облик науки» (1992 г.) и «Невидимые границы: гонка за синтез человеческого гена» (1987 г.).Большинство названий были признаны «Заметной книгой года» по версии New York Times Book Review.

Зал

получил множество наград, в том числе премию «Наука в обществе» в 2004 году за написание книг от Национальной ассоциации писателей-ученых для торговцев бессмертием, которая также была финалистом премии Los Angeles Times Book Award, и премии Уильяма Б. Премия Коули 1998 года от Института исследования рака за «Беспокойство в крови». Его работы также были широко включены в антологию, в том числе в «Лучшее научное сочинение Америки» (2000, 2001, 2008, 2009), «Литературный компаньон науки» (1990) и «Глаз смотрящего» (2005).

В период с 1997 по 2000 год Холл работал редактором журнала New York Times, а также писателем и автором многочисленных статей для обложек журнала. Помимо New York Times, его журналистские работы публиковались в Atlantic Monthly, National Geographic, New York, Science, The New Yorker, Technology Review, Scientific American, Discover, Smithsonian и многих других национальных изданиях. Его эссе и критика публиковались в The New York Times Book Review, Orion и Hastings Center Report.

Помимо письма, Холл преподает научную журналистику и объяснительную журналистику в Высшей школе журналистики Колумбийского университета, а также проводит семинары по письму для стажеров в Институте журналистики Картера Нью-Йоркского университета. Его многочисленные публичные выступления включают в себя программный доклад на симпозиуме Keystone, грандиозные туры в университетских медицинских центрах, лекции в Центре Гастингса и чтения, которые транслировались по «Книжному телевидению».

Холл окончил Белойт-колледж с отличием по английской литературе в 1973 году и живет в Бруклине, штат Нью-Йорк, с женой и двумя детьми.

Стивен Холл — Худл

  • Спорт
  • Продукты
  • Около
  • Поддержка
  • Зарегистрироваться
  • Войти

Стивен Холл

Стивен Холл

    Стивен Холл
    3 мая 2018

    присоединился к Hudl

    3 мая 2018

    Стивен П.

    Холл, Мэриленд — Palouse Medical
    Что вам нравится в Palouse?

    «Мне больше всего нравится в наших общинах атмосфера маленького городка, а также возможности и мероприятия большого города, которые всегда доступны для жителей. Это сложно найти где-нибудь еще! Нам с женой очень понравилось растить нашу семью в этом районе! »

    Фон

    Доктор Стивен Холл оказывает первичную семейную медицину и акушерскую помощь жителям области более 13 лет! ДокторХолл окончил медицинскую школу Университета Джорджа Вашингтона в Вашингтоне, округ Колумбия, в 1985 году. Как лучший ученик в своем классе, он получил премию Горовица за академические успехи. После окончания медицинской школы он завершил трехлетнюю резидентуру по семейной медицине в Медицинском центре Дэвида Гранта на базе ВВС США Трэвис в Калифорнии.

    Я считаю большой честью иметь возможность заботиться о таком большом количестве людей и с нетерпением жду возможности помогать пациентам еще много лет.

    После завершения ординатуры доктор Холл путешествовал по миру, работая врачом в ВВС США. Он наслаждался своей службой в ВВС, пользуясь возможностью участвовать в спортивных состязаниях между эскадрильями, изучая местные достопримечательности и развивая большую любовь к традициям и культуре, с которыми он столкнулся. Доктор Холл два года прожил на базе аэродрома Ираклион, расположенного на греческом острове Крит.Он был одним из последних 30 человек, которые остались на месте, участвуя в официальном закрытии базы. Следующие три года он провел на авиабазе Авиано на северо-востоке Италии.
    Во время посещения штатов он узнал о необходимости врачей в районе Палуз. Это оказалось подходящим местом как для него, так и для его молодой семьи. Закончив службу в ВВС, он прибыл непосредственно в Пуллман и присоединился к практике доктора Джима Даффи в 1997 году. Год спустя эта клиника семейной медицины объединилась в медицинскую клинику Palouse Medical, которую мы знаем сегодня.

    Услуги и интересы

    Доктор Холл — сертифицированный врач, предлагающий полный набор услуг семейной медицины и акушерства. Оказывает первичную помощь пациентам всех возрастов, его конкретные медицинские интересы включают:

    • Общая семейная медицина — первичная и профилактическая медицина
    • Акушерская помощь и родоразрешение — включая кесарево сечение
    • Внутренние процедуры и небольшие операции — вазэктомии, введение / удаление ВМС, биопсия, иссечение и обрезание
    • Жалобы на опорно-двигательный аппарат и нехирургическое ортопедическое лечение
    • Проблемы дерматологии
    • Экзамены на здоровье — для всех возрастов
    • Инъекции в суставы и инъекции в триггерные точки
    Личная информация

    Родился в Окленде, штат Калифорния, вырос в Калифорнии и Айдахо-Фолс, штат Айдахо.На протяжении многих лет доктор Холл принимал активное участие в жизни тех сообществ, в которых он жил. Он участвовал во многих общественных проектах, занимал руководящие должности в своей церкви и был членом нескольких комитетов в области медицины.
    Доктор Холл обучает студентов-медиков первого курса по программе WWAMI в сотрудничестве с Университетом штата Вашингтон и на курсах ACLS / PALS для медицинского персонала. Ему также нравится помогать спортивному отделу WSU в проведении ежегодных медицинских осмотров.

    Вне работы

    Доктор Холл наслаждается множеством развлечений. Одним из его величайших достижений остается участие в велосипедном туре «Death Ride» по Калифорнийским Альпам. Эта однодневная поездка включает в себя 129 миль езды на велосипеде и перепад высот более 15000 футов при навигации через пять перевалов по хребту Сьерра-Маунтин. Обладая большой любовью к полетам, доктор Холл работает над получением лицензии пилота. Ему нравится кататься на лыжах и скалолазание, он увлечен садоводством, пчеловодством, сыроварением, посещает спортивные мероприятия и любит проводить время со своей семьей.

    Сертификаты. Принадлежности. Членство

    Сертифицировано Американским советом по семейной медицине
    Сертификат расширенной кардиологической поддержки жизни
    Сертификат расширенной детской поддержки жизни
    Сертификат реанимации новорожденных
    Профессиональное членство / членство:
    Американская академия семейных врачей
    Alpha Omega Alpha
    Collegium Aesculapium

    Филиал больницы

    Сотрудник больницы в региональной больнице Пуллмана, Пуллман, Вашингтон

    Образование

    Медицинская школа: Университет Джорджа Вашингтона, Вашингтон, округ Колумбия.C. — 1989
    Стажировка и резидентура: ординатура по семейной практике — Медицинский центр Дэвида Гранта, база ВВС США Трэвис, Калифорния, 1989–1992 годы.

    Дополнительные степени

    Бакалавр наук по двойной специальности в области микробиологии и биохимии Государственный университет штата Айдахо, Покателло, штат Айдахо — 1985 год
    Диплом младшего специалиста в области доврачебной подготовки — Колледж Рика (BYU, штат Айдахо), Рексбург, штат Айдахо — 1983 год

    Общежитие Стивена Эплера | Государственный университет Портленда

    О здании

    Стивен Э. Epler Residence Hall (SEH), известный как Epler Residence Hall, представляет собой шестиэтажное здание, расположенное на углу SW 12-й авеню и Монтгомери-стрит. Он делит квартал с Зданием короля Альберта на востоке и Хоффман-холлом на юге. SEH находится к югу от Монтгомери от здания Сент-Хеленс. Хотя в первую очередь это общежитие, первый этаж Epler Hall отведен под классную комнату, офисные помещения и детский сад Little Vikings.

    Этажи 2-6 предлагает меблированные студии для всех групп студентов.Летние отделения для первокурсников закрыты, но для старшеклассников открыты круглый год. Каждый блок включает в себя отдельную кухню (плита / духовка и небольшой холодильник), ванную комнату (душ, без ванны) и место для хранения велосипедов

    Построенный в 2003 году за 10 миллионов долларов, SEH заменил общежитие Birmingham Building, которое находилось на том же месте. Epler Hall — это здание, сертифицированное USGBC LEED Silver, спроектированное таким образом, чтобы извлекать выгоду из природных элементов, таких как ветер, дождь и солнце, за счет интеграции технологий с адаптирующимся к климату дизайном. Эти особенности снижают общую зависимость здания от энергоемких механических и электрических систем. Дополнительные элементы в его сертификации LEED получены из повторного использования большей части оригинальной структуры Бирмингема, которая была разобрана, а не снесена. До завершения строительства SEH назывался New Birmingham Building.

    Кем был Стивен Эплер?
    Эплер Холл назван в честь основателя Портлендского государственного университета Стивена Э. Эплера (1909–1997). Первоначально Эплер был нанят деканом Общего отдела расширения штата Орегон Джоном Фрэнсисом Крамером, чтобы консультировать вернувшихся ветеранов по вопросам их образовательных возможностей после Второй мировой войны.Не найдя жилья в Портленде, Эплер и его семья переехали в город Ванпорт, штат Орегон, военный город Кайзера Корпорации в январе 1946 года. К марту он получил одобрение Государственного совета высшего образования на создание Vanport Extension Center (VEC). . Настойчивость и пропаганда Эплера позволили VEC пережить разрушение Ванпорта в 1948 году и его возможную установку в старую среднюю школу Линкольна, где она была переименована в Центр расширения штата Портленд.

    После почти десятилетней пропаганды, Эплер и его сторонники наконец заручились поддержкой, необходимой для создания постоянного четырехлетнего учебного заведения, Портлендского государственного колледжа, в 1955 году.Несмотря на сильную поддержку со стороны преподавателей и студентов, при выборе первого президента штата Портленд Эплер был проигнорирован Советом по высшему образованию штата и оказался все более маргинализированным как администратор. Не имея административной роли в новом колледже, Эплер принял пост президента колледжа Ридли в Калифорнии, где проработал пять лет. Затем он занимал пост президента престижного колледжа Марин. В 1966 году штат Калифорния нанял Эплера, чтобы он основал колледж Олон во Фремонте, где он оставался до выхода на пенсию в 1975 году.

    Исторические фотографии: Общежитие Стивена Э. Эплера из цифровой галереи Университета

    Стивен Холл — мужской баскетбол

    2009-10
    Появился в 29 играх Gamecocks в качестве второкурсника, заработав стартовый кивок в 20 из них . .. был четвертым в команде по набранным очкам с 8,6 очками за игру и четвертым по подборам с 4,9 досками за соревнование … 47 процентов бросков с пола и 69 процентов от линии штрафных бросков … набрал рекордные 20 очков в первом раунде турнира OVC в Морхед-Стейт 2 марта благодаря усилию с пола 7 из 16 … записал два дабл-дабла, свой первый ночь с 14 очками и 15 отскоками против UAB ноября.17… набрал 10 очков и 13 борта на UT Martin 16 января… забил двузначные числа 13 раз, включая последние три игры сезона… дважды провел девять подборов… предпринял 10 или более бросков с пола в каждом из финалов пять игр в году … сыграли рекордные для сезона 35 минут в игре OVC Tourney в штате Морхед.

    2008-09
    Сыграл 25 игр за Gamecocks как настоящий первокурсник, начав пять и пропустив несколько игр из-за травм … набирал в среднем 7 очков 4,3 подбора за игру при стрельбе.451 от пола и 0,300 из-за дуги … 8 декабря был назван новичком недели OVC после того, как набрал рекорд сезона 19 очков в победе 6 декабря в Tennessee Tech . .. в той игре ему было 8- за-15 с пола и 2-к-2 из-за трехочковой линии, при этом он сделал 10 подборов, сделал две передачи и взял два перехвата … еще один дабл-дабл против Восточного Кентукки (11 очков, 10 подборов) .) 7 февраля … семь раз забил двузначные, в том числе 18 очков в штате Джорджия 22 ноября … добавил 14 очков в финале сезона против Tennessee Tech, сделав четыре из шести попыток с игры и шесть из девяти. от линии штрафного броска.

    ВЫСШАЯ ШКОЛА
    Играл с тренерами Зейну Тамиму и Грегом Муром в средней школе Эрвина в Бирмингеме, штат Алабама… был удостоен почетного упоминания в высшем эшелоне «Иглз», набирая в среднем 19 очков, 13 подборов, шесть передач, пять перехватов и три блока за игру… был назван игроком года северо-востока и привел EHS к титулам на турнире округа Джефферсон и региональном турнире северо-востока AHSAA … играл в баскетбол AAU за Birmingham Bearcats и Birmingham Challenge … набирал в среднем 22 очка, 10 подборов, семь передач, четыре перехвата и три блока в своем последнем сезоне AAU.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.