В северной части возвышаются дома европейской архитектуры: Отметь сложноподчинённое(-ые) предложение(-я). Пока Ермолай зажарил в золе картофель, я успел задремать (И. Тургенев) В северной части возвышаются дома европейской архитектуры, и около них начинают образовываться правильные площади (А. Пушкин) В его кабинете всегда лежала какая-то книжка, заложенная закладкою на четырнадцатой странице, которую он постоянно читал уже два года (Н. Гоголь)

Содержание

Архитектура Польши XV в. | Архитектурная классика

Города. Планировка городов определилась уже в предыдущем периоде. Центр города, прямоугольная торговая площадь (рынок), имела во многих польских городах значительные размеры (например, Новый Сонч 320X320 м, Вроцлав 208X1575, Краков 210X1190, Познань 130X130). По диагональным осям площади, а при больших размерах ее и по нормальным осям расходятся улицы, образующие прямоугольную сетку внутри овальной линии оборонительных укреплений. Часто улицы, ведущие с площади к городским воротам, искривлены. Иногда можно в плане города видеть овал, связанный со старейшей формой поселений, так называемых «овальниц».

Рис. 1. Краков. Генеральный план старой части города. 1 — ратуша; 2 — суконные ряды; 3 — костел Богоматери; 4 — королевский замок; 5 — кафедральный костел; 6 — Флорианские ворота

Ратуша стоит на площади обычно несколько сбоку для удобства торговли. Городской храм (фара) находится вне площади, как более ранний, чем планировка готического города, и лишь иногда, как, например, в Кракове, стоит непосредственно на площади (рис. 1). Францисканский и доминиканский монастыри размещены внутри города при городских стенах близ ворот. Кварталы внутри города разделены на участки 6 — 9 м ширины при длине до 40 м.

Участки застраивались жилыми домами по одной стороне, в глубине участков располагались хозяйственные постройки. Общая плотность застройки сильно увеличилась с XVI в. в связи с ростом населения при ограничении территории и города линией городских стен. Много ремесленных мастерских, особенно огнеопасных, было вынесено за городские стены, что способствовало образованию предместий. Развитие промышленности приводит к созданию новых городов, каков, например, Олькуш (горный промысел). В области благоустройства городов известно о сооружении водопроводов (Краков), устройстве каменных и деревянных тротуаров.

Рис. 2. Старград. Жилой дом первой половины XV в.

Жилые дома. В XV в. в городах строят много каменных домов, хотя количество деревянных домов продолжает оставаться значительным, а в меньших городах преобладающим. Длина домов 25 — 30 м при трехчастной композиции плана с сенями посредине. Первый этаж использовался для торговли и складов и соединялся с погребами. На втором этаже жил владелец дома, а выше челядь. Иногда верхние этажи и многоярусные чердаки использовались как склады. Фасады домов в северной части Польши — кирпичные, в южной — каменно-кирпичные, иногда членились вертикальными нишами, в которых находились окна (рис. 2), а завершались щипцами разнообразной формы. В интерьерах характерны ниши в стенах, деревянные потолки на профилированных балках и роспись стен сеней и комнат.

Городские укрепления, замки и усадьбы. В XV в. городские стены дополнялись новыми пристройками, старые тыны или деревянно-земляные валы заменялись каменными и кирпичными стенами. В ряде городов (Краков, Познань, Варшава) возведена была вторая линия укреплений из стен с башнями, расположенных ниже старых стен. Старые башни надстраивались, иногда получая машикули; строились богато оформленные воротные башни, особенно на Поморье (Гданьск, Слупск, Хойна и др.).

Рис. 3. Краков. Барбакан перед Флорианскими воротами, 1498 г.

Для лучшей защиты входов в город перед ними возводят особые укрепления — цвингеры (Краков, Варшава, Сандомеж), а со второй половины XV в. — барбаканы, соединенные с воротами длинным укрепленным переходом, уже приспособленные для артиллерии и являющиеся выдвинутой вперед батареей. В Кракове сохранился барбакан перед Флорианскими воротами (1498 г., рис. 3) — кирпичная постройка с внутренним диаметром около 10 м при толщине стен свыше 2 м. Два нижних яруса бойниц пушечные, третий — для ручного оружия. Шесть башенок со шпилями играют скорее декоративную роль. Въезд в барбакан с подъемным мостом расположен сбоку, что давало возможность защищать его с городских стен. Мост, проходивший над рвом, в XIX в. был разрушен, а ров засыпан. Барбакан в Варшаве XVI в. меньше краковского: внутренний диаметр его 4 м, толщина стен 2 м. В 1548 г. он завершен декоративной стенкой. С Новомейскими воротами барбакан соединен мостом, причем на мостовых устоях стоят с обеих сторон перехода небольшие башни на тромпах.

Рис. 4. Опоров. Замок, 1434—1449 гг. Рисунок Я. Захватовича Рис. 5. Дембно. Замок, 1470—1480 гг.

О строительстве деревни и постройках мелкой шляхты в XV в. мы знаем немного. Это были деревянные усадьбы, часто укрепленные (тыны, валы) для защиты от крестоносцев, татар или внутренних усобиц. Появляются небольшие каменные замки, дополняющие систему королевских замков, составлявших совместно с укрепленными городами общую систему обороны страны, осуществленную еще в первой половине XIV в. при короле Казимире Великом. Маленький замок в Опорове (1434—1449 гг.) имеет внутренний двор, окруженный крепостной стеной, с большой прямоугольной жилой башней, часовней в полукруглой башне и сокровищницей (рис. 4). В замке в Дембно (1470—1480 гг.) (рис. 5) тоже устроен внутренний двор. В его архитектуре преобладает не оборонный, а жилой характер. В окнах, порталах и росписях замка сохранилось много элементов готики.

Литературные источники почти ничего не говорят о сельских постройках. Известно, что стены их были рубленые или фахверковые, кровли из соломы, теса или гонта. Стены хозяйственных построек делали главным образом из плетня, но с развитием вотчинного хозяйства феодалов строили и каменные здания (гумно в Колбаче, остатки построек в Сулейове и др.).

Общественные здания. Развитие городов выразилось в строительстве общественных и хозяйственных зданий. Существующие ратуши XIV в. были увеличены, а в некоторых городах построены заново (Тарнов, Бечь). В XV в. надстроен великолепный щипец ратуши в Гданьске. В первой половине XV в. мастер Генрих Брунсберг строит ратуши в Хойне и Шецине, продолговатые в плане, без башен, с открытой лоджией на короткой стороне и большими богатыми щипцами.

Рис. 6. Гданьск. Артусов дом, 1476—1481 гг.
Рис. 7. Гданьск. Дом Братства Куркового, 1479—1494 гг. Рис. 8. Краков. Университет, XV в. Галерея двора

В конце XV в. построен дом собраний купечества, так называемый дом Артуса в Гданьске (рис. 6), с большим залом, перекрытым звездчатым сводом на четырех тонких гранитных столбах. Там же построено интересное здание Братства Куркового (стрелков), квадратное в плане, кирпичное с изящной отделкой фасадов и высокой крышей с фигурой св. Георгия наверху (рис. 7). В 1400 г. было начато строительство здания для Краковского университета, основанного в XIV в. Ряд залов окружает внутренний четырехугольный двор, окруженный галереями на каменных столбах с «хрустальными» сводами (вторая половина XV в., рис. 8).

Из зданий другого рода известно по рисункам общежитие кантонистов в Кракове 1470 г. К этому же типу принадлежат так называемые дома Длугоша в Сандомеже (1478 г.) и в Вислице — двухэтажные здания с большими сенями посредине.

В XV в. появляются склады-амбары в торговых городах: Торуне, Грудзендзе, Быдгощи, Гданьске, кирпичные здания с маленькими окошками и щипцами со ступенчатыми нишами. В Радоме сохранилось средневековое кирпичное здание с печью для плавки воска.

Представление о мастерских и их оборудовании в период позднего средневековья дают иллюстрации так называемого Кодекса Бехема начала XVI в. (в Кракове). Сохранились перестроенное здание госпиталя Св. Духа в Кракове (1474 г.), а также госпиталь в Шидлове за городскими воротами, состоящий из анфилады залов с капеллой на поперечной оси здания.

Культовые здания. В XV в. заканчивается возведение кафедральных соборов в Гнезне и Познани, перестраивается алтарная часть церкви Богоматери в Гданьске, строятся приходские церкви. Но все же строительство культовых зданий в XV в. не имело такого значения, как столетием раньше.

При строительстве новых церквей в XV в. в Польше, как и в Баварии, Чехии или Словении, отдавалось предпочтение зальным постройкам. В приходских церквах алтарную часть не отделяют специальной аркой, объединяя нефы и алтарь в одно целое. Для полного соединения пространства нефов и алтаря продолжают боковые нефы (деамбулаторием).

Рис. 9. Гданьск. Церковь Богоматери, XIV—XV вв.
Рис. 10. Гданьск. Троицкая церковь францисканского монастыря, 1431—1480 гг.

В северной группе церквей в XV в. вместо характерного для классической готики расчленения внешних стен контрфорсами возводятся стены гладкие, либо с плоскими декоративными лопатками. Контрфорсы, необходимые по конструктивным соображениям, обращены внутрь здания, обогащая его внутреннее пространство. Мощные гладкие стены церквей, прорезанные высокими окнами, — это создание XV в., когда начинаются поиски простого массивного объема, дополняемого кружевной деталировкой щипцов или аттиков, что выявится вполне в формах архитектуры Возрождения в XVI в. Самым выдающимся примером такой постройки XV в. является церковь Богоматери в Гданьске (рис. 9). В 1446 г. закончена перестройка алтарной части, а затем перестроены нефы одной высоты с зальным трехнефным трансептом. Возник, таким образом, исключительно выразительный интерьер огромного храма, имеющего снаружи простые стены без контрфорсов, прорезанные высокими окнами. Над карнизом проходит кружево готического аттика, а тройные щипцы фланкированы по углам башенками со шпилями. Контраст гладкой мощной стены и легкой ажурности завершения можно видеть в

церкви Св. Троицы при монастыре францисканцев в Гданьске (рис. 10) и в других церквах XV в. в Гданьске и Торуне.

Несколько иной является группа церквей на Западном Поморье и в Великопольше, связанных с именем выдающегося архитектора Генриха Брунсберга, уроженца Бранева, работавшего в Бранденбурге, Западном Поморье, Мархии и Великополыне в конце XIV и в первой половине XV в. как «магистр» из Шецина.

Рис. 11. Познань. Церковь Богоматери, 1433—1444 гг. г. Брунсберг
Рис. 12. Ныса. Церковь Якуба, 1401—1430 гг.

Из построек Генриха Брунсберга на территории теперешней Польши самыми выдающимися являются ратуши в Хойне и Шецине, церкви в Хойне, церкви Богоматери в Познани (1433—1444 гг.), Петра и Павла в Шецине и там же перестроенная церковь св. Якуба. Он применял зальную систему с внутренними контрфорсами, а снаружи вводил плоские лопатки с декоративной обработкой из профилированного, глазурованного кирпича и выступающие над ними выше карниза изящные вимперги. Церковь Богоматери в Познани (рис. 11) является типичной постройкой Брунсберга.

Среди зальных костелов Силезии наиболее интересна церковь св. Якуба в Нысе, построенная в 1401—1430 гг. архитектором Петром, — трехнефный зал, составляющий одно целое с тоже зальной алтарной частью (рис. 12). При значительной высоте нефа (25 м) интерьер является лучшим среди интерьеров зальных храмов. Пространственная концепция и некоторые детали связывают церковь в Нысе с чешской архитектурой (Колин, Кутна Гора).

На территории Великопольши в XV в. строится много церквей почти исключительно зального типа (в Быдгоще, Лекно, Мендыжече, Слупце и др.). Единственной базиликой этого времени является церковь в Шамотулах. К XV в. принадлежит перестройка алтарной части кафедрального собора в Познани с деамбулаторием, над которым возвышаются три башни, открытые внутрь. Великопольские церкви имеют хорошие пропорции и, как в XIV в., наружные контрфорсы. Исключение составляет упомянутая церковь Богоматери в Познани. На территории Великопольши были сооружены два центрических храма, редких в готической архитектуре. Один из них в Гославицах (1444 г.), другой, искаженный позднее, в Мишеве. Церковь в Гославицах (рис. 13) восьмиугольная в плане с четырьмя ветвями; нервюрный свод восьмерика поддерживается тонким восьмигранным каменным столбом, стоящим посредине.

Рис. 13. Гославицы. Церковь первой половины XV в. План и интерьер
Рис. 14. Визна. Церковь, XV в.

В XV в. строились и более архаичные постройки. Построенные в XV в. в Малопольше церкви-базилики в Бешове, Скальбмеже и Бодзентине — поздний отзвук церквей с системой столбов и контрфорсов так называемой «Краковской школы». Простые в объеме однонефные церкви в Шидлове или Кшценцицах (уже XVI в.) отличаются стройностью лизеновых и ступенчатых щипцов.

В Люблине в XV в. кроме капеллы на Замке построена церковь монастыря Визиток, основанная Владиславом Ягелло после победы под Грюнвальдом, трехнефная с позднеготическим щипцом. Скромны церкви XV в. на Мазовше, в которых вся экспрессия сосредоточивается в щипцах, украшенных ступеньками, побеленными нишами, а иногда просветами декоративных отверстий (Цеханув, Бендкув, Бжесть Куявски, Визна, рис. 14). У других мазовецких церквей с запада стоят большие башни — влияние архитектуры крестоносцев (Нешава, Рацёнжек, Пшасныш, Остроленка). Все упомянутые церкви однонефны, кроме собора в Ломже, трехнефного зального с приподнятым средним нефом и позднеготическими хрустальными сводами XVI в.

С момента объединения Польши и Литвы готические формы проникают на восток, а некоторые элементы русского искусства проникают в Польшу (русские художники расписывали церкви в Люблине, Кракове, Сандомеже и Гнезне). Это сочетание живописи, ведущей свое происхождение из Византии, с готической архитектурой в Люблине или Сандомеже дало необыкновенно сильное художественное целое.

Древнейшие сохранившиеся деревянные церкви принадлежат ко второй половине XV в. Таковы церкви в Малопольше — в Дембно, Грывалде, Ивкове второй половины XV в., в Харклёве, Лонче (рис. 15, 1490 г. а также силезские — в Ксенжем Лясе (1499 г.).

Рис. 15. Деревянные церкви: Лонча, 1490 г., общий вид; Дембно, вторая половина XV в., интерьер 

Деревянные церкви однонефны, в плане близки к квадрату, с более узкой алтарной частью, прямоугольной или многогранной. Стены рубленые, а крутая гонтовая крыша придает церквам готический силуэт. С запада примыкает деревянная башня — колокольня каркасной конструкции с нависающим верхним этажом (обычно более поздняя, как и окружающие церковь навесы). В резьбе деревянных порталов, иногда в стрельчатой форме алтарного проема много готических форм. Внутри деревянные церкви были покрыты росписью, главным образом мелким орнаментом (Дембно, рис. 15, Кружлёва).

Польская архитектура XV в. была готической, связанной с предшествующими этапами ее развития и сохранившей многое от старой строительной техники и материалов — кирпича для стен и сводов с каменными столбами, нервюрами, проемами и декором на юге, кирпича с керамическим убранством на севере. Но в течение XV в. архитектурные детали становились утонченнее и сложнее, а крестовые нервюрные своды превратились в более декоративные звездчатые, а затем в сетчатые и хрустальные.

Усложнялись формы лопаток, фиалов, оконных переплетов, а также щипцов и аттиков, которые в Поморье и Мазовше сами превратились в эффектную декорацию, не связанную с крышами и своим богатством контрастировавшую с гладкими стенами. Близость форм аттиков и щипцов светских построек и церквей, как и предпочтение, отдававшееся тогда зальным церквам, говорит о проникновении светского в церковную архитектуру. Наконец, для XV в. типичны увеличение числа каменных светских построек и начало процесса превращения замка-крепости в замок-дворец.


Глава «Архитектура Польши», раздел «Архитектура эпохи Возрождения в западноевропейских странах (вне Италии)», энциклопедия «Всеобщая история архитектуры. Том V. Архитектура Западной Европы XV—XVI веков. Эпоха Возрождения». Ответственный редактор: В.Ф. Маркузон. Автор: Я. Захватович. Москва, Стройиздат, 1967

Побег в Арзрум, или Самое загадочное путешествие Пушкина (№ 7)

Текст: Сергей Дмитриев

Фото: sputnik-georgia.ru

Издатель, поэт и историк Сергей Дмитриев выпустил уже около двадцати книг, в том числе десять стихотворных, а также книги «Последний год Грибоедова», «Владимир Короленко и революционная смута в России». Он — вдохновитель и создатель интернет-антологии «Поэтические места России», которая связывает имена русских поэтов с историей различных мест нашей страны.

Сергей Дмитриев и сам много путешествует, он уже много лет следует путями русских поэтов. В том числе — Александра Сергеевича Пушкина. «Год Литературы» публикует его дорожные записки — своего рода «блог русского путешественника», в котором описывается его путешествие по следам Пушкина в Арзрум — современный турецкий Эрзурум.

Пост № 7

Оказавшись в июне 1829 г. в пестром и шумном Тифлисе, Пушкин не мог не проявить свою природную любознательность, иногда даже чрезмерную. То он неоднократно бродил по тифлисскому базару, и как говорили местные очевидцы, братался с некоторыми торговцами, особенно с армянами. То он специально изучал в лавках образцы местного оружия, к которому испытывал нескрываемую страсть. При этом он яркими художественными красками описывал увиденное:

«Тифлис находится на берегах Куры, в долине, окруженной каменистыми горами. Они укрывают его со всех сторон от ветров и, раскалясь на солнце, не нагревают, а кипятят недвижный воздух. Вот причина нестерпимых жаров, царствующих в Тифлисе, несмотря на то, что город находится только еще под 41-м градусом широты. Самое его название (Тбилис-калак) значит Жаркий город.

Большая часть города выстроена по-азиатски: дома низкие, кровли плоские. В северной части возвышаются дома европейской архитектуры, и около них начинают образоваться правильные площади. Базар разделяется на несколько рядов; лавки полны турецких и персидских товаров, довольно дешевых, если принять в рассуждение всеобщую дороговизну. Оружие тифлисское дорого ценится на всем Востоке. Граф Самойлов и В., прослывшие здесь богатырями, обыкновенно пробовали свои новые шашки, с одного маху перерубая надвое барана или отсекая голову быку».

Пушкина поразила пестрота народов, населяющих город, тяжелый климат, вызывавший нередко заболевания «горячкой» или малярией, особенности местной воды, которую многие просто заменяли вином:

«В Тифлисе главную часть народонаселения составляют армяне: в 1825 году было их здесь до 2500 семейств. Во время нынешних войн число их еще умножилось. Грузинских семейств считается до 1500. Русские не считают себя здешними жителями. Военные, повинуясь долгу, живут в Грузии, потому что так им велено. Молодые титулярные советники приезжают сюда за чином асессорским, толико вожделенным. Те и другие смотрят на Грузию как на изгнание.

Климат тифлисский, сказывают, нездоров. Здешние горячки ужасны; их лечат Меркурием, коего употребление безвредно по причине жаров. Лекаря кормят им своих больных безо всякой совести. Генерал Сипягин, говорят, умер оттого, что его домовый лекарь, приехавший с ним из Петербурга, испугался приема, предлагаемого тамошними докторами, и не дал оного больному. Здешние лихорадки похожи на крымские и молдавские и лечатся одинаково.

Жители пьют курскую воду, мутную, но приятную. Во всех источниках и колодцах вода сильно отзывается серой. Впрочем, вино здесь в таком общем употреблении, что недостаток в воде был бы незаметен».

Тифлис оказался довольно дорогим городом, что поразило поэта больше всего, он ожидал встретить тут обратное, но пришлось приспосабливаться, как и многим российским чиновникам, оправлявшимся на Кавказ за «выслугой по службе»:

«В Тифлисе удивила меня дешевизна денег. Переехав на извозчике через две улицы и отпустив его через полчаса, я должен был заплатить два рубля серебром. Я сперва думал, что он хотел воспользоваться незнанием новоприезжего; но мне сказали, что цена точно такова. Всё прочее дорого в соразмерности.

Мы ездили в немецкую колонию и там обедали. Пили там делаемое пиво, вкусу очень неприятного, и заплатили очень дорого за очень плохой обед. В моем трактире кормили меня так же дорого и дурно.


Генерал Стрекалов, известный гастроном, позвал однажды меня отобедать; по несчастию, у него разносили кушанья по чинам, а за столом сидели английские офицеры в генеральских эполетах. Слуги так усердно меня обносили, что я встал из-за стола голодный. Черт побери тифлисского гастронома!»

Описав колорит восточного города, Пушкин особо отметил, что в течение почти двух недель он «познакомился с тамошним обществом», которое в честь гостя устроило однажды торжественный вечер в европейско-восточном стиле в одном из загородных садов на берегу реки Куры. И совершенно естественно, что поэт не мог не вспоминать в Тифлисе почти ежедневно о Грибоедове, о котором в этом городе действительно напоминало очень многое, ведь он уехал из него с молодой женой в Персию всего лишь восемь с половиной месяцев назад, а весть о смерти дипломата пришла в Тифлис и вообще всего лишь три с половиной месяца назад. Пересуды о тегеранской трагедии кипели еще в городе не понарошку.

Встречаться Пушкину пришлось со многими друзьями и знакомыми Грибоедова, которые не могли не рассказывать о нем гостю: с гражданским губернатором П. Д. Завилейским, соавтором Грибоедова в работе над очень важным «Проектом Российской Закавказской компании», с П. Н. Ахвердовой, воспитательницей жены Грибоедова Нины Чавчавадзе, с редактором «Тифлисских ведомостей» П. С. Санковским. По словам Пушкина, тот «рассказывал мне много любопытного о здешнем крае, о князе Цицианове, об А. П. Ермолове и проч. Санковский любит Грузию и предвидит для нее блестящую будущность».

Почему Пушкин не встретился тогда с самой вдовой Грибоедова, не совсем ясно; вероятнее всего, она болела после тяжкой вести о смерти мужа и смерти сына Александра или ее просто не было тогда в Тифлисе, в который она вернулась из Тавриза в марте того же года. Может быть, она была в эти дни в Цинандали, в имении своего отца, князя Александра Гарсевановича Чавчавадзе. Этот выдающийся грузинский поэт из знаменитого княжеского рода сделал и заметную военную карьеру: в 1817 г. в чине полковника он был переведен из Санкт-Петербурга в Нижегородский драгунский полк, стоявший в родной ему Кахетии, в местечке Карагач. Некоторое время он командовал этим полком, а в ходе русско-персидской войны 1826—1828 гг. руководил уланской бригадой и после занятия Эриванского ханства был назначен начальником Армянской области. Затем в войне с Турцией он командовал Баязетским отрядом, но к началу 1829 г. из-за придирок Паскевича оставил свою должность и вернулся в Тифлис.

Грузинский исследователь И. Ениколопов в своей книге «Пушкин в Грузии» еще в 1966 г. высказал предположение, не подтвержденное пока достаточной суммой доказательств, что А. Чавчавадзе, выезжая по делам службы в Карагач, пригласил Пушкина в свое имение  Цинандали, которое находилось неподалеку. И там поэт смог провести несколько дней, посетив при этом и Карагач, где находился лишь один эскадрон полка, ушедшего на турецкий фронт. Напомним, что в этом имении неоднократно бывал Грибоедов, в том числе в 1828 г. с женой Ниной сразу после свадьбы.

Посещал ли Пушкин замечательный винный край Кахетию, был ли он в Цинандали, встретился ли он там с Ниной Чавчавадзе - все это вопросы, требующие еще своего исследования. А молчание поэта в «Путешествии в Арзрум» о своей возможной поездке в Кахетию можно объяснить целым рядом причин, в том числе невозможностью упоминания в записках князя Чавчавадзе, обвиненного в 1832 г. в заговоре против царской власти.

Прежде чем продолжить дальнейшее описание «побега Пушкина» в Арзрум, мы не обойдемся без того, чтобы вкратце рассмотреть вопрос о взаимоотношениях «двух странников» русской поэзии Пушкина и Грибоедова, очень сильно повлиявших друг на друга не только в творческой сфере, но и в делах странствий. Начнем с совпадений, которые связали судьбы двух «первых поэтов» России того времени в тугой узел. Оба Александры Сергеевичи, оба родились в конце «славного» XVIII века, с разницей всего в четыре с половиной года, в одной и той же дворянской среде. Есть данные, что они были знакомы друг с другом еще в 1809—1810 гг. Как вспоминала в своих «рассказах бабушки», изданных в 1885 г., Е.П. Янькова, «виделись мы <с М. А. Ганнибал> еще у Грибоедовых... В 1809 или 1810 г. Пушкины жили где-то за Разгуляем, у Елохова моста, нанимали там просторный и поместительный дом. .. Я туда ездила со своими старшими девочками на танцевальные уроки, которые мы брали с Пушкиной-девочкой, с Грибоедовой (сестрою того, что в Персии потом убили)... Мальчик, Грибоедов, несколькими годами постарше его <Пушкина>, и другие его товарищи были всегда так чисто, хорошо одеты, а на этом <Пушкине> всегда было что-то и неопрятно, и сидело нескладно». Конечно, разница в возрасте двух подростков была тогда довольно существенна, но при следующей встрече оба начинающих поэта, хотя старшему из них уже удалось несколько лет прослужить гусаром, не могли не узнать друг друга лучше.

Дело в том, что летом 1817 г. Грибоедов и Пушкин почти одновременно поступили на службу в Коллегию иностранных дел, и по роду службы они, хотя и редко, но встречались. Как вспоминала об этих встречах актриса А. М. Колосова, Грибоедов и его друзья относились к Пушкину «как старшие к младшему: он дорожил их мнением и как бы гордился их приязнью. Понятно, что в их кругу Пушкин не занимал первого места и почти не имел голоса». А П. П. Каратыгин указывал, что


«никого не щадивший для красного словца, Пушкин никогда не затрагивал Грибоедова; встречаясь в обществе, они разменивались шутками, остротами, но не сходились столь коротко, как, по-видимому, должны были бы сойтись два одинаково талантливые, умные и образованные человека».


Не сойтись им помешала скитальческая судьба обоих поэтов: Грибоедов уехал на Кавказ и в Персию в августе 1818 г. почти на пять лет, а Пушкин в 1820 г. отправился в ссылку на срок более шести с половиной лет. Так, два молодых поэта оказываются в самом расцвете сил в долгих странствиях, причем не совсем по своей воле. Вдали друг от друга они внимательно следят за творчеством каждого.

В декабре 1823 г. Пушкин спрашивал из Одессы Вяземского: «Что такое Грибоедов? Мне сказывали, что он написал комедию на Чедаева» (позднее Грибоедов, чтобы избежать ассоциаций с П. Я. Чаадаевым, сменил фамилию главного героя с Чадский на Чацкий). В этот период Пушкин нарисовал в своей тетради первый портрет Грибоедова, а всего их в портретной «рукописной» галерее поэта насчитывается, по разным интерпретациям, от 3 до 6, что само по себе говорит о многом.

В январе 1825 г. И. И. Пущин привез в Михайловское «Горе от ума», и, несмотря на отдельные первоначальные критические замечания, Пушкин воспринял это произведение с особым вниманием, признав в нем выдающееся творение Грибоедова, а самого поэта назвав «истинным талантом». Сначала 28 января он писал П. А. Вяземскому:

«Читал я Чацкого - много ума и смешного в стихах, но во всей комедии ни плана, ни мысли главной, ни истины. Чацкий совсем не умный человек - но Грибоедов очень умен». Однако через несколько дней, успев лучше обдумать пьесу, он сообщал А. А. Бестужеву: «Слушал Чацкого, но только один раз, и не с тем вниманием, коего он достоин… Драматического писателя должно судить по законам, им самим над собою признанным. Следст. не осуждаю ни плана, ни завязки, ни приличий комедии Грибоедова. Цель его - характеры и резкая картина нравов. В этом отношении Фамусов и Скалозуб превосходны. …Вот черты истинно комического гения…

В комедии “Горе от ума” кто умное действ.<ующее> лицо? ответ: Грибоедов. А знаешь ли, что такое Чацкий? Пылкий, благородный и добрый малый, проведший несколько времени с очень умным человеком (именно с Грибоедовым) и напитавшийся его мыслями, остротами и сатирическими замечаниями. Все, что говорит он, - очень умно… О стихах я не говорю, половина - должна войти в пословицу». При этом поэт просил своего адресата: «Покажи это Грибоедову».

Комедия Грибоедова оказала сильное влияние на многие произведения Пушкина, особенно на «Бориса Годунова» и «Евгения Онегина». Не вдаваясь в подробности и не упоминая скрытые параллели и созвучия, укажем лишь на то, что в «Онегине» поэт трижды прямо ссылается на «Горе от ума»: в шестой главе, когда он воспроизводит строку Грибоедова: «И вот общественное мненье!»; в эпиграфе к седьмой главе со словами из комедии: «Гоненье на Москву! что значит видеть свет! // Где ж лучше? // Где нас нет»; и в восьмой главе, где Онегин, «убив на поединке друга», «ничем заняться не умел» и отправился в путешествие:

Им овладело беспокойство,

Охота к перемене мест

(Весьма мучительное свойство,

Не многих добровольный крест).

Оставил он свое селенье,

Лесов и нив уединенье…

И начал странствия без цели,

Доступный чувству одному;

И путешествия ему,

Как всё на свете, надоели;

Он возвратился и попал,

Как Чацкий, с корабля на бал.

Здесь Пушкин не только следует за Грибоедовым, который писал о чувствах, «Которые во мне ни даль не охладила, // Ни развлечения, ни перемена мест», но и прямо сравнивает Онегина с Чацким, загадывая нам очередную загадку: а где же странствовал главный герой пушкинского поэтического воображения? Там же, где и Чацкий? Вспомним, что Чацкий появляется зимним утром 1819 г. в московском доме Фамусова после того, как провел три года где-то в далеких краях и проехав на лошадях больше семисот верст, видимо, из Петербурга в Москву. Очевидно, что в Россию Чацкий прибыл водным путем, вероятнее всего, с лечебных вод (в Германии?), в комедии упоминается также, что он побывал во Франции. Получается, что и Онегин, отсутствовавший также три года, тоже «на корабле» вернулся в Петербург из Европы. Однако не все так просто.

Дело в том, что в 1827 г. Пушкин хотел в своих черновиках ввести путешествие Онегина в седьмую главу романа в стихах, написав, что его герой, «убив неопытного друга», решился «в кибитку сесть» и отправился, скорее всего, за границу:

Ямщик удалый засвистал,

И наш Онегин поскакал

Искать отраду жизни скучной -

По отдалённым сторонам,

Куда не зная точно сам.

Потом, в 1830 г., поэт решил посвятить путешествиям Онегина отдельную восьмую главу, и весьма важно, что тогда в плане всех глав он назвал её «Странствие». Однако в 1831 г. Пушкин изменил свое намерение, вынув «Странствие» из системы глав и поместив отрывки из «Путешествия Онегина» в качестве отдельного приложения к своему роману. Сам поэт позднее чистосердечно признался в предисловии к этим отрывкам, что «он выпустил из своего романа целую главу, в коей описано было путешествие Онегина по России», причем «по причинам, важным для него, а не для публики». При этом, печатая отрывки, автор не включил в них следующую ключевую строфу, в которой прямо говорилось о европейских странствиях Онегина:

Наскуча или слыть Мельмотом

Иль маской щеголять иной,

Проснулся раз он патриотом

Дождливой, скучною порой.

Россия, господа, мгновенно

Ему понравилась отменно,

И решено. Уж он влюблен,

Уж Русью только бредит он,

Уж он Европу ненавидит

С её политикой сухой,

С её развратной суетой.

Онегин едет; он увидит

Святую Русь: её поля,

Пустыни, грады и моря.

Вот так и получилось, что в своем романе Пушкин вообще не поместил прямых свидетельств о заграничном вояже Онегина. Владимир Набоков в своих обстоятельных «Комментариях к «Евгению Онегину» Александра Пушкина» был совершенно прав, когда писал, что «в окончательном тексте» романа «мы не находим ничего такого, что давало бы веские основания исключить возможность странствий Онегина (после того, как он побывал на черноморских берегах…) по Западной Европе, откуда он и возвращается в Россию». Однако, согласно исследованиям того же Набокова, получается, что, выехав из Петербурга вскоре после дуэли летом 1821 г., Онегин направился в Москву, Нижний, Астрахань и на Кавказ, осенью 1823 г. он попал в Крым, навестил Пушкина в Одессе и в августе 1824 г. возвратился в Петербург, «закончив круг своего русского путешествия, - никакой возможности того, что побывал и за границей, не остается».

Нам следует только добавить очень важное замечание. Фактически Онегин странствует только путями самого автора - по России, Кавказу, Крыму, Украине:

Тоска, тоска! спешит Евгений

Скорее далее: теперь

Мелькают мельком, будто тени,

Пред ним Валдай, Торжок и Тверь…

Он скачет сонный. Кони мчатся

То по горам, то вдоль реки,

Мелькают вёрсты, ямщики

Поют, и свищут, и бранятся.

Пыль вьётся. Вот Евгений мой

В Москве проснулся на Тверской.

Жизнь не подарила Пушкину других больших странствий, хотя в период написания романа он несколько раз надеялся на свои путешествия за границу. Поэтому-то глава «Путешествие Онегина» и осталась незаконченной: поэт не хотел писать о том, чего сам не видел. Нам же важно еще раз подчеркнуть, что и в своем главном поэтическом творении Пушкин отдал весомую дань как теме путешествий (с частично восточным колоритом), так и памяти своего товарища по писательскому цеху - Александру Грибоедову.

А совпадения в судьбах двух великих поэтов продолжались. Прогремело восстание декабристов, и оба поэта оказались под подозрением в причастности к заговору. Грибоедов был арестован в крепости Грозной 22 января 1826 г., а выпущен с «очистительным аттестатом» лишь 2 июня того же года по милости императора Николая I, с которым имел через четыре дня важную беседу. А Пушкина вызвал из ссылки в Михайловском и после беседы с глазу на глаз 8 сентября 1826 г. также простил Николай I.

Однако встретиться двум «освобожденным» поэтам удалось только после 14 марта 1828 г., когда Грибоедов вернулся в Петербург из Персии с Туркманчайским договором и остановился в той же гостинице Демута на Конюшенной, где жил в те дни и Пушкин.

И какой же малый срок отпустила судьба для общения гениев русской поэзии, прежде чем они расстались, - всего лишь до начала июня, когда новый посланник России в Персии отбыл на Восток уже навсегда. По сведениям современников и исследователей, в этот период Пушкин и Грибоедов общались довольно близко и встречались не менее семи раз, не считая не зафиксированных никем встреч, которые могли происходить, к примеру, в той же гостинице Демута. При этом поэты встречались на обедах у П. П. Свиньина и М. Ю. Вильегорского, в салоне графа И. С. Лаваля, а в доме Жуковского вместе с Вяземским и Крыловым обсуждали план своей совместной поездки в Лондон и Париж. Как вспоминал об одной из встреч К. А. Полевой, «Грибоедов явился вместе с Пушкиным, который уважал его как нельзя больше и за несколько дней сказал мне о нем: это один из самых умных людей России. Любопытно послушать его… В этот вечер Грибоедов читал наизусть отрывок из своей трагедии “Грузинская ночь”».

Тяжелые предчувствия тогда просто витали в воздухе, и не случайно ли 30 апреля во время ночной встречи в гостях у Пушкина тот предложил друзьям-поэтам (Грибоедова на этой встрече не было) для обсуждения событие, свидетелем которого поэт был в Одессе несколько лет назад: «…приплытие Черным морем к одесскому берегу тела Константинопольского православного патриарха Григория V, убитого турецкой чернью»? (Как иногда могут совпадать события, разделенные и по времени, и по месту действия!)

25 мая Пушкин и Грибоедов участвовали в устроенном Вяземским пикнике в Кронштадте, куда друзья добрались на пароходе. (Любопытно, но именно в этой поездке участвовал с молодой женой Дж. Кемпбелл, секретарь британской миссии в Персии, предсказавший Грибоедову, что его ждут большие сложности и неприятности в Тегеране.) Наконец, накануне 6 июня 1828 г., как писал Пушкин, он расстался с Грибоедовым «в Петербурге, перед отъездом его в Персию».

О влиянии поэтов друг на друга говорят многие факты. Например, Грибоедов слышал «Бориса Годунова» в исполнении Пушкина, а тот в набросках предисловия к этому произведению откровенно написал: «Грибоедов критиковал мое изображение Иова - патриарх, действительно, был человеком большого ума, я же по рассеянности сделал из него глупца». По-видимому, рассказы Грибоедова о Персии и Востоке подействовали на Пушкина и в том смысле, что после этих встреч в его стихотворениях с восточными мотивами окончательно исчезают элементы нарочитой экзотики и чрезмерной романтики и все сильнее становятся признаки реализма. Ведь совершенно очевидно, что главной темой разговоров двух поэтов, особенно в силу острой любознательности Пушкина, была именно персидская тема, включавшая в себя и историю, и быт, и поэзию, и религию этой страны, или, в более широком смысле, тема Востока, хотя, конечно, этими темами общение поэтов не ограничивалось.

И конечно, встречи с Грибоедовым не могли не сказаться на решимости Пушкина поучаствовать в тех грандиозных событиях, которые разыгрывались в это время на южных рубежах России, о чем свидетельствовали его многочисленные обращения к императору с просьбой отправить его в действующую на Кавказе против турок армию. Получив отказ, поэт от огорчения сильно захворал, впав «в болезненное отчаяние… сон и аппетит оставили его, желчь сильно разлилась в нем, и он опасно занемог», как вспоминал навещавший Пушкина сотрудник Третьего отделения А. А. Ивановский.


16 июля 1828 г. Грибоедов сделал в Тифлисе предложение юной, не достигшей еще 16 лет Нине Чавчавадзе, с которой повенчался уже 22 августа, а Пушкин в конце декабря того же года впервые встретил на балу в доме Кологривовых юную красавицу Наталью Гончарову,

которой было… 16 лет (вот еще одно совпадение судеб двух поэтов, встретивших почти одновременно свою настоящую любовь). Как писал позднее Пушкин: «Когда я увидел ее в первый раз, красоту ее едва начали замечать в свете. Я полюбил ее. Голова у меня закружилась…» Свое предложение невесте Пушкин сделал 30 апреля 1829 г. в Москве, когда он уже начал осуществлять план своего долгожданного побега на Кавказ и рвался сначала именно в Тифлис. И именно в этом путешествии, как мы увидим далее, судьба вновь и вновь сводила Пушкина с Грибоедовым, хоть он и был уже в «ином мире»…

А тем временем в столице Грузии Пушкина ждало долгожданное событие:

«В Тифлисе надеялся я найти Раевского, но узнав, что полк его уже выступил в поход, я решился просить у графа Паскевича позволения приехать в армию… Я с нетерпением ожидал разрешения моей участи. Наконец получил записку от Раевского. Он писал мне, чтобы я спешил к Карсу, потому что через несколько дней войско должно было идти далее. Я выехал на другой же день».

Хлопотами своего товарища еще по путешествию 1820 г. на Кавказ Николая Николаевича Раевского, который был тогда командиром прославленного Нижегородского драгунского полка, Пушкин получил разрешение прибыть в расположение русской армии в Карс именно от Паскевича, о связях которого с Грибоедовым мы уже писали. А выехать страннику в дорогу выпало 10 (22) июня 1829 г. Начинались самые яркие приключения поэта.

Прогулка от от Рыночной площади до Батарейной горы стр. 2

Прогулка от от Рыночной площади до Батарейной горы стр. 2

 

Первой частью комплекса, законченной в 1912 году, стало представительство Финляндского торгового банка.  

С 1947 года в главном здании комплекса размещается Сбербанк, главный вход в который украшен двумя женскими скульптурами работы Феликса Нюлунда.

Плоский, сплошь облицованный серым гранитом фасад трехэтажного здания акцентирован порталом главного входа и боковыми треугольными выступами, формирующими небольшие балконы. Поверхность стены размечена рустом пунктирного ритма, продолженного расстекловкой больших окон. Как и в других произведениях арт-деко 10-х годов, романтизм и современность в образе здания стремятся взаимно дополнить друг друга. Если функцию геометрической основы берет на себя стена, то за романтическую часть отвечает скульптура – статуи женщин строгого бесстрастного облика с корзинами цветов в руках возвышаются над входом. Фигуры эти выполнены известным финским скульптором Феликсом Нюлундом. Добавляет акцентов фасаду крупная кладка гранитных блоков, обработанных под схематический орнамент. Отход от исторических архитектурных схем к поиску современной монументальности делает работу Ульберга программным произведением арт-деко на самом раннем этапе становления этого стиля.

 

Угол квартала (проспектов Ленина (Torkkelinkatu) и Ленинградского (Karjalankatu)) занимает массивный жилой и торговый дом, принадлежавший компании недвижимости “Karjala” (Карелия). О заказчике и его происхождении говорят размещенные в простенках первого этажа гербы финской Карелии и города Выборга. Постройка здания в 1915 году по проекту Уно Ульберга завершила дореволюционный этап городского строительства. Здесь Ульберг обратился к маньеристической архитектуре, украсив окна верхних этажей квадрами гранитных наличников и витьеватыми сандриками. Основной акцент поставлен на контраст красной кирпичной кладки верхней части здания и темной каменной облицовке нижних, торговых этажей.

В этой работе Уно Ульберг свел воедино новые тенденции европейской архитектуры и свой индивидуальный почерк. Широкое использование натурального камня и резьбы по нему вводит эти постройки в особый контекст карельской архитектуры, определяющей уникальную атмосферу города Выборга. Здание отмечено балюстрадой, огибающей его на уровне второго этажа. А простенки окон первого этажа украшают старые гербы Выборга.

В советское время здесь размещался магазин "Детский мир.

Дополняет ансамбль дом по левую сторону от здания банка, о котором отсутствует подробная информация. Он был возведен раньше по времени, но занял менее выгодное положение, чем дом компании "Karjala", при общем единстве замысла.

 

Перекресток проспекта Ленина и Ленинградского проспекта. Вид в сторону Рыночной площади. Слева - парк Эспланада.

 

Угол проспекта Ленина и Ленинградского проспекта - карельская типография и отель "Кнут Поссе". Архитектор Уно Ульберг,1929 год. Ныне - гостиница "Выборг". Гостиница "Выборг"ипримыкает к пустырю расположенному на правой стороне перекрестка проспекта Ленина и Ленинградского проспекта

 
(двигая мышкой серый движок под рисунком Вы увидите панораму  полностью)

На месте пустыря планируется возвести восьмиэтажный дом на 71 квартиру. Авторы проекта  дома говорят, что это будет дом современного образца западноевропейского модерна. Фасад здания будет имеет трехчастную структуру: первые два этажа отделаны серым гранитом, еще пять этажей — красновато-терракотовой плиткой, на последнем этаже, под слегка выступающей плоской крышей, расположены большие стеклянные окна.

Архитектурными прототипами для проекта нового дома ( в центре фотографии) послужили известные исторические здания в Выборге.

 

Далее по проспекту Ленина, к пустырю примыкает небольшой двухэтажный особняк в стиле рококо. Это дом купца Сергеева. Он  расположен по адресу проспект Ленина (Torkkelinkatu) 14. 

Будущий российский фабриканта и коммерции советник Федор Иванович Сергеев появился в Выборге в 1854 году будучи 14 летним подростком и бывшим крепостным графа Шереметьева из деревни Чернецы Ярославской губернии. Он начал служить приказчиком у известного купца Шушина, быстро освоил шведский, финский и немецкий языки.

В 1878 году Сергеев основал табачную фабрику, в 1892 был назначен коммерции советником за выдающиеся заслуги в развитии коммерческой деятельности в Выборге. В 1894 году на аукционной распродаже Сергеев выкупил пивоваренный завод Бавария, основанный в Выборге в 1869 году, а также винокуренный, уксусный, пуншевый и асфальтовый заводы, механический цех. Пивоваренный завод был реконструирован, расширен и модернизирован.

В 1899 году в торговый реестр Выборга была внесена оптово-торговая фирма «Сыновья Ф. Сергеева и Ко», которая занималась закупкой за границей и последующей продажей в России и Финляндии колониальных товаров, в том числе и чая элитных сортов. Кроме того, Сергеев входил в городской муниципалитет, занимался общественной деятельностью: был почетным членом Выборгского отдела Русского благотворительного общества в Финляндии, членом дирекции Выборгских начальных училищ и многих других комитетов и комиссий. Он направлял солидные суммы на русские и финские школы. На средства Сергеева существовали Выборгский русский реальный лицей и местная народная школа.Федор Иванович помогал ученикам, семьи которых не имели возможности платить за образование.

Федор Иванович имел шестую по величине торговую империю в Финляндии – пивоваренную и табачную фабрики, мыловаренный завод, пароходы, имел деловые отношения с петербургским Нобелем, был основоположником общества «Кавказ», которое стало добывать нефть со дна Каспийского моря.

К сожалению, сегодня особняк купца Сергеева пустует. В доме по соседству в 60-е годы прошлого века размещалась аптека – первая круглосуточная. Ночью в ее дверь нужно было стучать.

Любопытно, что на пустыре перед домом Сергеева находился магазин скобяных товаров немецкого предпринимателя "Старкйохан и К" - крупнейший в Южной Финляндии, - добавляет Тамара Коробова. - Кстати, Стар, как и Сергеев, был известным благотворителем. В конце 1970 года властями города предпринимались решительные попытки снести дом Сергеева, а освободившееся место и пустырь предполагалось застроить гостиницей по типовому проекту. Благодаря вмешательству активистов Выборгского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры здание живет и поныне. Прочитать больше о доме купца Сергеева ЗДЕСЬ.

 

К особняку Сергеева примыкает дом купца Конконена (пр. Ленина, 16). Это здание в стиле модерн было построено в 1908 году по проекту архитектора Пааво Уотила (Paavo Uotila) (1861-1964), который также является автором жилого и доходного дома фирмы «Ф. Сергеев и сыновья», расположенного рядом с автовокзалом.

 

Наиболее примечательным элементом декора являются гротескные гранитные барельефы в верхней части простенков первого этажа. Туристы обожают фотографировать эти коренастые фигуры сгорбленных атлантов с загадочным лицом кого-то третьего посередине. Особенно забавно они смотрятся вместе с «придавившим» их названием улицы (фото из галереи «Северный модерн»).

 

А вы знаете, что в Выборге есть Красная площадь? Только названа она так не из-за красоты. Вот к ней мы и проследуем.

Красная площадь образована пересечением четырех улиц: проспекта Ленина (Torkkelinkatu), улицы Ушакова (Punaisenlähteenkatu), Северной улицы (Pohjolankatu) и Суворовского проспекта (Vaasankatu).

Вплоть до Второй Мировой войны Красная площадь называлась площадью Красного колодца. Дело в том, что на ее северной стороне действительно когда-то стоял колодец, который местные жители называли «красным». По поводу этого названия существует три то ли легенды, то ли правдивые истории: говорят, что в стародавние времена колодец стоял на возвышенности и местность вокруг была красивейшей в городе. Еще говорят, что колодец иногда окрашивали красной краской.

Но местная легенда объясняет его название тем, что у колодца в 1599 г. были казнены местные жители, поддержавшие Сигизмунда III Вазу в междоусобной войне с герцогом Карлом Седерманландским (будующим шведским королем Карлом IX). Казненных было так много, что вода в колодце стала красной от крови.

Сейчас Красная площадь - центральная площадь Выборга на ней проходят массовые гуляния и торжественные мероприятия.

 

(двигая мышкой серый движок под рисунком Вы увидите панораму Красной площади полностью)

На Красной площади находятся три ярких представителя стиля модерн. Доходный дом купца Москвина (Ленинградское ш-се, 2). 1907 г. архитектор Пааво Уотила. Этот дом обладает огромным количеством восхитительных декоративных элементов (чего стоят хотя бы оригинальные кровли высоких угловых башен), но по какой-то фантастической причине не получилось ни одной фотографии ни одного из мелких декоративных элементов фасада. Кстати, на нем тоже есть такие же птички как на "Доме с пеликанами". Вплотную к нему слева примыкает доходный дом Акционерного общества "Отсо" (Ленинградское ш-се,1), построенный в 1905 году.

 

Напротив дома АО "Отсо" тоже доходный дом принадлежавший АО "Арина" (Северная ул., 12). Оба дома возведены по проекту Аллана Шульмана. На фотографии справа. К тридцатым годам XX века, когда в городе был устроен современный водопровод, надобность в колодце отпала, и он был засыпан, сама же площадь использовалась для рыночной торговли. В 1957 году на месте весового павильона был установлен памятник Ленину.

 

Можно было бы и не обращать на него внимание, если бы не аккуратная башенка с куполообразной кровлей, оригинальное оформление низа углового эркера, да симпатичные белые арочки в оформлении первого этажа.

 

Продолжение на следующей странице

Перечитывая ЖЖ Пушкина: "ПУТЕШЕСТВИЕ В АРЗРУМ ВО ВРЕМЯ ПОХОДА 1829 ГОДА": hojja_nusreddin — LiveJournal

Начало: http://www.livejournal.com/users/hojja_nusreddin/382268.html
Продолжение: http://www.livejournal.com/users/hojja_nusreddin/389552.html
____________________________________________________
Грузины народ воинственный. Они доказали свою храбрость под нашими знаменами.
(Пушкин до ушей набит шовинистическими и сословными предрассудками, проявление коих иногда просто болезненное, свидетельство чувств как личной, так и какой-то национальной ущербности. Всюду у него на первом месте незримая ИЕРАРХИЯ, сидение "по-чинам", причем своим местом он никогда не бывает доволен и, где может сделать это безнаказанно, развязно требует "повышения". - Х.Н.)
Их умственные способности ожидают большей образованности.
(Образовали на свою голову и получили камрада Сталина. Хуже всех немирных черкесов. - Х.Н. 🙁
Они вообще нрава веселого и общежительного. По праздникам мужчины пьют и гуляют по улицам. Черноглазые мальчики поют, прыгают и кувыркаются; женщины пляшут лезгинку.
(Этот абзац - шедевр банальности! Он словно писан пером Булгарина или самого Остапа Бендера. Из его инструкции по писанию "восточных описаний". Думаю, тут Пушкин явно перебрал чихирю. - Х.Н. 🙂
Голос песен грузинских приятен.
(Определенно, классик - пьян! Ну каков может быть "голос песен"? Таков, каков голос певицы - Х.Н. 🙂
Мне перевели одну из них слово в слово; она, кажется, сложена в новейшее время; в ней есть какая-то восточная бессмыслица,
(Ага, будто в нашых песнях мало бессмыслицы... Восточной или восточно-европейской, судить вам. Например, "Шел казак на побывку домой" - шел казак, оступился в воду, пришлось жениццо. ПОЧЕМУ? Дурь же несусветная. - Х.Н. 🙂
имеющая свое поэтическое достоинство. Вот вам она:

Душа, недавно рожденная в раю! Душа, созданная для моего счастия! от тебя, бессмертная, ожидаю жизни.
От тебя, весна цветущая, луна двунедельная, от тебя, ангел мой хранитель, от тебя ожидаю жизни.
Ты сияешь лицом и веселишь улыбкою. Не хочу обладать миром; хочу твоего взора. От тебя ожидаю жизни.
Горная роза, освеженная росою! Избранная любимица природы! Тихое, потаенное сокровище! От тебя ожидаю жизни.

(Ну и где тут "бессмыслица"? Негр - грузинофоб! - Х.Н. 🙂

Грузины пьют не по-нашему
(Ну, дык, по-нашему то ваще никто и нигде не пьёт! Бедняшка Пушкин мало путешествовал в условиях самодержавнова деспотизьма. - Х.Н. 🙂
и удивительно крепки.
(Чево же тут удивительного, кроме пушкинского же предрассудка о том, что все народы окромя русскова чюдо-богатыря должны быть недоносками? Вот такие оговорочки и выдают расизьм. - Х.Н. 🙂
Вины их не терпят вывоза и скоро портятся, но на месте они прекрасны. Кахетинское и карабахское стоят некоторых бургонских.
(Разве Карабах тогда считался Грузией? - Х.Н. 🙂
Вино держат в маранах, огромных кувшинах, зарытых в землю. Их открывают с торжественными обрядами. Недавно русский драгун, тайно отрыв таковой кувшин, упал в него и утонул в кахетинском вине, как несчастный Кларенс в бочке малаги.
(Это, разумеиццо, классику не "удивительно" - Х.Н. 🙂
Тифлис находится на берегах Куры в долине, окруженной каменистыми горами. Они укрывают его со всех сторон от ветров и, раскалясь на солнце, не нагревают, а кипятят недвижный воздух. Вот причина нестерпимых жаров,
(Давайте не будем хохотаться! Мы присутствуем при мучительных родах русскова литературнова языка! - Х.Н. 🙂
царствующих в Тифлисе, несмотря на то, что город находится только еще под сорок первым градусом широты. Самое его название (Тбилискалар) значит Жаркий город.
(Я слышал от грузин, что Тбилиси означает "тёплая лужа" - Х.Н. 🙂
Большая часть города выстроена по-азиатски: дома низкие, кровли плоские. В северной части возвышаются дома европейской архитектуры, и около них начинают образоваться правильные площади. Базар разделяется на несколько рядов; лавки полны турецких и персидских товаров, довольно дешевых, если принять в рассуждение всеобщую дороговизну. Оружие тифлисское дорого ценится на всем Востоке. Граф Самойлов и В., прослывшие здесь богатырями, обыкновенно пробовали свои новые шашки, с одного маху перерубая надвое барана или отсекая голову быку.
(Вах! "Богатыри, не мы" - Х.Н. 🙂
В Тифлисе главную часть народонаселения составляют армяне:
(Любопытно, что грузины с горячностью отрицают тезис, что "армяне построили грузинам столицу", который так же горячо отстаивают армяне. - Х.Н. 🙂
в 1825 году было их здесь до 2500 семейств. Во время нынешних войн число их еще умножилось. Грузинских семейств считается до 1500. Русские не считают себя здешними жителями. Военные, повинуясь долгу, живут в Грузии, потому что так им велено. Молодые титулярные советники приезжают сюда за чином асессорским, толико вожделенным. Те и другие смотрят на Грузию как на изгнание.

Климат тифлисский, сказывают, нездоров. Здешние горячки ужасны; их лечат меркурием, коего употребление безвредно по причине жаров. Лекаря кормят им своих больных безо всякой совести.
(УЖОС! Медицына практически вапще не прогрессирует. - Х.Н. 🙂
Генерал Сипягин, говорят, умер оттого, что его домовый лекарь, приехавший с ним из Петербурга, испугался приема, предлагаемого тамошними докторами, и не дал оного больному. Здешние лихорадки похожи на крымские и молдавские и лечатся одинаково.

Жители пьют курскую воду,
(Возят издалека, аж из самого Курска - Х.Н. 🙂
мутную, но приятную. Во всех источниках и колодцах вода сильно отзывается серой. Впрочем, вино здесь в таком общем употреблении, что недостаток в воде был бы незаметен.

В Тифлисе удивила меня дешевизна денег. Переехав на извозчике через две улицы и отпустив его через полчаса, я должен был заплатить два рубля серебром. Я сперва думал, что он хотел воспользоваться незнанием новоприезжего; но мне сказали, что цена точно такова. Все прочее дорого в соразмерности.
(Объегорили, как лоха. Видят - негр, и ободрали. Дело известное. - Х.Н. 🙂
Мы ездили в немецкую колонию и там обедали.

(Немцы всегда так - умели держать дистанцию oт неарийцев. Но нынче запустили к себе турков и опростели. - Х.Н. 🙂
Пили там делаемое пиво, вкусу очень неприятного, и заплатили очень дорого за очень плохой обед. В моем трактире кормили меня так же дорого и дурно.
(О шашлыке - ни слова. Что он там ел? - Х.Н. 🙂
Генерал Стрекалов, известный гастроном, позвал однажды меня отобедать; по несчастию, у него разносили кушанья по чинам, а за столом сидели английские офицеры в генеральских эполетах. Слуги так усердно меня обносили, что я встал из-за стола голодный.
(Англичане в оба глядели за русской армией! Боялись прорыва в Индию. Их наблюдателей кормили по Высочайшему повелению, тут не до негритянских журналюг. Но нравы журналюг не изменились за 2 века. - Х.Н. 🙂
Черт побери тифлисского гастронома!
(И это всё, что, благодаря Пушкину, осталось на века от славного генерала! - Х.Н. 🙂
____________________________________________________________
Глава 2: Тифлис.
http://www.rvb.ru/pushkin/01text/06prose/01prose/0870.htm?start=0&length=all

Древнегреческая версия "идеального" усадебного дома в произведениях античных авторов Текст научной статьи по специальности «История и археология»

АРХИТЕКТУРА И ГРАДОСТРОИТЕЛЬСТВО

УДК 72.032 + 7.032.7

ПОЛЯКОВ ЕВГЕНИЙ НИКОЛАЕВИЧ, докт. искусствоведения, профессор, polyakov. [email protected] ru

КРАСОВСКИЙ АЛЕКСАНДР ВЛАДИМИРОВИЧ, студент, [email protected] com

Томский государственный архитектурно-строительный университет, 634003, г. Томск, пл. Соляная, 2

ДРЕВНЕГРЕЧЕСКАЯ ВЕРСИЯ «ИДЕАЛЬНОГО» УСАДЕБНОГО ДОМА В ПРОИЗВЕДЕНИЯХ АНТИЧНЫХ АВТОРОВ

Статья посвящена архитектуре жилых построек Древней Греции классического и эллинистического периодов (V-I вв. до н. э.) - городских и загородных усадебных домов, дворцовых комплексов. Рассмотрены градостроительные аспекты, функционально-планировочная структура пастадного и перистильного жилых домов, наиболее характерные помещения «мужской» и «женской» половин древнегреческого дома, особенности решения его фасадов, декоративные элементы и детали, применяемые строительные материалы. Отмечено, что довольно скромный внешний облик жилых построек резко контрастировал с их нарядной внутренней отделкой (принцип «жемчужной раковины»). Предельный лаконизм в отделке фасадов может быть объяснен как бедностью, так и природной скромностью «демократичных» греков, их нежеланием привлекать к своему дому внимание посторонних людей.

Ключевые слова: Древняя Греция; классический и эллинистический периоды; градостроительное искусство; архитектура; жилые усадебные дома; функционально-планировочные схемы, фасады.

EVGENIIN. POLYAKOV, DSc, Professor, polyakov. [email protected] ALEKSANDR V. KRASOVSKII, Student, [email protected]

Tomsk State University of Architecture and Building, 2, Solyanaya Sq., 634003, Tomsk, Russia

ANCIENT GREEK VERSION OF IDEAL COUNTRY-HOUSE IN WORKS OF ANCIENT AUTHORS

The paper is devoted to the building architecture in Ancient Greece of Classic and Hellenic periods (V-I ages B.C.), namely urban and country houses and palaces. The

© Поляков Е.Н., Красовский А.В., 2017

town-planning aspects and functional structure of closed-type and peristyle houses are considered as well as façades, architectural elements and details, and building materials used. It is shown that a modest appearance of these houses is in contrast with their interior. Laconicism observed in façade decoration can be explained either by poverty or natural modesty of democratic Greeks and their reluctance to draw attention to their houses.

Keywords: Ancient Greece; Classic and Hellenic periods; town-planning; architecture; mansion house; functional-planning schemes; facades.

Настоящая статья продолжает цикл научных работ, посвященных архитектуре жилых усадебных зданий Древней Греции, Этрурии и Древнего Рима. Две первые статьи были посвящены жилым домам и дворцам гомеровского периода (XII—VIII вв. до н. э.) [1-2]. Здесь будут рассмотрены генеральные планы древнегреческих городов VI-I вв. до н. э., функционально-планировочные схемы жилых построек, пространственная ориентация комнат, решения фасадов этих домов, особенности их декоративных украшений, используемые строительные материалы и прочие аспекты, которые могут заинтересовать историков, архитекторов и строителей.

Следует отметить, что многие отечественные и зарубежные специалисты (историки, археологи, искусствоведы и архитекторы) традиционно судят о жилых постройках Древней Греции в основном по остаткам фундаментов и стен зданий (Микены, Пилос, Тиринф, Троя, Ольвия, Олинф, Афины и пр.), по глиняным моделям жилых домов и храмов, которые нередко выполняли функции погребальных урн, по уцелевшим фрагментам мозаичных панно и фресок. С нашей точки зрения, огромное значение для воссоздания особенностей бытового уклада древних греков и облика их жилых построек того времени имеют литературные источники. В том числе произведения современников, очевидцев тех далеких событий - Апулея, Варрона, Диодора, Ксе-нофонта, Либания, Лисия, Менандра, Корнелия Непота, Плавта, Плутарха и многих других античных авторов, а также трактат древнеримского зодчего Витрувия «Десять книг об архитектуре» (I в. до н. э.). Эта традиция научного анализа памятников архитектуры на основе «достоверных свидетельств» очевидцев и современников, живших во времена их строительства, была заложена еще в конце 30-х гг. прошлого века доктором искусствоведения, профессором В.П. Зубовым (1900-1963), написавшим книгу «Архитектура античного мира» (М., 1940). В какой-то мере мы продолжаем развивать именно это научное направление. Изучая труды античных авторов, «мы видим людей, которые создавали архитектурное произведение, людей, для которых оно создавалось; проникая в их психологию и социальный уклад, мы получаем представление о требованиях, которые они предъявляли к архитектуре, о тех принципах, которыми они руководствовались...» [3, с. 2]. Поэтому значение литературных произведений времен поздней античности для современной науки трудно переоценить.

Согласно установившейся традиции, анализ того или иного проекта или типа зданий начинается с оценки градостроительных схем. В настоящей статье эти аспекты касаются социальной значимости и, соответственно, места размещения отдельного усадебного дома или группы домов в структуре го-

родской застройки. Особое значение тут имеет его пространственная ориентация, характер инсоляции жилых и подсобных (хозяйственных) помещений. Важную роль здесь играет рельеф местности, в который должна быть органично вписана городская застройка. Характером рельефа во многом определяются рисунок уличной сети, ширина и направление улиц и проездов, размещение городских площадей, садов и парков, варианты функционального зонирования городской территории. Главные улицы в древнегреческих городах обычно имели широтную либо меридиональную ориентацию. Пересекавшие их под прямыми углами улицы и переулки порою были настолько круты, что превращались в лестницы, а примыкающие к ним участки укреплялись подпорными стенами.

Следует отметить, что градостроительная практика Древней Греции, в особенности способы планировки жилой застройки (селитьбы), во многом развивала древнейшие традиции народов Древнего Востока в этой области. Оказалось, что большинство древних поселений отдаленно напоминают схемы роста и способы расселения колониальных организмов, в том числе схемы митоза (деления) клеток, мицелии водорослей и грибов, коралловые атоллы, постройки муравьев, пчел и термитов, гнезда рыб, птиц и пр. В этих колониях каждый организм был частицей сообщества себе подобных особей и находился под их негласной защитой. Поэтому в древнейших городах Старого Света (Чатал-Хюйук, Кахун, Мохенджо-Даро, Лоян, Вавилон, Дур-Шаррукин и пр.) жилые усадьбы чем-то напоминали современные квартиры в блокированных и секционных жилых зданиях различной этажности. Это были квадратные либо прямоугольные каменные каре, имеющие общие внешние несущие стены. Обитатели подобных жилых ячеек, подобно колониальным животным, чувствовали себя намного спокойнее под защитой этого рукотворного каменного лабиринта (рис. 1).

Габариты жилых ячеек чаще всего были одинаковыми, поэтому их владельцы, как правило, не испытывали чувства душевного дискомфорта и социального неравенства. Подобные жилые кварталы стали древнейшими очагами социальной демократии горожан. На улицу были обращены один либо два фасада. Одно- или двухэтажные блоки усадебных домов формировали городские кварталы. В подобной застройке стены соседних домов нередко были общими для двух-трех семей. Вход в дом был устроен со стороны городской улицы или переулка. Инсоляция комнат обычно осуществлялась через открытый световой колодец над внутренним двором квадратной или прямоугольной формы (лат. атриум, греч. перистиль). Двор являлся композиционным центром усадебного дома. Примером этого варианта застройки может служить жилой квартал Северо-восточного района древнегреческой колонии Ольвии (Счастливой), основанной на правом берегу Южно-Бугского лимана выходцами из Милета (первая четверть VI в. до н. э.).

Именно в замкнутой от внешнего мира жилой застройке в течение многих столетий формировался принцип «жемчужной раковины», получивший свое логическое завершение в древнеримском и византийском зодчестве. Согласно этому принципу, фасады дома должны иметь грубую лаконичную поверхность «раковины», лишенную световых проемов и декоративных укра-

шений. Этим самым они не будут притягивать завистливых взоров прохожих и соседей. Настоящее же богатство дома, его подлинная «жемчужина» находилось внутри его жилых комнат, залов, кладовых и открытых дворов. Этот принцип «сакральности» жилого пространства, скрытого от посторонних глаз, не потерял актуальности и в наши дни.

Рис. 1. Ольвия (Борисфен). Жилой квартал Северо-восточного района. Видовые точки на территории раскопок (http://inshe.tv/wp-content/uploads/2016/03/olviya-800x540.jpg)

Подтвердим наши рассуждения примерами из архитектурного наследия Древней Греции. В этих условиях особенный интерес представляют раскопки г. Олинфа1, который окончательно сложился в 40-х гг. V в. до н. э. В 348 г. до н. э. этот город был разрушен македонским царем Филиппом II и больше никогда уже не отстраивался. Сохранившиеся остатки сырцовых стен возвышаются над уровнем пола на 0,7-0,8 м, что помогло археологам восстановить в общих чертах его планировочную схему.

Этот колониальный городок с населением в пять тысяч жителей имел четкую регулярную структуру плана. Густая сетка параллельных улиц шири-

1 Олинф - греческая колония во Фракии, на Халкидском полуострове, в углу Торонского залива, к северо-востоку от Потидеи. Основан, по-видимому, эвбейскими эллинами на месте нынешнего Айо-Мамаса.

ной 7,5 м, пересекавшихся переулками шириной 5,5 м, разделила городскую территорию на одинаковые прямоугольные кварталы, вытянутые в направлении с востока на запад. Олинфские кварталы имели размеры 300*120 футов (~ 100*40 м) и делились пополам узкими проходами шириной около 2 м, в которых были устроены канализационные стоки. В состав квартала входили десять равных участков, предназначавшихся для отдельных семей. Дома на смежных участках имели общие ограждающие стены. Застройка каждого квартала включала две параллельные «цепочки» по пяти домов в каждой. Все жилые комнаты были обращены своими дверными и оконными проемами на юг: «Каждый дом 60*60 футов (~19*20 м). Дворики их также квадратны -24*24 фута (8*8 м), а все размеры плана кратны высоте человеческого роста в 6 греческих (аттических) футов (1,72 м). Мера эта носила свое название -"оргия". Все размеры комнат кратны этому модулю...» [4, с. 68].

Демократический принцип предоставления всем застройщикам равных по площади участков привел к определенной «стандартизации» жилых построек. Однако каждый дом имел свои специфические отличия, которые придали его плану индивидуальные черты. Случалось, что, оказавшись в нужде, домохозяин уступал часть своего домовладения соседу. При этом единая прямоугольная планировочная схема олинфских домов не нарушалась (рис. 2). Она представляла разительный контраст с застройкой Делоса, создатели которой были вынуждены прибегнуть к неправильной конфигурации кварталов.

Рис. 2. Руины, план г. Олинфа, У-ГУ вв. до н. э.

Жилые кварталы на о. Делос редко имели прямоугольные очертания. Это было связано с расположением города в условиях сложного пересеченного рельефа, при котором «регулярная» структура кварталов и улиц не могла быть осуществлена (рис. 3).

В эллинистическую эпоху (IV-! вв. до н. э.) городской квартал представлял собой единый градостроительный комплекс, включавший несколько однотипных жилых домов. Жилые дома, формирующие структуру квартала, имели общие смежные стены и внутренние перистильные дворы, окруженные колонными портиками. Сравнительно скромные габариты жилых кварталов эллинистических городов (Приена - 35*47 м, Милет - 30*36 м и Книд -32*48 м), включавших по четыре-шесть домовладений в каждом, обусловили размеры типовой жилой ячейки от 15*18 до 16*24 м. Однако принцип блоч-

ной застройки богатыми застройщиками не всегда соблюдался. Наряду с обычным, среднего размера, типовым блокированным домом в эпоху эллинизма появились большие усадебные дома, нередко занимавшие половину или даже всю площадь квартала.

Рис. 3. Руины античного города на о. Делос (http://www.worlds.ru/photo/greece_ 200320100009_1.jpg; http://www.tur-tur.com/articles/images/1929.jpg)

Функционально-планировочная схема древнегреческого жилого дома рассматриваемого периода мало чем отличалась от аналогичных схем усадебных домов гомеровского периода. Эти дома были достаточно просты. Они состояли из двух либо трех комнат. В каждом доме был внутренний двор. Несущие стены, сложенные из широких и плоских сырцовых кирпичей, воздвигались на скальном основании либо на сборном фундаменте, составленном из крупногабаритных каменных блоков. Полы были глинобитными либо каменными. В богатых домах они могли быть вымощены мраморными плитками либо украшены мозаичными панно. Крыши покрывались терракотовой черепицей. Подобный тип дома имел широкое распространение не только в богатых торговых городах, но и на периферии античного мира: «В Афинах дома всегда были маленькими и неудобными. Даже прославленные полководцы V в. до н. э. ютились в бедных жилищах. Еще более жалкими были хижины бедноты, пристроенные к скалам, отчего чужеземцы нередко с презрением отзывались об Афинах.» [5, с. 97-98].

Вход в дом обычно устраивали с южной стороны. Здесь находились главные ворота. Иногда их отодвигали на 1-2 м вглубь территории дома, чтобы образовать перед ними затененную нишу. В этой нише гости ожидали приглашения войти в дом. В богатых домах вход был украшен портиком с двумя колоннами, отдаленно напоминавшим гомеровский храм с антами. Аналогичные портики для посетителей были и у этрусков: «Тирренцы [этруски] изобрели и портики перед домами, чтобы устранить беспокойство, причиняемое скоплением ожидающих людей.» (Диодор, V, 40, 1) [3, с. 137].

В Олинфе встречались также жилые усадьбы с двумя воротами - вилла «Доброй судьбы» и прочие дома, расположенные в углах кварталов. Подобный дом имел площадь ~ 280 м2. В центре его размещался внутренний двор, окруженный жилыми и хозяйственными комнатами и постройками. Он зани-

мал 10-20 % площади дома и служил своеобразным «световым колодцем», из которого солнечный свет попадал во все комнаты. Главные жилые комнаты дома располагались в его северной части. Они выходили не прямо во двор, а в промежуточную галерею (пастаду), имевшую глубину до 3,5 м. Ширина внутреннего двора обычно не превышала 7 м.

Пастада (крытый проход) была открыта на юг, в сторону двора. Она имела покатую кровлю, поддерживаемую деревянными опорами (рис. 4).

Рис. 4. Пастада (крытый проход, портик) в структуре древнегреческого дома (http://www.sno.pro1.ru/lib/antichniy_gorod/antichniy_gorod14-2.jpg)

Размещение жилых помещений в северной половине дома было обусловлено характером их естественного освещения. Античные авторы утверждали, что именно греки, в отличие от всех прочих народов, строят свои жилища «правильно», рационально освещая и обогревая их солнечными лучами. Комнаты, расположенные на северной стороне двора, летом были защищены от отвесных «палящих» лучей навесом пастады. Зимой же лучи солнца были более пологими и «прохладными». Они проникали в комнаты и согревали их. Поэтому южная часть дома обычно была ниже северной, чтобы не препятствовать проникновению пологих зимних лучей в жилые комнаты первого и второго этажей. То есть внутренний двор служил своеобразным «световым колодцем», через который поочередно освещались почти все помещения дома. Второй этаж был оснащен небольшими окнами. Да и в целом он был ниже первого этажа.

В богатых домах за воротами обычно размещались комната привратника и хозяйственные помещения (конюшни, торговые лавки, ремесленные мастерские и пр.). Между ними был оставлен узкий проход, ведущий во внутренний двор. В центре двора мог быть устроен небольшой бассейн. В него с покатых кровель стекала дождевая вода (о. Делос). Витрувий написал об этой части греческого дома следующее: «Для входящих через наружную дверь делают не очень широкие проходы с конюшнями по одной стороне и с комнатами для привратников по другой, а... в конце проходов - внутренние двери... Отсюда входят в перистиль.» (Книга VI, глава VII, 1) [6, с. 121]. «Широкий коридор-прихожая ведет с улицы в перистильный дворик, кото-

рый... примыкает к наружной стене. Справа от входа была комната раба-привратника. Слева от входа помещалась лавка с подсобным помещением, открывающаяся на улицу широким проемом - дверью.» [7, с. 323-324].

В домах рядовых горожан всех этих помещений не было. Поэтому внутренний двор был сдвинут к югу и примыкал к его наружной стене. То есть входная дверь открывалась сразу же во двор. Именно так выглядели пастадные дома рядовых горожан Олинфа. Основные жилые помещения размещались в северной половине дома. Они раскрывались в пастаду - теневой портик или крытый проход (греч. стоя), примыкавший к северной части двора. Иногда портик был вытянут на всю длину дома. Он имел плоское покрытие. Его южная сторона, обращенная во двор, опиралась на ряд деревянных столбов. В ГУ-Ш вв. до н. э. столбы были заменены каменными колоннами. В этот период портик стали устраивать с двух, трех сторон двора и, наконец, по всему его периметру. В итоге он превратился в классический перистиль. Следует отметить, что перистиль впервые встречается в жилых домах Олинфа: «Очень важно то обстоятельство, что. в Олинфе. имеются примеры домов, вплотную приближающихся к пери-стильному типу, зарождение и развитие которого до недавнего времени относили всецело к эпохе эллинизма. » [7, с. 150-151] (рис. 5).

Рис. 5. Реконструкция жилого дома в Олинфе (IV в. до н. э.): а - общий вид; б - план

Окончательное завершение перистильный тип жилого дома получил в эпоху эллинизма. Вновь вспомним Витрувия: «По трем сторонам у этого перистиля - портики, а в части, обращенной на юг, на значительном расстоянии друг от друга - две анты, на которые кладут балки, и в две трети расстояния между антами дают вглубь. Это место у некоторых называется простад, а у других парастад.» (Книга VI, глава VII, 1) [6, с. 121-122] (рис. 6).

Нередко богатые дома этого периода включали два или три здания. В первом здании хозяин дома принимал гостей и клиентов, во втором был устроен открытый двор (перистиль). В третьем доме жила семья и слуги.

Об особенностях устройства древнегреческих перистилей в богатых усадьбах поведал Витрувий: «К этим покоям примыкают более обширные. окруженные четырьмя одинаковой вышины портиками, из которых один, обращенный к югу, делается иногда с более высокими колоннами. Такой перистиль с одним более высоким портиком называется родосским. Портики пе-

ристилей отделаны у них лепными, штукатурными или столярной работы потолочинами, а в портиках, обращенных на север, - кизикские столовые и картинные галереи, на восток - библиотеки, экседры - на запад, а в обращенных на юг - квадратные залы, столь обширные, что в них при установке четырех тройных обеденных лож остается достаточно просторное место и для услужения и для забав.» (Книга VI, глава VII, 3) [6, с. 122].

Рис. 6. Перистильные дворы (слева - дом с алтарем, Ольвия; справа - о. Делос) (http://dic.academic.ru/pictures/wiki/files/65/Ancient_Delos.jpg)

Дома классической эпохи были преимущественно двухэтажными. Помещения обоих этажей группировались вокруг двусветного внутреннего двора (отличительная черта жилых зданий во многих средиземноморских государствах того периода). Со двора можно было пройти в комнаты первого этажа и к лестницам, ведущим на второй этаж. Планировка второго этажа, скорее всего, мало отличалась от планировки первого. Самые крупные помещения размещались в северной части двора. Из комнат второго этажа (гинекея) можно было выйти на веранду, пол которой являлся кровлей нижнего портика. С веранды можно было спуститься во двор по деревянной лестнице. Нижние ступени выполнялись из камня. Они служили опорой для укрепленного в них основания деревянного лестничного марша.

Южная ориентация жилых комнат имела не только утилитарное, но и художественное значение. Замыкая стороны, обращенные к холодным ветрам, и открывая другие навстречу теплу и свету, древнегреческий архитектор достигал гармоничного единства своего произведения с природой. Здание, открытое навстречу солнцу и благотворным ветрам, выглядело солнечным, радостным, приветливым. Оно как бы «дышало» в унисон с дыханием природы. Защищенность его от разрушительных стихий создавала чувство уверенности, устойчивости бытия. Надежная крыша, защищающая здание от бури и ливней, придавала ему прочность и надежность; стены, отгораживающие дом от холодных ветров, делали его уютным. Таким образом, внутреннее пространство перистиля, ограниченное «полупрозрачным» контуром стен, дверных проемов и колонн, обеспечило визуальную связь усадебного дома с окружающим миром, природой: «Эллинистический дом не имеет еще наружного монументального оформления и не отделяет внутреннего пространства от пространства природы, а весь развивается из двора. В нем нет

еще фасада и окон, выработанных только в архитектуре ренессанса, после чего они легли в основу всего дальнейшего развития европейской архитектуры.» [8, с. 166] (рис. 7).

Рис. 7. Модель древнегреческого усадебного дома

Сохранилось немало высказываний древнеримских авторов (в том числе Витрувия) об оптимальной пространственной ориентации жилых комнат. Об этом мы уже писали в статье [9]. Приведем изречения ученика Сократа -древнегреческого историка и писателя, авторитетного в военных кругах полководца Ксенофонта (445-355 гг. до н. э.).

В сочинении «Воспоминания о Сократе» он изложил мысли своего учителя об устройстве «идеального» жилого дома: «Кто хочет иметь дом такой, каким ему следует быть, не должен ли употреблять все средства к тому, чтобы он был как можно более приятен для жилья и целесообразен? .Не правда ли, приятно иметь дом летом прохладный, а зимой теплый? Не правда ли, что в домах, обращенных на юг, зимой солнце светит в галереи, а летом оно ходит над ними самими и под крышами дает тень? Значит, если такое положение прекрасно, то необходимо строить выше южную сторону, чтобы не преграждать зимнему солнцу доступа, а ниже - северную сторону, чтобы холодные ветры не попадали в дом. Удобный дом и будет прекрасным. Обладая же красотой удачного расположения, он не потребует украшений. Короче сказать, куда хозяину во все времена года бывает всего приятнее укрываться и где всего безопаснее помещать вещи, то и будет по справедливости приятное и прекрасное жилище.» (Ксенофонт, Воспоминания о Сократе, III, 8, 8-10) [10, с. 130-131].

В другом своем сочинении «Домострой» афинский историк развил эту тему: «Комнаты выстроены как раз с таким расчетом, чтобы служить возможно более удобными вместилищами для предметов, которые в них будут, так что каждая комната сама звала к себе то, что к ней подходит. Спальня, рас-

положенная в безопасном месте, приглашала самые дорогие покрывала и домашние вещи, сухие части здания - хлеб, прохладные - вино, светлые - работы и вещи, требующие света. Убранство жилых комнат, состоит в том, чтобы они летом были прохладны, а зимой теплы. Да и весь дом в целом. открыт на юг, так что совершенно ясно, что зимой он хорошо освещен солнцем, а летом - в тени.» (Ксенофонт, Домострой, 9, 2-5) [10, с. 286-287].

А теперь можно остановиться на фасадах древнегреческих городских усадебных домов. Жилые дома классического периода, возводившиеся из недолговечных материалов, были почти не известны до последней трети двадцатого века. Раскопки в Ольвии и Олинфе дали обширную информацию для суждений об этом типе построек. Установлено, что многие дома были возведены из бутового камня на глине. Полы у них были земляные, стены выкладывались из необожженного кирпича (сырца) с глиняной обмазкой. Штукатурка использовалась редко: «Камень шел на фундаменты и для стен применялся очень редко. Для перекрытий применялось дерево, для кровли -черепица (впрочем, и она исключалась в случаях применения плоской земляной кровли).» [7, с. 153]. Найдены также дома упрощенного типа, возведенные около оборонительной стены в первые века нашей эры. Пристроенные в один ряд к стене, они имели смежные стены и состояли из одного полуподвального помещения с узкой дверью, ведшей прямо на улицу (рис. 8).

I

II

Рис. 8. Ольвия. Реконструкция фасадов восточного (I) и южного (II) домов

Уличные фасады домов этого периода представляли собой глухие стены без окон и декоративных украшений. Лишь портал входа иногда обрамлялся скромным наличником с пилястрами и антаблементом: «Все двери и окна в (жилых) домах обычно выходили во двор, и поэтому внешние стены дома были глухими.» [7, с. 152]. Эти жилища хорошо иллюстрируют рассказ Ди-она Хрисостома об оскудении Ольвии: «О бывшем разорении свидетельству-

ют плохой вид построек и тесное расположение города [борисфенитов] (Оль-вии) на небольшом пространстве. Он перестроен лишь в небольшой части прежней городской черты, где остается еще несколько башен, не соответствующих ни величине, ни силе нынешнего города; находящееся между ними пространство тесно застроено домишками, почти без промежутков, и обнесено очень низенькою и непрочною стенкой. Некоторые башни стоят так далеко от заселенной ныне местности, что нельзя даже представить себе, чтобы они принадлежали одному городу. Все это служит явными признаками его разорения.» (Дион Хризостом, Речи, XXXVI, 6) [3, с. 388] (рис. 9).

Рис. 9. Оборонительные укрепления г. Ольвии. Современное состояние (http://ic. pics. livejournal.com/yuri_ost/65276215/56970/56970_original.jpg)

В эллинистический период входы в дома зажиточных хозяев нередко украшались изящным портиком. Эти дома были сложены целиком из прочных пород камня на глиняном растворе, поэтому хорошо сохранились: «Во многих домах в сторону улицы выходили лавки и мастерские... что придавало их фасадам более, представительный облик. Большинство домов было двухэтажными, с двухъярусными перистильными двориками.» [7, с. 323]. Об этих различиях в архитектурном решении фасадов греческих жилых домов римский писатель и ученый-энциклопедист Марк Теренций Варрон (116-27 гг. до н. э.) написал следующее: «Хотя, как мы видим, в зданиях нет сходства. между спальней (cubiculum) и конюшней, тем не менее, считаясь с пользой, добиваемся в них скорее именно этих несходств, чем сходств, и на этом же основании зимние и летние столовые делаем не с одинаковыми дверями и окнами.» (Варрон, О латинском языке, VIII, 29) [3, с. 140].

В заключение мы можем отметить следующее.

1. Наиболее характерной особенностью древнегреческого жилого дома является изолированность его внутреннего пространства от окружающего мира. Это объясняется патриархальным укладом жизни семьи. Все достижения архитектуры того времени и все богатство декоративной отделки были сосредоточены в интерьере (принцип «жемчужной раковины»), а еще точнее - пе-ристильном дворе, служившем композиционным центром жилища.

2. Фасады жилых построек со стороны улицы выглядели весьма скромными и однообразными. Непривлекательный внешний облик жилых зданий резко контрастировал с их нарядной внутренней отделкой. Предельный лаконизм в отделке фасадов может быть трактован как бедностью, так и природной скромностью «демократичных» греков, их нежеланием привлекать к своему дому внимание посторонних людей (в том числе воров и грабителей).

3. Не исключено, что определенную роль здесь сыграли законодательные и нравственно-воспитательные ограничения. Например, упомянутые древнегреческим философом Плутархом (45-120 гг.) законы Ликурга Спартанского (IX в. до н. э.), направленные против роскоши: «Одна из его "ретр" (законов), была направлена против роскоши. Крыша в каждом доме могла быть сделана только одним топором, двери - одной пилою; пользоваться другими инструментами запрещалось. В таком доме не может жить. привыкший к роскоши человек. Действительно, ни в ком не может быть так мало вкуса и ума, чтобы он приказал, например, внести в простую хижину кровати с серебряными ножками, пурпуровые ковры, золотые кубки и другие предметы роскоши.» (Ликург, XIII) [11, с. 105]. «Они спросили его: "Как можем мы не испытывать вторжений?" Он отвечал: "Оставайтесь бедными и не желайте быть ни в чем больше соседа."» (Ликург, XIX) [Там же, с. 111-112].

Библиографический список

1. Поляков, Е.Н. Жилой дом гомеровского периода (XÏÏ-VIÏÏ вв. до н. э.) в «Илиаде» и «Одиссее» / Е.Н. Поляков, А.В. Красовский // Вестник Томского государственного архитектурно-строительного университета. - 2016. - № 4 (57). - С. 9-21.

2. Поляков, Е.Н. Интерьер жилых зданий гомеровского периода (XII-VIII вв. до н. э.) в «Илиаде» и «Одиссее» / Е.Н. Поляков, А.В. Красовский // Вестник Томского государственного архитектурно-строительного университета. - 2016. - № 5 (58). - С. 9-27.

3. Зубов, В.П. Архитектура античного мира. Материалы и документы по истории архитектуры / В.П. Зубов, Ф.А. Петровский. - М. : Изд-во Академии архитектуры СССР, 1940. - 519 с.

4. Древняя Греция / под ред. В.В. Струве - М. : Изд-во АН СССР, 1956. - 613 с.

5. Античная цивилизация / отв. ред. В.Д. Блаватский ; АН СССР, Ин-т археологии. - М. : Наука, 1973. - 270 с.

6. Витрувий. Десять книг об архитектуре / Витрувий. - Ротапринтное издание. - М. : Ар-хитектура-С, 2006. - 328 с.

7. Всеобщая история архитектуры (ВИА): в 12 т. Т. 2. Архитектура античного мира (Греция, Рим). - Изд. 2-е. - М. : Изд. литературы по строительству, 1973. - 712 с.

8. Брунов, Н.И. Очерки по истории архитектуры: в 3 т. Т. 2. Греция - Рим - Византия / Н.И. Брунов. - М.; Л. : Академия, 1935. - 621 с.

9. Поляков, Е.Н. Природа в архитектуре древнеримских вилл / Е.Н. Поляков, А.С. Афанасьева, Н.С. Ткаченко // Вестник Томского государственного архитектурно-строительного университета. - 2012. - № 1 (34). - С. 9-27.

10. Ксенофонт. Сократические чтения / Ксенофонт. - СПб. : Изд-во «АО Комплект», 1993. - 415 с.

11. Плутарх. Избранные жизнеописания: в 2 т. Т. 1 : пер. с древнегреч. / Плутарх ; сост., вступ. ст., прим. М. Томашевской ; ил. В. Медведева. - М. : Правда, 1986. - 592 с.

References

1. Polyakov Е.К, Kra,sov,sky A.V. Jiloy dom homerovskogo perioda (XII-VIII vv. do n. e.) v Iliade i Odyssee [Residential house of Homeric period (17-18th B.C.) in the Iliad and the

Odyssey]. Vestnik of Tomsk State University of Architecture and Building. 2016. No. 4. Pp. 9-21. (rus)

2. Polyakov Е.N., Krasovsky A.V. Inter'er (vnutrennee prostranstvo) zhilykh zdanii gomerov-skogo perioda (XII-VIII vv. do n. e.) v Iliade i Odissee [Habitable house of Homeric period (12-8 B.C.) in 'Iliad' and 'Odyssey']. Vestnik of Tomsk State University of Architecture and Building. 2016. No. 5. Pp. 9-27. (rus)

3. Zubov V.P., Petrovsky F.A. Arhitektura drevnego mira [Architecture of ancient world]. Moscow: USSR Academy of Architecture Publ., 1940. 519 p. (rus)

4. Struvе V.V. Drevnya Gretzia [Ancient Greece]. Moscow: USSR Academy of Sciences Publ., 1956. 613 p. (rus)

5. Blavatsky V.D. Antichnaja tsivilizatsija [Antique civilization]. Moscow: Nauka Publ., 1973. 270 p. (rus)

6. VitruviusM. Desyat' knig ob arkhitekture [Ten books on architecture]. Moscow: Arkhitektura-S, 2006. 328 p. (transl. from Lat.)

7. Vseobshaya istoria architectury [General history of architecture]. Arkhitektura antichnogo mira (Gretsiya, Rim). Moscow: Gosizdat Publ., 1973. V. 2. 712 p. (rus)

8. Brunov N.I. Ocherki po istorii architectury [Essays on history of architecture]. In 3 vol. Greece - Rome - Byzantium. Moscow, Leningrad: Academia, 1935. V. 2. 621 p. (rus)

9. Polyakov Е.N., Afanasieva А.S., Тkachenko N.S. Priroda v architecture drevnerimskih vill [Nature in architecture of Ancient Roman villas]. Vestnik of Tomsk State University of Architecture and Building. 2012. No. 1. Pp. 9-27. (rus)

10. Xenophon. Sokraticheskie chteniya [Socratic writings]. St.-Petersburg: Komplekt Publ., 1993. 415 p. (transl. from Gr.)

11. Plutarchus L.M. Izbrannye zhizneopisaniya [Parallel lives]. In 2 vol. Moscow: Pravda Publ., 1986. V. 1. P. 592. (trans. from Gr.)

Поурочные разработки по русскому языку: 9 класс


ПРИЛОЖЕНИЕ VI
ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ ЗАДАНИЯ
1. Вставьте пропущенные буквы и знаки препинания. Сделайте схемы сложных предложений. Определите тип речи.

А (в)низу был л_зняк и трава. (Темно)зеленый (в)близи л_зняк ра(з, с)б_гаясь по лугу синел. По краям (же) где р_внина уп_ралась в бугры всё было синим и дубы на х_лмах и барашки кустов и даже лошадь с маленьким жер_бенком. К син_ве доб_влялся солнечный з_лотистый туман и г_ризонт уже (только)только угадывался. (В. М. Песков.)


2. Вставьте пропущенные буквы и знаки препинания. Сделайте схемы предложений. Определите вид придаточных предложений. Определите стиль речи.

Большое обл_ко пр_плывая с зап_да на в_сток кинуло на р_внину пр_хладную тень. И луга (в)полне хватило что(бы) вместить и об_значить на л_снящихся травах всё полотно и все узорные зав_тки обл_ка. Мы д_гнали край тени и пошли вместе с ней по лугу к месту где полоса л_зняков и ракит прятала речку. (В. М. Песков.)


3. Вставьте пропущенные буквы и знаки препинаия. Сделайте схемы предложений. Выполните синтаксический разбор предложений.

Мальчишки попр_сили автомобильный насос получ(ь)ше накачать шину. Они деловито (по) очереди сопели п_нали шину босыми пятками. И потом мы с бугра наблюдали как мелькали в кустах белые головы и слышались звонкие шлепки л_доней по шине. (В. М. Песков.)


4. Вставьте пропущенные буквы и знаки препинания. Сделайте схемы предложений. Найдите изобразительно-выразительные средства, определите их роль.

Переход от Европы к Азии делается час от часу чу_ствительнее леса и(з, с)чезают холмы сглаживают(ь)ся трава густеет и являет большую силу р_стительности показываются птицы (не, ни)ведомые в наших лесах орлы сидят на кочках озн_чающих большую дорогу (как) (буд)то на страже и гордо смотрят на путешестве_иков. (А. С. Пушкин. «Путешествие в Арзрум».)


5. Вставьте пропущенные буквы и знаки препинания. Сделайте схемы предложений. Сделайте морфологический разбор наречия и краткого причастия.

Большая часть города выстрое(н, нн)а (по)азиатски дома ни(з, с)кие кровли пло(з, с)кие. В северной части возвышают(ь)ся дома европейской арх_тектуры и около них начинают образовыват(ь)ся прав_льные площади. Базар разделяет(ь)ся на несколько рядов лавки полны туре_ких и перси_их товаров д_вольно деш_вых если принять в ра(с, сс)уждение всеобщую дор_говизну... (А. С. Пушкин. «Путешествие в Арзрум».)


6. Вставьте пропущенные буквы и знаки препинания. Сделайте схемы предложений, определите вид придаточных предложений. Обозначьте части речи.

Тяга к н_ваторству пр_од_ление ко(с, ст)ных заплесневелых идей пр_суща решительно каждому кто увл_че(н,нн)о работает в какой (бы) (то) (ни) было области знаний. В этом(то) и таит(ь)ся для нас праз_ничная радость работы ее главное оч_рование ее собл_знительность и я от души бл_годарен судьбе что мне было дано испытать эту (не, ни) с чем (не, ни) сравнимую радость. (К. Чуковский.)


7. Вставьте пропущенные буквы и знаки препинания. Сделайте схему предложения, определите вид придаточных предложений. Определите стиль речи.

Для того что(бы) сравнивать ол_мпийские турниры разного времени (во)первых был принят метод оценки результатов нац_ональной сборной (не, ни) по числу завоева(н,нн)ых медалей а (по) тому, какой пр_цент раз(и, ы)гра(н, нн)ых медалей достался нашим ол_мпийцам ведь от Игр к Играм число соревнований и ко_ичество медалей р_стет). (Из газеты «Коммерсантъ».)


8. Вставьте пропущенные буквы и знаки препинания. Сделайте схемы предложений, определите вид придаточных предложений. Сделайте морфологический разбор имен собственных.

После того как Эстония обр_ла (не, ни)завис_мость отдыхать в пр_балтийские дюны пр_ехали пожилые англ_чане. Балтика конечно покажет(ь)ся холодной тем кто пр_вык к Рив(ь)ере Красного моря. Пр_балтийский загар пр_стает быстро и держит(ь)ся очень долго (не, ни)смотря на то что со_нце почти все время в обл_ках. (Из газет.)


9. Вставьте пропущенные буквы и знаки препинания. Сделайте схемы предложений, определите вид придаточных предложений. Найдите изобразительно-выразительные средства, определите их роль.

Быстро дог_рающ_й свеч_й гас теплый бе(з, с)ветре_ый день. Только д_леко (в)дали в том месте где зашло со_нце небо еще рдело б_гряными полосами (как) буд(то) вымаза(н,нн)ое ш_рокими ударами кисти.


10. Вставьте пропущенные буквы и знаки препинания. Сделайте схемы предложений, определите вид придаточных предложений.

По мере того как мы углублялись в горы р_стительность ст_новилась луч(ь)ше. Дубовое редколесье см_нилось густыми смеш_(н, нн)ыми лесами среди которых было много кедра. (В. Арсеньев.)


11. Самое уд_вительное конечно это со_нце. Главное даже (не, ни) осл_пительное п_тно в небе а идущ_я от окна полоса воздуха в которой в_сят пуш_стые пылинки и мельчайшие скруче(н,нн)ые волоски. Их движения до того округлы и плавны что нач_нает казат(ь)ся буд(то) есть какой(то) особый маленький мир живущ_й по своим законам и то (ли) ты сам когда(то) жил в этом мире то (ли) еще мож_ш(ь) туда попасть и стать одной из этих св_ркающих (не, ни)в_сомых точек. (В. Пелевин.)
12. Вставьте пропущенные буквы и знаки препинания. Сделайте схемы предложений, определите вид придаточных предложений. Определите, из какого произведения взяты цитаты и каким героям принадлежат эти реплики.

1) Когда (ж) постранствуеш(ь) ворот_ш(ь) ся домой

И дым отечества нам сладок и пр_ятен.
2) Тот и славился чья чаще гнулась шея.
3) И утврждают все кто только прежде знал

Что с храбростью его с т_лантом

Когда (бы) службу прод_лжал

Конеч(ь)но был (бы) он московским к_мендантом.
4) Я правду о тебе пора(с,сс)кажу такую что хуже всякой лжи.
13. Определите значение выделенных слов. По какому принципу и с какой целью они образованы?

1) О, рассмейтесь, смехачи! Могатырь; лгавда; творяне. (В. Хлебников.)

2) Он чарователь, чаровальщик, чарун, он чарник, чародей; В блесткой тьме; ветропросвист; быстро-темпный; олуненный; златолира. (Игорь Северянин.)
14. Определите значение выделенных слов. По какому принципу и с какой целью они образованы?

Страшное слово на голову лавь!; Голову вымозжу каменным Невским; стёганье одеялово; глупая тарелка вылязгивала; за каплищей каплища; Эй, синеблузые! (В. Маяковский.)


15. Найдите в тексте речевые ошибки. С какой целью автор прибегает к этому приему?

...И едет, между прочим, в этом вагоне среди других такая вообще бабешечка. Такая молодая женщина с ребенком.

У нее ребенок на руках. Вот она с ним и едет.

Она едет с ним в Новороссийск. У нее там муж, что ли. Там служит на заводе. Вот она к нему и едет.

И вот она едет к мужу. Всё как полагается: на руках у нее малютка, на лавке узелок и корзинка. И вот она едет в такая виде в Новороссийск. Едет она к мужу в Новороссийск. А у ей малютка на руках. И вот едет эта малютка со своей мамашей в Новороссийск. Они едут, конечно, в Новороссийск.

(М. Зощенко. «Происшествие».)


16. Определите стиль текста. Отметьте особенности лексики.

— Кум у меня золотой. И руки у него золотые и головушка. Его дядей Ваней зовут. Он пчел держит. А карасей знаешь как ловит? Мордой! Морду то знаешь небось?

— Какую морду?

— Какой карасей ловят.

— А, знаю. Это вроде корзины с дыркой, куда караси залазят.

— Во-во! Поставит мой дорогой кум дядя Ваня морду в озеро, а караси шнырь-шнырь и залезают в нее.

(Ю. Коваль.)
Ответы

1. А внизу был лозняк и трава. Темно-зеленый вблизи лозняк, разбегаясь по лугу, синел. По краям же, где равнина упиралась в бугры, всё было синим: и дубы на холмах, и барашки кустов, и даже лошадь с маленьким жеребенком. К синеве добавлялся солнечный, золотистый туман, и горизонт уже только-только угадывался.

2. Большое облако, проплывая с запада на восток, кинуло на равнину прохладную тень. И луга вполне хватило, чтобы вместить и обозначит на лоснящихся травах всё полотно и все узорные завитки облака. Мы догнали край тени и пошли вместе с ней по лугу к месту, где полоса лозняков и ранит прятала речку.

3. Мальчишки попросили автомобильный насос: получше накачать шину. Они деловито по очереди сопели, пинали шину босыми пятками. И потом мы с бугра наблюдали, как мелькали в кустах белые головы и слышались звонкие шлепки ладоней по шине.

4. Переход от Европы к Азии делается час от часу чувствительнее: леса исчезают, холмы сглаживаются, трава густеет и являет большую силу растительности; показываются птицы, неведомые в наших лесах; орлы сидят на кочках, означающих большую дорогу, как будто на страже, и гордо смотрят на путешественников.

5. Большая часть города выстроена по-азиатски: дома низкие, кровли плоские. В северной части возвышаются дома европейской архитектуры, и около них начинают образовываться правильные площади. Базар разделяется на несколько рядов; лавки полны турецких и персидских товаров, довольно дешевых, если принять в рассуждение всеобщую дороговизну...

6. Тяга к новаторству, преодоление косных, заплесневелых идей присуща решительно каждому, кто увлеченно работает в какой бы то ни было области знаний. В этом-то и таится для нас праздничная радость работы, ее главное очарование, ее соблазнительность, и я от души благодарен судьбе, что мне было дано испытать эту ни с чем не сравнимую радость.

7. Для того чтобы сравнивать олимпийские турниры разного времени, во-первых, был принят метод оценки результатов национальной сборной не по числу завоеванных медалей, а по тому, какой процент разыгранных медалей достался нашим олимпийцам (ведь от Игр к Играм число соревнований и количество медалей растет).

8. После того как Эстония обрела независимость, отдыхать в прибалтийские дюны приехали пожилые англичане. Балтика, конечно, покажется холодной тем, кто привык к Ривьере Красного моря. Прибалтийский загар пристает быстро и держится очень долго, несмотря на то что солнце почти все время в облаках.

9. Быстро догорающей свечой гас теплый безветренный день. Только далеко вдали, в том месте, где зашло солнце, небо еще рдело багряными полосами, как будто вымазанное широкими ударами кисти.

10. По мере того как мы углублялись в горы, растительность становилась лучше. Дубовое редколесье сменилось густыми смешанными лесами, среди которых было много кедра.

11. Самое удивительное, конечно, — это солнце. Главное — даже не ослепительное пятно в небе, а идущая от окна полоса воздуха, в которой висят пушистые пылинки и мельчайшие скрученные волоски. Их движения до того округлы и плавны, что начинает казаться, будто есть какой-то особый маленький мир, живущий по своим законам, и то ли ты сам когда-то жил в этом мире, то ли еще можешь туда попасть и стать одной из этих сверкающих невесомых точек.

12. 1) Когда ж постранствуешь, воротишься домой,

И дым отечества нам сладок и приятен.

2) Тот и славился, чья чаще гнулась шея.

3) И утверждают все, кто только прежде знал,

Что с храбростью его, с талантом,

Когда бы службу продолжал,

Конечно, был бы он московским комендантом.

4) Я правду о тебе порасскажу такую, что хуже всякой лжи.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Программы общеобразовательных учреждений. Русский язык./ М. Т. Баранов, Т. А. Ладыженская, Н. М. Шанский. — М.: Просвещение, 1999.

Программно-методические материалы: Русский язык: 5—9 класс / Соот. Л. М. Рыбченкова. — 5-е изд., стереотип. М.: Дрофа, 2002. — 320 с.

Русский язык: Учеб. для 9 кл. общеобразоват. учреждений / С. Г. Бархударов, С. Е. Крючков, Л. Ю. Максимов, Л. А. Чешко. 23—26-е изд. — М.: Просвещение, 2000-2004.

Русский язык: Сб. текстов для проведения письменного экзамена по русскому языку за курс основной школы. 9 кл. / Авт.-сост. Л. М. Рыбченкова, В. Л. Склярова. — М.: Дрофа, 2002.

Оценка качества подготовки выпускников основной школы по русскому языку / Н. М. Шанский, М. Т. Баранов, В. И. Капинос и др. — 2-е изд. — М.: Дрофа, 2001.

жилой дом на Смоленской набережной признали памятником архитектуры

Генеральский дом на Смоленской набережной пополнил список объектов культурного наследия регионального значения. Монументальное 12-этажное здание было построено в стиле сталинский ампир в 1950-х годах по проекту архитекторов Бориса Бархина, Николая Гайгарова и Моисея Лермана. Многоквартирный дом предназначался для генеральского состава Советской армии. В разное время там жили генерал-полковник авиации Сергея Ушаков, генерал Иван Федюнинский, маршал артиллерии Николай Яковлев, его сын, известный историк-американист Николай Яковлев, артист Андрей Попов, а также балерина Екатерина Максимова. Сегодня здание по-прежнему остается жилым.

«Генеральский дом был спроектирован в 1943 году, однако из-за Великой Отечественной войны строительство отложили, и вернулись к нему лишь в 1950-х годах. Вместе с соседним домом под номером 2а он представляет часть парадной застройки Смоленской набережной. Здание является характерным образцом так называемой сталинской жилой застройки середины прошлого века. До наших дней оно сохранилось в первоначальном виде», — рассказал глава Департамента культурного наследия города Москвы Алексей Емельянов. 

Главный фасад жилого дома, выходящий на Смоленскую набережную, асимметричен. С северной стороны он украшен невысокой башней с арками. Центр выделен эркерами с лепным декором, а верхнюю часть фасада венчает классический карниз. Над ним возвышаются аттики (декоративные стенки), часть из них по форме напоминает морские раковины. Отдельного внимания заслуживают большие окна первого этажа, украшенные наличниками с изображением цветочных букетов, переплетенных лентами.

Фасад со стороны двора выглядит более скромно. На нем можно увидеть широкие карнизы, кроме того, сохранилось ажурное металлическое ограждение на балконах. В подъездах здания целы оригинальный декор и планировка интерьера: арки с растительным орнаментом, лепные розетки на потолках и карнизы. Лестницы украшены металлическими витыми балясинами с цветочным декором, а полы выложены гранитной плиткой.

 

Как добавил Алексей Емельянов, после присвоения статуса объекта культурного наследия регионального значения жилой дом на Смоленской набережной находится под охраной государства. Его исторический облик запрещено нарушать, а любые реставрационные работы могут проводиться только под контролем городского Департамента культурного наследия и после согласования с ним.

Борис Бархин (1913–1999) — советский архитектор и педагог, заслуженный архитектор РСФСР, лауреат Государственной премии РСФСР по архитектуре (1968), почетный академик Российской академии архитектуры и строительных наук, доктор архитектуры, до 1943 года проектировал объекты Военпроекта, а во время Великой Отечественной войны занимался проектированием маскировки военных и стратегических объектов. После ее окончания участвовал в разработке генерального плана и реконструкции центра Севастополя.

Моисей Лерман (1905–1993) — советский архитектор, также работал в институте «Военпроект», вместе с Борисом Бархиным и Николаем Гайгаровым принимал участие в проектировании ансамбля жилых домов на Смоленской площади.

Николай Гайгаров (1909–1996) — советский и российский архитектор. В Москве по его проекту был построен Центральный музей Вооруженных сил СССР (сегодня — Центральный музей Вооруженных сил Российской Федерации) на улице Советской Армии (дом 2, строение 1), гостиница «Молодежная» (Дмитровское шоссе, дом 27, корпус 1), а также плавательный бассейн ЦСКА (Ленинградский проспект, дом 39, строение 9).

Работа по сохранению и восстановлению памятников архитектуры в столице ведется постоянно. Список объектов культурного наследия регулярно пополняется. Только за последние семь лет охранный статус получило около 700 памятников. Из них более 370 — выявленные объекты культурного наследия, а около 330 — объекты культурного наследия федерального и регионального значения.

Так, в этом году памятником архитектуры признан бывший жилой дом фабриканта и торговца Густава Келера, построенный в стиле модерн. Это одно из немногих исторических зданий на Вятской улице, сохранившихся до наших дней. Памятником архитектуры признали недавно зал с мозаиками в стиле модерн в бывшем доходном доме графа Орлова-Давыдова — его украшает уникальный декор 1907 года. Архитектор-декоратор Эдуард Ниерман создал цветочные мозаики для украшения торгового зала шоколадного магазина Келера, который работал в доме на Никольской в начале прошлого века. Все они выполнены из смальты — кусочков непрозрачного цветного стекла неправильной формы. В их изготовлении участвовал французский художник по стеклу К.С. Пиццагалли, на одном из панно сохранилось его авторское клеймо. 

В 2018-м реестр памятников архитектуры пополнил жилой дом рабочего жилищно-строительного кооперативного товарищества «Объединенное рабочее строительство» (Обрабстрой). Памятником архитекторы признали также доходный дом московского купца Алексея Дурилина. Он возведен в стиле так называемой русской готики (или псевдоготики), сочетавшей в себе элементы подлинной европейской готики, византийской архитектуры и московского (нарышкинского) барокко. 

Архитектура Северной Европы рассказывает истории легендарных городов

Проследите историю ваших любимых направлений с помощью дизайна

Часто близкие и личные, наглядные, выстилающие главные магистрали маркеры истории и величия облегчают изучение нового места назначения. Архитектура - настоящие здания, на которых построены одни из величайших наследий мира - это фантастический способ познакомиться с местом назначения. Элегантные современные здания с блестящими стеклянными стенами, луковичные купола царского прошлого, бревенчатые хижины, любимые викингами, и величественные фасады с колоннами, которые до сих пор вызывают ощущение силы.

Живописные страны Северной Европы славятся всеми этими и многими другими стилями, с гордостью рассказывая о прошлых и настоящих событиях и творческих умах, которые их сформировали. Поклонникам архитектуры предстоит увлекательное путешествие в этот разносторонне развитый регион. Вот несколько мест, с которых можно начать планирование.

Датский королевский оперный театр Копенгагена расположен на набережной в оживленной городской гавани.

Копенгаген
Каналы этого прекрасного города облицованы разноцветными строениями в стиле рядных домов из прошлых веков, создавая блаженную прогулку по набережной, которая кажется описанной в сборнике рассказов.Вдоль проспектов вы найдете барокко, рококо и даже средневековый дизайн, что сделает новую волну современной архитектуры еще более яркой. За последнее десятилетие Копенгаген пережил своего рода новый ренессанс, когда творческие здания возвышались среди исторического. Один архитектор за другим брал традиционные концепции и превращал их в шедевры искусства и футуристические оболочки для всего, от искусства и образования до спортивных комплексов.

Не пропустите: Krøyers Plads, новая площадь в индустриальном стиле, которая идеально подходит для расслабляющих прогулок с прекрасным видом, послеобеденного пикника или остановки в ресторане, отмеченном звездой Мишлен, с винным и кофейным баром.Кроме того, стоит посетить Королевский датский оперный театр, его площадь более 441 000 квадратных футов включает в себя главный зал, потолок которого украшен 105 000 листов сусального золота и выставленными скульптурными шедеврами местных художников.

Знаменитые статуи украшают железнодорожный вокзал Хельсинки.

Helsinki
Очарование Хельсинки более тонкое, чем в других известных местах, но столь же поражающее своим впечатляющим разнообразием стилей. Хельсинки является домом для наибольшей концентрации построек в стиле модерн (так называемая архитектура югенды или национального романтизма), здания по всему городу выполнены в этом ярком ярком стиле, который процветал в 19 и 20 веках.Местные музеи также демонстрируют это и городские произведения модернизма и функционализма.

Не пропустите: Железнодорожный вокзал Хельсинки - знаковая эмблема города, построенный в 1914 году. Созданный самым известным архитектором Финляндии Элиэлем Саариненом, вокзал - это место, куда люди смотрят, даже если вы можете прослезиться. из деталей сводчатых пространств, которые также могут похвастаться модернистскими элементами. Эффектные арки, расписные фрески, каменные колонны и оживленное кафе - вот основные черты Jugend Hall, еще одного места, которое обязательно нужно посетить в вашем списке архитектуры.Каждая нарисованная сцена рассказывает историю, и энтузиасты будут чувствовать себя частью всего этого.

Золотые фонтаны Петергофского дворца текут по тщательно составленному для посетителей графику.

Санкт-Петербург
Любой, кто видел хотя бы фотографии этой бывшей столицы России, знает, что его ожидает тяжелая доза здания в стиле барокко с замысловато украшенным интерьером и экстерьером. Величие, пышность, цвет и позолоченные детали есть везде, но не в каждой вещи .Вы также найдете неоготический, неоклассический и явно советский стили, пронизанные по всему городу, изображающие различные эпохи в богатой событиями истории России.

Не пропустите: Зимний дворец - бывший дом Екатерины Великой, а теперь Государственный Эрмитаж - занимает первое место почти во всех достопримечательностях Санкт-Петербурга. Петербургский список, не зря. В нем хранится более 3 миллионов бесценных произведений искусства, скульптуры, драгоценностей и других пережитков императорской семьи, но и сами его залы также выглядят тщательно продуманно и потрясающе.Еще одно чудо барокко, которое нельзя пропустить, - это Петергоф, дворец Петра Великого, архитектор которого Доменико Трезини задал тон преобладающему влиянию барокко во всем городе, когда построил позолоченную резиденцию в 1714 году.

Музей современного искусства Аструпа Фернли в Осло

Осло
Норвежская столица полна диковинок - отапливаемых тротуаров, культового холма для прыжков с трамплина Холменколлен, возвышающегося над морем, и архитектурного возрождения, когда футуристические и современные постройки появляются на фоне нетронутого фьорда земля, которая окружает большую часть Осло.В планировке города сильно повлияла немецкая философия 19 века, и по нему легко перемещаться пешком. Вы увидите кирпичную ратушу середины века и то, что известно как одно из «передовых функционалистских зданий Европы», ресторан Ekeberg, построенный в 1929 году, а также десятки оригинальных современных построек, указывающих на будущее.

Не пропустите : (Не то чтобы вы могли) Оперный театр Осло, самый узнаваемый символ новой эпохи архитектуры Осло.Белый гранит, алюминий и стекло гармонично сочетаются друг с другом в углах и противоречивых склонах, создавая эффект гравитации на набережной. Также на набережной находится музей Аструпа Фернли, построенный в форме паруса из трех павильонов, покрытых стеклянной крышей, с интерьером, предназначенным для яркой демонстрации работ Уорхола, Рихтера и других великих деятелей. Чтобы взглянуть на архитектурное прошлое Осло, отправляйтесь в Музей кораблей викингов, где в поразительно современной обстановке демонстрируется многовековое наследие мастерства.

Эти замечательные здания и города, в которых они расположены, - это только начало. Исследуйте архитектуру Северной Европы в роскошных путешествиях в Швецию, Россию, Данию, Норвегию, Финляндию, Эстонию и другие страны.

Планируйте свои будущие круизы Crystal заранее, не беспокойтесь о правилах бронирования, уменьшенных депозитах и ​​90-дневном окне депозита, упрощенном графике окончательной оплаты и отмены бронирования и многом другом.

Западная архитектура | Britannica

Острова восточного Средиземноморья и Эгейского моря образуют естественную связь между сушей Ближнего Востока и Европы.Экспансия на запад цивилизаций Западной Азии и Египта началась около 3000 г. до н.э. и привела к поселениям на Крите, Кикладах и материковой Греции. Принципиальное отличие этих культур от более ранних, неолитических, состоит в том, что каменные орудия труда и оружие были заменены на сделанные из меди, а затем и из бронзы. Энеолитический (медно-каменный) век, продолжавшийся в районе Эгейского моря с начала 3-го тысячелетия до н. Э. До начала 2-го, обычно считается частью большого бронзового века, на смену которому пришел железный век примерно с 1200 г. до н. Э.

Отличительной чертой эгейских цивилизаций была легкость, с которой азиатские мотивы и техники были адаптированы для создания оригинальных местных стилей. В архитектуре, безусловно, наиболее важными достижениями были цивилизации минойского Крита и микенской Греции.

Минойский Крит

Великая морская цивилизация Крита кристаллизовалась вокруг дворцов, таких как дворцы в Кноссе, Фесте, Айя Триада, Маллиа и Тилиссос. Чрезвычайно важный дворец Миноса в Кноссе, раскопанный и реконструированный в начале 20-го века сэром Артуром Эвансом, представляет собой свидетельство непрерывного архитектурного и художественного развития с начала неолита, кульминацией которого стало блестящее проявление строительной деятельности во время третьей фазы среднего минойского периода. период (1700–1580 гг. до н.э.) и продолжался до вторжения ахейцев в XII веке.Однако дворец, по сути, представляет собой сооружение двух поздних средних минойских периодов (1800–1580 гг. До н. Э.). По монументальности он, несомненно, соперничал с ближневосточными и египетскими дворцами. Следуя примеру таких структур, Дворец Миноса представляет собой четырехугольный комплекс комнат и коридоров, сгруппированных вокруг большого центрального двора, размером примерно 175 × 100 футов (50 × 30 метров). В северном конце, к морю, большой портик из 12 пилястр открывал доступ к центральному двору. В этом конце также расположена большая театральная площадка, прямоугольный театр под открытым небом, который, возможно, использовался для ритуальных представлений.Восточное крыло дворца разделено на две части длинным коридором, идущим по оси восток-запад; Первоначально он возвышался на четыре или пять этажей над склоном долины. В юго-восточной части дворца находятся жилые апартаменты, тщательно продуманные с сантехникой и смывом, а также святилище. Широкая лестница вела на верхний этаж, которого больше нет. Северо-восточная часть дворца занята офисами и кладовыми. Западная часть снова разделена главным коридором длиной более 200 футов (60 метров), идущим на север и юг.Позади этого коридора, вдоль западной стороны, была обнаружена серия длинных узких кладовых, содержащих большое количество пифоев, или емкостей для хранения нефти размером с человека. По другую сторону коридора, обращенного к центральному двору, находятся государственные залы, в том числе тронный зал с его уникальным гипсовым троном и всемирно известными фресками с грифонами. Ярко окрашенные фрески играли важную роль как во внутреннем, так и во внешнем убранстве дворца. Свет подавался сверху с помощью оригинальной системы фонарных колодцев, а несколько портиков с колоннами обеспечивали вентиляцию в жаркое критское лето.

Кносос

Часть реконструированного минойского дворца, Кносс, Крит, Греция.

Петерак

Развитие других минойских дворцов (Фест, Маллиа, Айя Триада, Тилиссос) примерно соответствует развитию Кносса. Каждый из них примечателен, и Фест особенно интересен благодаря обширным итальянским раскопкам. Морская гегемония позволила критским морским королям строить эти дворцы в низких и незащищенных местах; следовательно, заметно отсутствие крепостных стен по сравнению с большими стенами месопотамских дворцов.Поскольку критское поклонение, по-видимому, проводилось в основном на открытом воздухе, настоящих храмов, как на Ближнем Востоке, нет. Тем не менее, расположение различных частей дворца вокруг центрального двора и максимально возможное избегание внешних окон - это характеристики, которые, кажется, указывают на ранний контакт с Ближним Востоком. Пристрастие к длинным прямым дворцовым коридорам, а также к высокоразвитой системе водоснабжения, возможно, также унаследовали от древних цивилизаций на востоке.Впервые в Европе колонна появилась в критском дворце, где ее часто использовали индивидуально для разделения входа.

Phaestus

Вход во дворец Феста, Крит, Греция.

Марсий

Развитие погребальной архитектуры на Крите продолжается от старых камерных оссуариев раннего минойского периода (2750–2000 гг. До н. конец средне-минойского периода.

На гребне минойского процветания произошел великий крах. Вторжение с материка около 1400 г. до н.э. разрушило дворцы и привело к утрате власти микенской Греции. На Крите очень редко встречаются архитектурные остатки построек догреческого происхождения, построенных после этой катастрофы. Несколько деревенских святынь принадлежат этому периоду после разрушения, а в Приниасе уникальное храмовое здание может быть датировано 700 годом до нашей эры. Вход в этот храм украшен барельефами на его архитектурных элементах.Проем над перемычкой обрамлен сидящими фигурами, а сама перемычка с нижней стороны вырезана фигурами богини и животных. Колонна, которая, кажется, стояла посреди этого дверного проема, как и во дворце Миноса, указывает на то, что минойская традиция не исчезла полностью.

10 городов, которые стоит увидеть, если вы любите европейскую архитектуру

Европа - площадка для любителей архитектуры.Европейская архитектура - от средневековых монастырей и замков эпохи Возрождения до ультрасовременного современного дизайна - самая разнообразная в мире, и все это сосредоточено в такой небольшой географической зоне. Мы уже представили вам десятку лучших городов Европы по архитектуре, а теперь еще 10!

Европейская архитектура

1. Суботица, Сербия

Большинство людей думают о Праге или Барселоне, когда вы говорите о стиле модерн. Но малоизвестный Суботица - крупный игрок в мире так называемого стиля «новое искусство».Когда-то входивший в состав Венгерского королевства, этот пограничный город Сербии до сих пор представляет собой смесь культур с этническими венграми, сербами и хорватами. Расцвет Суботицы пришелся на начало 20 века, когда было построено большинство монументальных построек. Технически стиль здесь представляет собой венгерскую версию сецессиона в стиле модерн, и сегодня сохранилось 41 здание в этом стиле.

Суботица расположена на железнодорожной линии в северной Сербии, примерно на полпути между Будапештом и Белградом.Это прекрасная остановка между ними. Поезда ходят по маршруту только два раза в день, поэтому планируйте соответственно.

Обязательно посетите здание: Ратуша - выдающийся образец архитектуры сецессиона. Синагога, дворец Райхле и банки не отстают по своей красоте.

2. Рим, Италия

Кто-то может сказать, что включение Рима в список европейской архитектуры слишком очевидно. Но на самом деле невозможно переоценить масштабы архитектуры Рима.Он насчитывает тысячелетия и содержит самую важную структуру западной цивилизации: Пантеон. Большая часть классической архитектуры развивалась в Риме, и здесь были впервые созданы новые формы, такие как арка, купол и свод. Познакомьтесь с Римским форумом и крестным отцом всех римских памятников: Колизеем. Но это еще не все: римские здания построены в романском стиле (XI-XIII века), в стиле ренессанса, барокко, неоклассицизма и фашистской архитектуры.

Все дороги ведут в Рим, верно? Или, в данном случае, железнодорожные пути.Вы можете легко добавить Рим в свой маршрут Eurail после Венеции и Флоренции и до Неаполя на юге.

Здание, которое нельзя не посетить: Даже спустя 2000 лет после постройки купол Пантеона по-прежнему остается крупнейшим в мире неармированным бетонным куполом. Как только это осядет, иди купи мороженое.

3. Мальмё, Швеция

Мальмё, расположенный в южной части Швеции, открывает путь в будущее для архитектуры. Хотя в нем есть несколько зданий, представляющих исторический интерес, вы отправитесь в Мальмё, чтобы увидеть, как люди будут жить в будущем.Зеленые инициативы имеют первостепенное значение, но это не мешает структурам быть привлекательными. Город Мальмё даже проложил велосипедный маршрут мимо всех зданий, которые он считает достойными своей архитектуры, для самостоятельной экскурсии. Новый проект в основном расположен в Западной гавани, огромной восстановленной территории перед средневековым центром города, который когда-то был одной из крупнейших верфей Европы.

Несмотря на свое физическое расположение на берегу Балтийского моря в Швеции, Мальмё имеет хорошее сообщение с остальной Европой благодаря Эресуннскому мосту, что является впечатляющим достижением инженерной мысли.Прямо через пролив от Копенгагена, он делает хорошую остановку перед тем, как отправиться в оставшиеся 4:30 в Стокгольм.

Здание, которое нельзя не посетить: «Вращающийся торс» Сантьяго Калатравы - это еще и умение вращать головы. Самое высокое и самое известное здание Мальмё, расположенное в Западной гавани, было названо лучшим жилым зданием в мире.

4. Копенгаген, Дания

Через пролив Эресунн находится самый известный из этих городов-побратимов: Копенгаген. Копенгаген более плавно сочетает в себе современность и антиквариат.Город демонстрирует архитектурные стили средневековья, эпохи Возрождения, барокко, рококо и 21 века. С 2000 года в Копенгагене наблюдается рост современной архитектуры благодаря ведущим международным архитекторам и ряду новых успешных датских архитекторов. В этот новый золотой век появились современные шедевры, такие как Sampension, Kilen, Tietgenkollegiet и Royal Playhouse - все они отмечены наградами.

Копенгаген хорошо связан с железнодорожным узлом. Практически все поезда между Швецией и Германией будут останавливаться в Копенгагене.Гамбург, Германия, находится примерно в 5 часах езды, а Стокгольм, Швеция, находится всего в 5:15 по высокоскоростной линии.

Здание, которое нельзя не посетить: Королевский театр, расположенный в гавани и построенный в 2008 году, заслуживает внимания. Пока вы это делаете, посмотрите, что делает близлежащий неофутуристический Копенгагенский оперный театр стоимостью 500 миллионов долларов таким особенным. Если и этого недостаточно, то Национальный аквариум Дании - это великолепное новое здание в пригороде.

5. Краков, Польша

Несмотря на то, что его архитектура не обязательно в едином стиле, Краков заслужил свое место в этом списке благодаря тому, что он избежал чрезмерных бомбардировок во время Второй мировой войны.Как Прага для Чешской Республики, Краков - это подарок Польши для туризма. Это просто одно из выдающихся направлений Европы. Краков был великолепно перестроен после разграбления в 13 веке, и многое из этого празднуется сегодня. Четыреста лет назад столица переехала отсюда в Варшаву, но город остается культурным и интеллектуальным центром Польши.

Польша теперь включена в Еврейский перевал, а Краков имеет хорошее железнодорожное сообщение с Вроцлавом, Варшавой и другими городами.Добраться до Кракова из Варшавы можно примерно за 2:30 по высокоскоростной линии или намного дольше по более медленным региональным линиям.

Здание, которое нельзя не посетить: Главная рыночная площадь Кракова, или Rynek Glowny, - это оживленное сердце Кракова и одна из крупнейших городских площадей в Европе. Вы не можете его пропустить.

6. Ротенбург-об-дер-Таубер, Германия

Ротенбург - это наиболее хорошо сохранившийся город-крепость в Германии. Он расположен на знаменитой Романтической дороге в Баварии, примерно на полпути между Франкфуртом и Мюнхеном.Он известен своей средневековой архитектурой, неповрежденной городской стеной 14 века, фахверковыми домами, выстроенными по мощеным улочкам старого города, и 500-летним деревянным алтарем Рименшнайдера. В средние века Ротенбург был вторым по величине городом Германии. Сегодня туризм захватил этот теперь уже маленький город. Днем Ротенбург толпятся автобусами, приезжающими на день, поэтому планируйте остаться на ночь и увидеть город в более безмятежные часы утром и вечером.

В Германии есть несколько «Ротенбургов».Убедитесь, что вы едете в Ротенбург-об-дер-Таубер (на реке Таубер). Примерно 3 часа до Мюнхена и немного меньше до Франкфурта. Железнодорожный вокзал находится к востоку от городской стены, примерно в 15 минутах ходьбы от центральной Рыночной площади.

Здание, которое нельзя не посетить: Невероятные уцелевшие городские стены включают в себя множество сохранившихся ворот и башен, а также крытый переход наверху.

7. Каркассон, Франция

Еще один туристический городок, который того стоит: Каркассон, Франция.Этот образцовый средневековый город-крепость в регионе Лангедок-Руссильон имеет историю, насчитывающую две с половиной тысячи лет. Его массивные оборонительные сооружения, защищающие замок и окружающие его здания, а также его улицы и прекрасный готический собор, сделали его местом в списке всемирного наследия ЮНЕСКО. Каркассон, расположенный на скалистой вершине холма, представляет собой мир башен, башен и булыжников 13-го века - сказочный город. Посещайте в межсезонье, чтобы избежать скопления людей.

Поезда из Парижа прибывают в Каркассон (через Нарбонну) за 5:30, а из Тулузы - всего за час.Железнодорожная станция Каркассона находится на северной окраине города. Вы можете добраться до большинства точек в центре пешком за 5-10 минут.

Обязательно посетите здание: Сите-де-Каркассон привлекает здесь внимание. Он имеет живописные укрепления и более 3 км стен с 52 башнями!

8. Хельсинки, Финляндия

Хельсинки не фигурирует в слишком многих списках. У него нет долгой истории или средневекового центра. Но то, что у него есть, делает очень хорошо. В Хельсинки есть музеи, посвященные всемирно известному финскому дизайну и архитектуре.Стили, которые действительно сияют здесь, - это модернизм, функционализм и модерн, которые сосредоточены в наибольшей степени в Северной Европе. Архитектура ар-нуво, или югендская архитектура, как ее здесь называют, интерпретировалась в Финляндии в соответствии со своей собственной формой национального романтизма. Среди его лучших примеров - зал Югендсали 1904 года и Национальный музей 1910 года. Работы всемирно известного финского архитектора Алвара Аалто представляют модернизм во всей его красе.

Хельсинки - это железнодорожный узел Финляндии, откуда можно добраться до Тампере и древней столицы Турку.Хотя страна несколько отрезана от остальной Европы с точки зрения железнодорожного сообщения, стоит приложить усилия, чтобы добраться сюда. Паромы соединяют Финляндию с Таллином, Эстонией и Швецией.

Здание, которое нельзя не посетить: Центральный железнодорожный вокзал Элиэля Сааринена, построенный в 1914 году, открывает глаза на стиль поздней югенды. Вы гарантированно увидите это сказочное здание, если приедете в Хельсинки по железной дороге. Церковь Темппелиаукио «Скала», построенная невероятно в скале, может быть второй в списке.

9. Нюрнберг, Германия

Как один из ведущих городов Европы примерно в 1500 году, Нюрнберг был оплотом Священной Римской империи. Сегодня его старый город демонстрирует потрясающую средневековую архитектуру. Этот второй город Баварии насчитывает полмиллиона жителей. Но прогулка по его очаровательным старым улочкам, мимо фахверковых домов, готических церквей, все в тени императорского замка, заставит вас поверить в то, что это гораздо меньший город. Не забудьте съесть некоторые из знаменитых маленьких колбасных изделий в Нюрнберге.Рассмотрите возможность посещения в декабре, когда открыт самый большой рождественский рынок Германии.

Нюрнберг - это легкая часовая поездка на поезде из Мюнхена и немного дольше из Регенсбурга (еще один прекрасный старый город) или Ротенбурга. Прямое сообщение из Гамбурга или Берлина осуществляется менее чем за 5 часов.

Здание, которое стоит посетить: Императорский замок (Кайзербург) с Бургграфенбургом и муниципальные здания Имперского города - отличное место для начала.Впечатляют и городские стены. 4 км, которые все еще стоят, показывают, почему они считаются одними из самых грозных средневековых укреплений Европы.

10. Флоренция, Италия

Во Флоренции, Италия, на ум приходит искусство, а не архитектура. Но этот город, эпицентр Возрождения, настолько богат культурой, что его архитектура до сих пор сияет. Город переполнен великолепными образцами зданий в романском стиле, готике, ренессансе и 17-м веке, а также с примесью неоклассицизма, рококо и периода Габсбургов-Лотарингии.Флоренция заслуживает своего места в любом европейском железнодорожном приключении, и вам понадобится как минимум два дня, чтобы воздать должное городу.

Флоренция удобно расположена в Тоскане, примерно на полпути между Римом и северной Италией. До итальянской столицы - 1:20 езды, а до Милана и Венеции - менее 2:00 на прямом скоростном поезде Freccia.

Здание, которое необходимо посетить: Хотя баптистерий и великолепные бронзовые двери Гиберти, возможно, являются самым важным зданием Флоренции, именно Флорентийский собор возвышается как в прямом, так и в переносном смысле.Купол Брунеллески перенес Италию и мир из средневековья в новую эпоху, известную как Ренессанс.

Европейская архитектура может стать главной темой вашего путешествия или просто приятным побочным эффектом. Представьте себя с Eurail Global Pass в новом городе каждый день, потягивая эспрессо, любуясь его знаменитой архитектурой.


Если вам нравится читать о европейской архитектуре:
Топ-10 городов Европы с архитектурой (на поезде)
Какие замки в Европе вызывают наибольший трепет?
Красивые вокзалы Европы, которые нужно увидеть

Комментарии

Немецкая архитектура | Распространенные стили и известные конструкции

Знаменитые архитектурные сооружения Германии

Все эти здания стоит посетить!

Semperoper , Дрезден

Этот красивый оперный театр и концертный зал был построен в 1841 году по проекту архитектора Готфрида Земпера.Пострадавший от пожара, он был перестроен в 1878 году в стиле неоренессанса (также известного как Возрождение Возрождения или Дрезденское барокко). Во время бомбардировок Дрездена во время Второй мировой войны в 1945 году интерьер был полностью разрушен, и он был в значительной степени восстановлен. Он считается одним из лучших концертных залов на Земле.

Кельнский собор

Объект Всемирного наследия ЮНЕСКО и самая посещаемая достопримечательность Германии , Кельнский собор также является резиденцией архиепископа Кельна.Это самое высокое здание с двумя шпилями в мире и самое большое готическое здание в Северной Европе. Кельнский собор - прекрасный образец немецкой готической архитектуры.

Stadtbibliothek Stuttgart

Эта публичная библиотека была построена только в 2011 году, но демонстрирует неизменную приверженность Штутгарта современности, чистым линиям и функционализму. Разработанный Yi Architects, этот куб размером 45 х 45 метров имеет окна с идеальным геометрическим рисунком на каждом фасаде .Интерьер белый, светлый и поистине задумчивый. Эта публичная библиотека - прекрасный образец современной немецкой архитектуры.

Библиотека герцогини Анны Амалии, Веймар

Дом герцогини Анны Амалии (1739–1807) был основан как библиотека еще при ее жизни. Сегодня это здание, находящееся под защитой ЮНЕСКО, является публичной библиотекой и до сих пор является домом для собственной коллекции Шекспира герцогини и одного из лучших собраний немецкой литературы в стране. Расположенная в так называемом Зеленом замке, библиотека имеет в своем сердце потрясающий овальный зал в стиле рококо.

Замок Гогенцоллернов, Баден-Вюртемберг

Этот внушительный замок является памятником двум бывшим замкам, которые занимали одно и то же положение на вершине холма . Первый был построен в 11 веке для дома Гогенцоллернов. Нынешний, третий, замок был построен как памятник в середине 1800-х годов. Он был вдохновлен как движением английского готического возрождения, так и французскими замками в долине Луары.

Замок Нойшванштайн, Бавария

Вероятно, самый фотографируемый замок на Земле. , и тот самый замок, на котором основан логотип Диснея, это одно из самых известных построек в Германии.Он имеет классический сказочный дизайн и был построен в стиле романского возрождения в 1869 году. Это всего лишь название замка, на самом деле это был дворец короля Людвига II в честь Рихарда Вагнера.

Frauenkirche , Дрезден

Лютеранская церковь - прекрасный образец архитектуры барокко . Он был построен в 18 веке, чтобы заменить церковь, которая стояла на этом месте ранее, и в то время у него был один из самых больших куполов в Европе.Построенный как свидетельство силы немецкого протестантизма, он, к сожалению, пострадал во время бомбардировки Дрездена во время Второй мировой войны. В последние годы он был восстановлен до прежней славы.

Рейхстаг , Берлин

Дом парламента Германии ( Бундестаг ), внушительное здание Рейхстаг Здание , для некоторых сердце Берлина . Построенное в 1894 году в стиле неоренессанса, здание позже было разрушено пожаром и войной и неоднократно ремонтировалось.В частности, в 1999 году к нему была добавлена ​​смотровая площадка со стеклянным куполом, спроектированная Норманом Фостером как свидетельство оригинального купола здания.

Elbphilharmonie , Гамбург

Один из самых новых и самых обсуждаемых концертных залов в мире , Elbphilharmonie назван так потому, что был построен на берегу реки Эльбы. Основной корпус представляет собой стеклянную конструкцию, напоминающую парус или волну, которая находится наверху старого склада.Называемый местными жителями ‘Elphi’ , он является домом для оркестра NDR Elbphilharmonie.

Gendarmenmarkt , Берлин

На площади Жандарменмаркт в Берлине находится потрясающий ансамбль известной немецкой архитектуры. Сюда входят «Французская церковь» 18 века, перестроенная «Немецкая церковь» и современный концертный зал Konzerthaus . В декабре на площади проходит одна из самых известных рождественских ярмарок Берлина.

Европейская и американская архитектура (1750–1900)

Макет этой лекции призван подчеркнуть международное и межконтинентальное распространение архитектурных идей. В большинстве случаев я привожу два примера, чтобы проиллюстрировать конкретное стилистическое движение - одно европейское и одно американское. Дополнительные работы имеют отступ внизу, чтобы дополнить определенные темы. Я также добавил отступления о материалах и других темах, которые могут быть полезны.

За час и пятнадцать минут вы сможете охватить следующие архитектурные произведения:

Обзор:

  • Франческо Борромини, Сан-Карло-алле-Кватро-Фонтане (Рим, 1638–41)
  • Germain Boffrand и Chalres-Joseph Natoire, Salon de la Princesse , Hôtel de Soubise (Париж, 1736–179)

Вторая половина восемнадцатого века:

  • Марк-Антуан Ложье, Essai sur l’architecture (Париж, 1755 г .; первое издание 1753 г.)
  • Джеймс Стюарт и Николас Реветт, Древности Афин: измерения и очертания (Лондон, 1762–95)
    • Хорагический памятник Лисикрата, ок.334 г. до н. Э.,
    • г.
  • Генри Хоар, Стоурхед (Уилтшир, Англия 1741–81)
    • Клод Лоррен, Берег Делоса с Энеем (1672)
    • Генри Флиткрофт, Пантеон (построен между 1753-54)
    • Генри Флиткрофт, Храм Аполлона (построен в 1765 году)
    • Генри Флиткрофт, Башня короля Альфреда (спроектирована в 1765 году, построена между 1769–1772 годами)
    • Бристольский крест (памятник пятнадцатого – семнадцатого веков был перенесен в 1765 году с его первоначального расположения в Бристоле в парк Хора)
  • Уильям Торнтон, Б.Х. Латроб, Чарльз Булфинч, Томас У. Уолтер и другие, Капитолий США (Вашингтон, округ Колумбия, ок. 1793–1828, 1851–187 и 1856–63)

Девятнадцатый век

  • Карл Фридрих Шинкель, Старый музей (Берлин, 1823–1830 гг.)
    • Уильям Стрикленд, Капитолий штата Теннесси (Нэшвилл, 1845–1859 гг.)
  • Чарльз Барри и A.W.N. Пугин, здание парламента (Лондон, 1835–1868 гг.)
    • Ричард Апджон, Троицкая церковь (Нью-Йорк, 1839–1846 гг.)
  • Оуэн Джонс, Грамматика орнамента (Лондон , 1856)
  • Gilman, Kendall & Post, Equitable Life Assurance Company Building (Нью-Йорк, 1868–1870 гг.)
    • Уильям ЛеБарон Дженни, Дом страхования жилья, (Чикаго, ок.1885)
    • МакКим, Мид и Уайт, здание компании American Safe Deposit Company (Нью-Йорк, 1882–184 гг.).
  • Норман Шоу, здание палат Новой Зеландии (Лондон, 1871–183)
    • Х. Ричардсон, Дом Уильяма Уоттса Шермана (Ньюпорт, Род-Айленд, 1874–186)
  • Шарль Гарнье, Парижская опера (Париж, 1862–1875 гг.)
    • Всемирная колумбийская выставка (Чикаго, 1891–1891)

Начавшееся во второй половине восемнадцатого века и продолжавшееся до начала девятнадцатого века, Просвещение во многом повлияло на путь архитектуры.Хотя это и не единое движение, оно было основано на вере в прогресс и в силу разума. Недавние достижения в науке подтолкнули к мысли, что приобретение знаний и применение разума могут повлиять на социальные, интеллектуальные и моральные реформы. Влияние Просвещения на искусство принимало различные формы. Одни художники отдавали дань науке, другие изучали классическое прошлое. Последнее сильнее влияет на архитектуру.

К 1750 году росло недовольство яркой архитектурой в стиле барокко и рококо, о которой говорилось выше.Он подвергся критике за нечестность, а это означало, что его скульптурные волнистые стены и чрезмерно усердный орнамент обманчиво скрывали поддерживающую конструкцию здания. Критики считали, что эти особенности расставили акценты не в том месте, и что архитектура требует столь необходимого возврата к ее примитивным истокам. Эта точка зрения была продемонстрирована на фронтисписе второго издания книги Essai sur l’architecture священником-иезуитом и косметологом-любителем Марком-Антуаном Ложье (1713–69).

На гравированном фронтисписе Essai sur l’architecture изображена классическая женская фигура в образе музы архитектуры, держащей компас под прямым углом и лежащей на антаблементе. Изображение также включает столицу Scamozzi Ionic (капители Scamozzi Ionic вспыхивают в углах, когда две стороны сходятся). Эта Муза направляет младенца в примитивную хижину, первое построенное человечеством сооружение, олицетворяющее чистую и честную архитектуру. Построенное из дерева - как живых деревьев, так и спилов - пространство было создано с использованием ограниченного числа элементов: столбов (вертикалей), перемычек или балок (горизонталей) и остроконечной крыши.Все эти элементы не украшены.

Это изображение послужило объединяющим фактором, побудившим людей вернуться к кажущейся более чистой архитектуре. Здесь следует отметить, что Ложье и его сторонники не считали, что единственными постройками, которые следует строить, были примитивные деревянные хижины. Вместо этого они продвигали идею о том, что если исторический источник копируется, то он должен происходить из культуры, которая практиковала чистую архитектуру. Чем старше цивилизация, тем более чистую архитектуру они создавали.Используя эту логику, греческая архитектура превосходила римскую, поскольку греческая цивилизация была старше.

Одна публикация, которая больше всего способствовала распространению знаний о греческой архитектуре, - это Афинские древности: измерения и очертания английских архитекторов и антикваров Джеймса Стюарта и Николаса Реветта. Задуманная в эпоху Просвещения, когда возник интерес к древним культурам, работа была субсидирована и опубликована Обществом дилетантов (английская группа мужчин, которые все участвовали в Гранд-турне.Сэр Джошуа Рейнольдс был членом группы, написавшей несколько портретов ее членов). Этот текст примечателен тем, что содержит первые тщательно обмеренные рисунки древнегреческой архитектуры, открывающие западному миру доступ к их естественному архитектурному совершенству. Чтобы сделать текст как можно более точным, Стюарт и Реветт потратили четыре года (1751–1751), документируя архитектурные памятники в Афинах и вокруг них, прежде чем вернуться в Англию, чтобы начать процесс публикации. Хотя предполагалось, что это будет первый текст в своем роде, затянувшийся процесс публикации позволил французу Жюльену-Давиду Ле Руа выпустить Les Ruines des plus beaux monumenti de la Grèce (Париж, 1758 г.) за пять лет до вышел первый том Афинские древности .Несмотря на задержки с публикацией, а затем и постепенный выпуск, « Древности Афин» влияние года было международным, и он стал руководством (историк Джеймс Ф. О'Горман использует слово «Библия») для «греческого возрождения» по всей Европе. как в Северной Америке, c. 1810–1840-е гг.

Иллюстрация из первого тома текста изображает хорагический памятник Лисикрата . Расположенный недалеко от акрополя, этот памятник был установлен около 334 г. до н. Э. В ознаменование спортивной или хоровой победы.Эта круглая структура тринадцати футов высотой сделана из мрамора, а вокруг нее расположены шесть коринфских колонн - одни из самых ранних из них. Теперь утерян трофей треноги, который когда-то возвышался над памятником.

Визуальным и идеологическим противовесом поискам более чистого архитектурного источника является живописный ландшафтный сад Stourhead , расположенный в Уилтшире, Англия, видение банкира сэра Генри Хора. Спроектированные на протяжении десятилетий, виды Stourhead были полностью застроены: земля была перемещена, озеро образовано путем перекрытия местной реки плотиной, а растения были посажены.Хоар стремился имитировать нарисованные пейзажи на картинах французских художников эпохи барокко Клода Лоррена и Николаса Пуссена. Действительно, Хор собрал картину Лоррена «Вид на побережье Делоса » вместе с Энеем (1672 г.), что повлияло на ее дизайн. Например, в саду были мосты и здание с куполом, имитирующее Пантеон в Риме, мотивы, найденные в картинах Лоррена. Извилистая дорожка через сад начиналась и заканчивалась у дома, ведущая вокруг озера неправильной формы, которое составляет центральную часть сада.По пути предполагалось останавливаться в определенных точках, чтобы полюбоваться видами и павильонами, построенными в разных архитектурных стилях.

Палладианский архитектор Генри Флиткрофт получил заказ на строительство нескольких павильонов для Стоурхеда: вышеупомянутого Пантеона (построенного между 1753–174 гг.), Храма Аполлона (построенного в 1765 г.) и треугольной 160-футовой кирпичной конструкции Башня короля Альфреда (построенная в 1765 г. построен между 1769-72), на вершину которого можно подняться по внутренней винтовой лестнице.В 1765 году Бристольский крест был перенесен из Бристоля в парк Хоара. На протяжении веков историки спорят о том, как следует интерпретировать вергилианские надписи на павильонах и как это влияет на восприятие зрителем сада.

Политически полное воплощение идеалов Просвещения было достигнуто во время Американской и Французской революций, которые произошли в конце восемнадцатого века и в начале девятнадцатого века. Капитолий США (около 1793–1828, 1851–7 и 1856–63) в Вашингтоне, округ Колумбия, стал маяком для идей Просвещения, придерживаясь классического духа в революционном неоклассическом стиле своей архитектуры. Федеральное здание задумывалось как кирпичное здание с 17 комнатами, в котором разместится законодательная ветвь власти.

Тот факт, что Капитолий США изначально задумывался как кирпичное здание, может стать сюрпризом для студентов, которые к этому времени привыкли видеть европейскую архитектуру, построенную из прекрасного камня.На рубеже девятнадцатого века американские архитекторы и строители все еще чувствовали себя некомфортно и совершенно неопытно использовать этот материал. Отсутствие уверенности архитекторов и строителей в строительстве камня компенсировалось их уверенностью в использовании кирпича. Гибкий рецепт, постоянство и требования к навыкам Brick позволили использовать его в строительстве зданий в Америке. На восточном побережье этот материал использовался с 1618 года (первое кирпичное здание было Четвертой Джеймстаунской церковью - Джеймстаун был основан в 1607 году).

Со временем к Капитолию добавились и другие функции, такие как гробница Вашингтона и выделение помещения для Верховного суда. В первоначальных материалах американские господа архитекторы / строители не смогли создать адекватные элегантные и монументальные формы, которые определяли бы новый тип здания страны. Президент Вашингтон назвал их «унылыми». В конечном итоге выбранный дизайн был синтезом конкурсных заявок, в которых упоминались многие аспекты других государственных домов, а именно: портик, купол, центральное общественное пространство и два дома напротив друг друга. .

Несмотря на то, что у Капитолия было много разных создателей (Уильям Торнтон, Б. Х. Латроб, Чарльз Булфинч и Томас У. Уолтер, которые представляли собой смесь профессиональных и джентльменских архитекторов), различные части Капитолия объединены в неоклассическом стиле, в центре внимания которого находится купол Уолтера. (1856–63) по образцу Пантеона. Строительство Капитолия вытеснило американских строителей из зоны материального комфорта. Изначально предполагавшаяся кирпичная кладка, было решено использовать кирпичную кладку снаружи.Для свода Томас Джефферсон хотел использовать дерево, но Латроб настаивал на каменной кладке. Десятилетия спустя строители были доведены до пределов своих технологических возможностей, используя новый материал - литое и кованое железо - для создания знаменитого купола Капитолия.

Архитектура девятнадцатого века запоминается быстрой сменой стилей исторического возрождения, в том числе греческого возрождения, готического возрождения и стиля королевы Анны (также известного как эстетическое движение), а также представлением некоторых крупных архитектурных публикаций и новых типов зданий.Я надеюсь дать представление о сложности архитектурной ситуации девятнадцатого века, выделив избранные архитектурные примеры, архитектурные тексты и новые типы зданий.

Греческое возрождение

Фасад Старого музея Карла Фридриха Шинкеля в Берлине является ярким примером архитектуры эпохи греческого возрождения. Музей представляет собой большую коробку с восемнадцатью рифлеными ионическими колоннами впереди, увенчанную коробкой меньшего размера. Абсолютная ширина здания - оно занимает почти всю ширину северной оконечности Люстгартена (Сада удовольствий) - и его фасад, состоящий из вертикальных и сильных горизонтальных элементов (арки являются синонимом римской архитектуры), являются более примитивными. / чисто греческие архитектурные характеристики, на которые ссылался Шинкель.Самым прямым визуальным источником будет афинская stoa poikile , древняя крытая колоннада на агоре.

Это здание во многом оживило сердце города. Во-первых, разместив музей в северной части Сада удовольствий, Шинкель неизбежно повысил положение художественного музея в обществе, потому что он занял свое место среди трех других важных зданий: Королевского дворца, собора и Арсенала. Во-вторых, Шинкель тщательно контролировал впечатления от просмотра этого здания.Примерно в 1830 году к Старому музею можно было подъехать со стороны главного бульвара Берлина Унтер-ден-Линден («Под липами» - бульвар был обсажен ими). Королевский дворец, расположенный ниже по улице, открывает перед зрителями панораму. По мере приближения к дворцу деревья обрамляли вид на собор. Когда вы пересечете мост и войдете в южную часть Сада удовольствий, наконец, откроется вид на Старый музей.

Внутри Шинкель яростно отстаивал ротонду, пространство, которое, как он чувствовал, подготовит посетителей к осмотру здания и просмотру произведений искусства.

Фасад Старого музея Шинкеля передал его понимание принципов, лежащих в основе чистых линейных форм греческой архитектуры. Другие архитекторы предпочли более прямую цитату греческой архитектуры.

В Соединенных Штатах прекрасным примером архитектуры греческого возрождения является Капитолий штата Теннесси Уильяма Стрикленда (Нэшвилл, 1845–189). Хорошо обученный (Стрикленд был обучен Б. Генри Латробом, с которым мы познакомились выше в Капитолии США) и много путешествовал (Стрикленд отправился в Европу в 1838 году, путешествуя через Англию, Францию, Италию и Германию.Изображения из его европейского альбома для рисования были доступны в Интернете в виртуальном архиве Теннесси «Уильям Стрикленд».) Стрикленд продемонстрировал свои обширные практические знания об исторических архитектурных источниках в Капитолии штата Теннесси.

В Капитолии Стрикленд сослался на разный порядок (дорический, ионический, коринфский) в каждой основной части здания. Капитолий, построенный снизу вверх, имел дорический подвал, ионические портики и коринфскую башню. Эрехтейм (Акрополь, Афины, Греция) вдохновил Ионические портики, а Стрикленд использовал пластины Хорагического памятника Лисикрата, найденного в г. Афинские древности г., в качестве вдохновения для фонаря для своего здания.Стрикленд изменил формы старинного оригинала, добавив окна в соответствии с современными потребностями.

Возрождение готики

Возрождение готики началось в Великобритании и распространилось по всему миру и по континентам. Пожалуй, величайшим памятником готического возрождения является Новый Вестминстерский дворец, более известный как Дома парламента (Лондон, 1835–1868 гг.).

Старый Вестминстерский дворец был почти полностью разрушен пожаром в 1834 году. 18 августа 1835 года была издана Королевская комиссия по восстановлению дворца, и начались дебаты по поводу его надлежащего стиля.Возникли два основных лагеря: неоклассика и готика. Сторонники неоклассического стиля предоставили доказательства, такие как популярность стиля и его успешный послужной список в высокопоставленных общественных комиссиях, таких как Капитолий Соединенных Штатов. Те, кто считал, что готика будет более подходящей, поддержали свою позицию следующими концепциями, которые лучше всего сформулировал A.W.N. Пугин, в своих книгах Контрасты (1836) и Истинные принципы остроконечной или христианской архитектуры (1841):

  • Гармония / Фитнес : Считалось, что существует связь между культурой и архитектурным выражением.Готический стиль появился в средневековье. Созданная архитектура считалась полностью соответствующей его потребностям. Во время готического возрождения надеялись, что если здания будут построены в этом более раннем стиле, это может воскресить некоторые чувства и гармонию, которые воспринимаются как отсутствующие в современном обществе.
  • Национализм / Патриотизм : В то время считалось, что каждая культура создает свой собственный стиль, соответствующий ее культуре и климату.В девятнадцатом веке готическая архитектура воспринималась как коренной английский стиль, было бы естественным опираться на собственное архитектурное наследие Англии, а не на стиль, импортированный с южноевропейского континента. Кроме того, неоклассический архитектурный стиль не подошел бы для Англии, поскольку это архитектура, созданная для ее более мягкого средиземноморского климата и не подходящая для погодных условий севера.
  • Функция / Честность : Готическая архитектура рассматривалась как честная форма архитектуры, в которой все, что входило, способствовало ее строительству.Готический орнамент был продуманно размещен, чтобы обогатить и подчеркнуть структурные линии.

В итоге было решено, что архитекторы представят проекты либо в готическом, либо в елизаветинском стиле. Архитектор Чарльз Барри (1795–1860), наиболее известный своими классическими и итальянскими проектами, представил проект-победитель. Из-за своей более классической специальности он использовал таланты A.W.N. Пугин, громогласный готический возрожденец, упомянутый выше. Рабочая нагрузка между двумя мужчинами была аккуратно разделена, Барри разработал пространство и структуру, а Пугин разработал орнамент и интерьеры.

Дизайн

Барри оказался успешным по нескольким причинам. Во-первых, здание парламента было построено на месте Старого Вестминстерского дворца и успешно интегрировало уцелевшие постройки (Вестминстерский зал и часовню Святого Стефана) в новый комплекс зданий. Во-вторых, Барри создал гармоничный, хотя и немного асимметричный, живописный экстерьер, уравновешивая горизонтальные и вертикальные линии.

Известняк песочного цвета, узнаваемый в экстерьере, был добыт в карьере Анстон в Йоркшире.Этот конкретный камень был выбран из-за его рентабельности и из-за того, что это осадочная порода, с ним можно было легко манипулировать. В двадцатом веке части здания, в которых камень подвергся значительной эрозии, были заменены известняком медового цвета из карьера Медуэллс в Ратленде.

В-третьих, классическая подготовка Барри сильно повлияла на его логическое расположение комнат и дворов, которое он основал на классической системе повторяющихся модулей. Лучше всего это можно оценить, просмотрев план здания.Четыре ветви здания расходятся по сторонам света: на север, юг, восток и запад от расположенного в центре восьмиугольного вестибюля. Барри расположил Тронный зал (расположенный в Палате лордов), Палату лордов и Палату общин в соответствии друг с другом, тонко подчеркивая линию власти в английском правительстве. Дизайн интерьеров Pugin включал в себя мебель, плитку, витражи и изделия из металла. Его самое роскошное украшение находится в Палате лордов, где каждый квадратный дюйм инкрустирован средневековыми украшениями.

Перейдя в Соединенные Штаты, такие архитекторы, как Ричард Апджон, использовали книги Пугина в качестве руководства для проектирования зданий в стиле готического возрождения, таких как Троицкая церковь (Нью-Йорк, Нью-Йорк, 1839–1846 гг.). Троицкая церковь была одним из самых примечательных заказов, выполненных в Америке в стиле готического возрождения. В Троицкой церкви наблюдается сдвиг в американском вкусе от классического стиля к готическому и живописному. Церковь Троицы воплощала идеалы лидеров английского готического возрождения, а Upjohn основывал свой дизайн на иллюстрации «идеальной церкви» из книги Пугина True Principles .Апджон изменил несколько аспектов дизайна Пугина, чтобы приспособить его к американским строительным методам и местности, таким как свод, наклон крыши и алтарь. Продольная в плане и сложенная из коричневого камня каменная кладка, церковь не была так тщательно украшена, как могла бы.

Грамматика орнамента

«Грамматика орнамента » Оуэна Джонса (Лондон, 1856 г.) - это руководство по дизайну, которое вдохновило бесчисленные поколения архитекторов и дизайнеров. Задуманная в эпоху реформы английского дизайна, Grammar of Ornament стала эстетическим трактатом Джонса.Грамматика орнамента содержит 37 предложений (принципов) дизайна Джонса, девятнадцать глав, посвященных историческим типам орнаментов, и единственную главу, посвященную общему знаменателю, стоящему за всем орнаментом - природа появилась в 100 хромолитографических пластинах, в которых были 1000 обрезанных иллюстраций орнамента, в котором отсутствует какой-либо намек на исходный контекст.

Качество литографических пластин - один из факторов, сделавших «Грамматику орнамента » известной.Как пишет Джон Крестен Джесперсен, содержание Грамматики орнамента обратилось к архитекторам, дизайнерам и реформаторам, «в течение столетия (после ее публикации) почти в каждом архитектурном бюро была копия Грамматики орнамента . . » Цель этой публикации заключалась не в том, чтобы дать архитекторам, орнаменталистам и дизайнерам шаблон для копирования в своей работе, а в том, чтобы позволить людям усвоить уроки из прошлого и применить эту информацию к орнаменту, который будет соответствовать современной жизни.

Небоскреб

Небоскреб - американское изобретение. Созданные во второй половине девятнадцатого века и усовершенствованные на протяжении всего девятнадцатого и начала двадцатого веков, небоскребы - с самого начала - были символами торговли и престижа. Небоскреб - это первый случай, когда архитектурная история начинается в Америке, а затем распространяется за границу. Ученые сходятся во мнении, что небоскреб должен содержать три характеристики:

.
  • Значительная высота : (больше вертикальное, чем горизонтальное) Этот тип здания был создан для удовлетворения потребности в увеличении площади застройки в крупных городских районах, двумя наиболее важными из которых были Нью-Йорк и Чикаго.Дефицит и стоимость земли в этих и других городских районах вынуждали архитекторов строить только в одном направлении - вверх.
  • Пассажирские лифты : Поскольку люди обычно не хотят подниматься выше пяти лестничных пролетов, внедрение пассажирских лифтов было благом. Лифты сделали каждый этаж столь же легко доступным и пригодным для аренды, что позволило зданию быть выше.
  • Металлический каркас : Популярность железа возросла в середине девятнадцатого века, когда архитекторы открыли его потенциал в строительстве.В архитектуре железо использовалось двумя способами: литьем и ковкой. Чугун был прочным металлом, способным выдерживать большие веса при сжатии. К основным недостаткам чугуна относятся его хрупкость с точки зрения пластичности, а также неравномерность его композиционного состава. Кованое железо не было таким прочным, как чугун, но имело преимущество в том, что оно могло принимать любые формы. Комбинация чугунных столбов и более широких кованых балок произвела революцию в представлении архитекторов о структуре и пространстве.

Короче говоря, железо позволяло архитекторам строить выше и преодолевать большие расстояния, чем когда-либо прежде. Другими словами, повышение высоты небоскребов тесно связано с достижениями в строительных технологиях, которые поддерживали их. Начиная с 1880-х годов, более дорогой и специализированный продукт, сталь стала заменять железо в качестве предпочтительного конструкционного строительного материала (поскольку она содержала такую ​​же / или повышенную прочность чугуна и пластичность кованого железа). В 1880-х годах первые архитекторы перешли с чугуна на сталь.

Самый ранний пример небоскреба может вас удивить. Известные авторитеты Вайсман и Кондит согласны с тем, что здание компании Equitable Life Assurance Company Gilman, Kendall & Post (Нью-Йорк, 1868–1870 гг .; разрушено) является первым небоскребом, поскольку это было первое здание, которое было спроектировано и построено со всеми тремя из них. вышеупомянутые особенности небоскреба. Наши глаза двадцать первого века, привыкшие видеть небоскребы как огромные сооружения, построенные из занавеса из металла и стекла, скорее всего, не узнают здание Equitable Life Assurance Company Building как раннего потомка.Об этой утраченной структуре (планы которой не сохранились) известно только по изображениям и строительным записям. При высоте 130 футов это здание было ненамного выше окружающих коммерческих зданий. Тем не менее, сознательное внедрение лифта изменило коммерческую архитектуру, поскольку позволило легко добраться до всех восьми этажей и, следовательно, легко сдавать в аренду.

Архитекторы скрыли железный каркас Equitable единственным известным им способом: каменной кладкой из серого гранита с ярусами, разделенными антаблементами, и с шатровой крышей.На изображениях это строение очень похоже на эпоху Второй Империи, стиль, который, как считается, был выбран из-за его способности, учитывая роскошный Париж Османа, обозначать стабильность и процветание. С самого начала небоскребы служили офисными зданиями. В конце девятнадцатого века архитекторы работали над тем, чтобы придать небоскребу характерный фасад. Возникли две основные тенденции: «дикие работы» и итальянский дворец эпохи Возрождения, которые легко проиллюстрировать примечательными примерами той эпохи.

В Чикаго, Дом страхования жилья Уильяма ЛеБарона Дженни , c.1885 год - пример «безумного труда». «Дикая работа» - это дескриптор, который в конце девятнадцатого века использовал известный архитектурный критик Монтгомери Шайлер для обозначения фасадов, подобных этому. Что Шайлер нашла безумным или ошеломляющим в этом здании, так это то, что горизонтальные и вертикальные линии постоянно прерываются. Заслуживает внимания также Дом страхования жилья, поскольку это было первое здание, в котором использовалась стальная конструкция.

В Нью-Йорке фирма МакКима, Мида и Уайта тяготела к фасаду небоскреба, состоящему из трех частей, что очевидно в здании American Safe Deposit Company (1882–184).Три части этого здания (подвал, шахта и третий ярус пространства наверху) четко очерчены. Разделение фасада на три части, подобное этому вдохновению критика Монтгомери Шайлера (которого мы только что встретили выше) в 1899 году, сравнило такие поверхности с тремя частями классической колонны: основанием, валом и капителем. На протяжении многих лет метафора Шайлер применялась и использовалась для объяснения многочисленных фасадов и видоизменилась, чтобы стать общепринятым объяснением, но это неверно. Этот тип фасада был вдохновлен итальянскими дворцами эпохи Возрождения, такими как трехсторонний фасад Палаццо Даванцати четырнадцатого / пятнадцатого веков, в котором также есть подвал, шахта и третий ярус пространства наверху - в комплекте с порядком на лоджии .Трехсторонняя формула стала популярным образцом, используемым архитекторами по всей стране, такими как "Флэтайрон-билдинг" Дэниела Х. Бернхэма и компании (Нью-Йорк, 1901–1903). Даже спустя два десятилетия после того, как этот узор фасада был впервые реализован, он все еще не вышел из моды.

Эстетическое движение

Архитектура эстетического движения (которую обычно называют стилем королевы Анны) зародилась в Англии в 1860-х годах, а затем пришла в Америку в 1870-х годах. Он в основном использовался как светский архитектурный стиль, что некоторые критики считали серьезным недостатком (поскольку он не переходил в священные поручения).Для этого стиля характерна свобода, особенно в цвете, живописный, асимметричный дизайн, сложный орнамент. Одним из величайших ее практиков был Р. Норман Шоу, а одним из самых известных зданий было офисное здание New Zealand Chambers Building (Лондон, 1871–183; разрушено). Шоу использовал архитектурные элементы, чтобы разбить плоские поверхности и рассеять свет на фасаде этого здания. Тенденция к созданию высокотекстурированных фасадов стала бы особенностью, связанной с архитектурой эстетического движения по обе стороны Атлантики.

Дом Уильяма Уоттса Шермана Х. Ричардсона (Ньюпорт, Род-Айленд, 1874–1876 гг. И многочисленные пристройки) был одним из самых ранних архитектурных произведений американского эстетического движения. Большинство американцев познакомились с другими аспектами эстетического движения на Столетней выставке 1876 года. Резиденция Шермана представляла собой сочетание устоявшихся и новаторских архитектурных особенностей. Установленные особенности включали асимметрию (попытку сломать коробку) домов начала девятнадцатого века.Новаторским элементом стала новая форма пространства - гостиная. Гостиный холл Шерман-хауса простирался в глубину здания и содержал очаг и массивную лестницу. От этого жилого зала исходили различные комнаты (общественные, частные, помещения для прислуги), что создавало неправильную планировку.

Неравномерность плана этажа выразилась в асимметрии внешнего вида фасада. Внутри фронтонов Ричардсон создал силуэт солянки. Включение этого профиля примечательно, поскольку Ричардсон возродил отличительный аспект американской колониальной архитектуры.Кроме того, на фасаде Ричардсон варьировал текстуру поверхности, позволяя свету распадаться на поверхность, вызывая эффект мерцания. Внутри ряд декоративных предметов, таких как художественное стекло, еще больше подчеркивает философию эстетического движения.

Париж времен Второй империи и Школа классицизма изящных искусств

Парижская опера Шарля Гарнье (Париж, 1862–1875 гг.) - это здание, посвященное зрелищам. Грандиозное сооружение было одним из многих, которые вписывались в возрождение бароном Османом городского Парижа.Зрелище Оперы начинается с ее местоположения. Построенный на собственном острове, до него можно добраться с нескольких улиц и с главной авеню де л'Опера, заканчивающейся на собственном месте (площади или площади). Хотя можно отвлечься от срезанного количества орнамента на фасаде, внешний вид, выходящий на площадь, можно превратить в аркадную основу, похожую на подиум, на которой Гарнье разместил колоннаду. Эта колоннада представляла собой узнаваемый вариант двухчастного фасада, который дом Рафаэля Браманте популяризировал еще в эпоху итальянского Возрождения, ныне весьма популярного в Париже.Гарнье продолжил украсить этот классический фасад скульптурными акцентами, для чего он использовал одни из лучших художественных талантов Парижа, такие как Жан-Батист Карпо, который создал скульптуру «Танец ».

Вход в здание был спроектирован с учетом социальных потребностей различных оперных любителей, от императора до буржуазии. Внутри помещения, созданные Гарнье, являются знаком классического режима обучения в Ecole des Beaux Arts, учреждении, которое преподавало Гарнье.Просторные вестибюли, широкие лестницы и роскошные шпонированные поверхности служили впечатляющими платформами и фоном для среды, созданной для того, чтобы люди могли видеть и быть увиденными. Под этими тщательно продуманными поверхностями структура Opera использовала последние достижения в области строительства из железа. Внутри и снаружи этого здания использованы классические источники.

Хотя для Всемирной колумбийской выставки (далее WCE - Чикаго, 1891–1893 гг.) Было построено почти 200 построек, ярмарка стала диалектикой двух курсов американской архитектуры: классицизма Ecole des Beaux Arts (очевидного в архитектуре Двор чести) и Живописное / эстетическое движение (очевидное в архитектуре, окружающей лагуну).В Америке, предшествовавшей WCE, были популярны живописные традиции, такие как эстетическое движение, с их цветными, асимметричными и мерцающими поверхностями.

Например, транспортное здание Луи Салливана, в котором преобладают красно-золотые цвета, распространило эту визуальную традицию на WCE. Напротив, большинство основных выставочных сооружений были построены в традициях, которым обучают в Ecole des Beaux Arts в Париже. Эти ярмарочные здания объединяли цветовая гамма (белый), классические архитектурные элементы, единая линия карниза (65 футов) и осевая симметрия.Классицизм изящных искусств оказал такое влияние на посетителей ярмарок, что в течение следующих нескольких десятилетий он станет излюбленным архитектурным стилем в Америке.

Различия между этими двумя архитектурными стилями были дополнительно подчеркнуты в ландшафтной среде WCE, спроектированной ландшафтным архитектором Фредериком Лоу Олмстедом. Ландшафтная архитектура Олмстеда для Суда Чести представляла собой симметричный бассейн с правильными пропорциями в идеальном тандеме со сбалансированным (все здания имели 65-футовый карниз) и симметричным окружающим его классицизмом Ecole des Beaux Arts.Для области лагуны Олмстед спроектировал лагуну неправильной формы, в центре которой находился лесистый остров с живописными тропами.

Обзор архитектуры | NCpedia

Кристен Мерриман, Государственный университет Северной Каролины
и Сары Райс Скотт, Государственные архивы Северной Каролины, 2010 г.

См. Также: Сараи; Билтмор Хаус; Епископальная церковь Христа; Колледж дизайна; Купольный дом; Дом Независимости; Капитолий штата; Архитектура (UNC Press)

Архитектура Северной Каролины так же разнообразна, как и люди, которые здесь живут, и находится под влиянием отраслей, географии и климата, которые сформировали социальный и экономический рост штата.Точно так же архитектура оказала свое влияние. С тех пор, как сооружения были впервые возведены на земле, которая сейчас называется Северной Каролиной, эти здания играли роль в том, как люди взаимодействуют внутри дома и в способах производства сельскохозяйственной продукции, фабрик, производящих промышленные товары, и обучения студентов.

17
и 18 вв.

Ранние постройки, построенные в Северной Каролине, сочетали доступные ресурсы с простыми функциональными методами строительства, привезенными из Европы.Часто не имея достатка и квалифицированных мастеров для создания величественных резиденций, большинство первых поселенцев строили дома для обеспечения базового убежища, а не для того, чтобы обеспечить постоянство или продемонстрировать богатство или власть. Ландшафт и климат Северной Каролины также повлияли на раннее строительство. Большие леса обеспечивали, казалось бы, бесконечные запасы древесины - в отличие от английских сельскохозяйственных угодий, с которыми были знакомы многие поселенцы, - и ранние иммигранты воспользовались этим изобилием, построив большинство строений, включая свои дома, из дерева.Жаркий и влажный климат также повлиял на методы строительства, отличные от английских традиций. Среди них были построены большие веранды, отдельные кухни и открытые проходы для охлаждения пассажиров. Эти строительные методы сохранились в штате до девятнадцатого века. ( Архитекторы и строители в Северной Каролине, , стр. 9-10)

Многие из первых в Северной Каролине последователей архитектурных стилей под влиянием Европы были богатыми плантаторами и бизнесменами. В то время как некоторые нанимали специалистов-строителей, часто плантатор сам составлял проект своего дома и окружающих построек.Практические руководства для строителей были популярны в конце 1700-х - начале 1800-х годов; Жители Северной Каролины купили их, чтобы спланировать и построить свои жилища. Некоторые из самых богатых людей штата также держали коллекцию сборников образцов, которые представляли собой книги архитектурных проектов европейских архитекторов, которые можно было копировать, и архитектурные трактаты в своих личных библиотеках, из которых можно было черпать вдохновение. ( Архитекторы и строители в Северной Каролине, , стр. 61)

Тем не менее, немногие из домов, построенных в то время даже самыми богатыми жителями Северной Каролины, были излишне декоративными.Посетители колонии, а позже и штата, отмечали «всеобщее удовлетворение от неприхотливого здания». ( Architects & Builders в Северной Каролине, , стр. 56). Общественные здания, такие как здания суда, отражали популярный в колониях стиль без украшений, который был символическим отказом от чрезмерно богато украшенной архитектуры короля Англии. Два из самых ранних стилей, которые появляются в архитектуре Северной Каролины, - это грузинский и федеральный. Георгианские, строгие и симметричные, обычно встречаются в зданиях, построенных между 1750 и началом 1800-х годов; Федеральный стиль, сбалансированный и классический по своей природе, часто встречается в зданиях, построенных между 1780 и 1830 годами.Действительно, многие сооружения, построенные в государстве, сочетают в себе элементы обоих стилей. Дом Джона Райта Стэнли, построенный между 1779 и 1783 годами, является примером здания в георгианском стиле, а Малберри-Хилл, построенный около 1810 года, является примером федерального стиля. Оба дома расположены в Нью-Берне.

19
век

С появлением железной дороги стройматериалы стало проще производить и распространять. В то же время архитектурная профессия начала определять себя, и именно в эту эпоху отдельные архитекторы стали ассоциироваться со зданиями, которые они построили.В Северной Каролине, как и в остальной части страны, стили греческого возрождения, готического возрождения и итальянского стиля были охвачены и использовались как в государственном, так и в частном строительстве, чтобы способствовать силе и постоянству новой нации и ее граждан. Два выдающихся примера этого периода находятся в Роли: Епископальная церковь Христа (спроектированная Ричардом Апджоном, основателем Американского института архитекторов) и Капитолий штата Северная Каролина (спроектированная Итиел Таун и Александром Джексоном Дэвисом).( Энциклопедия Северной Каролины , стр. 62)

Плантации Северной Каролины были в основном сосредоточены в восточной части штата, где почва поддерживала крупномасштабный рост товарных культур, таких как табак. Помимо элегантных главных домов, на плантациях также были дома, построенные для рабов, которые обрабатывали землю. По словам историка архитектуры Екатерины Бишир:

Расчеты восемнадцатого и начала девятнадцатого веков показывают, что на большинстве ферм и хозяин, и раб занимали небольшие каркасные или бревенчатые дома.В середине девятнадцатого века, в то время как масштабы собственных домов плантатора увеличивались, и несколько особенно прогрессивных плантаторов возводили более солидные жилища для рабов, большинство невольничьих домов по-прежнему оставались маленькими грубыми постройками. ( Путеводитель по исторической архитектуре восточной части Северной Каролины , стр. 24)

Простые строения, в которых жили рабы, усеяли сельский пейзаж Северной Каролины даже после гражданской войны, поскольку издольщики и бедные фермеры продолжали делать их своим домом.

Хотя Гражданская война и последовавшая за ней бурная реконструкция остановили крупное строительство, последовавшая за этим Промышленная революция дала огромный импульс строительству. Промышленная революция ввела массовое производство, сделав строительные материалы доступными по гораздо более низким ценам, чем раньше. А с появлением более дешевых материалов произошел сдвиг в дизайне фермы и фабрики, который воплотил в себе как форму, так и функцию. Многие текстильные фабрики, например, черпали вдохновение в итальянском стиле, добиваясь эстетичного внешнего вида, сохраняя при этом практичность назначения и функциональность внутри здания.( Энциклопедия Северной Каролины , стр. 62)

Вслед за этими стилями последовали богато украшенные стили Второй империи и королевы Анны, которые оставались популярными на протяжении всей викторианской эпохи и занимали видное место в жилой архитектуре на Западе, хотя заметное исключение находится в Роли - особняк губернатора, богато украшенный королевой Анной. . Дальше на запад, в горном районе штата, туристический бум привел к строительству роскошных отелей и частных домов. Самым известным примером архитектуры Северной Каролины конца XIX века является дом Билтмора недалеко от Эшвилла.Этот особняк в стиле замка был спроектирован Ричардом Моррисом Хантом и является домом для промышленника Джорджа Вандербильта. Фредерик Лоу Олмстед, один из самых известных ландшафтных архитекторов Америки, спроектировал тщательно продуманную территорию поместья.

После гражданской войны / начало 20-х гг.
-е гг. г. век г.

В начале 20-го века в городах Северной Каролины наблюдался беспрецедентный рост, поскольку люди все чаще покидали фермы в поисках более индустриальных работ. По словам Кэтрин Бишир и Майкла Саузерна, «города увеличились вдвое или втрое, и почти каждый из них перестроил свою главную улицу прочными кирпичными домами.”( Путеводитель по исторической архитектуре Пьемонта, Северная Каролина, , стр. 43.) По мере того, как индустриализация продолжала расти, новые технологии меняли способ строительства зданий. Промышленно производимые древесина и сталь позволяли строить здания дешевле и быстрее, чем когда-либо прежде.

Стремительный рост эпохи привел к «золотому веку малых архитектурных фирм, поскольку архитекторы приложили руку к проектированию всех типов зданий, от ратуши и банков до домов среднего и высшего класса.»( Руководство по исторической архитектуре восточной части Северной Каролины, , стр. 54). Поскольку у жителей Северной Каролины больше не было свободного времени для проектирования собственных домов, они передали эту ответственность растущему профессиональному классу архитекторов. Отделение Американского института архитекторов Северной Каролины было открыто в 1913 году, и такие архитекторы, как Луи Эсбери, Уиллард Нортап, Гарри Бартон и Герберт У. Симпсон, стали приобретать известность. В 1915 году была создана Комиссия по регистрации и экспертизе архитектуры Северной Каролины, и штат начал лицензировать профессиональных архитекторов.В Государственном колледже Северной Каролины (ныне Государственный университет Северной Каролины) в 1920 году была создана учебная программа по инженерной архитектуре, ставшая первой в своем роде в штате.

Индустриализация и больший упор на городскую жизнь означали, что города должны были одновременно служить жильем и вдохновлять недавно сельский рабочий класс. Именно в это время правительственные здания, такие как суды, почтовые отделения и другие общественные места, начали строиться большими и богато украшенными как внутри, так и снаружи. В этот период были возведены первые небоскребы; первыми в Северной Каролине были здание Индепенденс в Шарлотте (1909, Дж.А. Джонс) и здание масонского храма в Роли (1907–1909, Чарльз Макмиллен).

С концентрацией рабочей силы, теперь проживающей в центре города, начали возникать жилые пригороды, в которых зажиточные семьи могли избежать шума, грязи и плотности самого города. Построенный вдоль трамвайных линий, выходящих за пределы города, именно в этих районах большинство восходящих архитекторов того времени проектировали дома. Шарлотта была первым городом в Северной Каролине, в котором есть «пригороды для трамвая», из которых наиболее известен район Майерс-Парк (спроектированный Джоном Ноленом).Вскоре последовали пригороды для трамвая в Гринсборо, Уинстон-Сейлем, Дареме, Роли и Уилмингтоне.

Многие социальные и политические движения начала 20-го, -го, -го века также повлияли на типы зданий, которые строились в штате. Прогрессивная эра подтолкнула к образованию всех детей, что привело к буму строительства школ. Достижения в области высшего образования привели к тому, что более крупные государственные университеты расширили свои возможности, а также открыли более мелкие педагогические колледжи и профессиональные училища для укомплектования персоналом все возрастающего числа возводимых начальных и средних школ и больниц.Некоторые из самых известных архитектурных кампусов штата были построены в этот период, что отражает разнообразие стилей, популярных в период до Второй мировой войны. Часовня герцога, спроектированная Джулианом Абеле и построенная между 1930 и 1932 годами, является образцом готической архитектуры. Библиотека Луи Раунда Уилсона (спроектированная Артуром Кливлендом Нэшем) и портик Южного здания, построенные в кампусе UNC-Chapel Hill в 1920-х годах, являются примерами популярного в то время стиля неоклассицизма изящных искусств. Прогрессивная эра, движимая реформами и верой в науку и технологии, также способствовала развитию общественной инфраструктуры в области здравоохранения, включая строительство больниц, санаториев и детских домов.Однако богатство распределялось неравномерно, и сегрегация и законы Джима Кроу отразились на качестве отдельных помещений, построенных для черных и белых.

Технологии сборочных линий и повышенное внимание к продукции заводского изготовления вскоре привели к быстровозводимым домам, которые в то же время начали появляться в каталогах почтовых заказов. Потребитель мог выбрать желаемый стиль дома, заказать его из каталога, и он будет доставлен и настроен на выбранном им участке.Бунгало, стиль, обычно определяемый низкими горизонтальными массивами, покатыми крышами, карнизами, фронтонами и «уютным» интерьером, был популярен в Северной Каролине. Aladdin, Sears и Roebuck были двумя самыми известными компаниями, продававшими быстровозводимые дома, и несколько примеров из первых дней строительства домов на фабриках в Северной Каролине все еще существуют.

Mid 20
Век до наших дней

Начиная с 1948 года, с открытием Школы дизайна при Университете штата Северная Каролина (ныне Колледж дизайна), ландшафт Северной Каролины значительно выиграл от притока прогрессивных преподавателей-архитекторов.Первый декан школы, Генри Кампхофнер, активно поддерживал новаторский проект факультета, включая арену Дортон в Роли, спроектированную Мэтью Новицки в 1951 году. Помимо Новицки, на факультете Кампхофнера были Джордж Мацумото, Льюис Мамфорд, Джеймс Фицгиббон, Терри Во и многие другие региональные и национальные лидеры движения современной архитектуры. В этот период факультет Архитектурной школы спроектировал большинство модернистских жилых домов в районе Роли и Чапел-Хилл.Офисное здание Дж. Милтона Смолла на Брукс-авеню в Роли, построенное в 1966 году, является ярким примером модернистской архитектуры в Северной Каролине.

В то время как профессиональные архитекторы работали в модернистской эстетике в 1950-х и 1960-х годах, широкая публика отходила от домов, спроектированных архитекторами, к более консервативным, универсальным жилым проектам. Колониальное возрождение - стиль, основанный на простой симметрии грузинского и федерального периодов - был самым популярным выбором для строителей и покупателей загородных домов Северной Каролины.Дома все чаще строились «подрядчиками по проектированию и строительству, которые опирались на опубликованные источники и собственный опыт, а планы домов становились более стандартизованными». ( Путеводитель по исторической архитектуре Пьемонта, Северная Каролина, , стр.79) Зависимость страны от автомобилей также возросла в этот период времени, и архитектура и ландшафтный дизайн, особенно в пригородах, начали отражать это с выходом на улицу главных улиц. подъезды, подъездные пути, а также пристроенные гаражи и навесы. В Северной Каролине пригороды росли быстрее, чем города, которые они окружали, и этот отход от централизованных даунтаунов продолжал характеризовать застроенный ландшафт 1970-х годов и позже.

Артикул:

Бишир, Кэтрин В., Дж. Маршалл Баллок и Уильям Бушонг. 1990. Архитекторы и строители в Северной Каролине: история практики строительства . Чапел-Хилл: Университет Северной Каролины Press.

Пауэлл, Уильям Стивенс и Джей Маццогид знакомят с исторической архитектурой Пьемонта, Северный Каролиначчи. 2006. Энциклопедия Северной Каролины . Чапел-Хилл: Университет Северной Каролины Press.

Бишир, Екатерина В., и Майкл Т. Южный. 1996. Путеводитель по исторической архитектуре восточной части Северной Каролины . Чапел-Хилл: Университет Северной Каролины Press.

Бишир, Кэтрин В. и Майкл Т. Южный. 2003. Путеводитель по исторической архитектуре Пьемонта, Северная Каролина . Чапел-Хилл: Университет Северной Каролины Press.

Дополнительные ресурсы:

Бишир, Кэтрин В. 2005. Архитектура Северной Каролины . Чапел-Хилл, Н.C .: University of North Carolina Press.

Бишир, Кэтрин В., Майкл Т. Саузерн и Дженнифер Ф. Мартин. 1999. Путеводитель по исторической архитектуре западной части Северной Каролины . Чапел-Хилл: Университет Северной Каролины Press.

Строительное наследие Северной Каролины: историческая архитектура в старом северном штате, http://www.lib.ncsu.edu/specialcollections/builtheritage/.

North Carolina Architects and Builders, https://ncarchitects.lib.ncsu.edu/.

Государственный историко-заповедник штата Северная Каролина, https: // www.ncdcr.gov/about/history/division-historical-resources/nc-state-historic-preservation-office. Библиография на https://www.ncdcr.gov/about/history/division-historical-resources/nc-state-historic-preservation-office.

Preservation North Carolina, http://www.presnc.org/.

Модернистские дома Северной Каролины, https://ncmodernist.org/.

Ресурсы в библиотеках [через WorldCat].

Изображение предоставлено:

"Дом Джона Райта Стэнли в Нью-Берне, Северная Каролина."2009. Изображение предоставлено пользователем Википедии Smallbones. В Интернете по адресу https://en.wikipedia.org/wiki/File:NewBernHouse1.JPG

.

«Епископальная церковь Христа». 2006. Роли, Северная Каролина. Фото пользователя Flickr Fotomoe. На сайте https://www.flickr.com/photos/[email protected]/352189218/

"Герцогская часовня, 1950-09 гг." 1950. Репозиторий: Архив Университета Дьюка, https://library.duke.edu/rubenstein/uarchives. Фото онлайн на https://www.flickr.com/photos/dukeyearlook/3399137218/

"Дортон Арена, NC State Fairgrounds, Роли, NC."Государственные архивы Северной Каролины. Позвоните по номеру N_72_8_8. В Интернете по адресу: https://www.flickr.com/photos/north-carolina-state-archives/2479215292/

Architects спроектировали зеленые дома будущего Net-Zero в Европе

▲ Дом Коичи Такада с благоприятным климатом вдохновлен подсолнухами.

Courtesy Koichi Takada

Три лидера в области устойчивого проектирования представляют, как могут выглядеть здания, когда на континенте наступит нулевой уровень.

Лора Миллан Ломбранья

Захватывающие технологические прорывы, несколько триллионов евро инвестиций и капитальный ремонт экономики недостаточно, чтобы сделать Европу первым климатически нейтральным континентом к 2050 году - ему тоже потребуется новый облик.

Архитектура, в частности, стала центром усилий Европейского Союза по борьбе с изменением климата. На здания приходится около 40% общего потребления энергии в ЕС и 36% выбросов парниковых газов, связанных с энергетикой. Но в то время как другие секторы с высоким уровнем выбросов, такие как энергетика и транспорт, извлекли выгоду из инноваций в области возобновляемых источников энергии и электромобилей, строительство - нет. Производство цемента и стали остается одной из самых углеродоемких отраслей в мире.Между тем, большая часть существующего жилищного фонда ЕС устарела и энергоэффективна.

Не меньше, чем президент Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен, провозгласила, что климатический проект должен иметь «свою собственную эстетику, сочетающую дизайн и экологичность» в своей речи в октябре, призывая к «новому европейскому движению Баухаус».

Оригинальный Баухаус, коллектив дизайнеров и мастеров начала 20 века, стоит за многим из того, что мы сегодня называем современной архитектурой - чистой, гладкой, твердой.«Баухаус стал отличным местом встречи идей», - говорит бельгийский архитектор Жюльен Де Смедт. «Но это символ индустриального мира, в котором мы сегодня обречены».

Bloomberg Green пригласил Де Смедта, Каспера Морк-Улнеса и Коичи Такада, всех архитекторов, известных своей ориентацией на экологичность, для выполнения упражнения воображения. Правила были просты: выберите место в Европе, спроектируйте дом на одну семью с учетом этого климата и заставьте его производить больше энергии, чем потребляет. - С Джеймсом Тарми

Stabbur House, Каспер Морк-Улнес


«Самый экологичный квадратный метр - это тот, который вы фактически не строите.”

▲ Stabbur House вдохновлен норвежскими зданиями, которые простояли сотни лет.

Любезно предоставлено Каспером Морк-Улнесом, визуализация Ver 3D

Это странная мантра для тех, кто зарабатывает себе на жизнь строительными вещами, но она соответствует принципам рабочего дизайна норвежского архитектора: «Уменьшите размер, сэкономьте пространство при сохранении архитектурной целостности, и экономия средств и материалов », - говорит он.

Философия заимствована из лесных хижин, церквей и складов Норвегии, которые простояли сотни лет.Их конструкции, построенные ремесленниками, функциональны, а внимание строителей к деталям и мастерство ремесел позволяют сооружениям выдерживать экстремально низкие температуры и зимние штормы.

Колокол и часовня 18 века в норвежской деревне.

Фотограф: Каспер Морк-Улнес

Дизайн Морк-Улнеса для Bloomberg Green вдохновлен складами, известными как stabburs , на которых хранился собранный урожай в течение долгой морозной зимы.«Это было самое важное здание на ферме», - говорит он. Чтобы крысы не могли проникнуть внутрь, ножницы поднимались с земли с помощью каменных или деревянных столбов. Дерновые крыши обеспечивали изоляцию летом и зимой.

В этом новом европейском стиле Баухауса сохранились многие из этих особенностей, но по разным причинам.

1
Здание немного приподнято, чтобы защитить его от наводнений и минимизировать разрушение земли. Это очень важно в Норвегии, где большие участки земли покрыты мерзлотой вечной мерзлоты, которая тает по мере потепления мира.

2
Зона общего пользования на первом этаже выдержана в стиле старого Баухауса с открытыми пространствами, прямыми линиями и большими окнами на южном фасаде. Вместо бетона и стали он сделан из поперечно-клееного бруса и дерева, которые при правильном уходе могут прослужить сотни лет. Например, деревянные церкви Норвегии существуют с 1100-х годов.

3
Зимой солнце низко и бывает несколько часов солнечного света, поэтому фотоэлектрическое стекло генерирует энергию.Прямые солнечные лучи на больших стеклянных окнах помогают согреть интерьер, что является важной особенностью в стране, где 60% энергии в доме расходуется на отопление.

4
Летом солнце поднимается выше и падает на солнечные панели на южной стороне крыши, что, в свою очередь, обеспечивает тень на нижний этаж. С северной стороны дерновая крыша зимой удерживает снег, улавливает воду и помогает удерживать тепло.

1
Здание немного приподнято, чтобы защитить его от наводнений и минимизировать разрушение земли.Это очень важно в Норвегии, где большие участки земли покрыты мерзлотой вечной мерзлоты, которая тает по мере потепления мира.

2
Общая зона на первом этаже выдержана в старинном стиле Баухауса, с открытыми пространствами, прямыми линиями и большими окнами на южном фасаде. Вместо бетона и стали он сделан из поперечно-клееного бруса и дерева, которые при правильном уходе могут прослужить сотни лет. Например, деревянные церкви Норвегии существуют с 1100-х годов.

3
Зимой солнце низко и бывает несколько часов солнечного света, поэтому фотоэлектрическое стекло генерирует энергию.Прямые солнечные лучи на больших стеклянных окнах помогают согреть интерьер, что является важной особенностью в стране, где 60% энергии в доме расходуется на отопление.

4
Летом солнце поднимается выше и падает на солнечные панели на южной стороне крыши, что, в свою очередь, создает тень на нижнем этаже. С северной стороны дерновая крыша зимой удерживает снег, улавливает воду и помогает удерживать тепло.

«Во многих отношениях дом на одну семью - проблемный вопрос», - говорит Морк-Улнес.«Должны ли мы их строить?» В Stabbur House нижний уровень является общим пространством, а верхний этаж можно разделить на две или три семьи. «Как люди, особенно на Covid, мы поняли, что любим свои семьи, но нам все еще нужно собственное пространство, чтобы сбежать».

Flora House, Жюльен Де Смедт


«Если вы говорите об экологическом строительстве и устойчивости, то самое большое повреждение здания должно быть снесено. Большая часть нашей цели как архитекторов - остановить эту бесконечную тенденцию строительства новых зданий.”

▲ Круглое строительство предполагает работу с существующими конструкциями и использование переработанных и переработанных материалов.

Предоставлено Жюльеном Де Смедтом

По словам Де Смедта, во время строительства здание производит около половины своего углеродного следа. Он предпочитает методы кругового строительства, которые включают работу с существующими конструкциями с использованием переработанных и переработанных материалов, а также предпочитает дерево бетону.

Такой подход соответствует другому аспекту стремления ЕС в области строительства: обновить в основном старый строительный фонд региона.В настоящее время около трех четвертей зданий в Европе являются энергоэффективными; из них лишь небольшое количество ежегодно приводится в соответствие с текущими энергетическими стандартами.

▲ В Flora House частные зоны меньше, чтобы освободить место для совершенно нового пространства для общественных мероприятий.

Предоставлено Жюльеном Де Смедтом

Flora House может быть примером того, как это сделать. Проект представляет собой переосмысление типичного дома на одну семью в Брюсселе, родном городе Де Смедта, где расположены штаб-квартиры большинства институтов ЕС.Дом переоборудован для проживания трех семей. Частные районы меньше, и есть совершенно новое пространство для общественной деятельности, такой как городское сельское хозяйство.

«Это возможность переосмыслить проблему наследия и современности», - говорит Де Смедт. «В исторически очень загруженном контексте вы можете показать, что старое и новое могут быть в диалоге. Работа с предыдущими стилями - это не анти-новое мышление ».

1
Ветровые турбины на крыше теплицы вырабатывают электроэнергию.Солнечные батареи создают энергию и создают тень для сада.

2
Система сбора воды в теплицах улавливает влагу и фильтрует ее для питья, орошения и подпитки бассейна на первом уровне. В дождливом городе, таком как Брюссель, вода, постоянно стекающая по трубам, также может генерировать электроэнергию.

3
Фруктовые деревья и другая растительность дают пищу и дают тень в жаркие летние месяцы. Зимой, когда листья опадают, они пропускают солнечный свет на крышу и согревают здание.Курица производит еду для жителей и удобрения для сада.

1
Ветровые турбины на крыше теплицы вырабатывают электроэнергию. Солнечные батареи создают энергию и создают тень для сада.

2
Система сбора воды через теплицы улавливает влагу и фильтрует ее для питья, орошения и подпитки бассейна на первом уровне. В дождливом городе, таком как Брюссель, вода, постоянно стекающая по трубам, также может генерировать электроэнергию.

3
Фруктовые деревья и другая растительность дают пищу и дают тень в жаркие летние месяцы. Зимой, когда листья опадают, они пропускают солнечный свет на крышу и согревают здание. Курица производит еду для жителей и удобрения для сада.

«Нам нужно создать архитектуру с новым фокусом», - говорит Де Смедт. «Нам необходимо изменить парадигму наших интересов и рассмотреть возможность внедрения биоразнообразия в наши здания, чтобы мы могли воссоединить континуум растений и фауны.

Дом подсолнуха, Коити Такада


«Модернизм был основан на статичном стиле - сочетании стали, стекла и бетона, которые я называю мертвыми материалами. В 21 веке мы наблюдаем переход от промышленного к естественному. Речь идет о прославлении живых материалов и живой архитектуры ».

▲ Дом «Подсолнух» спроектирован так, чтобы выдерживать потепление средиземноморского климата и извлекать из него выгоду.

Предоставлено Коичи Такада

Такада родился в Токио, живет в Сиднее и черпает вдохновение в деревьях, лесах, ракушках и, в данном случае, подсолнухах.«То, что делает природа, завораживает», - говорит он. «В искусственных сооружениях вам нужен массивный фундамент, но с подсолнухами природа каким-то образом балансирует с минимальным вмешательством на земле, поэтому на самой Земле также есть место для других действий».

Дом «Подсолнух», спроектированный для итальянского региона Умбрия, должен выдерживать потепление средиземноморского климата, где волны тепла становятся все более частыми и экстремальными.

1
Круглая крыша с солнечными батареями.Вся конструкция вращается вокруг центральной оси или ствола, следуя за солнцем. Это позволяет солнечной батарее производить на 40% больше энергии, чем статические панели, а для остальной части дома - максимизировать доступ солнечного света в течение дня.

2
Неиспользованная энергия может подаваться в сеть или храниться в батареях. Дождевая вода собирается и используется для орошения и смыва туалетов.

3
Периметр по периметру крыши затемняет окна внизу и способствует вентиляции.Второй вращающийся механизм над стеклянными стенами защищает здание от солнечного излучения.

1
Круглая крыша с солнечными батареями. Вся конструкция вращается вокруг центральной оси или ствола, следуя за солнцем. Это позволяет солнечной батарее производить на 40% больше энергии, чем статические панели, а для остальной части дома - максимизировать доступ солнечного света в течение дня.

2
Неиспользованная энергия может подаваться в сеть или храниться в батареях.Дождевая вода собирается и используется для орошения и смыва туалетов.

3
Периметр по периметру крыши затемняет окна внизу и способствует вентиляции. Второй вращающийся механизм над стеклянными стенами защищает здание от солнечного излучения.

На каждом этаже расположены апартаменты с двумя или тремя спальнями, а каждое здание может быть высотой до трех этажей. Масштабируемость открывает возможность создания благоприятного для климата района, вдохновленного полями подсолнечника, в котором растения самоорганизуются, принимая зигзагообразный узор, который позволяет избежать перенаселенности и максимально увеличивает воздействие солнечного света.

Такада вообразил целые районы подсолнечника.

Предоставлено Коичи Такада

«Ученые, дизайнеры и архитекторы говорят об эстетическом вдохновении от природы», - говорит Такада.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *