Баухауз школа дизайна в германии – Стиль Баухаус – история легендарной школы от А до Я

Содержание

Революция в дизайне, которая всё изменила — Look At Me

В рамках Недели Берлина Look At Me рассказывает о главном столпе современного дизайна и архитектуры — берлинской школе Баухаус, воспитавшей несколько поколений смелых авангардистов в прикладном искусстве. Как небольшая частная инициатива определила идеи XX века, по каким принципам идеалисты Баухауса собирались построить новое общество и эстетику и почему их идеи до сих пор являются очень современными — об этом пойдет речь в большом гиде Look At Me.

 

Период 1920-х годов был для Германии одновременно тяжелым и вдохновляющим временем. Именно в пятнадцать лет между двумя мировыми войнами Берлин стал одной из главных столиц Европы, городом («ревущие двадцатые» — во многом про немецкую столицу), где жаждали инноваций и перемен. После ужасов Первой мировой войны каждый мыслящий человек ощутил необходимость в активной оппозиции по отношению к окружающему миру. В переходный период между 1918 и 1923 годами в Германии были проблемы с инфляцией, что не позволяло широких экспериментов в архитектуре, но местная сцена все равно находилась под большим влиянием голландской группы «Де Штайль» и французского титана авангардной архитектуры Ле Корбюзье.

Слева направо: послевоенный Берлин, «Ревущие двадцатые», Пит Мондриан, церковь в интерпретации французкого архитектора Ле Корбюзье

Открыть междисциплинарную школу, которая будет творческой лабораторией для профессионалов разных направлений, пытались еще в 1907 году. Прообразом Баухауса была мюнхенская школа Веркбунд (Deutsche Werkbund). Существовала и Школа прикладного искусства в Веймаре, чьи сооснователи, дизайнер Анри Ван де Вельде и Герман Метезиус, долгое время не могли договориться между собой. Все закончилось тем, что экспериментальную веймарскую школу возглавил молодой архитектор Вальтер Гропиус, вдохновляясь тем, что в тот момент представлял собой мюнхенский Веркбунд. В 1919 году Гропиус основал Баухаус — из двух соперничающих дизайн-школ в Веймаре. Простое и емкое название Баухаус (bau — «строить», haus — «дом») отражало ясные и одновременно с этим амбициозные цели создателей школы — понять, по каким законам работает архитектура, которая охватывает собой все проявления жизни и диктует логику и эстетику частных и общественных пространств.

Под влиянием Иоханнеса Иттена первые годы Баухауса прошли под влиянием немецкого экпрессионизма: Иттен три года руководил базовым годичным курсом основ дизайна и теории цвета. В тот момент у методов и подходов Баухауса, который являлся государственной школой, было очень много противников среди чиновников и консерваторов. Для того чтобы утвердиться на местной сцене и не лишиться государственных бюджетов, в 1923 году учителя и студенты Баухауса провели первую крупную выставку, которая вошла в историю. Несмотря на явные достижения авангардистов, пришедшие к власти национал-социалисты лоббировали свою эстетику, отражавшую имперские амбиции Германии второй половины 1920-х. И хотя выпускники Баухауса демонстрировали самостоятельность и невероятный успех учебного эксперимента, школе пришлось переехать в Дессау, где у нее оставалась правительственная поддержка. Сразу же, всего за год после переезда, было построено знаменитое здание по проекту Гропиуса, а интерьеры и мебель были выполнены студентами и преподавателями школы. Дизайн этого здания задал новое направление для стиля школы — теперь это был индустриальный функционализм.

Слева направо: плакаты Deutsche Werkbund, основатель Баухауса Вальтер Гропиус, плакат веркбундской школы, Баухаус в Дассау, кофейный столик работы Гропиуса

В 1928 году родоначальник Баухауса Гропиус ушел в отставку, его заменил Ханнес Мейер, сделав школу за небольшой период своего руководства (1928–1930) более коммерчески успешной. Мейер ввел в число обязательных предметов лекции по экономике, психологии и марксизму, который по-настоящему захватил умы интеллектуалов Западной Европы. И хотя очередная реформа школы в 1930 году превратила ее в основном в архитектурное заведение, школа была закрыта через год, когда фашизм начал утверждаться в обществе как доминирующая парадигма. 19 июня 1933 года мастерам школы не осталось ничего, кроме как провести собрание и проголосовать за роспуск Баухауса. Скрываясь от преследования и покушения на свободу, Гропиус, Мендельсон, Мис ван дер Роэ и многие другие эмигрировали через Британию в США.

Слева направо: предметы интерьера, разработанные преподавателями и студентами школы Баухаус, теория цвета Иоханнеса Иттена

Во время Второй мировой войны Баухаус-Дессау был частично разрушен, и только через тридцать пять лет здание было восстановлено как исторический памятник. В 1960 году архив Баухауса начал собирать все работы и документы самой значимой школы XX века через бывших выпускников в Германии, остальной Европе и Америке и членов их семей. Огромный архив в двадцать шесть тысяч работ, включающий эксперименты в живописи, скульптуре, архитектуре, фотографии и дизайне, собирался вместе с письмами, книгами и неформальными фотографиями, которые делали в мастерских того времени. Сейчас в этом здании располагается Фонд Баухаус-Дессау — центр исследований, обучения и экспериментального дизайна. Помимо постоянной экспозиции, каждый год Фонд Баухаус-Дессау организует Международную летнюю школу на новую тему. В 2012 году тема летней школы звучит как Didactic Home, она длится десять дней и состоит из четырех воркшопов. Участие в школе — платное, триста евро.

 

 

 Здание Баухауса в Дессау
Вальтер Гропиус, 1926 год


Второй по счету дом для студентов и мастеров Баухауса после вынужденного переезда из Веймара. Здание спроектировал директор школы Вальтер Гропиус, а в оформлении интерьеров участвовали многие студенты школы.

 


Иоханнес Иттен
«Искусство цвета»


Книга, написанная преподавателем форкурса Баухауса Иоханнесом Иттеном, в которой он подробно изложил свою теорию. В отличие от предшественников, он более детально изучил функции дополнительных цветов и цветовых контрастов и модернизировал сам цветовой круг.

 

Кресло «Барселона»
Людвиг Мис ван дер Роэ, 1929 год


Легендарное кресло, спроектированное Мисом ван дер Роэ специально для павильона Германии в Барселоне. Над этим предметом Мис работал совместно с немецким дизайнером Лили Райх. Кресло оказалось настолько удачным, что его запустили в производство. Кресло «Барселона» и по сей день выпускается многими фабриками.

 


Кресло «Василий»
Марсель Бройер


Сначала кресло называлось Club Chair B3, но позже было переименовано в «Василий». На создание этого кресла Марселя Бройера вдохновил художник Василий Кандинский. Это кресло являлось частью коллекции, созданной для интерьеров здания Баухауса в Дессау.

 

 Графический дизайн
Герберта Байера


За время работы и учебы в Баухаусе Герберт Байер много работал со шрифтами. Основная его заслуга — это использование шрифтов без заглавных букв. Он утверждал: «Зачем нам писать на двух разных алфавитах, ведь в речи мы же не говорим с заглавной "А" или со строчной "а"».

 


 Чайник
Марианна Брандт


Чайник является частью набора чайной посуды, созданной Марианной Брандт. В этом чайнике четко виден основной формообразующий принцип Баухауза — вся форма состоит из простейших геометрических фигур.

 

 Настольные часы
Марианна Брандт


Форма этих настольных часов стала одной из базовых констант в бытовой культуре XX века. Сейчас эту характерную форму можно встретить практически в каждом магазине. Марианна Брандт создала эти часы в 1930 году, а материалом послужил хромированный металл, с которым Брандт работала особенно часто.

 


 Stacking tables
Джозеф Альберс


Хотя изготовление мебели не являлось главным талантом Джозефа Альберса, в результате эксперимента с незнакомой областью получился очень удачный мебельный комплект. Столы, которые помещаются друг в друга, — это и простота, и функциональность,  и легко узнаваемые чистые цвета. Столешницы этих столов изготовлены из цветного стекла.

 

 Шрифт Architype Albers
Джозеф Альберс


Этот геометричный шрифт появился в результате многолетних экспериментов Джозефа Альберса. Шрифт построен исходя из пропорций один к трем и состоит из строго определенных геометрических форм.

 


 Шахматы баухаус
Джозеф Хартвиг


Шахматы Джозефа Хартвига полностью иллюстрируют принципы Вальтера Гропиуса о том, что объект должен быть практичным, прочным, недорогим и красивым. Все шахматные фигуры состоят из простых геометрических форм — шара, цилиндра и куба.

 

 Вальтер Гропиус (1883–1969)


Один из главных архитекторов XX века, работал в мастерской Петера Беренса, где познакомился с Людвигом Мис ван дер Роэ и Ле Корбюзье. В 1919 году основал Баухаус и до 1928 года был его первым директором. Именно ему принадлежит идея воспитания новых художников, которые могут придумать и самостоятельно сделать новые произведения на стыке искусства, дизайна и архитектуры.

 


 Иоханнес Иттен  (1888–1967)

 
Швейцарский художник, который получил известность благодаря преподаванию в Баухаусе базового годичного курса по созданной им теории цвета. Несмотря на огромный вклад в систему образования Баухауса, в 1922 году Иттен покинул школу из-за неодобрения Гропиусом некоторых идей Иттена (Иоханнес был участников зороастризма, проповедовал принципы внутренней гармонии, медитацию и вегетарианство).

 

 Ласло Мохой-Надь (1895–1946)

 
Венгерский художник, сосредоточившийся на коммуникативном дизайне, фотографии и киноэкспериментах. Например, он один из первых открыл фотограмму — получение изображения через облучение фотобумаги. В середине 1920-х годов Мохой-Надь даже познакомился с Маяковским и сделал несколько его фотопортретов.

 


 Пауль Клее (1879–1940)


Один из главных художников европейского авангарда много работал с русским авангардистом Василием Кандинским. В течение десяти лет преподавал в Баухаусе (1921–1931), за это время руководил несколькими мастерскими — по переплету книг, мастерской по металлу, мастерской по витражной живописи. 

 

 Ханнес Мейер (1889–1954)

 
Швейцарский архитектор из движения новой архитектуры 1920-х годов. Марксист по убеждениям, Мейер имел строго функционалистскую точку зрения — позже он дал ей название «Новая теория строительства» (Die neue Baulehre) и считал, что в архитектуре главное — организация, а не эстетика, подчеркивая значимость социального жилья и помощи всем людям независимо от их происхождения.

 


 Людвиг Мис ван дер Роэ (1886–1969)


Третий по счету директор Баухауса. Когда в 1930 году он занял пост директора Баухауса, школа уже находилась в увядающем состоянии. К этому времени Мис уже занимал лидирующую позицию среди немецких архитекторов. И школа, и весь город Дессау надеялись, что Мис ван дер Роэ со своим авторитетом привнесет новую жизнь в Баухаус. Стремясь деполитизировать школу, он потребовал ее немедленного закрытия, которое и состоялось в сентябре 1930 года. 

 

 Марсель Бройер (1902–1981)

 
Венгерский архитектор и дизайнер. Переехал в Веймар, чтобы получить образование в Баухаусе, после чего остался там преподавать. В 1920-х годах занимался преимущественно дизайном мебели, а позже увлекся архитектурой. По его проектам были построены дома в Германии и Швейцарии, но большинство построек находится в США (как и многие другие, он эмигрировал туда).

 


 Василий Кандинский (1866–1944)


Один из главных художников русского авангарда. Начиная карьеру как пейзажист, Кандинский стал рисовать абстракции едва ли не первым среди художников-авангардистов.  Будучи частью движения «Синий всадник», в 1922 году Кандинский приезжает в Баухаус, чтобы возглавить мастерскую живописи и фрески. Результаты его работы в школе описал в своей главной книге «Точка и линия на плоскости» 1926 года.

 

 Герберт Байер (1902–1981)

 
Австрийский графический дизайнер больше всего преуспел в типографике: после окончания своего курса он возвращается в Баухаус в качестве преподавателя по классу графического дизайна и типографики. В это время он начинает разрабатывать шрифты без апперкейса. После ухода из Баухауса в 1928 году Байер становится арт-директором немецкого Vogue. Позже, как и многие другие художники его круга, переехал в Америку, где продолжил заниматься дизайном и фотографией.

 


 Марианна Брандт (1893–1983)


Немецкая художница, скульптор, фотограф и дизайнер. Единственная женщина, которая была допущена в мастерскую по металлу, а позже преподававшая в этой мастерской совместно с Ласло Мохой-Надем.  За время своей творческой деятельности Брандт создала множество предметов интерьера, таких как лампы, пепельницы и кухонная посуда.

 

Одним из главных принципов работы нового художника мастера Баухауса провозглашали сращивание искусства и ремесла, лучшим примером которого стала архитектура. О сообществе художников как лаборатории высокопрофессиональных ремесленников и говорят создатели Баухауса в своем манифесте: в те времена все авангардные школы и течения в искусстве предпочитали собирать тезисы в такой форме.

 

 


Нет больше «искусства как профессии». Не существует принципиальной разницы между художником и ремесленником. Художник — лишь высшая ступень ремесленника. Милостью божьей в редкие минуты просветления или под натиском воли может расцветать невиданное искусство, но законы мастерства обязательны для каждого художника.

 

 


Творчество и любовь к красоте — необходимые условия счастья. Время, не признающее эту бесспорную истину, не обретает ясного зрительного выражения: его образ остается неотчетливым, а его произведения не могут доставить радость.

 

 


Архитектор должен быть координатором, чье дело заключается в объединении многих общественных, технических, экономических и художественных проблем, возникающих в связи с постройкой.

 

 


Решение любых формотворческих задач — будь то стул, здание, целый город или план района — должно быть принципиально идентичным не только в отношении их пространственного взаимодействия, но также в социальных аспектах.

 

 


Пространственная концепция — основная архитектурная дисциплина. Методы развития интереса к визуальной экспрессии во всех областях искусств должны прежде всего научить студента видеть , воспринимать расстояние и понимать человеческий масштаб.

 

 


Студентов надо подготовить работать в бригадах — также и вместе со студентами смежных профессий, — чтобы обучить их работе друг с другом.

 

 


Занятия по истории искусства лучше начинать на третьем году обучения, нежели на первом, для того чтобы избежать неразберихи взглядов и подражательства.

 

 


В качестве преподавателей следует привлекать лишь тех людей, которые наделены достаточным практическим опытом как в проектировании, так и в реальном строительстве.

 

 


Истинная цель всякого образования — слишком часто забываемая — состоит в пробуждении энтузиазма к великим свершениям.

 

 

 


Нельзя больше смешивать творческое искусство и историю искусства. Задача художника — «творить новый порядок», историка — заново открывать и объяснять порядки прошлого

 

Легендарная программа обучения Баухауса объединяла ремесло с искусством на самой ранней стадии, выливалась в равноправное сотрудничество учеников в мастерской вместе с преподавателем, а заканчивалось строительным экспериментом на специальной площадке.

Длительностью полгода, в конце курса — перевод в учебные мастерские.Вместо истории искусств и теорий базой в Баухаусе стал курс экспериментальный: в первые полгода работы в школе ученик знакомился с понятиями пропорции, масштаба, ритма и света, тени и цвета. Это позволяло ему попробовать себя во всех областях сразу и пройти все стадии простейших упражнений с различными материалами и инструментами, чтобы каждый мог найти свое персональное призвание. Еще преподаватели Баухауса очень осторожно относились к достижениям техники и считали, что одна из задач преподавателя — уберечь художника от потрясений «механического века».

Длится три года. После работы в учебных мастерских художника принимали в ремесленные гильдии, а потом в команду Баухауса. Именно так и складывалось знаменитое дизайнерское комьюнити Берлина, где не было учеников и учителей, а роли регулярно менялись. Отдельно во время практического курса студентов обучали пропорции, оптическим иллюзиям и цвету.

Третья и самая серьезная фаза Баухауса. Практическое участие в строительстве (на реальной строительной площадке) и свободное творческое участие в строительном процессе (на экспериментальной площадке Баухауса) для тех, кто достиг самых лучших результатов в учебе.

 

    Несмотря на исключительно сложный период, в который Баухаусу и его идеям пришлось выживать, — отсутствие денег, вынужденный переезд и в конце концов закрытие — идеи этой школы, которая просуществовала всего четырнадцать лет, проникли во все сферы. Вместо того, чтобы погибнуть в чуждых условиях, баухаус открывал себя заново в новом контексте. И даже после закрытия школы баухаус в виде течения продолжал развиваться в работе отдельных его участников: Вальтер Гропиус и Мис ван дер Роэ стали одними из самых важных и влиятельных архитекторов США того времени, Ласло Мохой-Надь открыл в Чикаго «Новый Баухаус» (сейчас это часть Иллинойского технологического института), Ханнес Мейер поехал в СССР с группой студентов.

    В Италии 1940–1950-х годов идеи баухауса нашли свое отражение в архитектуре движения рационализма. В Америке зародился так называемый интернациональный стиль в архитектуре благодаря эмиграции многих преподавателей Баухауса. Швейцарская школа 1950-х годов копировала многие идеи баухауса в отношении типографики и коммуникативного дизайна — это влияние позже перенеслось в Америку. Именно в это время зародился шрифт Helvetica (1957 год, Макс Мидингер). Первые художники-постмодернисты называли советских конструктивистов, европейский авангард и баухаус среди своих самых сильных влияний. В настоящее время работы, сделанные почти век назад в немецкой школе Баухаус, продолжают вдохновлять современных художников.

     

    Futura Typeface

     


    Marc Berthier

     

    Bauhaus Dessau by Hort

     


    BauBike

     

    Six Architects by Roosterization

     


    Muller Van Severen

     

    Pprofessors

     


    Pass the Bauhaus

     

    Bauhaus Obama

     


    Немецкие почтовые марки

     

    Текст — Ася Баранова

    www.lookatme.ru

    Баухаус: дизайн, изменивший историю - Westwing Интерьер & Дизайн

    100 лет назад Баухаус изменил представления о дизайне, и сейчас мы живем бок о бок с его наследием, даже не подозревая об этом. Рассказываем все, что стоит знать об этом стиле, и даже больше

    Мы пообщались с историком архитектуры, кандидатом искусствоведения и автором книг по истории дизайна Николаем Васильевым о формировании школы Баухауса, его главных представителях и философии стиля.

    У понятия «Баухаус» есть два значения. Во-первых, так принято называть определенный стиль дизайна, мебели, графики и архитектуры. Во-вторых, это архитектурная и дизайнерская школа, существовавшая в Германии с 1919 по 1933 год. Она и создала этот стиль. На самом деле, влияние, которое оказало это учебное заведение на дизайн и архитектуру XX века, было настолько мощным, что распространилось по всему миру.

    Философия школы

    Помните слоган немецкого шоколада Ritter Sport: «Quadratisch, praktisch, gut»? Он во многом перекликается с принципами Баухауса: практичность, экономичность, функциональность.

    Философия школы появилась не на пустом месте – она была результатом исторических событий начала XX века. Закончилась Первая мировая война, жители Германии нуждались в жилье. И школа Баухауса должна была максимально помочь стране с постройкой всего необходимого, а также создать новый стиль — экономичный, функциональный и в тоже время самобытный.

    «Баухаус был призван демонстрировать новый образ жизни через интерьер»

    Именно поэтому мы привыкли говорить о Баухаусе как о строгом, даже упрощенном дизайне. Здесь не было места вычурности – здесь правили базовые цвета и простые линии.

    Преподаватели закладывали фундамент для будущих принципов школы. Например, аскетичность пришла в Баухаус из буддизма. Этому во многом поспособствовал один из сторонников школы, преподаватель теории цвета Иоханнес Иттен. Он был буддистом и вегетарианцем, а также практиковал медитацию. За время его работы сформировалась ключевая идея эстетики Баухауса – самоограничение. Также появилось правило базового цвета: сочетание красного, желтого, белого, синего и черного.

    Последователи Баухауса

    У истоков этой школы стоял немецкий архитектор Вальтер Гропиус. В 1919 году он возглавил Баухаус — Высшую школу строительства и художественного конструирования. Она находилась в Веймаре. Гропиус утверждал, что искусство и ремесло всегда идут рука об руку. Этот принцип лег в основу философии Баухауса. В первые годы у студентов было одновременно два наставника: ремесленники обучали их профессии, а художники прививали хороший вкус.

    Швейцарский архитектор Ханнес Мейер стал вторым директором Баухауса. Он принадлежал к движению новой архитектуры 1920-х годов, а по убеждениям был марксистом. Его подход был строго функционалистским — позже он назвал его «Новой теорией строительства». Ханнес Мейер полагал, что главное в архитектуре — это не эстетика, а организация. Он подчеркивал значимость социального жилья и необходимость помощи всем людям, независимо от их происхождения.

    Людвиг Мис Ван дер Роэ, третий директор стремился деполитизировать школу. В 1930 году Баухаус переехал в Берлин, но от закрытия нацистами в 1933 это ее не оберегло.

    Многие ученики и преподаватели Баухауса прославились своими работами на весь мир и тоже вошли в историю школы. Самым известным выпускником был архитектор и дизайнер Марсель Бройер, ставший впоследствии одним из преподавателей. В 1920-х годах он занимался в основном дизайном мебели, а позже увлекся архитектурой. По его проектам были построены дома в Германии и Швейцарии. Впоследствии эмигрировал в США, где и находится большинство его построек.

    Один из главных художников русского авангарда, Василий Кандинский, тоже преподавал в Баухаусе. Начав карьеру как пейзажист, он едва ли не первый среди художников-авангардистов стал рисовать абстракции. В составе движения «Синий всадник» в 1922 году Кандинский приехал в Баухаус, чтобы возглавить мастерскую живописи и фрески. Результаты своей работы в школе художник описал в книге «Точка и линия на плоскости» 1926 года.

    Баухаус был закрыт по политическим причинам в 1933 году. Некоторые представители школы остались и начали сотрудничать с нацистами, но большая часть покинула Германию. Кто-то уехал в США, кто-то в Японию и СССР, некоторые оказались даже в Палестине. Они продолжили развивать стиль Баухауса локально.

    Баухаус и СССР

    Многие представители Баухауса возлагали на СССР огромные надежды. Они начали приезжать в нашу страну еще при втором директоре Ханнесе Майере. Кстати, сам архитектор тоже сотрудничал с Советским Союзом и участвовал в строительстве объектов в Сибири. В СССР была катастрофическая нехватка архитекторов, и поэтому привлекали специалистов из других стран. Многие оставались здесь жить. Правда, вскоре началась подготовка ко Второй Мировой Войне, и часть из них была репрессирована. Судьбы многих немецких архитекторов до сих пор неизвестны.

    В Москве в 1930-е творил Хиннерк Шепер, который был профессором архитектурной колористики Баухауса. Он разрабатывал цвета для покраски зданий. Известны его работы в доме-коммуне на Хавской улице и в доме Наркомфина. Шепер занимался  не только дизайном фасадов, но и внутренним оформлением квартир.

    Если смотреть на итог сотрудничества последователей Баухауса с советской властью, то масштаб работы впечатляет. Они построили десятки, если не сотни зданий в СССР. Например, это большая часть соцгорода Уралмаш, рабочие поселки в Перми, Кемерово и Новосибирске. Однако такой объем работ наблюдался лишь в архитектуре.

    Культовые предметы

    Баухаус дал пищу для идей не одному поколению архитекторов. Вот ТОП-5 настоящих произведений искусства в дизайне, которые остаются актуальными на сегодняшний день.

    Самобалансирующийся стул без задних ножек из газовых труб архитектора Марта Стама. Первый прототип изделия с плоским сиденьем обладал четким кубистическим контуром, а благодаря прозрачным ножкам создавалось впечатление, что сидящий «висит» в воздухе. Конструкция отлично воплощала эстетику Баухауса, которая стремилась к четким линиям. Такие стулья сейчас можно встретить во многих офисах и кафе.

    Вторым по значимости было кресло «Василий», названное в честь Василия Кандинского. Его автор, Марсель Бройер, дружил с русским художником. Вдохновленный формой велосипедного каркаса из трубчатой стали, он использовал подобные гнутые трубки для своего кресла.

    Мало кто знает, но прозрачные стеклянные сервизы тоже пришли к нам из стиля Баухауса. Их создатель, Вильгельм Вагенфельд, любил работать анонимно и не стремился к славе. Прозрачная посуда настолько понравилась другим дизайнерам, что те стали повторять ее на свой манер. Сейчас во многих кафе используют стеклянные чайники, чтобы посетители могли наблюдать за процессом заварки напитка через прозрачные стенки.

    Настенные часы Макса Билла. Они обладали достаточно простой графической формой и не имели цифр. В результате сотрудничества с часовой компанией Junghans, свет увидел коллекцию наручных и настенных часов, названных именем автора. Они пользовались успехом в 1960-е, однако через какое-то время все же были сняты с производства. Но их путь не прекратился, и сегодня многие дизайнеры вдохновляются часами Макса Билла.

    Дверная ручка Вальтера Гропиуса. В отличие от ручек прошлого века, эта модель напоминала собой прямой угол и состояла всего из двух деталей: цилиндрического захвата и квадратного стержня.  Поступила в массовое производство в 1923 году, и сохранилась до наших дней почти в неизмененном виде. Считалась самым коммерчески успешным продуктом в стиле Баухаус.

    Влияние Баухауса на мировой дизайн

    После того, как школа Баухауса была официально закрыта, ее мастера разъехались по всему миру. Некоторые представители остались в Германии и сформировали Ульмскую школу. Ее возглавил Макс Билл, решивший сохранить идею Гропиуса о синтезе искусства и техники. Через несколько лет под влиянием других преподавателей идеи школы начали меняться, и Макс Билл покинул учебное заведение, чтобы впоследствии стать одним из ее противников.

    Мигрировавшие ученики и преподаватели развивали идеи Баухауса в разных странах от Америки до Англии. Например, в Италии принципы этого стиля легли в основу рационализма. В Америке благодаря переезду большей части мастеров Баухауса появился интернациональный стиль. Швейцарская школа взяла очень многое в отношении типографики и коммуникативного дизайна.

    В современных интерьерах сохранились традиции Баухауса: это и скандинавский дизайн, и стиль лофта, и знаменитый строгий стиль «Брауна».

    Противники Баухауса

    Философия Баухауса отвечала запросам того времени, когда он зародился, но в 1960-е казалась уже не столь актуальной. Последователи немецкой школы зашли в тупик, поскольку все уже было придумано. В этот момент возникла потребность в создании чего-то кардинально нового – так появились постмодернисты, желавшие сломать устои и низвергнуть строгий Баухаус. В результате культурной революции простота и аскетизм Баухауса, практически не изменившийся за 40 лет, проиграли более дерзкому и смелому стилю постмодернизма.

    Постмодернизм обратился к декоративности и красочности, китчу и шику, индивидуальности и образной семантике элементов, к ироничности и цитированию исторических стилей. Архитекторы и художники постмодернизма использовали мотивы не только из прошлых стилей, но и из сюрреализма и компьютерной графики. Постмодернизм отвернулся от монохромности и рациональных форм. Он создал новое представление о дизайне как о проектировании, ориентированном на потребителя и дал толчок к поискам яркого, значимого стиля с новым смыслом и экологической моралью.

    Баухаус в ХХI веке

    Баухаус окружает нас постоянно. Его мотивы можно найти в самых обыденных вещах. Наши обтекаемые кухонные изделия, стулья, складные столы, «современные» лампы, белые стены и открытое пространство гостиной — все это восходит корнями к философии Баухауса.

    Баухаус уже на пороге!

    Не бойтесь открыть ему двери и впустить в свой интерьер 

    Перейти

    Вам также будет интересно:

    Интервью с архитектором Карло Коломбо

    We should all be designists: 10 дизайнерок, изменивших мир

    Интервью с руководителем ГУМ-Red-Line Игорем Казаковым

    www.westwing.ru

    Стиль Баухауз. Bauhaus | Журнал Ярмарки Мастеров

    Bauhaus –​ нем. bau — «строить», haus — «дом».
    Берлинская школа Баухаус — великие авангардисты и энтузиасты, придумавшие заново дизайн и архитектуру 20 века.​ Продолжая рассказывать о нашем любимом стиле Mid-century Modern, мы просто обязаны познакомит Вас с одним из самых ярких явлений искусства дизайна. Явление которое предшествовало становлению MCM.
    Стиль Баухауз — это направление модернистской архитектуры, которое преобладало в 1930-1960-х гг. Изначально он зародился в Германии, однако в скором времени получил широкое распространение во всём мире. Его основателями стали Вальтер Гропиус, Петер Беренс и Ханс Хопп.
    Берлинская школа Баухаус - высшая школа строительства и художественного конструирования – художественное учебное заведение и художественное объединение в Германии (1919–1933). Девиз Баухауса: «Новое единство искусства и технологии». Влияние идей Баухауса наиболее заметно в функциональной архитектуре современных офисов, фабрик и т.п. Кредо Баухауса – художник, ремесленник и технолог в одном лице – оказало глубокое воздействие на прикладное и изобразительное искусство, от книжного иллюстрирования и рекламы до мебели и кухонной утвари.
    Баухаус был основан в 1919 архитектором Вальтером Гропиусом, объединившим Высшую школу искусства и Школу прикладного искусства в Веймаре. Гропиус отбирал преподавателей из людей, которые разделяли его убеждения относительно единства искусства, ремесла и техники. По его мнению, художники должны конструировать картины как архитекторы, работающие над своими проектами. Машины воспринимались не как неизбежное зло, а считались позитивной силой и наиболее совершенным из инструментов мастера. Гропиус осуществлял надзор за программой занятий, но при этом давал преподавателям значительную свободу. На подготовительном курсе, который занимал 6 месяцев и был обязательным для всех, студенты изучали свойства материалов и основы ремесел, а также теорию формы и рисунка. Постепенно занятия усложнялись и специализировались, и в итоге студенты сосредоточивались на работе в какой-либо одной области: архитектуре, промышленном дизайне, текстиле, керамике, фотографии или живописи.

    По инициативе правительства преподаватели Баухауса организовали выставку, чтобы продемонстрировать результаты работы школы за первые 4 года. В 1925 Баухаус переехал в Дессау (близ Лейпцига). Здесь Гропиус спроектировал для школы новое здание, которое считается одним из шедевров архитектуры функционализма. После переезда в Дессау в работе школы наметилась тенденция к большему утилитаризму и к машинной эстетике, сложился собственный стиль Баухауса.
    В 1928 Ханс Майер сменил Гропиуса на посту директора. С 1930 по 1933 Баухаус возглавлял Людвиг Мис ван дер Роэ. В 1932 под давлением властей Баухаус пришлось перевести в Берлин, а менее чем через год он был закрыт нацистами. Многие преподаватели и студенты Баухауса эмигрировали в США и привезли туда свои идеи. Йозеф Альберс стал преподавать в Блэк-Маунтин-колледже в Северной Каролине, Ласло Мохой-Надь открыл в Чикаго школу «Новый Баухаус»; архитекторы Гропиус, Марсель Брёйер и Мис ван дер Роэ, художники Клее, Файнингер, Кандинский, Шлеммер, Мухе, скульптор Герхард Маркс продолжали работать, некоторые занимались преподавательской деятельностью. Вальтер Гропиус занял пост декана Школы архитектуры Гарвардского университета, а Мис ван дер Роэ возглавил отделение архитектуры Технологического института Иллинойса.
    Баухаус был фабрикой идей для зарождавшейся промышленности. Одной из самых продуктивных художниц была Марианна Брандт, которая первой сделала решительный шаг в сторону промышленности, разработав свои светильники. Успешной разработкой «массового товара» стали обои из Баухауса, которые имели такой нейтральный рисунок, что могли наклеиваться без особых усилий и подготовки. Под девизом «Для народа против роскоши» художники Баухауса старались ввести в обиход недорогую многофункциональную мебель для человека со скромными доходами.
    От момента своего становления и до наших дней стиль Баухауз непрерывно развивался и совершенствовался.​

    Последователи Баухауз первыми стали для изготовления удобной и необходимой мебели использовать металл. Впервые в качестве каркаса для стульев и столов применялась (ВНИМАНИЕ)​ изогнутая металлическая труба. Активно используется трансформируемая и принимающая разные формы и положения мебель. Именно Баухауз показал нам легко трансформирующуюся мебель - столы и стулья, легко убирающиеся друг в друга. Простота и функциональность позволила сделать интерьер комфортным для всех живущих в доме людей.
    На сегодня эти идеи не только составляют основу современного дома, но и широко используются в офисах. Именно благодаря Баухаз, естественным элементом в интерьере стали встроенные шкафы, позволяющие при экономии пространства хранить дома множество вещей.
    Цветовая гамма Баухауз – преимущественно нейтральные тона (черный, белый, бежевый и серый). Часто эту палитру цветов разбавляют при помощи ярких вспышек – пятен красного, голубого, разных оттенков синего, зеленого и желтого. В интерьере применяются не только стеклянные, пластиковые и металлические поверхности, но и кожа с древесиной. Широко используются абстрактные рисунки и геометрические узоры свойственные направлению в искусстве тех лет.

    Наша любовь​ к этому стилю вполне себе оправдывает: простота и функциональность!

    «Каждый предмет должен до конца отвечать своей цели, то есть выполнять свои практические функции, быть удобным, дешевым и красивым!». Вальтер Гропиус
    И как всегда, самое важное! Легендарные предметы дизайна, созданные последователями Баухауз, стали для нас бесконечный источник вдохновения!

    www.livemaster.ru

    Баухаус: история школы, изменившей мир. Стул Василий, мебель для народа и новая философия

    В этом году ис­пол­ня­ет­ся 100 лет с мо­мен­та от­кры­тия шко­лы Ба­уха­ус. Шко­ла ста­ла до­мом для мно­гих ди­зай­не­ров, ар­хи­тек­то­ров и ху­дож­ни­ков, ока­зав огром­ное вли­я­ние на ар­хи­тек­ту­ру, фо­то­гра­фию, ди­зайн ме­бе­ли и дру­гие виды ис­кус­ства но­во­го вре­ме­ни. Ни один пред­мет оби­хо­да сей­час не был бы та­ким, ка­кой он есть, если бы не Ба­уха­ус. Мы под­го­то­ви­ли для вас крат­кий кон­спект лек­ции «Ба­уха­ус: ис­то­рия шко­лы, из­ме­нив­шей мир», ко­то­рая бу­дет ин­те­рес­на как на­сто­я­щим про­фи, так и тем, кто со­вер­шен­но не раз­би­ра­ет­ся в ис­то­рии ар­хи­тек­ту­ры и ди­зай­на. Лек­цию в биб­лио­те­ке им. Некра­со­ва про­чла Анна Бро­но­виц­кая, кан­ди­дат ис­кус­ство­ве­де­ния, ди­рек­тор по ис­сле­до­ва­ни­ям Ин­сти­ту­та мо­дер­низ­ма, пре­по­да­ва­тель ар­хи­тек­тур­ной шко­лы МАРШ.







    С чего на­ча­лась идея шко­лы но­во­го типа?

    Про­изо­шед­шая в кон­це во­сем­на­дца­то­го века про­мыш­лен­ная ре­во­лю­ция пло­хо со­че­та­лась с тра­ди­ци­он­ной эс­те­ти­кой. Про­из­вод­ство пред­ме­тов по­все­днев­но­го спро­са, одеж­ды и ме­бе­ли ушло на фаб­ри­ки, но в их со­зда­нии участ­во­ва­ли ин­же­не­ры, в то вре­мя как ди­зай­не­ры за­ни­ма­лись лишь внеш­ним ви­дом объ­ек­тов, ко­то­рый не все­гда со­че­тал­ся с их функ­ци­о­наль­но­стью. Та­ким об­ра­зом об­ще­ство про­дол­жа­ло от­да­вать пред­по­чте­ние ве­щам, со­здан­ным руч­ным тру­дом, хотя те и были ощу­ти­мо до­ро­же.

    Путь но­вой эс­те­ти­ки на­чал­ся в Ан­глии с ди­зай­не­ра Уи­лья­ма Мор­ри­са. Он хо­тел со­еди­нить ис­кус­ство и хо­ро­шо на­ла­жен­ное, но пре­иму­ще­ствен­но руч­ное, про­из­вод­ство. Он за­пу­стил дви­же­ние «Ис­кус­ства и ре­мес­ла», где дей­стви­тель­но со­зда­ва­лись кра­си­вые и со­вре­мен­ные вещи для до­маш­не­го оби­хо­да, но они ока­зы­ва­лись слиш­ком до­ро­ги­ми, что при­во­ди­ло со­ци­а­ли­ста Мор­ри­са в от­ча­я­ние.

    Тем не ме­нее, но­вая эс­те­ти­ка, из­ба­вив­шись от ненуж­но­го и лиш­не­го де­ко­ра, ока­за­лась очень при­вле­ка­тель­на. Вли­я­ние «Ис­кусств и ре­ме­сел» рас­про­стра­ни­лось по Ев­ро­пе и Се­вер­ной Аме­ри­ке.

    Важ­ный шаг к со­вре­мен­ной эс­те­ти­ке был сде­лан в пер­вые годы XX века в Гер­ма­нии. Немец­кий ар­хи­тек­тор Гер­ман Му­те­зи­ус вы­пу­стил в 1904 году кни­гу под на­зва­ни­ем «Ан­глий­ский дом», по­свя­щен­ную ар­хи­тек­ту­ре и ди­зай­ну.

    Как по­яви­лась шко­ла?

    По­сле окон­ча­ния уче­бы Валь­тер Гро­пи­ус, ос­но­ва­тель шко­лы Ба­уха­ус, ра­бо­тал в ар­хи­тек­тур­ном бюро Пе­те­ра Бе­рен­са. Од­но­вре­мен­но с ним там на­хо­ди­лись Хан­нес Май­ер и Лю­двиг Мис ван дер Роэ, ко­то­рые впо­след­ствии тоже воз­гла­вят шко­лу. Имен­но в бюро Гро­пи­ус зна­ко­мит­ся с за­рож­да­ю­щим­ся про­мыш­лен­ным ди­зай­ном.

    Во вре­мя уче­бы и ра­бо­ты у Бе­рен­са Гро­пи­ус при­со­еди­нил­ся к об­ще­ству «Верк­бунд», од­ним из ор­га­ни­за­то­ров ко­то­ро­го был бель­гий­ский ди­зай­нер Анри Ван де Вел­де, ро­до­на­чаль­ник сти­ля ар-нуво. Имен­но он по­стро­ил, а за­тем и воз­гла­вил шко­лу де­ко­ра­тив­но-при­клад­но­го ис­кус­ства, где про­дви­гал свой взгляд на ар­хи­тек­ту­ру и ди­зайн. Ван де Вел­де был вы­нуж­ден по­ки­нуть Гер­ма­нию из-за на­чав­шей­ся вой­ны, а в по­стро­ен­ном им зда­нии в 1919 году от­кры­лась шко­ла Ба­уха­ус.

    Главное здание школы в Веймаре

    Гро­пи­ус был иде­аль­ной фи­гу­рой ру­ко­во­ди­те­ля для но­вой шко­лы — он про­ис­хо­дил из бо­га­той бур­жу­аз­ной се­мьи, ко­то­рая мог­ла по­хва­стать­ся боль­шим ко­ли­че­ством «нуж­ных» свя­зей, был чи­сто­кров­ным нем­цем и про­шел вой­ну. К от­кры­тию шко­лы он уже счи­тал­ся хоть и мо­ло­дым, но до­ста­точ­но опыт­ным ар­хи­тек­то­ром: по его про­ек­ту было со­зда­но зда­ние обув­ной фаб­ри­ки «Фа­гус», счи­та­ю­ще­е­ся од­ним из пер­вых зда­ний со­вре­мен­ной ар­хи­тек­ту­ры, при по­строй­ке ко­то­ро­го ис­поль­зо­ва­лось же­ле­зо, бе­тон и стек­ло.

    Здание обувной фабрики «Фагус» в баварском Альфельде

    ©

    Igor Marx / Shutterstock


    Вой­на силь­но по­вли­я­ла на Валь­те­ра Гро­пи­уса — он был связ­ным на фрон­те, его два­жды тя­же­ло ра­ни­ли. Для него эти ис­пы­та­ния, чу­до­вищ­ный во­ен­ный быт были по­во­дом пе­ре­осмыс­лить свою жизнь и свои пред­став­ле­ния о ком­фор­те. В то же вре­мя он мно­го ду­мал о са­мом ужа­се вой­ны, о том, что она яв­ля­ет­ся кра­хом зна­ко­мой ему ци­ви­ли­за­ции. Имен­но в это вре­мя к нему при­ш­ла идея со­зда­ния но­вой шко­лы.

    Гро­пи­ус вы­пу­стил «ма­ни­фест Ба­уха­у­са», при­зы­ва­ю­щий объ­еди­нить ис­кус­ство и ре­мес­ло. Он пи­сал, что необ­хо­ди­мо един­ство всех об­ла­стей: «Ар­хи­тек­то­ры, скуль­пто­ры, ху­дож­ни­ки — мы все долж­ны вер­нуть­ся в ма­стер­ские! <…>. По­это­му да­вай­те со­зда­дим но­вую гиль­дию ре­мес­лен­ни­ков, сво­бод­ную от при­тя­за­ний клас­со­вых раз­но­гла­сий, воз­во­дя­щих гор­де­ли­вый ба­рьер меж­ду ре­мес­лен­ни­ка­ми и ху­дож­ни­ка­ми. Да­вай­те стре­мить­ся к за­дум­ке и со­зда­нию но­во­го зда­ния бу­ду­ще­го, ко­то­рое объ­еди­нит все дис­ци­пли­ны, ар­хи­тек­ту­ру, скульп­ту­ру и жи­во­пись, и ко­то­рое од­на­ж­ды под­ни­мет­ся на небе­са из мил­ли­о­на рук ре­мес­лен­ни­ков как яс­ный сим­вол но­вой веры».

    Пре­по­да­ва­те­ли и дис­ци­пли­ны шко­лы

    По­треб­ность в шко­ле была огром­ной, ее при­ш­лось от­крыть прак­ти­че­ски без под­го­тов­ки из-за боль­шо­го ко­ли­че­ства же­ла­ю­щих. Обу­че­ние в шко­ле было бес­плат­ным, Гро­пи­ус вкла­ды­вал день­ги сво­ей се­мьи.

    Вто­рым че­ло­ве­ком и по­мощ­ни­ком Гро­пи­уса в шко­ле был Иоган­нес Ит­тен, швей­цар­ский ху­дож­ник и фи­ло­соф, за­ни­мав­ший­ся тео­ри­ей цве­та. Ит­тен был по­сле­до­ва­те­лем од­ной из раз­но­вид­но­сти зо­ро­аст­риз­ма, что было ти­пич­но для мно­гих твор­че­ских лю­дей на­ча­ла XX века.

    Пер­вые со­здан­ные уче­ни­ка­ми пла­ны и про­ек­ты были да­ле­ки от ре­аль­но­сти. Мно­гие из ра­бот вы­гля­де­ли как игра в ку­би­ки, но имен­но это и долж­но было по­мочь уче­ни­кам рас­кре­по­стить­ся и на­чать со­зда­вать что-то но­вое. За­да­чей Ит­те­на было ду­хов­ное из­ме­не­ние его под­опеч­ных.

    Гро­пи­ус уже то­гда ре­шил, что обу­че­ние долж­но на­чи­нать­ся с под­го­то­ви­тель­но­го кур­са: ис­сле­до­ва­ние ма­те­ри­а­лов, фор­мы, цве­та. Су­ще­ство­ва­ли ма­стер­ские ме­тал­ло­об­ра­бот­ки, де­ре­во­об­ра­бот­ки, тек­стиль­ная, гон­чар­ная, вит­раж­ная, книж­ная и дру­гие. Пре­по­да­ва­ние непо­сред­ствен­но ар­хи­тек­ту­ры в шко­ле на­ча­лось толь­ко в кон­це 20-х го­дов.

    Интерьер здания школы в Веймаре

    ©

    Alizada Studios / Shutterstock


    Ит­тен ру­ко­во­дил под­го­то­ви­тель­ным кур­сом и при­смат­ри­вал за все­ми ма­стер­ски­ми. Он на­ста­и­вал на том, что пе­ред тем, как за­ни­мать­ся ху­до­же­ствен­ным твор­че­ством, необ­хо­ди­мо ду­хов­но на­стро­ить­ся. Он ввел в учеб­ную про­грам­му рит­ми­че­ские упраж­не­ния, ды­ха­тель­ные прак­ти­ки и ме­ди­та­цию, а та­к­же пред­ла­гал сту­ден­там чи­тать сти­хи или петь. Так как Ит­тен был увле­чен во­сточ­ной фи­ло­со­фи­ей, он счи­тал, что стрем­ле­ние че­ло­ве­ка к внеш­не­му, на­уч­но-тех­ни­че­ско­му про­грес­су, необ­хо­ди­мо урав­нять раз­ви­ти­ем в уче­ни­ках внут­рен­них ка­честв. Сам Ит­тен стре­мил­ся к про­свет­ле­нию, пред­по­чи­тал но­сить со­здан­ную им са­мим одеж­ду и был ве­ге­та­ри­ан­цем. Вслед за ним мно­гие уче­ни­ки та­к­же от­ка­за­лись от мяса.

    Пер­вые годы в шко­ле были экс­пе­ри­мен­таль­ны­ми: с од­ной сто­ро­ны рас­смат­ри­ва­лись воз­мож­ные тех­ни­ки и ма­те­ри­а­лы, с дру­гой — по­яв­ля­лись но­вые ре­ше­ния.

    В шко­лу ста­ра­лись при­вле­кать как мож­но боль­ше сто­рон­ни­ков, устра­и­вая ме­ро­при­я­тия и вы­ступ­ле­ния. При Ба­уха­у­се ра­бо­та­ла те­ат­раль­ная ма­стер­ская, де­я­тель­ность ко­то­рой тоже была на­прав­ле­на на ду­хов­ное пре­об­ра­же­ние сту­ден­тов.

    В 1923 году Гро­пи­ус при­ду­мы­ва­ет но­вый сло­ган шко­лы: «Ис­кус­ство и тех­но­ло­гии: но­вое един­ство» и раз­ра­ба­ты­ва­ет бо­лее си­сте­ма­ти­че­скую про­грам­му обу­че­ния. Она под­ра­зу­ме­ва­ла раз­де­ле­ние на три кур­са: под­го­то­ви­тель­ный, прак­ти­че­ский и стро­и­тель­ный. Во вре­мя под­го­тов­ки сту­ден­ты изу­ча­ли ос­но­вы и про­бо­ва­ли ра­бо­тать с ма­те­ри­а­лом, на прак­ти­че­ском зна­ко­ми­лись с фор­мой и цве­том, со­зда­вая объ­ек­ты для мас­со­во­го по­треб­ле­ния, а на стро­и­тель­ном уже от­прав­ля­лись на пло­щад­ку.

    В тот мо­мент в Ба­уха­у­се ра­бо­та­ли мно­гие из­вест­ные люди. Хин­нерк Ше­пер за­ни­мал­ся раз­ра­бот­кой тео­рии цве­та при­ме­ни­тель­но к ар­хи­тек­ту­ре, т. е. объ­яс­нял прин­цип окрас­ки зда­ний как внут­ри, так и сна­ру­жи. Он при­ез­жал в Со­вет­ский Союз и со­здал цве­то­вую схе­му Дома Нар­ком­фи­на. Мар­сель Брёй­ер — быв­ший уче­ник Ба­уха­у­са, впо­след­ствии став­ший пре­по­да­ва­те­лем. За­ни­мал­ся ди­зай­ном ме­бе­ли и со­здал зна­ме­ни­тый стул «Ва­си­лий» (на­зван­ный в честь Ва­си­лия Кан­дин­ско­го), сде­лан­ный из хол­ста и ве­ло­си­пед­ных тру­бок. Па­уль Клее — ху­дож­ник, одна из са­мых из­вест­ных фи­гур ев­ро­пей­ско­го аван­гар­да. Ва­си­лий Кан­дин­ский — зна­ме­ни­тый ху­дож­ник, пре­по­да­ва­тель ма­стер­ской жи­во­пи­си. Ос­кар Шлем­мер — ху­дож­ник, скуль­птор и хо­рео­граф, пре­по­да­вал со­зда­ние ме­тал­ли­че­ских из­де­лий и скульп­ту­ру. Шлем­мер, в част­но­сти, при­ду­мал при­вя­зы­вать к че­ло­ве­че­ско­му телу пал­ки, что­бы по­мочь уче­ни­кам ори­ен­ти­ро­вать­ся в про­стран­стве. Та­к­же он со­здал зна­ме­ни­тую те­ат­раль­ную по­ста­нов­ку «Ба­лет три­ад».

    Дом Наркомфина в Пресненском районе Москвы

    Что со­зда­ла шко­ла?

    Со вре­ме­нем из шко­лы ухо­дит про­грам­ма, при­ду­ман­ная Ит­те­ном, усту­пая свое ме­сто кон­струк­ти­вист­ской прак­ти­ке. Сту­ден­ты, ра­бо­тая с раз­ны­ми ма­те­ри­а­ла­ми, пы­та­ют­ся че­рез фор­му най­ти свой­ства этих ве­ществ. Мно­гие ра­бо­ты уче­ни­ков сра­зу же па­тен­ту­ют­ся и вы­пус­ка­ют­ся на ры­нок. Од­ной из успеш­ней­ших сту­ден­ток того пе­ри­о­да яв­ля­ет­ся Ма­ри­ан­на Брандт, при­ду­мав­шая про­то­ти­пы со­вре­мен­ной под­вес­ной люст­ры и лам­пы на гну­щей­ся нож­ке. Ва­ри­ан­ты этих пред­ме­тов вы­пус­ка­ют­ся до сих пор.

    Подвесная лампа, спроектированная Марианной Брандт, в корпусе школы в Дессау

    Неда­ле­ко от Ба­уха­у­са на­хо­дит­ся за­вод по про­из­вод­ству ве­ло­си­пе­дов, при по­мо­щи ко­то­ро­го и со­зда­ет­ся стул «Ва­си­лий». Аб­со­лют­ная ре­фор­ма про­изо­шла в шриф­тах, ко­то­рая впо­след­ствии по­вли­я­ла на все со­вре­мен­ные шриф­ты. Имен­но в Ба­уха­у­се пе­ре­ста­ли ис­поль­зо­вать за­глав­ные бук­вы во вре­мя пуб­ли­ка­ций.

    Стул Wassily в корпусе школы в Дессау

    Пе­ре­езд из Вей­ма­ра в Дес­сау и сме­на ру­ко­вод­ства

    В этот пе­ри­од на­чи­на­ет­ся по­иск по­кро­ви­те­ля Ба­уха­у­са. Бле­стя­щий пре­по­да­ва­тель­ский со­став, ин­те­рес пуб­ли­ки и но­вые от­кры­тия поз­во­ля­ли шко­ле вы­би­рать. Так в 1925 году она пе­ре­еха­ла в Дес­сау.

    Шко­ле была вы­де­ле­на зем­ля, что поз­во­ли­ло со­здать но­вое зда­ние в пол­ном со­от­вет­ствии с нуж­да­ми. Оно де­ли­лось на три ча­сти: клас­сы, ма­стер­ские и об­ще­жи­тие. Фо­то­гра­фии шко­лы пуб­ли­ко­ва­лись во всех ар­хи­тек­тур­ных жур­на­лах по все­му миру.

    Корпус школы в Дессау

    ©

    Cinematographer / Shutterstock


    В 1928 году ме­сто ру­ко­во­ди­те­ля шко­лы за­ни­ма­ет Хан­нес Май­ер. Он, как че­ло­век под­хо­дя­ще­го кру­га, а та­к­же прак­ти­ку­ю­щий ар­хи­тек­тор, по­ка­зал­ся Гро­пи­усу наи­бо­лее до­стой­ной кун­ди­да­ту­рой.

    С са­мо­го на­ча­ла Гро­пи­ус воз­дер­жи­вал­ся от ак­тив­ной по­ли­ти­че­ской по­зи­ции — шко­ле нуж­на была под­держ­ка со всех сто­рон, по­это­му при­хо­ди­лось идти на ком­про­мис­сы. Од­на­ко, Май­ер был со­ци­а­ли­стом и мно­гие сту­ден­ты и пре­по­да­ва­те­ли на­ча­ли по­се­щать ма­ни­фе­ста­ции и ми­тин­ги. Это вы­зы­ва­ло недо­воль­ство у го­род­ских вла­стей.

    При по­мо­щи уче­ни­ков шко­лы Май­ер на­чи­на­ет про­ек­ти­ро­вать «ме­бель для на­ро­да». Де­ше­вые ма­те­ри­а­лы, про­стое из­го­тов­ле­ние — Май­ер счи­тал, что функ­ци­о­наль­ность все­гда долж­на идти пе­ред кра­со­той. Имен­но в этот пе­ри­од при­ду­мы­ва­ют сбор­ную ме­бель и плос­кую упа­ков­ку. Со­зда­ют­ся одни из пер­вых офис­ных сту­льев.

    Ба­уха­ус на­чи­на­ет со­труд­ни­чать с фаб­ри­кой, вы­пус­ка­ю­щей обои. Од­но­тон­ные и с раз­ной фак­ту­рой эти на­стен­ные по­кры­тия в то вре­мя поль­зо­ва­лись огром­ным успе­хом и до сих пор не те­ря­ют сво­ей ак­ту­аль­но­сти.

    По­след­ние годы ра­бо­ты шко­лы

    В 1930 году Май­е­ра сме­ня­ет Лю­двиг Мис ван дер Роэ. Сту­ден­ты — по­клон­ни­ки Май­е­ра — не при­ни­ма­ют Мис ван дер Роэ. Тот в от­вет за­кры­ва­ет Ба­уха­ус, уволь­ня­ет весь пре­по­да­ва­тель­ский со­став и от­чис­ля­ет уча­щих­ся. За­тем он от­кры­ва­ет шко­лу вновь и при­ни­ма­ет лишь тех, кто офи­ци­аль­но со­гла­сен с его на­зна­че­ни­ем. До­ста­точ­но боль­шое ко­ли­че­ство уче­ни­ков воз­вра­ща­ет­ся об­рат­но.

    Мис ван дер Роэ мно­го ра­бо­та­ет с Лили Райх. Она на­чи­на­ла с ди­зай­на жен­ско­го бе­лья, но со­вре­мен­ные ис­то­ри­ки счи­та­ют, что вли­я­ние Райх в их ра­бо­те до­ми­ни­ро­ва­ло — имен­но она от­ве­ча­ла за вы­став­ки и по­иск кли­ен­тов, но в 30-е годы было не при­ня­то упо­ми­нать жен­щин как со­ав­то­ров.

    Мис ван дер Роэ сдви­га­ет фо­кус вни­ма­ния на ар­хи­тек­ту­ру, учит про­ек­ти­ро­вать, да­вая прин­ци­пи­аль­но неболь­шие за­да­ния, на­хо­дит за­ка­зы, за­бо­тит­ся о про­да­же па­тен­тов, от­ве­чая за все до­хо­ды шко­лы.

    В Дес­сау в ре­зуль­та­те вы­бо­ров к вла­сти при­хо­дят уль­тра­пра­вые, и шко­ле при­хо­дит­ся пе­ре­ехать в Бер­лин.

    Ба­уха­ус в мире

    В кон­це 30-х го­дов была по­пыт­ка от­крыть шко­лу в Чи­ка­го, но она не уда­лась. Гро­пи­ус и Брёй­ер ак­тив­но ра­бо­та­ли в Аме­ри­ке, как и мно­гие дру­гие. В Ев­ро­пе со­вре­мен­ное дви­же­ние стро­и­лось во­круг со­ци­а­лиз­ма, в Аме­ри­ке же все упи­ра­лось в биз­нес, что поз­во­ля­ло ди­зай­не­рам и ар­хи­тек­то­рам Но­вой шко­лы боль­ше стро­ить. Ква­ли­фи­ци­ро­ван­ная ра­бо­чая сила, боль­шая твор­че­ская сво­бо­да — всё это было бла­го­дат­ной поч­вой для ра­бо­ты.

    zeh.media

    Мир отмечает столетие Баухауса. Что о нем надо знать?

    Колыбель дизайна, великая школа, совершившая революцию в архитектуре, дизайне и искусстве в целом, – в этом году Баухаус чествуют по всему миру. На родине, в Германии, подготовили по-настоящему колоссальную музейную, фестивальную, выставочную программу – запланировано около 700 всевозможных событий. Рассказываем, почему важно там побывать.

    Сегодня словом «баухаус» чаще обозначают стиль в модернистской архитектуре 30–60-х годов прошлого века, но изначально так назвалось учебное заведение – Высшая школа строительства и конструирования (Баухаус). Она просуществовала недолго, всего 14 лет (1919–1933 гг.), но подарила миру самую влиятельную, немецкую версию модернизма, идеи которой распространились далеко за пределы страны, определив вектор эстетического развития искусства в всем мире. Дома, в которых мы живем сегодня, – наследники Баухауса, а предметы, придуманные дизайнерами сто лет назад, можно найти в каждой квартире.

    Начало. Веймарская республика

    Все началось в 1919 году в Веймаре. Эпоха была переломной. По всей Европе только что отгремели революции, пали империи, Германия совсем недавно стала республикой. Привычный уклад рушился, старое искусство, архитектура больше не отвечали запросам общества, начиналась новая жизнь, и искусство в ней тоже должно было быть новым. В это полное надежд время в Веймаре открывается высшее учебное заведение, художественная школа нового образца, которая должна была изменить мир, совершив переворот в искусстве.

    Простое и емкое название Баухаус (bau – «строительство», haus – «дом») отражало ясные и одновременно с этим амбициозные цели создателей – они хотели понять, по каким законам работает архитектура, которая охватывает собой все проявления жизни и диктует логику и эстетику частных и общественных пространств. Понять и начать строить для широких масс, а не в интересах правящего класса. Строить так, чтобы красота отвечала функциональности, чтобы синтез искусств работал на благо людей.

    Отцы-основатели Баухауса – архитектор Анри ван де Вельде, инициатор создания школы, и Вальтер Гропиус – архитектор, прославившийся смелыми экспериментами. Он стал первым директором Баухауса и главным его идеологом. Именно Гропиус вдохнул в Баухаус творческую жизнь, вдохновил и увлек самых талантливых и смелых.

    Кто работал в Баухаусе? 

    Гропиусу удалось собрать мощнейший преподавательский коллектив – весь авангард мировой художественной мысли, главных новаторов своего времени. Каждый из них – революционер в своем виде искусства: в живописи, архитектуре, скульптуре, дизайне. Обновления требовали все области творчества, так что учителей подбирали из самых разных сфер.

    Чему учили в Баухаусе?

    Модель образования в школе сильно отличалась от классической. Начинали не с истории искусства или рисования с натуры. Здесь занимались прикладными искусствами. Студенты получали базовые знания о форме, фактурах, материалах и быстро переходили к практике. В Баухаусе были не кафедры, а мастерские, где художники работали вместе с ремесленниками.

    Украшательство отменялось. Форма и внешний вид как зданий, так и предметов должны были быть подчинены функции. Ведь здесь придумывали не уникальные произведения для элит, а товары массового потребления: доступные, удобные и качественные.

    Баухаус не был учебным заведением в чистом виде. Гропиусу удалось создать уникальное творческое объединение, лабораторию. В мастерских делали прототипы мебели, тканей, светильников, керамики. Лучшее отправляли на конвейер, эти вещи продавались, частично школа даже была на самофинансировании. Архитектурные проекты воплощались в жизнь, по проектам Баухауса строились дома и целые поселки. Это были исключительно плодотворные годы для преподавателей и студентов. Варясь в одном творческом котле, они создавали философию и язык нового искусства, меняли восприятие мира, пространства, цвета, звуков в самых разных жанрах, от архитектуры, скульптуры до моды, фотографии и даже балета.

    Среда, союз единомышленников, желание изменить мир давало импульс каждому из них. Шлеммер, Кандинский, Гропиус, Иттен… На времена Баухауса приходится расцвет их творческого гения. Это были настоящие романтики, одержимые идеей создать новую среду обитания, новый образ жизни и «удовлетворить потребности человеческого духа», как писал Вальтер Гропиус.

    В 1925 году власти Веймара перестали субсидировать школу, и она переехала в Дессау в здание, построенное Гропиусом, где просуществовала до 31-го года. К тому моменту ее директором был назначен знаменитый Людвиг Мис ван дер Роэ. Последним адресом Баухауса стал Берлин. 

    «Переизобретая мир». Главные шедевры Баухауса

    Архитектура

    Многое из того, что нас окружает, происходит из Баухауса. Это, например, железобетонные здания, в которых мы живем, построенные из универсальных элементов. Вместе со сборными зданиями родились и принципы застройки нового типа. Новые идеи Гропиус реализует в поселке Дессау-Тёртен в Дессау – 370 сборных домов с прилегающими участками. Излюбленной темой в Баухаусе было изучение пространства для жизни, его эргономики.

     

    Однако не только за социальное жилье архитектуру Баухауса называют великой. Ее архитекторами были созданы знаковые проекты, ставшие символами архитектуры XX века. В частности, первое современное индустриальное здание – фабрика обувных колодок «Фагус» в Альфельде (Нижняя Саксония), спроектированная Гропиусом. Плоские крыши, фасады из стекла и стали, мастерские, залитые дневным светом, – все это было новым словом в фабричном строительстве. Еще одна важная работа Гропиуса – старая биржа труда (Historisches Arbeitsamt) в Дессау, построенная в 1929 году. Безусловный архитектурный символ Баухауса – здание школы и кампус в Дессау, спроектированные Вальтером Гропиусом. Главное здание школы – асимметричное, сложное по своей композиции, но четкое и строгое – идеальный пример функционализма в архитектуре. Оно было совершенно не похоже на неоклассическую застройку Дессау и удивляло жителей обилием стеклянных поверхностей, плоской кровлей (она была местом для общения) и гладкими стенами, лишенными орнамента. Различные помещения были связаны в единую асимметричную композицию с гармонично скомпонованными элементами – горизонтальным (двухэтажный переход-мост, в котором находилась администрация) и вертикальным (пятиэтажное здание студенческого общежития). И сегодня дом выглядит современно. Неподалеку – виллы преподавателей, дома мастеров, где жили и работали Гропиус, Кандинский, Клее, Мохой-Надь, – хрестоматийный образец частной архитектуры Баухауса.

    Дизайн

    В мебельных мастерских Баухауса рождался стиль современного интерьера. Под руководством Марселя Бройера здесь стали делать мебель из плавно изогнутых стальных трубок, легкую, практичную и красивую. Это была совершенно новая технология, благодаря которой на свет родились такие иконы дизайна, как кресло «Василий» (оно было посвящено Василию Кандинскому), знаменитое кресло «Барселона» Людвига Мис ван дер Роэ. Здесь же впервые были разработаны открытые стеллажи, которые могли служить перегородками в помещениях со свободной планировкой. Еще одна визитная карточка Баухауса – осветительные приборы: знаменитая настольная лампа Вагенфельда со стеклянным абажуром-шаром, рассеивающим свет, а также разработанные Марианной Брандт лаконичные индустриальные светильники на кронштейнах (высоту и направление светового луча можно менять). Эти и многие другие вещи, придуманные в Баухаусе, есть не только в каждом учебнике дизайна, каждом альбоме истории искусства ХХ века, но и в каждом доме. Удивительно, но даже в цифровую эпоху они не потеряли актуальности.

    Театр

    В Баухаусе не только много работали, но и отдыхали, причем столь же прогрессивно и талантливо. «Скажи мне, как ты веселишься, и я скажу, кто ты», – говорил Оскар Шлеммер, сценограф, художник, писавший сценарии для школьных вечеринок. Порой эти сумасшедшие костюмированные действа могли длиться целую неделю, а дресс-код звучал как творческий вызов. Например, объявлялся «Белый фестиваль», на который гостям предписывалось явиться «на 2/3 в белом, на 1/3 в цветном, в клетку и полосатом одновременно». В моду как раз вошли перформансы, и в Баухаусе много упражнялись в этом новом жанре.

    Параллельно Оскар Шлеммер работал над своим главным проектом – «Триадическим балетом». «Почему “триадический”? От слова “триада”. Дело в том, что здесь трое танцоров, три части симфонической архитектонической композиции, слияние танца, костюмов и музыки», – пояснял сам режиссер.

     

    Балет, который прославил Шлеммера на весь мир, был бесконечно далек от традиционного. На сцене не было декораций, танцоры, наряженные в невероятные одежды геометрических форм, напоминали движущиеся скульптуры. Действо происходило под музыку для механического пианино, написанную Паулем Хиндемитом. Балет длился три часа и являлся, по сути, «метафизическим парадом». Трое актеров сменяли 18 костюмов и исполняли 12 танцев. Траектория движения танцоров определялась «геометрией пола»: «Танцор движется только от авансцены к рампе по прямой. Дальше – диагональ или окружность, эллипс и так далее».

    К сожалению, видео балета Шлеммера не существует, и даже музыки сохранилось всего семь минут. Однако по эскизам, фотографиям и описаниям балет много раз реконструировали. В 70-е годы о нем сняли фильм.

    Вообще театр был исключительно важен для Баухауса. В обязательную программу обучения входили актерское мастерство, постановочное дело, конструирование театрального пространства. В здании Баухауса в Дессау был настоящий театр. В историю вошли такие концепции, как «Синтетический театр» Кандинского и «Тотальный театр» Гропиуса. На их основе строился современный театр.

    Баухаус просуществовал до 1933 года. Свободный дух не устроил пришедших к власти нацистов. Руководству ничего не оставалось, как распустить школу. Однако история на этом не закончилась. Преподаватели и выпускники уехали из страны и разнесли идеи Баухауса по всему миру.

    www.sobaka.ru

    Баухаус: конвейер шедевров | ELLE Decoration

    В 2019 году мир отмечает 100 лет с момента создания Высшей школы строительства и художественного конструирования Баухаус. Вальтер Гропиус (Walter Gropius), один из создателей и первый ее директор, провозгласил союз искусства и технологий — и последовательно его добивался. Основатели Баухауса выступали за унификацию различных искусств, и разработали подробный теоретический аппарат этой самой унификации. В послевоенные годы приходилось заново определять простые вещи — и для этого необходимо было изобрести новый универсальный язык, основанный на геометрических формах и сильных материалах. Цвету и его теории уделялось особое внимание, арт-терапию рекомендовали всем без исключения. В Баухаусе было легко обрести равновесие: были заняты и ум, и руки, и воображение.

    Создатели Баухауса утверждали: человека нового времени должны окружать вещи-помощники, а не бессмысленный декор. Узор и орнамент отвергаются. Вместо них — однотонные глянцевые и матовые поверхности. Важно, чтобы в одном предмете сочетались теплые и холодные оттенки: к примеру, теплый тон дерева (кожи, ткани) и металлический корпус или каркас.

    Вспоминаем изобретения и предметы этого революционного движения.

    Баухаус: конвейер шедевров (фото 1)Пионеры Баухауса на крыше нового здания школы в Дессау, 1926. Слева направо: Йозеф Алберс, From left: Йозеф Альберс, Хиннерк Шепер, Георг Мухе, Ласло Мохой-Надь, Herbert Bayer, Юстус Шмидт, Вальтер Гропиус, Марсель Бройер, Василий Кандинский, Пауль Клее, Лионель Фейнингер, Гюнта Штольцль, Оскар Шлеммер.
    Фото: 
    © Bauhaus‐Archiv Berlin/Musée National d'Art Moderne/Société Kandinsky

    Здание Баухауса в Дессау, 1926–1929 годы, Вальтер Гропиус

    Шедевр архитектуры функционализма. Уникальное здание, пережившее многочисленные реставрации (часть была утрачена в военные годы, пришлось искать чертежи по многочисленным архивам по обе стороны света и восстанавливать с участием двух международных команд). Сейчас большие окна с облегченными металлическими рамами стали уже общим местом в архитектуре — но тогда решение было смелым и, разумеется, согласовалось с учением Баухауса. Здание было совершенно лишено декора, к чему и стремился Вальтер Гропиус (Walter Gropius), не любивший переполненные орнаментами фасады XIX века. Интерьер и внутреннее оборудование были созданы самими учениками и преподавателями школы.

    Баухаус: конвейер шедевров (фото 3)Здание Баухауса в Дессау по проекту Вальтера Гропиуса, 1926–1929 годы.
    Фото: 
    Tadashi Okochi © Pen Magazine

    Кресло Wassily, 1925–1926 г, Марсель Бройер

    Марсель Бройер (Marcel Breuer), студент, а затем и преподаватель в Bauhaus, использовал для каркаса кресла B3 (это оригинальное название модели) трубчатую сталь. Технология бесшовного аккуратного сгибания трубок была известна с конца 19 века и уже применялась в автомобильной промышленности (для каркасов автомобильных кресел). По той же технологии был выполнен руль его велосипеда Adler. Название Wassily появилось уже в 60-е годы, в честь Василия Кандинского, его коллеги по Bauhaus. Первоначально ремни кресла были холщовыми (сейчас текстиль не используется), позже стали кожаными. Кресло дало начало целой серии мебели из металлических трубок — кроватей, стульев, столов, диванов, кушеток и систем хранения. В настоящее время кресло производит компания Knoll.

    Баухаус, конвейер шедевров (фото 5)Ильза Гроппиус в маске на кресле Wassily Марселя Бройера, 1925 год.

    Кресло Barcelona, Людвиг Мис ван дер Роэ

    Вероятно, самое известное кресло, вышедшее из проектировочных мастерских Bauhaus. Дизайнер и архитектор Людвиг Мис ван дер Роэ (Ludwing Mies van der Rohe) разработал его специально для Международной выставки в Барселоне 1929 года — предполагалось, что на кресла смогут присесть монаршие особы, открывающие выставку. Само кресло представляло собой тонкий металлический каркас и плоские подушки. Ничего лишнего, чистая функция. С годами конструкция стала совершенной: от болтов, соединявших раму, отказались, и она стала монолитной. Кресло настолько удобно и популярно, и его так часто ставят в офисы и приемные, что оно породило коллекционную арт-версию Mies Lobby Trap («ловушка для лобби») Джона Анджело Бенсона (John Angelo Benson).

    Кресло Barcelona, дизайн Людвига Мис ван дер Роэ, 1929 год.Баухаус: конвейер шедевров (фото 8)Арт-объект Mies Lobby Trap, Джон Анджело Бенсон, 2003.

    Металлический чайник, Наум Слуцкий

    Этот чайник был разработан Наумом Слуцким, ювелиром и промышленным дизайнером. По красивой легенде отец Наума работал ювелиром у Фаберже, а самого Слуцкого многие называют родоначальником всего современного ювелирного искусства. Чайник подтверждал манифест движения: дизайн не нуждается в обильном декорировании. Практичность вещи должна решаться почти математическим способом, а не быть следствием украшательства. Красоту нужно находить собственно в форме. Эта красота до сих пор угадывается в шедеврах Alessi, Bodum и даже новой чайной линии Tom Dixon — отсылка к Баухаусу вынесена в описании чайного сервиза.

    Баухаус: конвейер шедевров (фото 9)Металлический чайник, Наум Слуцкий, 1928.Баухаус: конвейер шедевров (фото 10)Чайный сервиз Form, Tom Dixon.

    Настольные часы, Марианна Брандт, 1930

    «Черный квадрат в каждый дом», — могли бы сказать архитекторы Баухауса. Марианна Брандт (Marianne Brandt) вполне разделяла эти взгляды, и создала часы в 1930 году из хромированного металла (его обожали все дизайнеры движения). Форму этих часов повторяют с вариациями так часто, что они вполне могут стать символом бытовой культуры XX века.

    Баухаус: конвейер шедевров (фото 12)Настольные часы Марианны Брандт, 1930 год.

    Стеклянные чайный сервиз, Вильгельм Вагенфельд

    Вероятно, самый известный стеклянный продукт из мастерских Баухауса — чайный сервиз 1930–1934 годов авторства Вильгельма Вагенфельда (Wilhelm Wagenfeld). К этому архетипу чайного сервиза уже столько раз обращались другие дизайнеры, что он давно стал подобием народной песни — мало кто помнит автора. Впрочем, сам Вагенфельд как раз выступал за анонимность в дизайне, и не стремился к славе. Сейчас же это, пожалуй, самая распространенная посуда в кафе: за процессом заварки чая приятно наблюдать сквозь прозрачные стенки чайника. Стеклянные электрические чайники — потомки этого любования.

    Баухаус, конвейер шедевров (фото 13)Стеклянный чайный сервиз Вильгельма Вагенфельда, 1930-е годы.

    Тележка на трех колесах, Марсель Бройер

    Предназначенный для сервировки этот трехколесный столик по дизайну Марселя Бройера может сейчас ассоциироваться со всеми тележками в супермаркетах. Отметим также его сходство с оборудованием для медицинских учреждений. Впрочем, сотрудники Баухауса и не скрывали, что вдохновляются чистотой стиля больниц — более того, устройство своих модульных кухонь они подсмотрели именно там.

    Сервировочный столик B54, дизайн Марселя Бройера, 1928, Gebrüder Thonet.

    Текстиль с яркими геометрическими орнаментами

    Текстиль в ткацких мастерских Баухауса начали выпускать с момента создания школы. Актуальность этих рисунков, созданных под влиянием книги Иоханнеса Иттена (Johannes Itten) «Искусство цвета», и сегодня ничуть не утрачена. Иттен сам руководил созданием новых цветов, форм и фактур в текстиле. В этих же мастерских тренировали глаз и набивали руку ученики Василия Кандинского, Пауля Клее (Paul Klee), Ласло Махой-Надя (Moholy-Nagy László) и других преподавателей.

    Баухаус: конвейер шедевров (фото 19)Дизайнер Анни Альберс за работой.

    Главной особенностью тканей Баухауза была их структурность: в них использовались нити различных характеристик, толщины и состава. Наиболее известны работы Отти Бергер (Otti Berger), Анни Альберс (Anni Albers) и Гунты Штельцель (Gunta Stölzl) — последняя была единственным женщиной-мастером в Баухаусе.

    Ткань Study for Unexecuted Wallhanging, дизайн Анни Альберс, 1926.Баухаус: конвейер шедевров (фото 21.2)Ткань Ancient Writing, дизайн Анни Альберс, 1936.

    Гунта разрабатывала новые виды тканого плетения, экспериментировала с синтетическими материалами и целлофаном, придумывала «железное полотно» для стульев Марселя Бройера, проверяла возможности новых техник крашения. Именно Гунта Штельцель выполнила тканые полосы для первого экземпляра знаменитого кресла «Василий».

    Текстильная мастерская была самым коммерчески успешным проектом Баухауса — от заказчиков не было отбоя. А курс, разработанный Иттеном, до сих пор служит основой начальной творческой подготовки в большинстве дизайнерских учебных заведений мира.

    Баухаус: конвейер шедевров (фото 18)Ковер, дизайн Гунты Штельцель.

    Открытые системы хранения

    Открытые книжные полки и свободностоящие стеллажи, которые можно использовать как перегородки — это одно из самых удачных завоеваний Баухауса в области интерьера. Поскольку свободной планировке в Баухаусе учили всех, нужно было каким-то образом учить эту планировку заполнять. Вот тут и пригодились стеллажи на металлических трубах и прочие полезные изобретения.

    Баухаус: конвейер шедевров (фото 20)Стеллаж, дизайн Марселя Бройера, 1934.

    Светильники Марианны Брандт

    Подвесные лаконичные лампы, меняющие свою высоту — тоже одно из изобретений Баухауса. С ними много экспериментировала Марианна Брандт (Marianne Brandt), ставшая в 1928 году главой мастерской по обработке металла.

    Баухаус: конвейер шедевров (фото 27)Марианна Брандт, автопортрет

    Хотя славу Брандт принес металлический чайник, вошедший во все учебники дизайна, ее работы в области осветительных приборов примечательны не меньше — этими подвесами и лампами, меняющими направление светового луча, мы пользуемся до сих пор.

    Баухаус, конвейер шедевров (фото 21)Светильник Марианны Брандт, 1925.

    Книга о шрифтах, Герберт Байер

    Мало кто помнит, откуда взялась шрифты без заглавных букв. А между тем, их изобретение принадлежит Герберту Байеру (Herbert Bayer), учившемуся и работавшему в Баухаусе. Он утверждал: «Зачем нам писать на двух разных алфавитах, ведь в речи мы же не говорим с заглавной «А» или со строчной «а». Любопытно — после ухода из Баухауса Байер стал арт-директором немецкого Vogue. После, как многие участники Баухауса, переехал в Америку, где продолжил заниматься дизайном и фотографией.

    Текст: Дмитрий Чернов

    Баухаус, конвейер шедевров (фото 23)Кни­га Staat­liches Bauhaus Wei­mar, 1919 — 1923, 1923. Оформ­ле­ние об­лож­ки — Гер­берт Бай­ер. Верст­ка и оформ­ле­ние кни­ги — Ла­сло Мо­хой-Надь.
    Фото: 
    Да­вин Мэ­кель

    Elle Decoration

    Хёрст Шкулёв Паблишинг

    Москва, ул. Шаболовка, дом 31б, 6-й подъезд (вход с Конного переулка)

    www.elledecoration.ru

    Программа-минимум: 100 лет Bauhaus | ELLE Decoration

    Программа-минимум (фото 0)Здание школы Баухаус в Дессау, проект Вальтера Гропиуса, 1925–1926 годы.

    В начале XX века, еще до Первой мировой, немецкий дизайн балансировал между двумя полюсами: рационализмом и творческой индивидуальностью. «Голос разума» звучал со стороны «Веркбунда» — Немецкого производственного союза: многие его участники во главе с архитектором Германом Мутезиусом (Hermann Muthesius) выступали за индустриализацию и стандартизацию. Противниками этих принципов стали художники нового движения — экспрессионизма: они отдавали главную роль эмоции. На почве этого эстетического конфликта и вырос Баухаус. Впрочем, новая школа не то чтобы пыталась помирить два лагеря — ей самой предстояло пройти путь от одного к другому.

    Программа-минимум (фото 2)Постер в честь 50-летия Баухауса — работа выпускника школы Герберта Байера, 1968.

    В 1916 году архитектор-модернист Вальтер Гропиус (Walter Gropius), успевший до вой­ны поработать в мастерских Петера Беренса (Peter Behrens) вместе с Ле Корбюзье (Le Corbusier) и Мис ван дер Роэ (Ludwig Mies van der Rohe), предложил правительству объединить два вуза Веймара и в 1919-м был назначен директором нового учебного заведения — школы Баухаус.

    В «Доме строительства» (так дословно переводится с немецкого «Баухаус») Гропиус впервые соединил конструирование и производство: все студенты, помимо теории, осваивали работу в мастерских. Преподавательский состав он собрал из экспрессионистов: Клее (Paul Klee), Шлеммер и другие.

    Одной из самых заметных фигур того периода Баухауса был швейцарский художник Иоханнес Иттен (Johannes Itten). Заметных во всех смыслах: халат и бритая голова, как у буддийского монаха, дыхательные упражнения и гимнастика на занятиях — в Иттене студенты видели настоящего гуру. Он верил в интуицию и духовность искусства, считал, что композиция создается по законам природы.

    Большое значение Иттен уделял цвету, написал книгу «Искусство цвета» и модернизировал цветовой круг. Под влиянием подобных идей Баухаус проработал до 1923 года, когда иттеновские методы окончательно разочаровали Гропиуса: он решил, что пора поворачивать от индивидуального к массовому производству.

    Программа-минимум (фото 4)Рисунок Карла Фигера, 1926.

    На смену Иттену пришли такие преподаватели, как Ласло Мохой-Надь (Laszlo Moholy-Nagy) и Йозеф Альберс (Josef Albers). Примерно тогда же Гропиус познакомился с конструктивистом Эль Лисицким и идеологом группы «De Stijl» Тео ван Дусбургом (Theo van Doesburg), вдохновившись их идеями. Под влиянием нового, более рационального подхода и были созданы главные иконы дизайна Баухауса — строгая лампа Вагенфельда и Юкера с абажуром-куполом, металлический асимметричный чайник Марианны Брандт, чуть позже — кресло B3 Марселя Бройера (Marcel Breuer), которое получит имя «Василий» — оммаж Кандинскому, также преподававшему в Баухаусе.

    Программа-минимум (фото 6) Фрагмент столовой в школе Баухаус, фото Мариуса Лэнда, 2018.

    Впрочем, иттеновские уроки не были забыты, и запомнила их не только школа, но и, увы, ее враги. Малиновый халат Иттена стал красной тряпкой для зарождающегося в Веймаре фашизма: дух творческой свободы, экзотические методы преподавания не могли остаться незамеченными.

    Дело было, конечно, не в одном только Иттене: подливали масла в огонь откровенно социалистические настроения, которые царили в Баухаусе и после его ухода. Все это привело к радикальному сокращению финансирования школы и ее переезду в Дессау.

    Здесь для школы построили здание по проекту Гропиуса — настоящий архитектурный манифест нового Баухауса: строгие линии, функциональность в каждой детали, отсутствие декора, баланс асимметричных вертикалей и горизонталей, обилие стекла, плоская кровля и слово Bauhaus на фасаде, воспроизведенное лаконичным шрифтом без засечек.

    В Дессау окончательно формируется рациональная философия Баухауса — идея о том, что функция определяет форму. А в 1930 году школу возглавил немецкий архитектор Людвиг Мис ван дер Роэ, который сказал знаменитое «Меньше — значит больше» и своими работами в интернациональном стиле, основанном на принципах функционализма, предопределил строгое лицо городской застройки XX века.

    В Дессау он руководил Баухаусом всего год, пока национал-социалисты не добрались и сюда, закрыв школу. Ван дер Роэ пытался спасти учебное заведение, переехав в Берлин, но смог продержаться только до 1933-го: под давлением новой власти Баухаус окончательно закрылся и здесь, а преподаватели спешно эмигрировали. Формально это был конец истории, но на самом деле — только начало.

    Программа-минимум (фото 8)Дизайнер и архитектор Людвиг Мис ван дер Роэ.

    Кстати о лозунгах. Высказывание Мис ван дер Роэ «Less is more» остроумно перефразировал американский архитектор второй половины XX века Роберт Вентури (Robert Venturi): «Less is bore» («Меньше — значит скучно»), — заявил он. Вентури, спроектировавшего Художественный музей Сиэтла, жилой комплекс «Гилд-Хаус» в Филадельфии и еще десятки зданий, называют одним из отцов архитектуры постмодернизма. Так что Баухаус повлиял на важнейшие течения XX века не только напрямую, но и «от противного»: выдающиеся дизайнеры и архитекторы строили свою философию на основе бунта против «слишком скучного» функционализма. То же можно сказать еще об одном постмодернисте — итальянце Этторе Соттсассе (Ettore Sottsass), хулигане от дизайна, основателе группы «Мемфис»: его отец был архитектором-рационалистом, и всю жизнь Соттсасс-младший своими работами — яркими, чувственными, взрывными и порой вопиюще антипрактичными — спорил с идеалами отца и функционализма в целом.

    Кресла Wassily, дизайн Марселя Брейера, Knoll.

    Рациональный подход, строгость форм, эстетизация машинного производства, скупость выразительных средств — с таким багажом преподавательский цвет Баухауса уехал из Германии. Многие сначала перебрались в Лондон — как, например, Марсель Бройер и Вальтер Гропиус. Для Англии это было очень кстати: здесь как раз назрел переход к эстетике модернизма, производители начали уходить от ручного труда и с готовностью перенимали опыт немецких коллег. Пример британского дизайна того времени — мебель из трубчатой стали Practical Equipment Limited.

    Программа-минимум (фото 12)Вальтер Гропиус.

    А в 1937 году немецкие дизайнеры и архитекторы были вынуждены бежать и из Европы — теперь уже в США. Так Вальтер Гропиус и Марсель Бройер, Ласло Мохой-Надь и Мис ван дер Роэ пересадили идеи Баухауса на американскую поч­ву. Все они продолжили в Штатах преподавать. И чтобы оценить, насколько успешно, достаточно вспомнить имена всего нескольких учеников.

    Например, Флоренс Нолл (Florence Knoll), которая училась у Мис ван дер Роэ и работала у Брейера и Гропиуса, — соосновательница легендарной Knoll Associates. Флоренс всегда подчеркивала, что на ее стиль сильно повлиял Мис ван дер Роэ.

    Компания Knoll приобрела права на производство культовых предметов дизайна Баухауса, которые выпускаются до сих пор: мебель Barcelona и Brno Мис ван дер Роэ, «Василий» Бройера. Кроме этого, в коллекциях Knoll такие иконы дизайна XX века, как стул Diamond Гарри Бертойи (Harry Bertoia), тоже работавшего с Гропиусом, или кресла Tulip и Womb Ээро Сааринена (Eero Saarinen), которому отчасти (но не во всем) был близок интернациональный стиль Мис ван дер Роэ.

    Кресло Diamond, дизайн Гарри Бертойи, Knoll.Стул Tulip, дизайн Ээро Сааринена, винтаж.

    После войны идеи Баухауса наконец вернулись и на родину. В 1953 году в Германии была основана Ульмская школа дизайна, ее первым директором стал швейцарский архитектор Макс Билл (Max Bill), выпускник Баухауса. Важный этап истории Ульмской школы — сотрудничество с производителем бытовой техники Braun. Ведущий дизайнер Braun Дитер Рамс (Dieter Rams) совместно с преподавателями школы разрабатывал революционные на тот момент радиоприемники: спроектированные по принципам «хорошего дизайна», с простым и ясным управлением — что сейчас назвали бы user-friendly. Влияние Баухауса, и в частности Мис ван дер Роэ, явно считывается и в лозунге Дитера Рамса: «Меньше, но лучше».

    Школа Баухаус закрылась в 1933-м. Но на самом деле это было только начало истории
    Программа-минимум (фото 17)Девиз Дитера Рамса: «Меньше, но лучше».

    Новый импульс идеи Баухауса получили в 1970-х. Веселое безумие 1960-х — десятилетия пластика и поп-дизайна с футуристическими экспериментами Вернера Пантона (Verner Panton), Ээро Аарнио (Eero Aarnio), Этторе Соттсасса, Гаэтано Пеше (Gaetano Pesce) — внезапно закончилось, когда в 1973 году случился нефтяной кризис. Стоимость пластмассы, как и производства в целом, резко возросла, и компании столкнулись с новым вызовом. Принципы функционализма вновь стали актуальны — не только с эстетической, но и с экономической точки зрения.

    Программа-минимум (фото 19) Кресла Sheridan, дизайн Роберта Вентури и Дениз Скотт Браун, 1978.

    В дизайн вернулись простые формы, строгий геометризм, сдержанные цвета. Характерные предметы в стиле минимализма того времени — графичные светильники Artemide, стулья с крупной перфорацией Omkstack Родни Кинсмана (Rodney Kinsman).

    Но, конечно, дизайнеры и архитекторы не то чтобы взяли да и отмотали время на полвека назад: рационалисты 1970-х сказали свое новое слово — хай-тек. Формальная строгость теперь дополнялась «технологичной», индустриальной эстетикой. Хай-тек лежал на стыке модернизма и постмодернизма. С одной стороны, этот стиль напрямую следовал принципам простоты Баухауса, с другой — это была «непростая простота»: подчеркнуто футуристические решения, не отказ от декора, а использование самой структуры в роли декора.

    Ключевые фигуры архитектуры хай-тека — англичане Норман Фостер (Norman Foster), Майкл Хопкинс (Michael Scott Hopkins), Ричард Роджерс (Richard Rogers), итальянец Ренцо Пьяно (Renzo Piana). Два последних в соавторстве еще с одним итальянцем Джанфранко Франкини (Gianfranco Franchini) спроектировали одно из первых знаковых сооружений в этом стиле — Центр Жоржа Помпиду в Париже: гигантский стеклянный параллелепипед с вынесенной наружу технической «начинкой» — трубами, лифтами, проводами.

    Программа-минимум (фото 21)Фасад Центра Жоржа Помпиду, открытого в 1977 году в Париже.

    В конце 1960-х, еще до кризиса, когда дизайн был более «расточителен» и стремился не столько к долговечности, сколько к доступности, все громче стала заявлять о себе ИКЕА. В 1968 году шведский мебельный гигант начал использовать в производстве ДСП и изготавливать мебель, которую покупателям предлагалось собрать самостоятельно, что существенно снижало ее стоимость. Низкая цена при хорошем дизайне — одна из главных целей компании до сих пор. И в этом явное сходство с задачами дизайнеров Баухауса, которые стремились делать предметы обихода максимально доступными для людей. Отсюда и формальное сходство: простота, функциональность, геометричность.

    Конечно, скандинавский дизайн ИКЕА — более теплый, «человечный», чем классический Баухаус с его машинной эстетикой. Но параллели провести можно — и даже конкретные: взять хотя бы Stacking tables Йозефа Альберса 1927 года — четыре столика разных цветов, которые компактно составляются друг под друга, — и икеевские наборы столов, сделанные по тому же принципу, например Granboda.

    Программа-минимум (фото 23.1)Каталог мебели Thonet, 1989.Четыре столика Stackable Tables по дизайну Джозефа Альберса.

    Название еще одного гиганта, который умело воспользовался правилами Баухауса, может на первый взгляд прозвучать неожиданно: Apple. Но в истории уже был яркий пример переноса идей 1920-х на дизайн электроники — приемники Braun Дитера Рамса, которые, кстати, интересно внешне сравнить с «яблочными» продуктами, например iPod. Вообще же Стив Джобс (Steve Jobs), проницательно сделавший ставку на дизайн, высказывал идеи, очень близкие Баухаусу: «Стиль управления компанией, дизайн продуктов, реклама — все сводится к одному: нужно быть проще. Реально проще». Об этом же, по сути, сказал главный директор по дизайну Apple Джонатан Айв (Jonathan Ive), рассказывая о разработке одного из компьютеров Power Mac: «Мы хотели избавиться от всего, без чего можно было обойтись».

    Баухаус влиял на главные течения XX века не только напрямую, но и «от противного»
    Программа-минимум (фото 26.1)Ткань Orchestra, дизайн Анни Альберс, Christopher Farr.Кадр Мариуса Лэнда, школа Баухаус в Дессау, 2018.

    Впрочем, наследие Баухауса дожило до наших дней не только в абстрактной форме — оно настолько вещественно, что на нем можно посидеть: несколько топовых брендов продолжают выпускать мебель по дизайну мастеров школы. Помимо Knoll, это, например, Thonet: фабрика производит стулья из гнутых стальных трубок Людвига Мис ван дер Роэ, Марселя Бройера и запатентовавшего кантилеверный стул Марта Стама, дополняя классические версии ремейками в ярких цветах. А британский текстильный бренд Christopher Farr сотрудничает с Фондом Джозефа и Анни Альберс и недавно выпустил коллекцию интерьерных тканей и ковров с принтами по дизайну Анни — выпускницы и преподавательницы Баухауса по ткацкому направлению.

    Программа-минимум (фото 28)Кинетическая скульптура Hammering Man, установленная у Художественного музея Сиэтла.

    И одним только перевыпуском дело не ограничивается. Новое поколение классиков дизайна напрямую апеллирует к идеям Баухауса. Яркий пример — англичанин Джаспер Моррисон (Jasper Morrison), адепт «новой простоты». Еще студентом Моррисон вдохновлялся Баухаусом и французскими функционалистами — Ле Корбюзье, Эйлин Грей (Eileen Gray). От них он взял идеи чистоты, простоты, удобства и функциональности — это Джаспер называет «супернормальным дизайном».

    Таким принципам Моррисон остается верен, проектируя предметы удивительно широкого спектра — от вилок (для Alessi) до ботинок (Camper) и вагонов для ганноверского метро. Но в то же время на дизайнера по-своему повлияли бунтари против функционализма — группа «Мемфис»: он признается, что пример Соттсасса и компании научил его внутренней дизайнерской свободе. Поэтому, возможно, новый рационализм Моррисона уж точно нельзя упрекнуть в скучной подаче. Символично, что в 2017 году ретроспективная выставка Джаспера Моррисона Thingness прошла в берлинском музее «Баухаус-архив».

    Программа-минимум (фото 30)Интерьер резиденции CS в Антверпене — работа Винсента ван Дуйсена.

    Чтобы оценить, насколько идеи Баухауса актуальны для дизайна прямо сейчас, стоит хотя бы взглянуть на работы победителей премий «Дизайнер года». В 2016-м на 25-й Интерьерной биеннале в Кортрейке это звание получил бельгиец Винсент ван Дуйсен (Vincent Van Duysen). Его часто называют минималистом, хотя он сам предпочитает термин «эссенционалист» и подчеркивает, что находится в постоянных поисках простоты. Его работы — это касается и архитектуры, и интерьеров, и предметного дизайна — отличаются графичностью, выверенной чистотой линий. Пример явной отсылки к немецкой школе — светильники Infra-Structure для Flos из трубчатого металла в промышленной эстетике — современная интерпретация стиля Баухауса.

    Bluetooth-колонка, дизайн Сесиль Манц, Bang & Olufsen. Светильник Aggregato, Artemide.

    Еще одну версию современного минимализма предлагает дизайнер года Maison & Objet 2018 Сесиль Манц (Cecilie Manz). «В основе каждого моего проекта должна лежать внятная, сильная идея или функциональная необходимость», — говорит датчанка, по-баухаусовски отдавая функции одну из главных ролей. Но минимализм Сесиль Манц — явно скандинавский: теплый, с особым уважением к материалам. В портфолио Манц — портативные колонки для B&O Play, пуфы и посуда для Fritz Hansen, столы на стальной основе для Muuto, лаконичные светильники Caravaggio для Lightyears.

    Новое поколение дизайнеров все чаще обращается к философии Баухауса

    В 2017-м дизайнером года по версии Maison & Object стал француз Пьер Шарпен (Pierre Charpin). Его минимализм другой — «поэтический», с французским акцентом, да и вдохновлялся Шарпен скорее работами соотечественника Ле Корбюзье, впрочем, близкого по духу Баухаусу. Шарпен любит цвет, но подает его очень графично: кушетка Slice для Ligne Roset из цветных модулей-«слайсов», яркие стеклянные вазы Cirva — минималистская эстетика в его работах обретает новое дыхание.

    Кресла Thinking Man’s Chair, дизайн Джаспера Моррисона, 1986.

    Впрочем, не минимализмом единым. Экспрессионистский период Баухауса не забыт, цветовые эксперименты школы находят отклик и сто лет спустя. Например, молодой российский дизайнер Дарья Зиноватная, обладательница Red Dot Design Award, назвала одну из своих коллекций Itten: ее вдохновила идея Иоханнеса Иттена о том, что «цвет наделяет объект формой и душой».

    Программа-минимум (фото 38)Ковер, дизайн Себастьяна Херк­нера для The Rug Company.

    Что дальше? Буквально недавно, в январе, на Maison & Object 2019 объявили очередного дизайнера года: им стал Себастьян Херкнер (Sebastian Herkner). Немец уже успел поработать с Moroso, ClassiCon, Gervasoni, Thonet. Для последней Херкнер в прошлом году спроектировал стул 118.

    По замыслу дизайнера, он отсылает к «венскому стулу» 214 Михаэля Тонета, а еще — к «франкфуртскому стулу», модели из знаменитой франкфуртской кухни Маргарете Шютте-Лихоцки 1926 года, спроектированной в духе функционализма того времени.

    Разрабатывая модель 118, Себастьян Херкнер обратился еще к одному моменту истории — выставке Der Stuhl 1929 года во Франкфурте: как поясняет сам автор, тогда, в эпоху Баухауса, участники выставки и дизайнеры в целом были в активном поиске «нового стула», который отвечал бы требованиям изменившегося быта и ритма жизни. В общем-то, вечный для дизайна вопрос.

    текст: Ольга Походзей

    www.elledecoration.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о