Брутализм архитектура: Как узнать бруталистское здание — Bird In Flight

Содержание

Брежневский брутализм: 10 домов — от Останкинской телебашни до Театра на Таганке и Пресненских бань

В издательстве музея «Гараж» вышел путеводитель по архитектуре модернизма — самой спорной и недооцененной в московском наследии эпохи. Из сотни зданий, построенных во времена от Хрущева до Горбачева, «Афиша Daily» выбрала 10 любимых.

9-й микрорайон Новых Черемушек

Воплощенная мечта эпохи о жилой среде малого типа с малогабаритной квартирой для каждой семьи

Опытно-показательный 9-й квартал Новых Черемушек — первый советский микрорайон, застроенный домами с малометражными квартирами, рассчитанными на одну семью. Его проектирование в Специальном архитектурно-конструкторском бюро (САКБ) началось еще до принятия в июне 1957 года постановления ЦК КПСС, предписывающего решить жилищную проблему в течение 10–12 лет. На участке меньше 12 гектаров на юго-западе Москвы одновременно испытывались принципы комплектации и планировки микрорайона, его благоустройства и ландшафтного оформления, типы домов, новые конструкции и строительные материалы, планировки квартир, образцы сантехнического оборудования, встроенной мебели.

Микрорайон рассчитан всего на 3030 жителей — совсем мало, если учитывать, что впоследствии минимальная единица городского планирования могла вмещать до 80 тысяч человек. Было построено 13 четырехэтажных домов и 3 восьмиэтажные башни: сооружения большей высоты понадобились для оформления обширной площади (впоследствии названной именем лидера коммунистического Вьетнама Хо Ши Мина), на другой стороне которой уже стояли восьмиэтажные дома. Четырехэтажки же, свободно расставленные вокруг пяти связанных между собой дворов, разорванным пунктиром следуют трассам будущих проспекта 60-летия Октября, улиц Шверника и Гримау, а тогда еще просто проектируемых проездов. При этом жилые дома стоят с отступом 12 метров от красной линии улиц и защищены от шума дорожного движения зелеными насаждениями. На улицы выходят два продовольственных магазина и универмаг с комбинатом бытового обслуживания, столовая с закусочной и кулинарией, кинотеатр, ясли, детский сад и школа, предназначенные также для жителей соседних микрорайонов.

Когда построено 1956–1959 годы

Архитекторы Н.Остерман, Г.Павлов, В.Свирский, С.Лященко и др.

Останкинская телебашня

Такой же символ оттепели, каким должен был стать Дворец Советов для сталинской Москвы

© РИА «Новости»

Дворец Советов отмечал геометрический центр Москвы, телебашню же построили на окраине — в соответствии с политикой децентрализации. В облике дворца суммировались лучшие достижения архитектуры прошлого — телебашня же была бескомпромиссно современной. При этом оба сооружения задумывались как самые высокие в мире: высота Дворца Советов должна была составить 420 метров, на 39 метров больше, чем Эмпайр-Стейт-билдинг, а Останкинская башня при высоте вместе с антенной 533 метра в самом деле держала титул самого высокого сооружения в мире в течение девяти лет, пока ее не обошла торонтская Си-Эн-тауэрБыла самым высоким зданием в мире с 1976 по 2010 год. Вступившая в строй к 50-летию революции и не имеющая аналогов в мире телебашня дала СССР почти такой же повод для гордости, как и достижения в освоении космоса.

Когда построено 1959–1967 годы

Архитекторы и инженеры Л.Баталов, Д.Бурдин, Н.Никитин, Б.Злобин, В.Травуш, В.Ханджи и др.

Аптека

Говорящая архитектура в чистом виде: здание является собственной вывеской. Своего рода поп-арт, вдохновленный Малевичем

Это никак не реклама (абсолютно излишняя в советских реалиях), а кроме того, при всей своей простоте это слишком сильная форма, чтобы оставаться декорацией. Равно как и сама тема врачевания имеет в Советском Союзе слишком сильный подтекст — и это еще один смысловой пласт: гуманизм в отсутствие религии. В том же году, когда появилась первая книга Вентури «Сложности и противоречия в архитектуре»Небольшую книгу называют манифестом постмодернизма в архитектуре, на экраны СССР вышел «Айболит-66» — первый настоящий советский артхаус под маской детской музыкальной комедии. Мера условности в нем зашкаливает (актеры обращаются к зрителям, вешают зонтик на край экрана, домик героя не строят, а рисуют), а добрый доктор Айболит в исполнении Олега Ефремова, несомненно, замещает опустевшее в национальном сознании место Спасителя. Поэтому и крест аптеки не может не вызывать в сознании иной крест, а замещение одного идеала другим — это, конечно, еще и случай русского авангарда.

Источником вдохновения для авторов аптеки служило творчество Казимира Малевича, где «Черный крест» 1915 года естественно трансформировался в архитектоны 20-х годов. И это еще один смысловой пласт, сугубо интеллектуальный, рафинированный, аккуратно спрятанный в пространстве привычной коммуникации: «Наконец нашлась работа и для красного креста! Наконец ушибся кто-то. Санитары, на места!» В новую эпоху гуманистический пафос учреждения заметно померк, как поблек и красный крест в Шипиловском проезде: сначала с него сползла вся краска, а потом аптеку и вовсе переделали в продуктовый магазин.

Когда построено 1973 год

Архитекторы А.Ларин, Е.Асс, Л.Волчек

Телеграфное агентство Советского Союза (ТАСС)

Дом, вдвое урезанный по высоте, остался тем не менее ярчайшим образом советского модернизма

© Юрий Пальмин

В одной из промежуточных версий дом распластывался, перетекая одним этажом на соседнее здание, доходный дом КоробковойДом, примыкающий к зданию ТАСС. Фотография 1992 года, и заимствовал оттуда идею скругленных окон. Учитывая негативное отношение советской власти к стилю модерн, это было вполне революционно — так в новый проект просочились первые ростки средового подхода. Правда, затем эта версия была отметена, но преемственность сохранилась, остроумно трансформировавшись в окна-телевизоры. Образ экрана в тот момент еще вполне современен: телевизор далеко не в каждом доме. Это была понятная метафора (телевизор — главное для советского человека окно в мир), при этом универсальная и в чем-то даже футуристичная: она не только предвещала век информации, но и предрекала превращение жилой ячейки в информационный порт, где главным будет не уют, а пропускная способность коммуникаций. И если в особняках модерна гигантские окна были все же единичны и уникальны (как и вся идеология этого стиля), то здесь большое скругленное окно стало модулем здания. По-модернистски отменяя идею фасадности, оно в то же время сохраняло образ привычной стены городского дома. А скрывающая межэтажные перекрытия накладка кажется деревянной, чем подкрепляет точность образа: для советского человека телевизор был не только техникой, но и мебелью. Точнее, даже более мебелью, учитывая то искажение действительности, которое он создавал.

Окна ТАСС, наследники маяковских «Окон РОСТА», стали идейным смыслом небольшой аванплощади перед зданием. Это был еще один тонкий компромисс старого и нового, из которого, кажется, состоит все здание, включая интерьеры. Его техническая начинка абсолютно современна — причем не только профессиональная (тут первая в Москве пневмопочта), но и бытовая: дом обслуживал единый пылесос, присоединиться к которому можно было через специальную розетку, имевшуюся на каждом этаже. Но при этом — советская скромность интерьеров: деревянная облицовка, низкие потолки, дээспэшная мебель. Аскетизм вроде бы искупали виды через громадные окна, но их при этом приходилось бесконечно заклеивать, чтобы не дуло.

Когда построено 1965–1977 годы

Архитекторы и инженеры В.Егерев, А.Шайхер, З.Абрамова, Г.Сирота, Б.Гурович, Ю.Маневич, А.Коганов

Жилой дом на Беговой

Соединяет черты, заимствованные у «жилой единицы» Ле Корбюзье (дом на ножках) с вынесенными наружу лифтовыми башнями Оскара Нимейера

© Юрий Пальмин

Архитектор Андрей Меерсон явно хотел быть непохожим на своих отечественных коллег и при этом стремился к сходству с зарубежными, уже давно разрабатывавшими именно эстетику тяжести и брутальности материала. Приставные башни он позаимствовал не столько у Корбюзье — хотя выступы лестниц и пандусов сильно украшают здание ЦентросоюзаПостройка Корбюзье, которую фактически строил советский архитектор Николай Колли , в «жилой единице» ничего подобного нет, — сколько у Оскара Нимейера, построившего жилой дом с лифтовой башней для знаменитой выставки «Interbau», прошедшей в Западном Берлине в 1957 году, и Эрнё Голдфингера, в чьем бруталистском жилом комплексе Trellick Tower (1966–1972) в Лондоне лифтово-лестничная башня, соединенная переходами с этажами, — самый запоминающийся элемент.

Однако в рационализации — замены ногами первого этажа (а то и трех, их высота — 12 метров) — Меерсон следовал непосредственно за Ле Корбюзье. Освободить землю под домом в тесно застроенном массиве на Беговой улице — хорошая идея, тем более что жильцы первых этажей страдали бы от шума уличного движения и были бы вынуждены занавешивать свои окна от взглядов прохожих. Дополнительным бонусом служит быстрое рассеивание загазованного воздуха, который в противном случае застаивался бы у стены длинного дома. Еще одного корбюзианского элемента прохожий не видит. Между домом и красной линией Беговой улицы расположен подземный гараж — именно так, вдоль дома и под землей, рекомендовал парковать автомобили Ле Корбюзье. Гараж рассчитан на 55 машин, квартир в доме должно было быть 368 — весьма щедрое соотношение по тем временам, указывающее на высокий уровень благосостояния будущих жильцов. В реальности оно получилось еще лучше, так как квартир в итоге оказалось 299.

Когда построили 1967–1978 годы

Архитекторы и инженеры А.Меерсон, Е.Подольская, М.Мостовой, Г.Клименко, Ю.Дыховичный, Д.Морозов, Б.Ляховский

Пресненские бани

Скупые мужские радости, воспетые фильмом Рязанова и благословленные сибаритом Брежневым, материализовались в здании, намекающем на древность темы

1 января 1976 года оказывается, что «пошел в баню» — это не только ругательство, но и традиция. «Сам процесс мытья, который в бане выглядит как торжественный обряд, в ванной — просто смывание грязи!» — банная субкультура вываливается на телеэкраны страны в виде четырех выпивающих философов, завернутых в простыни, как в тоги. И ровно такое же настроение у новых Пресненских бань — римское. Здесь не смывают грязь, здесь торжественно ступают под арками, чтобы возлечь на полок, затем погрузиться в просторный бассейн, а потом с чашей в руках прошествовать в лоджию… «Не в театре — говорю!» — возмущался в бане герой Зощенко, но здесь именно что театр. И пусть набор радостей поскромнее, чем в термах Каракаллы (кроме бань с бассейном имеются чайный зал, пивной бар, парикмахерская и массажные комнаты), но движение к гармонии духа и тела — то же, что и у авангардиста Никольского. Кстати, из дефицитного красного кирпича в Москве в эти годы строится только одно общественное здание — и это как раз театр, Театр на Таганке.

В банях же кирпич удается пробить под флагом революционного цвета Пресни. Но это все для отвода глаз — вдохновляется Андрей Таранов архитектурой Луиса Кана и особенно его Институтом управления в Ахмедабаде (1963), где такие же большие круглые окна и кирпичные арки. Кладка растет прямо из земли, без цоколя и отмостки, создавая ощущение единства материала — что характерно уже для европейского брутализма. Но авторы возрождают и забытые местные приемы: распушка (изменение профиля стены) и нестандартная тычковая кладка (торцом кирпича наружу) придают фасадам рельефность и глубину. А круг окна опрокидывается на землю кругом того же размера, ограждающим растущий дуб…

Когда построено 1972–1979 годы

Архитекторы и инженеры А.Таранов, Л.Колоскова, В.Гинзбург, Л.Нефедова, С.Симонова

Театр на Таганке

Здание строилось так долго, что к его открытию от легендарной труппы осталось одно назваие

© Александр Поляков/РИА «Новости»

Преисполненные пиетета к Таганке архитекторы проектируют начинку в полном соответствии с ее острохарактерной эстетикой. Знаменитый спектакль «10 дней, которые потрясли мир» начинался на улице, где горланили куплеты Золотухин с Высоцким, а на входе стояли красногвардейцы и насаживали билеты на штыки винтовок. В зрительный зал нового здания солдаты входят прямо с Садового кольца: для этого непосредственно в стене сделано сдвижное окно размером 10×4 м. Когда оно опускается, задником спектакля становится город. Что тоже логично продолжает тему арьерсцены, которая была у старой Таганки важнейшим элементом каждого спектакля и даже, по словам главного художника театра Давида Боровского, «стала нашей «Чайкой». Вся декорация «Гамлета» — грубый вязаный занавес, который ездит по сцене, и в него то кутается Офелия, то прячется принц. Теперь над сценой — мощный кран-балка, который может перемещать любые декорации, и не только по сцене, а по всему залу. Вся сценография «Пугачева» — помост, который ходит вниз-вверх (и цепи, на которых виснет Хлопуша Высоцкого), новая же сцена может подниматься и опускаться, по частям и полностью, раздвигаться вширь и выдвигаться в зал и вообще имеет 7 вариантов трансформации. Все эти новые сценические возможности зодчие сочиняют исходя из той доморощенной машинерии, которой театр обходился свои первые 10 лет. Где светильниками были обычные ведра, роль пропеллера играл вентилятор, а простейшие доски становились то кузовом грузовика, то баней, то лесом (спектакль «А зори здесь тихие»). Но где голь на выдумки хитра, там проседают спецэффекты. Создавать спектакли из ничего в борьбе с цензурой — Любимов научился и сделал это фирменным стилем, но теперь, когда ему преподнесен целый арсенал возможностей, он в растерянности. Он то велит ломать старый зал, превращая его в фойе, то вдруг спохватывается, что вместе с ним исчезнет аура, и требует все вернуть. То командует белить кирпичный задник сцены, то — ради постановки «Бориса Годунова» — его отчищать…

Любимова лодка не разбилась о быт, а медных труб и латунных перил не пережила. Здание строилось слишком долго. Заложенное в декабре 1973 года, оно открылось 22 апреля 1980-го, а через 4 месяца умер Высоцкий, так ни разу в нем и не сыграв. Еще через 3 года выдавили за границу Любимова. Потом труппа съела Анатолия Эфроса, а дождавшись возвращения основателя, отторгла и его, в 1992 году намертво раскололась и обратно так и не возродилась. Прекрасное, оригинальное, комфортное здание стало самым дорогим надгробием в истории русского театра. И трудно не заподозрить, что власть, не зная как убить опасный театр, изыскала сей дьявольски хитроумный план: построить ему новое здание.

Когда построили 1972–1980 годы

Архитекторы и инженеры А.Анисимов, Ю.Гнедовский, Б.Таранцев, В.Белецкий

Жилой дом на 1000 квартир

Величайший пример советского брутализма

© Юрий Пальмин

Архитектура впечатляет почти первобытной экспрессией бетонной массы, которой не вредит грубость стыков. Не предусмотрено баловства в виде сада на крыше, хотя сервисная инфраструктура довольно разнообразна. Архитектор Воскресенский заполняет большую часть промежутков между опорами дома предприятиями обслуживания (почта, сберкасса, прачечная, кафе, кулинария, выставочный зал) и расположенными в два яруса над ними клубными помещениями для жильцов. Гастроном с кафетерием находится в пристройке, а ясли-сад занимают отдельное здание во дворе. В отличие от дома Наркомфина присутствие развитой системы обслуживания не привело к сокращению площади квартир. Все они имеют достаточно просторные по тем временам кухни и ванные, оборудованы встроенными шкафами. При этом квартиры верхних — 12–13-го и 14–15-го — этажей двухъярусные и к тому же с выходом на широкие (1,5 м) балконы, огибающие весь дом и придающие ему сходство с огромным кораблем. На дворе уже не двадцатые годы, и приходящиеся на каждую квартиру отрезки балкона отделены перегородками.

В отличие от дома Гинзбурга, где широкие коридоры со стеклянной стеной должны были служить социальными конденсаторами, местом встреч и общения, главная задача коридора между подъездами — облегчить эвакуацию в случае пожара или иной нештатной ситуации. Повышенная забота о безопасности объясняется спецификой заказчика. Жилой дом принадлежал Министерству среднего машиностроения — под этим эвфемизмом понималась атомная отрасль, включая производство боеголовок. Архитектор, в свою очередь, из первых рук знал о воздействии бомб на здания, получив во время войны специальность пилота и инструктора ВВС. Конструкции дома сделаны особо устойчивыми в расчете как раз на случай боевых действий. Отсутствие правильных прямых углов не позволит зданию сложиться при попадании бомбы; сочетание вертикальных и трапециевидных опор в проемах арок не даст им обрушиться.

Когда построен 1972–1982 годы

Архитекторы В.Воскресенский, В.Бабад, В.Барамидзе, Л.Смирнова

Палеонтологический музей

Музей, принявший вид древней крепости

© Виталий Созинов/Фотохроника ТАСС

Невзирая на то, что здание строилось 20 с лишним лет, оно воплощено почти без отступлений от проекта — разве что отказались от подмосковного белого камня в облицовке. При этом сложно сказать, что оно хранит на себе след какого-либо времени. Оно вне его — пусть и не про вечность, а про вечную мерзлоту. Необходимо было уйти от неизбежной в музее (да еще в таком) монотонности, поэтому контрапунктами сценария должны были стать башни. В одной из них предполагалась диорама о жизни в воде, в другой через прозрачные перегородки можно было бы наблюдать за работой палеонтологов, монтирующих (она так и называлась — монтировочная) животных из фрагментов. Наконец, еще одна башня предполагала неожиданный переход из темного и низкого зала янтарей в пространство высотой 15 метров, откуда на зрителя выходил (ибо действительно ходил на двух ногах) гигантский зауролоф (утконосый ящер).

Увы, башни (кроме одной) так и не зажили этой жизнью, зато художники отнеслись к заказу не как халтурщики-иллюстраторы, а как настоящие творцы. Искусство тут всех сортов: белокаменные рельефы с изящно прочерченными тенями животных, собранные в иконостас виды моллюсков, гжельская керамика со стадами зверей, стилизованная под наскальную живопись палеолитического человека. А еще — 17 портретов великих ученых из кованой меди во вводном зале и скульптуры ископаемых во внутреннем дворике. Здесь, во дворике, оживление достигает максимального градуса: тарбозавр кромсает молодого зауролофа.

Когда построено 1965–1989 годы

Архитекторы, конструкторы, художники Ю.Платонов, Л.Яковенко, В.Коган, В.Нагих, Т.Зевина, Е.Катышев, Ф.Гринев, В.Никитин, А.Белашов, В.Дувидов, М.Митурич-Хлебников, М.Фаворская-Шаховская

Президиум Академии наук

Убежище лучших умов СССР, получившее насмешливое прозвище «Золотые мозги»

© Юрий Пальмин

Ленинские горы рассматривались как место, от которого символически расходится свет знаний, еще раньше. Предшественниками современного здания президиума можно считать и леонидовский проект Института Ленина (1927), и власовский Комвуз (1933–1935). Высотка МГУ перехватила инициативу маяка знаний, но в конце 1960-х и у академии появился шанс заявить о своем присутствии. Выделенный участок был хорош с точки зрения обзора, но очень неудобен — на нестабильном склоне Москвы-реки, без адекватного общественного транспорта и со сложным подъездом для автомобилей. Зато туда было близко добираться самым выдающимся академикам, обитавшим в спрятанных в зелени Ленинских гор виллах. Примечательно, что большинство участников проведенного в 1967 году конкурса не предлагали высотного решения, а те, кто отважился пренебречь коварным грунтом, показали проекты, наиболее близкие авангарду 1920-х.

Конкурсом и зданием живейшим образом интересовался президент АН СССР Мстислав Келдыш. Его исследования в области теории космических полетов и вычислительной техники отразились в образности здания президиума, в особенности в структуре декоративного завершения башни, эскиз которого он лично и набросал. Само это завершение понадобилось, чтобы дать зданию желанный высокий силуэт и при этом не перегрузить грунт. В ажурной скульптуре спрятаны технические системы здания, а золотистый металл выбран ради ассоциации с образом златоглавой Москвы.

Когда построено 1967–1990 годы

Архитекторы и инженеры Ю.Платонов, А.Батырева, С.Захаров, А.Звездин, С.Киселев, А.Левенштейн и др.

© Музей современного искусства «Гараж»

1 из 3

© Музей современного искусства «Гараж»

2 из 3

© Музей современного искусства «Гараж»

3 из 3

«Москва: архитектура советского модернизма. 1955–1991. Справочник-путеводитель». Авторы — Анна Броновицкая и Николай Малинин, фотографии Юрия Пальмина. Издательство Музея современного искусства «Гараж». Москва, 2016. Книга продается в книжном магазине музея «Гараж».

В публикации «Афиши Daily» тексты из справочника были сокращены и отредактированы.

Советский брутализм в архитектуре как актуальное искусство.

1

Советскую архитектуру принято ругать. Сидит такой необразованный человек и пишет что-то о грубом и неинтересном стиле советских архитекторов. Ну, или рассуждает на камеру. Мол, строили у нас исключительно какие-то страшные дома. Нигде в мире не строили, а у нас строили. И как только додумались до такого?

О том, что такие рассуждения могут исходить исключительно от необразованного человека, я заявляю неслучайно. Потому что если хотя бы поверхностно копнуть мировой опыт, то окажется, что архитекторы СССР создавали более чем актуальные проекты для своего времени. И это я пишу без тени иронии. Достаточно немного посмотреть по сторонам. Вот сегодня и попробуем посмотреть.

На заглавном снимке запечатлён Королевский национальный театр. Это лондонская постройка. Не кажется ли она вам знакомой? Мне вот кажется. Легко могу представить себе нечто подобное в Тольятти или Набережных Челнах. Только у нас к подобным проектам до сих пор относятся пренебрежительно – ведь советское же! Зато в Лондоне этот театр внесён в список зданий представляющих архитектурную и историческую ценность. Вот такие вот англичане молодцы. Чтут свою собственную историю.

Перебираемся в столь близкую нам Финляндию. И снова невероятно знакомые формы. То ли это драмтеатр из Читы, то ли дворец спорта из Улан-Удэ. Нет? Ну конечно нет. Это дворец «Финляндия» из Хельсинки. У нас нечто подобное строили в эпоху Брежнева, который в свою очередь бывал в этом зале. О чём естественно написано в финских источниках. То есть гостей финны возили в актуальные на тот момент сооружения. Точно так же делали и у нас.

2

Двигаемся дальше. И дальше у нас мэрия Бостона. Ей-богу на администрацию Ставрополя похоже. Ну, или Тулы. Я бывал в этих городах и мог бы спутать, если бы не знал, что передо мной Бостон, где я как раз не бывал.

Американцы к слову до головокружения похожи на нас и тоже любят что-то критиковать. Так вот этот домик до сих пор иногда требуют снести. Хотя профессиональные архитекторы считают его одной из главных достопримечательностей Бостона. Что-то мне это напоминает.

3

В Лондоне есть несколько интересных жилых домов. То есть их там не несколько, а великое множество. Но я веду сейчас речь о подобных изысках строителей. Так вот перед нами Balfron Tower, стилистически она почти идентична с другим строением под названием Trellick Tower.

Я вот такое запросто могу представить в Москве. Или в Ереване. Или в Алма-Ате. Естественно со своими нюансами, но стилистически это будет всё та же актуальная на тот момент архитектура.

4

Смотрим внимательно на библиотеку из Сан-Диего. Это в Калифорнии, если кто не в курсе. То есть снова перебираемся в США. Как по мне в том же Киеве или Крыму что-то подобное можно увидеть. Когда я пишу подобное, это не значит, что там строили копии. Нет. Советские архитекторы строили своё неповторимое и удивительное. Но у каждого времени своя архитектура. Так вот наши советские зодчие умели идти в ногу со временем.

5

Ладно, глянем на страны, которые когда-то были дружественными СССР. Вот Военно-медицинская академия в Белграде. Нечто подобное можно увидеть и в Бишкеке. Сербы молодцы. Сберегли свою красивую архитектуру. 

6

А это у нас уже отель «Форум» в Кракове. Почему-то есть ощущение, что схожие формы встречались в советской Прибалтике.

7

Ну и перебираемся непосредственно в СССР. Это у нас гостиница из Днепропетровска. Чем не шедевр архитектуры? Шедевр, шедевр, не надо тут комплексов. В СССР умели строить красиво и изящно.

8

Едем в прекрасный город Тбилиси. Перед нами здание технической библиотеки. Ещё одна красота. И да. Не сомневаюсь, что вам известно и здание министерства автомобильных дорог в Тбилиси, но я решил, что это будет слишком банально вставлять его сюда.

9

Ну а вот и мой любимый Дом Советов из Калининграда. Одно из самых интересных зданий в городе. Которое необходимо беречь, холить и лелеять. Ибо это часть нашей истории. Не чужой какой-то, а именно нашей, родной. Выше я написал о том, что американцы мне кого-то напоминают. Так вот в Калининграде десятки малограмотных людей ратуют за снос этого здания. Естественно делать этого ни в коем случае нельзя. Если снести Дом Советов, то Россия потеряет великолепный и неповторимый образец советского зодчества. То есть часть своей культуры и идентичности.  

10

Продолжать же подбирать подобные здания можно до бесконечности. Я как-то пробовал взяться за эту тему, но меня хватило только на подборку из Москвы. Немного копнув, я осознал, что это огромный пласт нашей культуры, который по досадным причинам сегодня толком не изучен. На него словно не обращают внимания, хотя все эти попытки наших архитекторов играть с формами были очень любопытны. А самое главное они были не какими-то там вынужденными как часто впаривают нам. Отнюдь. Все эти постройки позднего СССР шли в ногу со временем. И примеры своевременной архитектуры я вам привёл. Их тысячи по всему миру, я же выбрал лишь горстку. Так что не давайте себя обманывать. СССР был высокоразвитой цивилизацией с актуальными постройками в духе эпохи.

У меня же на сегодня всё. Спасибо вам за внимание, не забывайте подписываться и до новых встреч.   

Брутализм: архитектура для отвратительного мужика

Брутализм — это направление в архитектуре с максимально говорящим названием, которое как нельзя лучше подходит к образу отвратительного мужика. Грубый, тяжелый, прямолинейный и причудливый одновременно — воплощение бетонных джунглей и почти сексуальной любви к урбанизму.

Само слово «брутализм» отсылает к необработанному грубому бетону. Этот стиль стал, пожалуй, самым узнаваемым и интересным в послевоенном модерне.

Его расцвет пришелся на 50-70. Сначала он вызвал недоумение. Затем восхищение. В конце концов — неприязнь, раздражение и почти ненависть.

Брутализм родился из сплава культурного протеста и суровой урбанистичной необходимости.


Послевоенная Европа остро нуждалась в восстановлении и переделке своих городов. Железобетон подходил для этих целей идеально.

Другая сторона брутализма — его антибуржуазный протест. Стиль кричал о том, что новые архитекторы не хотят мещанства и пасторальной красоты. Они жаждут грубых, тяжелых, жестких и новых форм. Форм, от которых захватит дух.

Местами выглядит невероятно стильно и киберпанково. Точнее, наоборот: это эстетика киберпанка испытала мощное влияние брутализма.

Люди, которым брутализм обязан своим появлением — француз Ле Корбюзье и братья Смитсоны из Великобритании.

Особый шик стиля — это своего рода зиккураты наоборот. Словно гигантская титаническая мощь взяла мавзолеи или древние пирамиды, перевернула их и поставила на пилоны. Причем, так, чтобы все сооружение как бы висело в воздухе.

Сейчас брутализм отталкивает многих. За XX век люди до отвала получили железобетона, угнетающе серых жилых коробок и грубых форм. Но безликая высотка из спального района — это еще не искусство.

Поделиться

Поделиться

Твитнуть

Стиль брутализм в архитектуре | Деловой квартал

Стиль «брутализм» сложился в архитектуре в 1950-1970 годах в Великобритании. Его основоположниками были Элисон и Питер Смитсоны, которые в своих статьях давали объяснение сооружениям начала 1950-х годов. Они призывали отказаться от обезличенного подхода модернизма в пользу более человечной архитектуры. «Брутализм старается противостоять обществу массового производства, пытаясь извлекать строгую поэзию из сложных и мощных действующих сил».

Здание городской мэрии в Бостоне (Массачусетс, США). 1981 г.

Из Великобритании стиль брутализм пришел в Европу, Америку, Канаду, Японию, Бразилию, в страны Скандинавии и СССР. Термин «брутализм» происходит от английского «brutal», что означает грубый. С помощью этого понятия Ле Корбюзье (см. статью об архитекторе) описывал технологию, которую он применял при обработке наружных поверхностей зданий в конце 1940-х начале 1950-х гг. Архитектор не возвел в Великобритании вообще ни одного здания, однако его проекты оказали большое влияние на развитие английского брутализма, т.к. они очень четко вписывались в концепцию стиля: дом Жауля в предместье Парижа, «Жилая единица» в Марселе, а также сооружения в Чандигархе и Ахмадабаде. После выхода в 1966 г. книги «Новый брутализм» — этика или эстетика?» британского архитектурного Райнера Бэнема, термин получил широкое распространение.

Малкольм Мосс Тауэр, университет Миннесоты

Для стиля брутализм было характерно внимание к модернистким формам, локальному цвету и выразительным фактурам. Важное значение имели функциональность, сложность композиционных решений, урбанистичность облика зданий, а также комплексный, градостроительный подход к архитектурному заказу. Сооружения имели массивные формы и конструкции.


Поверхность строительных материалов практически не декорировалась ни штукатуркой, ни облицовочными материалами, ни краской. Архитекторы стремились показать их в естественном виде. В Британии основным строительным материалом до 1945 года был красный кирпич, после 1945 г. его вытеснил железобетон.

Здание РИА Новости в Москве, Архитекторы – Антонов В.К., Виноградский И.М., Дубровский А.С.

Частой темой, используемой в проектах бруталистов, была перевернутая основанием снизу вверх, приподнятая над землей на пилонах ступенчатая пирамида. Примерами подобных сооружений являлись посольство Великобритании в Риме (Бэзил Спенс, 1971 г.) и Бостон Сити Холл (архитекторы Г. Кальман, М. Мак-Киннель, Э. Ноулс, 1981 г.).

Сторонники брутализма акцентировали внимание на антибуржуазность стиля, а также дешевизну строительства, которая была очень актуальной в послевоенные годы, хотя выстроенные целиком из бетона, лишенные региональной индивидуальности здания порой воспринимались неоднозначно. В 1970-80 годах постепенно наметился отказ от модернистской архитектуры, критику которой принимали на себя архитекторы-бруталисты.

Смотрите также:

Захарычев Сергей

Автор статьи: главный редактор проекта, эксперт в области архитектуры и строительства.

Брутальная монументальность Петербурга

12 января 2016 г.

Стиль брутализм (необрутализм) возникает в Великобритании в послевоенные 1950-е годы. Недавно закончившаяся война оставила ощущение хрупкости, ненадежности существования, и возникновение такого «крепкого» стиля как брутализм можно понять как своеобразную реакцию. Своего рода защита, потребность в самосохранении за «крепкой стеной». Интернациональная «безликость» и независимость модернизма 1930 – 50-х отступает перед радикальными и экспериментальными формами, более отвечающими на запросы времени. 

По мнению Т. Адорно, писать стихи после Освенцима – это варварство, поэтому все утонченное и нейтрально изящное должно оказаться за бортом. Но все-таки брутализм это тоже поэзия, но поэзия строгая, сухая, чуждая сантиментов, еще очень чуткая к трагедиям недавней войны. 

Впрочем, необрутализм считается модификацией модернизма. Тем более что вдохновителем стиля является отец модернизма – Л. Корбюзье. Именно его эксперименты с «необработанным бетоном» (термин брутализм возник из этого понятия – от фр. beton brut) в разработке фасадов подтолкнули британцев Элисона и Питера Смитсонов к более глубокому осмыслению возникающего направления. 

С позиции технологии и строительства брутализм утверждался через набирающий популярность армированный бетон. Обладая высокой пластичностью, он позволял изготавливать конструкции высокой структурной сложности.

Важно отметить, что на стиль претендовала не только архитектура. Эстетика брутализма прививалась и в кино, графике, скульптуре. Возрождалось так называемое «классовое сознание», с его пафосом общности и простоты, противостоящее буржуазности с ее изнеженностью и капитализму с его излишествами. 

Со стороны градостроительства, авангардный стиль не мог претендовать на массовую застройку. Проекты осуществлялись точечно, но география распространения включает почти весь мир: Северную и Южную Америку, Европу, Азию. Несомненно, стиль не прошел мимо Советского Союза. И несколько примеров этого стиля можно найти в самом «поэтичном» городе России – Санкт-Петербурге. 

Один из самых ярких примеров стиля – Морской вокзал, расположенный на побережье Финского залива. В этом здании реализованы основные программные принципы необрутализма: ступенчатость формы, массивный вид, разве что нет «честного материала» – фасад облицован алюминиевыми пластинами. В рамках стиля проект выполнен достаточно мягко. Но это объясняется прибрежным расположением – зданию необходимо подчеркнуть собственное предназначение и вписаться в морской ландшафт. Детали фасада ассоциируются и с волной, и с надутым парусом. 

Проект вокзала разрабатывался архитекторами Сохиным В. А. и Колягиным Л. В., инженерами Лейв Ж. Я. и Нелипа А. Д.  Строился в период 1977–1982 гг. 

В 1975 году в Ленинграде началось строительство одного из первых небоскребов (22 этажа), в котором  использована технология монолитно-сборного каркаса с навесными панелями. С этим проектом было немало трудностей. При 70% завершенности, в 1995 г. строительство было заморожено. Достроили только в 2006 году. Сегодня здание принадлежит Государственному Архиву Военно-Морского Флота. 

Несмотря на все сложности, замысел архитекторов из ЛенНИИпроект сохранился. Здание наглядно реализует особенности  художественного языка брутализма. 

Пожалуй, самый показательный пример петербургского брутализма – гостиница «Русь». Центральный корпус вписан в частично разобранный жилой дом 1933 года в стиле конструктивизм. Около боковых корпусов гостиницы построены выносные лестницы. 

Очень впечатляет мощь конструкций и объемов, а также крупномасштабные композиционные решения. 

Строительство современного корпуса приходится на 1980–1988 гг. Архитекторы – Жуков В. Е. и Гуревич В. О. Жуков, кстати, в соавторстве с Никольской Л. С., участвовал в разработке другого проекта в том же стиле – петергофском Дворце культуры и науки СПБГУ. Возглавлял проект известный И. И. Фомин. 

В менее ортодоксальном варианте, но подчеркивая преемственность идей брутализма, построено, наверное, одно из самых странных и противоречивых зданий – Пятый корпус Электротехнического института. 

Единственно, нетипично для брутализма цветовое решение и выбор материала. Тем не менее, даже в кирпиче объемы зданий весьма пластичны. А основательность конструктивных решений действительно напоминает крепость. Сложность рельефа успешно компенсируется подчеркнутыми горизонталями и вертикалями. 

Построено в 1970-е по проекту архитекторов Матусевич Н. З. и Левиаш В. Л.

последнее в списке необруталистксих шедевров – Профессиональный лицей технологии и дизайна. 

Также как и корпус ЛЭТИ, фасады объектов выполнены в кирпиче, местами облицованы плиткой и штукатуркой. Выразительности придает использование разных по масштабу и решению простых фигур. 

Вертикальные пилоны задают очень резкий ритм. Достаточно замысловатое здание для простоты сурового и прямолинейного стиля. С брутализмом сближает разве что некоторая грубоватая аскетичность и обособленная «инаковость». Разработкой занимались архитекторы Фрайфельд В. М. и Лемехов В. И. Построено в 1983 г.

 Брутализм, как и вообще весь модернизм, был вытеснен игривым и ироничным постмодернизмом. Время сменилось, человек встал перед новыми историческими вызовами. Но как бы там ни было, мы имеем прекрасную возможность, через памятники бруталистской архитектуры, узнавать некогда бывшее время, характеризующееся особым «угрюмым и строгим» мировоззрением. 

Моя большая бетонная любовь. Эстетика брутализма.

Кто-то диву дается: как же нужно не дружить с головой, чтобы видеть прекрасное в “бетонной скале”.

 

“Мой друг, бетон… Это он сокрушается или радуется?”, задается вопросом Энтони Дэниэлс, тяжеловесный критик брутализма.

 

Тем не менее, “хардкорный” стиль уже завоевал сердца многих молодых исследователей, фотографов, архитекторов, историков по всему миру. Именно молодое поколение способно узреть определенный шарм в этих отчужденных титанических сооружениях.

 

Итак, как же брутализм смог снова привлечь к себе внимание? Что скрывается за его угрюмым обликом?

 

Философия стиля

 

Изначально стиль возник как альтернатива дорогому градостроительству в послевоенный период.

 

В то непростое время Европа застыла над руинами в ожидании новых архитектурных решений, которые бы позволили быстро и недорого строить жилые дома. “Новый брутализм” стал тем самым пазлом, который воссоздал нужную картинку: ведь он предлагал, на то время, просто молниеносные темпы строительства. При этом стиль отрицал любой декор, возводя функциональность на первое место.

 

Ле Корбюзье, которого считают родоначальником стиля, называл бруталистское здание “машина, в которой можно жить”. Такой дом, по его мнению, это в первую очередь, малозатратный проект. Во-вторых, это строение, способное предоставить равный доступ к солнечному свету всем своим жильцам, а также обеспечить каждого из них одинаковым количеством квадратных метров.

 

Честный материал

 

Крепкий и “понятный” — так ещё называли бетон. Не удивительно, что именно этот материал стал основным для отстройки бескомпромиссных, антибуржуазных зданий в стиле, в котором форма всегда следует за функцией.

 

Голые бетонные стены, кстати, передают идею модернистского слогана “За честность материала”, который отстаивал право строительного материала быть “самим собой”, то есть не прятаться за многоликим разнообразием наружного орнамента.

 

Таким образом, несмотря на своё изначальное предназначение, брутализм со временем эволюционировал в течение, которое поднимало вопросы о строительных материалах, их формах и роли в жизни человека.

 

Смешанный брутализм

 

Существует также и смешанный брутализм, который характерен для советской архитектуры. Советский брутализм — это не только чистый бетон, а еще и железобетон плюс всевозможные примеси. В противовес британскому брутализму, где “голый бетон” олицетворял честный подход к строительству, в СССР все это проходило через мясорубку бюрократии, то есть, о честности речь не идёт. Для некоторых советских строений, которых относят к брутализму, характерны повсеместные включения в виде кирпичей, силиката, и даже дерева.

 

Тем не менее, советский брутализм соответствует всем характеристикам стиля по остальным параметрам: “блоковость” зданий, их увесистость и размеры, а также отсутствие фасадного орнамента.

 

 

Поляризационная эстетика брутализма

 

Итак, можно ли отыскать что-то эстетичное в стиле, который отрицает какие-либо декоративные элементы?

 

Да, если вы готовы не забываете о контексте. Если вы способны поставить себя на место другого человека.

 

Например, если взять средневзвешенную оценку бруталистского здания в обществе, это будет что-то вроде: “омерзительно”, “выглядит как угроза”, “очень пугающе”.

 

А если воссоздать исторический контекст? Представьте себе степень опустошенности, страха и растерянности, которое охватило мир после самой ужасной войны в истории. Стремление людей к защите, к недоступности, плюс потребность в быстром строительстве — отпечатались, в том числе, и новом архитектурном стиле. Огромные размеры домов, вместе с их могущественным, угрожающим видом, — дарили ощущение безопасности, пусть даже на подсознательном уровне.

 

Новый взгляд

 

Сегодня, когда современная и историческая архитектура вальсируют в одном городском ансамбле, бруталистские объекты кажутся просто “королевами драмы”, так и муляя глаз.

 

В пост-советских странах их хмурые фигуры продолжают вызывают массу споров, разделяя общество на “хейтеров” и “защитников”. Конечно, есть и те, чье небо всегда синее.

 

А вот молодое поколение, то есть те, кого с Советским Союзом объединяет разве что старый выцветший фотоальбом, раскрыли немалый интерес в советском архитектурном наследии. ‘Бетонные монстры’ сегодня протаптывают дорожку в инстаграмы, блоги и fashion-журналы, переживая что-то вроде ренессанса.

 

 

 

Works of Vika Temnova, Ukrainian fashion photographer

 

Советская послевоенная архитектура, в частности ее бруталистское разнообразие, имеет кладезь ярких примеров, которые стоят вдалеке от любой категоризации.

 

Скачать бесплатно: Карта туриста: 10 икон советского модернизма, которые стоит увидеть в Киеве

 

Какое будущее у бетонных монстров?

 

К большому сожалению, основная масса людей готова отречься от своего прошлого. Конечно, гораздо проще что-то забраковать, поймав настроение общества, нежели посвящать время анализу, вникать в суть вопроса, напрягаться и думать.

 

Страны, которые восстали из пепла СССР, сегодня поступают с советским наследием совершенно по-разному. Как правило, существует отдельная часть общества, которая настроена агрессивно и желает поскорее уничтожить этих стражников прошлого, до последнего камешка. Чем быстрее — тем лучше. Их обескураживает название стиля (которое почему-то коннотирует “брутальность”, хотя в оригинале является игрой слов от франц. “béton-brut” — “сырой бетон”), атмосфера, история, которая прячется за могучими плечами бетонных гигантов.

 

Алекс Быков, украинский фотограф, архитектор и исследователь, входит в группу активистов, которые поддерживают сохранение архитектурного наследия. Путешествуя городами Украины в поиске удивительных бруталистских сокровищ, он нашел впечатляющие экземпляры, которые словил в свой объектив. Алекс убежден: советская архитектура, которая сейчас находится под угрозой сноса, передает дух своего времени, и представляет существенную ценность для украинских и зарубежных исследователей. По мнению Алексея, между историческими зданиями и современными образовательными программами должна быть установлена связь. Вместо того, чтобы массово сносить, нам стоило бы поддерживать эти здания в надлежащем виде, чтобы сохранить их для будущих поколений. Исследования Алекса легли в основу книги Soviet Modernism, Brutalism, Postmodernism – Buildings and Structures in Ukraine 1956-1991”, написанной в соавторстве с Евгенией Губкиной, украинским исследователем, историком и арт-куратором.

 

Если вы только начали знакомиться с архитектурой советского модернизма, советуем вам обратить внимание на данную работу. В книге представлены самые выдающиеся строения послевоенной архитектуры, а также даны определения понятиям “советский модернизм, брутализм и пост-модернизм”.

 

Найти книгу — легко по ссылке. Подпишитесь на рассылку на сайте, чтобы сэкономить 10% при покупке.

 

что это такое, советский стиль в архитектуре СССР, необрутализм в интерьере, brutalism, брутальный

Эра современной архитектуры, быстрого развития и повсеместного распространения модернизма разродилась немалым количеством новых стилей. Все они, развиваясь параллельно и последовательно, похожи, словно члены большой семьи. Одним из наиболее запомнившихся неостилей стал брутализм, символ массивных бетонных конструкций и смелых форм.

История возникновения стиля Brutalism

Брутализм (необрутализм) своими корнями уходит в послевоенную Англию, которой не было дела до поддержки и продвижения господствующих изысканных стилей. Двадцатый век нёс с собой промышленную революцию, а с ней и новые архитектурные формы, идеи и материалы. Термин «брутализм» произошел от словосочетания «необработанный бетон». Это понятие впервые использовал французский архитектор Ле Корбюзье при описании технологии обработки наружных поверхностей здания. Сам зодчий, один из пионеров европейского модернизма, не был основателем или идейным руководителем стиля. Однако его проекты пользовались большим успехом среди британских бруталистов.

В течение тридцати лет стиль широко распространился по Европе и многим странам мира, включая США, Японию, Канаду и Бразилию.

Элисон и Питер Смитсон, семейная пара английских архитекторов, впервые употребили термин, изобретенный Ле Корбюзье, в своих статьях. По их мнению, брутализм оптимально описывал их взгляды на градостроение и характер модернистских построек в целом. Стиль достиг широких масс лишь после описательной статьи критика Райнера Бэнема, ставящей под вопрос эстетичность зданий схожего архитектурного строения.

Характерные архитектурные особенности в СССР и других странах

Брутализм, требующий идейного размаха в масштабах, в основном использовался при проектировании общественных и административных зданий.

Исследование новых строительных технологий и материалов, повсеместное увлечение градостроителей армированным бетоном и концепцией его применения позволили определить ряд характерных признаков стиля:

  • Интернациональность. Претенциозный и антибуржуазный, необрутализм устремил взгляды многих архитекторов в свою сторону. Красота в простоте и грубых формах нередко подвергалась критике и осуждению. Неоднозначная реакция общественности подсказывала реформаторам, что они на верном пути.
  • Урбанистичность. Укрупненные архитектурные формы подтверждали популярную концепцию главенствующей роли городов в жизни населения.
  • Функциональность. Характерная черта всех модернистских стилей той эпохи, подразумевающая планировку возводимых зданий соответственно их прямому назначению.
  • «Честность материалов». Поверхность стройматериалов не декорировалась, оставлялась в чистом виде для правильного восприятия композиции в целом.
  • Железобетон. Материал преобладал в абсолютно всех постройках, служил универсальным недорогим сырьем для воплощения смелых футуристических идей.

Советская футуристическая архитектура

Архитектура

Идея брутализма отрицала штампы при создании построек.

Каждое здание уникально, что разнится с принципами раннего модернизма. Попытка извлечь красоту из серого бетона была похвальной, зодчие проектировали смелые конструкции, весьма удачные с точки зрения мировой архитектуры.

Примеры необрутализма в мировой архитектуре

  • Национальный театр в Лондоне. Второе по счету помещение Королевского театра, отстроенное в 1976ом году, полностью соответствует духу нового времени. Грандиозная постройка из стекла и бетона с массой открытых и закрытых террас часто встречается в путеводителях туристов.
  • Треллик-Тауэр. Дом высотой в 31 этаж со странной башней-пристройкой общественность невзлюбила сразу. Идея авангардиста Эрно Голдфингера лишь в 90-х годах нашла свою аудиторию.
  • Библиотека Гейзеля. Символ Калифорнийского университета в городе Сан-Диего является одним из красивейших библиотечных комплексов мира. Форма строения ассоциируется у ценителей с кроной гигантского дерева, шляпкой гриба, цветком или фонарем. Здание получило название в честь детского писателя Теодора Гейзеля, внесшего огромный вклад в развитие библиотечного фонда.
  • Национальный парламент в Дакке. Проект административного здания для южно-азиатской страны вышел из-под карандаша американского архитектора Луиса Кана. Комплекс напоминает монолитную крепость, окна скрыты либо сгруппированы за исполинскими рамами правильных геометрических форм.
  • Спортивный зал в префектуре Кагава. Японский зодчий Кэндзо Тангэ руководил строительством комплекса сооружений для проведения Олимпийских игр. Гимнастический зал издали напоминает корабль без мачт, облокотившийся на огромные треугольные подпорки.

Интерьер

Брутализм – изначально исключительно архитектурное явление.

«Брутальные» интерьеры начали появляться уже позже, в XXI веке, во время повальной моды на воспроизведение стилей прошедших эпох. Грань между «голым» необжитым помещением и необрутализмом тонка. Стиль непопулярен за счет своей узкой направленности и излишней строгости, не допускающей отделки поверхностей.

Цветовая палитра

Основа – гамма от белого до темно-серого. Прообраз стиля – бетонная плита, в подавляющем большинстве присутствующая во внутренней отделке. С «мышиным» цветом хорошо контрастирует коричневый, разбавляет серость в виде потолочных балок или предметов мебели. Изредка допускается любой из других контрастных цветов в малом количестве.

Материалы

Своим развитием необрутализм обязан технической революции, которая привела к развитию техно-стиля. Это подразумевает использование в первую очередь материалов, недоступных ранее для массового фабричного производства. На первом месте железобетон, необработанный и неоштукатуренный. Далее по списку стекло, металл. Хрупкий новомодный пластик не прижился, его заменил массив твердых пород дерева.

Полы, стены, потолки

Потолок – самая интересная часть брутального интерьера. Если позволяет высота дома или квартиры, потолок делается сложным и неоднородным за счет деревянных перекладин, гипсокартонных коробов, декорированных под голый бетон.

Напольное покрытие – камень, однотонная плитка неоднородной фактуры, изредка дерево, ламинат с нечетко выраженным рисунком. Присутствие ковров возможно как дань уюту в аскетическом авангардном интерьере.

Стены – голый бетон, изредка фактура под необработанную кирпичную кладку. Пожертвовав чистотой идеи, можно окрасить стену в однотонный серый, серо-коричневый цвет, обить деревянной панелью схожих оттенков.

Окна

Оконные проемы прямоугольные, квадратные, треугольные. Количество рам сведено к минимуму, дабы не препятствовать проникновению лучей солнечного света и не утяжелять интерьер. Если размер и количество окон не позволяют в достаточной мере освещать помещение, повсюду устанавливаются светильники, способные создавать рассеянное освещение.

Мебель

Мебельный гарнитур – это прямоугольные деревянные или стеклянные тумбы и полки, асимметричной конструкции, в основном без дверец.

Предметы гарнитура жмутся к стенам, не захламляя пространство.

Декор и аксессуары

Концепция необрутализма подразумевает рассмотрение голых стен как истинную красоту, не нуждающуюся в дополнительных изысках, аксессуарах, отделке. Все элементы декора, привнесённые хозяином в собственный интерьер, нужны лишь для создания уюта, более привычного человеческому пониманию.

Битва цветов в интерьере: особенности брутализма

“Силк Пластер” жидкие обои.

Как правильно выровнять деревянный пол под ламинат вы узнаете в этой статье.

Что такое плотность мрамора: https://trendsdesign.ru/materialy/mramor/mramor-dorogoj-material-dlya-professionalnoj-otdelki.html

Выводы

Брутализм монолитен и прекрасен. Немалое количество архитекторов было очаровано простотой красоты бетонных стен, облаченных в нужную геометрическую форму. Для оформления интерьера стиль мало подходит в чистом виде, однако придется по душе любителям минимализма или его разновидностях, таких, как скандинавский стиль.

Читайте также про классицизм в архитектуре: примеры.

Брутализм - Проектирование зданий вики

Брутализм , также известный как бруталистская архитектура, - это стиль, возникший в 1950-х годах и выросший из модернистского движения начала XX века. Бруталистские здания характеризуются массивным, монолитным и «блочным» внешним видом, строгим геометрическим стилем и широким использованием заливного бетона. Движение начало приходить в упадок в 1970-х годах, подвергаясь резкой критике за нежелательность и бесчеловечность.

Термин « Brutalism » был придуман британскими архитекторами Элисон и Питером Смитсоном и популяризирован историком архитектуры Рейнером Бэнхэмом в 1954 году. Он происходит от «Béton brut» (необработанный бетон) и впервые ассоциировался в архитектуре с Le Корбюзье, спроектировавший Cite Radieuse в Марселе в конце 1940-х годов.

Брутализм стал популярным стилем на протяжении 1960-х, когда строгость 1950-х уступила место динамизму и уверенности в себе.Он обычно использовался для государственных проектов, университетов, автостоянок, развлекательных и торговых центров, а также многоэтажных жилых домов.

Брутализм стал синонимом социально прогрессивных жилищных решений, которые архитекторы и градостроители продвигали как современные «улицы в небе». Благодаря духу «социального утопизма», вместе с влиянием конструктивистской архитектуры, он стал все более широко распространяться в европейских коммунистических странах, таких как Советский Союз, Болгария, Югославия и Чехословакия.

Брутализм обычно характеризовался грубыми, незаконченными поверхностями, необычными формами, тяжелыми материалами, прямыми линиями и маленькими окнами. Модульные элементы часто использовались для формирования масс, представляющих определенные функциональные зоны, сгруппированные в единое целое. Помимо бетона, другие материалы, обычно используемые в зданиях в стиле брутализма, включали кирпич, стекло, сталь и неотесанный камень.

По мере того, как высотные здания стали ассоциироваться с преступностью, социальными лишениями и упадком городов, Брутализм все чаще подвергался критике, и по всей Великобритании были снесены многие здания в стиле брутализма.Типичной такой негативной реакцией стал снос в 2019 году многоэтажной автостоянки на Уэлбек-стрит в Лондоне, W1. Тем не менее, Brutalism продолжал влиять на более поздние формы, связанные с высокотехнологичной архитектурой и деконструктивизмом. В последние годы он был подвергнут критической переоценке, и некоторые здания стали рассматриваться как архитектурные памятники.

В 2006 году три архитектора из Бостона, штат Массачусетс, инициировали кампанию по ребрендингу, переименовав Brutalism в «Героическую архитектуру».Попытка устранить негативность исходного термина, сохранив при этом его ссылку на его масштаб и содержание.

Некоторые ключевые примеры Brutalism включают:

Cite Radieuse, Франция

Park Hill, Шеффилд

Queen Elizabeth Hall, Лондон

Автовокзал Престона, Престон

Barbican Estate, Лондон

Trellick Tower, Лондон.

Парковка на Уэлбек-стрит (снесена в 2019 г.)

9 бруталистских чудес архитектурного мира

Как и в случае с гавайскими рубашками и Лайонелом Ричи, это всегда свидетельство непостоянства моды и фантазии, когда что-то , выходящее из моды, становится , так что снова становится любимым. Культура - это стервятник.

В мире архитектуры все сводится к переоценке брутализма. Возрождение было относительно быстрым - приговор колебался от осуждения и разрушения к идолопоклонству и почитанию в течение нескольких десятилетий.Даже новый офис Канье Yeezy находится под сильным влиянием этого движения.

Вопреки тому, что вы можете предположить, брутализм получил свое название не из-за агрессивно-конфронтационной жесткости или непримиримого отсутствия заботы о комфорте. Он назван не так из-за своей свирепости или злобной жестокости. Термин просто взят из béton brut, французского слова «сырой бетон». Дело не в прилагательном, дружище, а в существительном.

Бруталистское движение было популярно с 1950-х до середины 1970-х годов и чаще всего создавалось институционально - многие бруталистские структуры - это школы, церкви, общественные и правительственные здания.Когда в 1980-х годах архитектурные тенденции становились все более обидчивыми и возрождающими старый мир, бруталистский вид был слишком резким и абстрактным, и стиль быстро потерял популярность. Движение подвергалось критике, а возведенные им здания стали синонимами криминальных, засыпанных мусором, флуоресцентно освещенных и нарисованных граффити угроз. (Вспомните, если хотите, дроги из фильма Заводной апельсин маршируют в замедленном шествии вдоль озера Саутмер, его берега обрамлены мрачными башнями Темзхеда.) Однако перенесемся на несколько десятилетий вперед, и вы снова увидите желаемую стилистическую позу - или, возможно, бетонный бункер, в котором мы все можем укрыться.

Брутализм - это техно-музыка архитектуры, суровая и грозная. Бруталистские постройки дороги в обслуживании и их трудно разрушить. Их нелегко переделать или изменить, поэтому они, как правило, остаются такими, какими задумал архитектор. Может быть, движение снова вошло в моду, потому что постоянство особенно привлекательно в нашем хаотичном и разрушающемся мире.

Как и изначальные благородные замыслы левых современных структур середины века, которые предназначались для обывателей, но теперь часто в конечном итоге служили символами роскошного статуса, бруталистской архитектурой - особенно немногими домами и переоборудованными коммерческими зданиями, в которых люди могут жить. в наши дни - на нее набрасываются эстетически ориентированные элиты. И, как и в случае, когда любой стиль находится на пороге популистского переоткрытия, он одновременно находится на грани уничтожения теми, кто еще не осознал его ценность.(Просто почитайте в Интернете о битве за правительственный центр округа Ориндж Пола Рудольфа в Нью-Йорке.)

Неудивительно, что есть лихорадочные споры о том, кого именно дизайнеры и архитекторы считают бруталистами. Категория обширна и плохо определена. Я понимаю, почему могут быть включены Ле Корбюзье и Луи Кан, но я считаю их слишком гуманными. Так что вы не найдете их работ на этих страницах. Мне нравится мой брутализм, ну на самом деле brutal - сырой, блочный, холодный и кубистически минималистичный.Это должно быть немного страшно.

Это было смелое и захватывающее архитектурное движение, и на карте мало мест без пары достойных бруталистских примеров. Давайте беречь их и помогаем уберечь их от тех, кто полон решимости превратить их все в руины - начиная с изображений здесь.


Ричард Аллен / Алами Stock PhotoView Pictures

Barbican Center and Estate

Местоположение: Лондон
Год постройки: 1982
Архитекторы: Chamberlin, Powell & Bon

Расположен в одном из самых пострадавших от бомбардировок районов Лондон, восставший из пепла и развалин Второй мировой войны, представляет собой огромный центр искусств и жилую застройку огромных размеров и сложности.Это сбивает с толку и завораживает, красиво и вдохновляет. В то время, когда он был построен, было радикально придавать пешеходам такое же значение, как и автомобилю. Я лично не раз терялся в этом современном созвездии коридоров, пешеходных дорожек, надземных мостов и туннелей - и мне нравилась каждая минута смятения. Сначала были открыты жилые комплексы и башни, но строительство огромного центра искусств было завершено только в 1982 году, когда его окрестила сама королева Елизавета. Цель заключалась в том, чтобы разместить людей в хорошо продуманной архитектурной значимости, окружив их утопической фантазией об искусстве и культуре - и все это в самом центре оживленного Лондона.В 2003 году Барбакан был признан «Самым уродливым зданием Лондона». Однако в наши дни вам будет трудно найти какой-либо список лондонской архитектуры, который не включает его - обычно в верхней части.

Что такое брутализм и почему он возвращается?

Торре Веласка, BBPR. 1958 год, Милан, Италия. (Фото: Stock Photos from Claudio Divizia / Shutterstock)
Этот пост может содержать партнерские ссылки. Если вы совершите покупку, My Modern Met может получать партнерскую комиссию. Пожалуйста, прочтите наше раскрытие для получения дополнительной информации.

Говорят, что тенденции цикличны и что старое снова становится новым. Это верно для моды, музыки и искусства. В случае архитектуры нет архитектурного стиля, который лучше всего иллюстрирует этот принцип, чем Brutalism . С середины 20-го века этот стиль приобрел популярность, прежде чем достигнуть пика в середине 1970-х годов, когда он потерпел крах как образец безвкусицы. Но сейчас все меняется, с возобновлением интереса и признательности к этому когда-то осмеянному архитектурному стилю.

Известный своим использованием функционального железобетона и стали, модульных элементов и утилитарного стиля, бруталистская архитектура в основном использовалась для институциональных зданий. Они также использовались для строительства важных жилых домов, чтобы рационально удовлетворить острую потребность в жилье. Внушительные и геометрические, бруталистские здания обладают ярко выраженным графическим качеством, что делает их такими привлекательными сегодня. Но почему брутализм называют брутализмом, не из-за его «брутальности» и грубости? Слово «брутализм» происходит не из-за его суровой эстетики, а из-за материала, из которого оно сделано. Béton brut - это французский термин, который буквально переводится как «сырой бетон», а также используется для описания культовой эстетики, известной как бруталистская архитектура.

Связанный со школами, церквями, библиотеками, театрами и проектами социального жилья, брутализм часто переплетается с городской теорией 20-го века, ориентированной на социалистические идеалы. В связи с необходимостью строительства после Второй мировой войны брутализм распространился по всему миру, но особенно в Великобритании и коммунистических странах Восточной Европы, где он иногда использовался для создания новой национал-социалистической архитектуры.Брутализм и бруталистская архитектура находились под влиянием всех этих послевоенных проблем и модернистской идеи о том, что рациональный дизайн может создать лучшую архитектуру.

Если вы знакомы с историей архитектуры, вы можете подумать, что многие из этих идей пересекаются с модернизмом. Брутализм - это на самом деле специфическая ветвь современной архитектуры. Поскольку он настолько отличен, некоторые считают, что это должен быть пример постмодернистской архитектуры в ответ на более ранние стили, но это не так.Это, как и большинство модернизмов, исследование простейшего возможного решения пространственной или программной проблемы. Он также особенно осознавал целостность или честность при выражении материала, используемого в архитектуре - отсюда и использование часто пустых бетонных стен.

Истоки брутализма

Некоторые считают, что любовь швейцарско-французского архитектора Ле Корбюзье к бетону, возможно, положила начало брутализму. Unité d'Habitation в Марселе, Франция, был его первым проектом за 10 лет после Второй мировой войны, прервавшей его практику.Завершенный в 1952 году и созданный как жилье для рабочего класса, Ле Корбюзье проектировал гигантский железобетонный каркас, подходящий для модульных квартир. Огромный комплекс, вмещавший до 1600 человек, практически лишился декоративных элементов и заложил основу для будущих проектов бруталистов.

Слово «брутализм» применительно к архитектуре было впервые придумано шведским архитектором Хансом Асплундом для описания квадратного кирпичного дома под названием Вилла Гёт в 1949 году.Брутализм официально зародился примерно в это время и быстро распространился. Тенденция была подхвачена английскими архитекторами, где стиль был усовершенствован Элисон и Питером Смитсоном. Вместе они особенно известны жилым комплексом городского совета «Сады Робин Гуда» в Восточном Лондоне. Построенный в 1972 году, он был построен из сборных железобетонных плит и, хотя построен в соответствии с идеалами Смитсонов для идеальной жизни, никогда не соответствовал поставленным целям. В 2017 году восточный блок был снесен в рамках реконструкции.Но чтобы показать, как далеко зашел брутализм, Музей Виктории и Альберта приобрел три этажа снесенного здания.

Сады Робин Гуда Элисон и Питер Смитсон. 1972 год, Лондон, Англия. (Фото: Stock Photos from Claudio Divizia / Shutterstock)

Падение жестокости

В 80-е годы брутализм потерял популярность. Частично это было связано с холодным и строгим характером архитектуры, которая часто ассоциировалась с тоталитаризмом.Еще одним признаком против брутализма было то, что необработанный бетон, используемый в строительстве, плохо стареет, часто проявляя признаки повреждения водой и разложения, что ухудшило общий эстетический вид.

Британский писатель Энтони Дэниэлс, который использует псевдоним Теодор Далримпл, назвал железобетон брутализма «чудовищным», отметив, что он «не стареет изящно, а крошится, пачкается и разлагается». Он обвинил Ле Корбюзье в любви архитекторов к бетону, заявив, что «одно из его зданий или построенное им по его проекту может разрушить гармонию всего городского пейзажа.”

Помимо старения бетона, брутализм особенно ненавидят. Это потому, что города изо всех сил пытались удовлетворить потребность в быстром и эффективном жилье. Поскольку жилье - это такая сложная проблема, напряженность была высокой, поскольку жилищные проекты боролись с проблемами технического обслуживания, преступностью и другими проблемами. Брутализм стал символом упадка городов и экономических трудностей, которые были открыты для всеобщего обозрения. Необработанный бетон стал идеальным холстом для художников-граффити, чей вандализм только способствовал упадку этих структур.На протяжении 1980-х годов этот стиль уступил место высокотехнологичной архитектуре и деконструктивизму , которые уступили место архитектуре постмодерна .

Бесчисленные здания в стиле брутализма были снесены с тех пор, как этот стиль вышел из моды в 80-х годах. В то время как некоторые считают их бельмом на глазу, многие считают, что их разрушение - это потеря части истории и части красивой архитектуры. Тем не менее, многие примеры брутализма все еще можно найти по всему миру, особенно в Лондоне и известных американских и канадских городах.

Фото: фондовые фотографии Филиппа Опеншоу / Shutterstock

Новое признание брутализма

За последние 5 лет появилось новое понимание брутализма. Такие книги, как SOS Brutalism: A Global Survey , How to Love Brutalism , Soviet Bus Stops и This Brutal World - все прославляют артистичность архитектурного стиля. Вирджиния Маклеод, редактор Атласа бруталистской архитектуры Phaidon , впервые заметила возобновление интереса к брутализму в Instagram.

«Я заметила все больший и больший интерес к бруталистской архитектуре», - говорит она. «Людям это понравилось, и им понравилось качество графики». Хэштег #brutalism содержит более 500 000 изображений, и природоохранные организации все чаще пытаются сохранить образцы брутализма, которые слишком часто уничтожаются, не задумываясь.

Проекты

New Brutalist даже строятся с отдельными монументальными бетонными объемами, хотя возрождение часто называют « Neo Brutalism .Никто точно не знает, почему брутализм снова стал модным, но у Брэда Даннинга из GQ есть интересная теория: «Брутализм - это техно-музыка архитектуры, суровая и устрашающая. Бруталистские постройки дороги в обслуживании и их трудно разрушить. Их нелегко переделать или изменить, поэтому они, как правило, остаются такими, какими задумал архитектор. Может быть, движение снова вошло в моду, потому что постоянство особенно привлекательно в нашем хаотичном и разрушающемся мире.”

Взгляните на некоторые из лучших в мире образцов бруталистской архитектуры.

Библиотека Гейзеля Уильяма Перейры. 1970 год, Сан-Диего, Калифорния.

Фото: стоковые фотографии Райана Келехара / Shutterstock

Национальная библиотека Аргентинской Республики Клориндо Теста. Разработан в 1961 году, Буэнос-Айрес.

Фото: фондовые фотографии Диего Гранди / Shutterstock

Habitat 67 Моше Сафди.1967, Монреаль.

Фото: стоковые фотографии из meunierd / Shutterstock

Мэрия Бостона, компания Kallmann McKinnell & Knowles. 1968, Бостон, Массачусетс.

Фото: Стоковые фотографии из jiawangku / Shutterstock

Поместье Барбакан, созданное Чемберлином, Пауэллом и Боном. 1968-79, Лондон.

Фото: Stock Photos from Tupungato / Shutterstock

Телекоммуникационный узел и Главпочтамт Янко Константинов.1989 год, Скопье, Македония.

Фото: Stock Photos from Martyn Jandula / Shutterstock

Королевский национальный театр сэра Дениса Ласдана. 1976, Лондон.

Фото: фотографии Рона Эллиса / Shutterstock

TripleOne Somerset от Group 2 Architects. 1971 год, Сингапур.

Здание Пирелли, созданное Марселем Брейером и Робертом Ф. Гатье. 1969, Нью-Хейвен, Коннектикут.

Фото: Гуннар Клак через Wikimedia Commons (CC BY-SA 4.0)

Башня Trellick от Эрне Голдфингера. 1972 год, Лондон.

Фото: Стоковые фотографии Клаудио Дивизия / Shutterstock

Рудольф-холл, здание Йельского университета искусства и архитектуры Пола Рудольфа. 1963 год, Нью-Хейвен, Коннектикут.

Западные городские ворота Михайло Митровича. 1979, Белград.

Эта статья была отредактирована и обновлена.

Статьи по теме:

Получите ускоренный курс модернистской архитектуры с 8 стилями, определяющими движение

100 архитектурных терминов, которые помогут вам лучше описать здания

16 фильмов, которые стоит посмотреть, чтобы вдохновить архитекторов и любителей архитектуры

Изучение экстравагантности и драмы искусства и архитектуры барокко

Обзор движения за бруталистскую архитектуру

| TheArtStory

Trellick Tower (1966-72)

Художник: Эрне Голдфингер

Дизайн башни Trellick Эрне Голдфингера создает характерный и знаковый силуэт с левой служебной башней, включая шахту лифта, соединенную надземными мостами с ней. центральный блок справа.31-этажная башня, построенная из открытого бетона, образует геометрическую сетку из горизонтальных и вертикальных линий, дополненных горизонтальными линиями небесных мостов и возвышающимися вертикалями служебной конструкции. Смелый профиль доминирует над местным горизонтом, как писал архитектурный критик Тим Уинстенли, «вызывая очищенный силуэт средневекового замка. С ее бескомпромиссной материальностью ... башня - смелое присутствие в послевоенном пейзаже Лондона, памятник экспрессионизма для массы.«Небесные мосты, очерченные на фоне пустого пространства между двумя основными компонентами, кажется, захватывают само небо в горизонтальной и вертикальной сетке здания. Как заметил Уинстенли,» [t] нет сомнений в том, что пустота, возникшая в результате разделения между эти два элемента станут настоящим шедевром Голдфингера, и это будет мощное архитектурное наследие ».

Совет Большого Лондона ввел здание в эксплуатацию в качестве социального жилья в 1969 году. Дизайн Голдфингера был в значительной степени заимствован из его меньшей двойной конструкции Balfron Tower (1965- 67), где он жил какое-то время, и расспрашивал жителей о том, как улучшить здание, отражая его веру в то, что архитектура - это «работа, которая заметна только изнутри».«В результате Trellick Tower демонстрирует внимание Goldfinger к деталям, включая такие функции, как двойное стекло для подавления звука, прокладки на мостике для снижения вибрации, окна с поворотными механизмами для простоты очистки, различные функции экономии места и установка нагревательного котла и резервуаров для хранения воды наверху служебной башни, чтобы уменьшить потребность в трубопроводах и насосах.

При открытии башня Trellick была поражена несколькими актами вандализма, в результате которых были затоплены целые этажи и разрушены электрические схемы.Впоследствии он стал известен как район с высоким уровнем преступности. Названный «башней террора», он стал примером социальных проблем, которые стали ассоциироваться с бруталистскими многоэтажками, поскольку публика считала их грубый внешний вид отражением проблемных социальных слоев населения. Многие думали, что это здание послужило источником вдохновения для Дж. Балларда High Rise (1975), роман-антиутопия, в котором 2000 жителей многоквартирного дома яростно обращаются друг к другу, а детали, призванные превратить здание в машину для жизни, стать, по словам Балларда, «машиной для войны»."

Однако репутация башни начала меняться в середине 1980-х годов, когда правительство решило продать часть квартир людям, которые хотели там жить, что привело к образованию новых ассоциаций арендаторов, которые лоббировали улучшения. В 1998 году он был занесен в список Grade II, зарезервированный для зданий, представляющих особый исторический интерес. Сегодня здание считается модным и представляет собой то, что Уинстенли называет «модным имиджем анестезированного гетто, которое больше не представляет опасности.

Неожиданно тропическая история брутализма

КАК МОДЕРНИЗМ ДО этого, брутализм в конечном итоге не привел к обещанным переменам. В Индии потомки Неру консолидировали богатство и власть, чтобы стать откровенно политической династией: переизбрание Нарендры Мэй Моди, демагог правого толка, является не чем иным, как прямым отрицанием нерувианского социализма и секуляризма; в одночасье снесение Индийской организацией содействия торговле два года назад Зала Наций Раджа Ревала, шедевра брутализма, завершенного в Нью-Дели в 1972 году, было таким. архитектурный аналог смены.Повсюду в Африке к югу от Сахары политические и экономические потрясения в конце 1970-х - начале 1980-х годов резко остановили проекты общественных работ - и архитектуру, которую они поддерживали. В Камбодже брутализм, спонсируемый государством, закончился подъемом красных кхмеров в 1975 году (Моливанн бежал в Швейцарию и работал на Организацию Объединенных Наций до своего возвращения в Камбоджу в 1991 году; многие из его современников были убиты). В других местах Юго-Восточной Азии. сингапурский архитектор и ученый Эрик Л'Эро говорит, что доступ к кондиционерам и материалам массового производства, таким как листовое стекло, сделал естественную вентиляцию и brise-soleil устаревшими.Вскоре после того, как в начале 1980-х пополнил ряды богатых стран, Сингапур последовал примеру Соединенных Штатов и Великобритании в сносе многих своих бруталистских построек, заменив их роскошными частными застройками, отгороженными от города навесными стенами (пародия). это продолжается и сегодня с надвигающимся сносом Pearl Bank Tower в пользу элитного жилого комплекса). Такой радикально открытой архитектуре больше не было места при правительствах, которые поощряли культивирование частного богатства над общественным благом.

В Соединенных Штатах шедевры брутализма находятся под угрозой с конца 1960-х годов, когда здание Йельского университета Пола Рудольфа, построенное в 1963 году, пострадало в результате загадочного пожара. К тому времени здание Рудольфа с его глухими башнями и буквально абразивными бетонными поверхностями было настолько ненавистным, что слухи о поджоге быстро превратились в устную историю. В 1980 году, когда его репутация в Америке пошла на убыль, Рудольф начал строить свои самые впечатляющие проекты в Юго-Восточной Азии.Некоторые из них, например, сингапурская колоннада, 28-этажная коммерческая и жилая башня, завершенная в 1980 году, ссылались на его более ранние бруталистские работы, в частности на Центр правительства округа Ориндж в Гошене, штат Нью-Йорк, построенный в 1971 году из запутанных стопок бетонных прямоугольников, сложенных как картонные коробки.

В то время как Рудольф строил свои самые известные здания на северо-востоке Америки, он всегда был, по словам Л'Эро, «принципиально тропическим приверженцем», поскольку в начале своей карьеры он возводил изящные модернистские дома в Сарасоте, штат Флорида.И даже когда брутализм потерял популярность на севере, он двинулся на юг, как усталый пенсионер, в более теплый климат. По всей Флориде бывший сотрудник Рудольфа Уильям Морган продолжал строить прибрежные дома в стиле брутализма, такие как дом Джорджа М. Гудло в 1965 году на пляже Понте Ведра, с белеными бетонными кубами, которые явно отсылают к резиденции Милам Рудольфа 1961 года на том же участке берега. На Гавайях русский эмигрант Владимир Осипофф также наполнил такие проекты, как здание IBM в 1962 году в Гонолулу и часовню Дэвиса 1966 года в Подготовительной академии Гавайев на Большом острове, элементами брутализма, первая из которых была оформлена в модной солей-солей, вторая - с элементами брутализма. вулканический камень врезался в его сырые бетонные стены.Но этим зданиям, при всей их красоте и мощи, не хватало политического преимущества их аналогов во всем мире. Архитектура самоанализа в Европе и гордого неповиновения в постколониальных экваториальных странах никогда не устраивала капиталистический триумфализм Америки.

Для многих критиков брутализм окончательно умер в середине 1970-х годов. Ученый Рут Верде Зейн, чье эссе 2014 года «Связи бруталистов» выступает за использование этого термина для обозначения школы Паулиста, также утверждает, что сегодня брутализм невозможен - тропический или какой-либо другой.По ее словам, стиль основывался на «структурных ограничениях и возможностях имеющихся материалов». Эти ограничения, как и культурные обстоятельства, которые их породили, с тех пор эволюционировали; бетонные фасады зданий, выглядящих в стиле брутализма, зачастую не более структурны, чем стеклянное облако вокруг фонда Louis Vuitton в Париже 2014 года Фрэнка Гери, яркой безделушки здания, которое, несмотря на всю его изящество и чудо, не представляет собой ничего, кроме самого себя.

Что такое брутализм?

Обычное здание в стиле бруталистов - это запоминающееся, захватывающее сцену графическое произведение архитектуры, которое выделяется из толпы, навсегда меняет очертания городов и нависает над застроенными ландшафтами по всему миру.Смелый, откровенный и вечно поляризующий стиль, Brutalism никого не оставит равнодушным, как страстных защитников, так и тех, кому одинаково трудно любить.

Что такое брутализм?

Брутализм - это стиль архитектуры, который существовал с 1950-х по 1970-е годы и характеризовался простыми, блочными, громоздкими бетонными конструкциями. Он возник в Англии и вскоре распространился по всему миру.

Бостонская ратуша Исаак Мюррей / Getty Images

История брутализма

Термин брутализм - придуман шведским архитектором Хансом Асплундом как nybrutalism и популяризирован британским архитектурным критиком Рейнером Бэнхэмом в 1955 году - не является ссылкой на возможно жестокий характер его внешнего вида, а является игрой французского выражения для необработанного бетона béton брют.

Здание ФБР Эдгара Гувера, Вашингтон, округ Колумбия qingwa / Getty Images

Возникнув из модернистского движения конца 19-го до середины 20-го века, бруталистская архитектура зародилась в 1950-х годах. Знаменитый архитектор-модернист Ле Корбюзье, знаменитый Cité Radieuse в Марселе, Франция, послевоенный дом рабочего класса на 1600 человек, который является частью его проекта социального жилья Unité d'Habitation, считается зданием, которое вдохновило движение бруталистов. Построенный в 1952 году, он имел массивный железобетонный каркас без украшений, заполненный модульными многоквартирными домами, которые были образцом для послевоенных обществ, стремящихся пополнить жилищный фонд для масс.

Здание Национального театра Великобритании peterhowell / Getty Images

Брутализм распространился по Европе, Советскому Союзу и США (и по всему миру в таких странах, как Израиль, Япония и Бразилия). Бруталистская архитектура стала популярным, но всегда вызывающим споры выбором для институциональных зданий, таких как One Police Plaza Нью-Йорка (1973) и Бостонская ратуша (1968), а также университетских библиотек, автостоянок, церквей, торговых центров, высотных жилых кварталов социального жилья, таких как Orgues de Flandre в Париже и культурные комплексы, такие как Галерея Хейворд (1968 г.) и Национальный театр (1976 г.) на Южном берегу Лондона.

Les Orgues de Flandre, Париж Джеймс Бернс / Getty Images

Брутализм начал исчезать в 1980-х годах, когда его все чаще считали холодным, отчуждающим и непригодным для людей. Оказалось, что бетон имеет привлекательную нерушимость, но портится изнутри, что делает его трудным в обслуживании, и по мере старения он подвержен крошению и повреждению водой. Бруталистские здания были заброшены и покрыты граффити, символизирующими упадок города. Принятие бруталистской архитектуры в Советском Союзе означало, что стиль также начал страдать от его ассоциации с тоталитаризмом.

Библиотека Гейзеля, Калифорнийский университет, Ла-Хойя Барри Вайникер / Getty Images

С тех пор мир разделился на тех, кто считает, что здания в стиле брутализма - это бельмо на глазу, которое следует сносить, и тех, кто считает эти старинные, но еще не исторические здания архитектурными шедеврами, которые нужно беречь и сохранять. Из-за своей тяжелой бетонной конструкции здания в стиле брутализма трудно ремонтировать, хотя одним из успешных примеров является Национальный центр танцев недалеко от Парижа, который открылся после того, как оригинальное здание 1972 года было реконструировано в 2003 году.Их также сложно снести, что только усложняет общественные дебаты о том, нужно ли спасать эти огромные реликвии.

Коммунистический дом в бруталистском стиле в Белграде, Сербия BalkansCat / Getty Images

В то время как архитектура перешла к постмодернизму 1980-х и 1990-х и сегодняшним современным стилям, отчасти потому, что все так или иначе возвращается в моду, а также благодаря недавнему наплыву книг и повторному открытию # брутализма новым поколением в Интернете, Брутализм в какой-то момент проявляет свое влияние в современном дизайне товаров и интерьеров, мебели, предметах и ​​даже на веб-сайтах брутализма.

Башня Веласка в Милане bwzenith / Getty Images

Ключевые элементы брутализма

  • Блочный, тяжелый вид
  • Простые графические линии
  • Без орнамента
  • Утилитарный вид
  • Монохромная палитра
  • Использование необработанного открытого бетона (а иногда и кирпича) для наружных работ
  • Шероховатая, необработанная поверхность
  • Использование современных материалов, таких как сталь, стекло, камень, габионы
  • Окна маленькие
  • Модульные элементы
Башня Trellick в Лондоне VictorHuang / Getty Images

Интересные факты о брутализме

Лондонская башня Trellick Tower , спроектированная архитектором Эрно Голдфингером, представляет собой 31-этажное жилое здание в стиле бруталистов, построенное в 1972 году и имеющее статус памятника архитектуры.Голдфингер был одним из архитекторов-модернистов, призванных восстановить и пополнить запасы жилья в Лондоне после разрушительных последствий Второй мировой войны, но не все поклонники его работы. Автор Джеймса Бонда Ян Флемминг так сильно ненавидел эстетику Голдфингера, что назвал в его честь заклятого врага Бонда.

Бруталистские здания - популярные места в фильмах и телесериалах о городских антиутопиях.

Брутализм - ответвление модернизма.

Башня Trellick в Лондоне Джеймс Бернс / Getty Images

Бруталистская архитектура - что она на самом деле означает?

Бетонное чудовище, архитектура, которую мы любим ненавидеть - так люди описывали Бруталистская архитектура .Вероятно, не существовало ни одного архитектурного стиля (вопрос о том, является ли он стилем или нет), который демонизировался и ненавидел так же сильно, как брутализм, особенно в 70-х, 80-х и даже 90-х.

Причины этого добровольного распятия, казалось бы, безвредной вещи - например, эстетика здания - исходят из разных источников. Некоторые из них опосредованы неспособностью человека отделить социальные обстоятельства от физического явления, которое неохотно становится его символом.Другие просто полагаются на универсальные каноны красоты, и очевидно, что в те времена сырой бетон не был самым красивым зрелищем.

Однако, поскольку общество продолжало развиваться и менять свои взгляды, в 2010-х годах нас поразил странный феномен - Брутализм стал популярным. Итак, мы находимся в 2016 году, наблюдая, как этот стиль, наконец, достигает своего долгожданного признания, даже будучи фетишизированным и тиражируемым через коллекционные виниловые игрушки и аналогичные потребительские товары.

Так как же главный злодей внезапно стал героем?


Ле Корбюзье - Unite d Habitation, Марсель, Франция

Происхождение бруталистской архитектуры

Стилистически брутализм, вероятно, пришел от выдающегося модернистского архитектора Ле Корбюзье и его проекта Unité d'Habitation в 1952 году. Стиль довольно быстро был принят британскими архитекторами , и постепенно он стал легко соотноситься с самой столицей. Это было в меру странно, учитывая, что современная архитектура пришла в Британию довольно поздно и вскоре была «заменена» брутализмом.

Хотя он был (вероятно, непреднамеренно) открыт Ле Корбюзье, брутализм не может быть полностью ассимилирован с модернизмом. Возможно, мы могли бы описать это как своего рода чередование - возможно, современную архитектуру с более живым характером. Некоторые даже утверждают, что брутализм представляет собой переход между модернизмом и постмодернизмом в истории архитектуры.


Слева: Элисон и Питер Смитсон - Сады Робин Гуда в Лондоне / Справа: Марсель Брейер - Фабрика Torin Corporation, Невиль, Бельгия

Брутализм: объяснение термина

Тем не менее, термин «брутализм» пришел не от Ле Корбюзье.Существует несколько версий этой истории, по которым трудно определить правду, но ни одна из них не связана с первым, что приходит в голову.

Брутализм не имеет ничего общего с жестокостью как таковой, по крайней мере, он не имел в виду. Это произошло либо от французского термина béton-brut, что вполне уместно означает необработанный бетон, либо от шведского архитектора Ганса Асплунда, который использовал термин New Brutalism для описания Виллы Göth в Упсале ( New Brutalism также использовался английский критик Рейнер Бэнхэм, написавший книгу Новый брутализм: этика или эстетика? , которая теперь рассматривается как предшественник движения).Однако сам дом не имеет ничего общего с бруталистской архитектурой, какой мы ее знаем сегодня.

Существует третья версия истории, в которой говорится, что прозвище Питера Смитсона, Брут, определило название движения брутализма. На самом деле, скорее всего, это была комбинация трех.


Эрне Голдфингер - Башня Балфрона, Лондон (1967), через genericarchitecture

Что такое бруталистская архитектура?

Итак, Villa Göth - это не брутализм, но что такое ?

Питер Смитсон, вышеупомянутый архитектор, и его жена Элисон Смитсон когда-то были одними из ведущих деятелей в области брутализма в Великобритании.Таким же был и Эрно Голдфингер, архитектор венгерского происхождения, который спроектировал знаменитую Башню Треллик и Башню Бальфрон, которые часто упоминаются как самые знаковые здания, представляющие движение бруталистов. Когда вы смотрите на их дизайн, нет никаких сомнений в том, что все здания в стиле брутализма имеют одну общую черту: конечно же, бетон. Но их дизайн - это нечто большее, чем простое использование классического конструктивного материала, который, кстати, был выбран определенно не случайно.

Бетон используется в бруталистской архитектуре, потому что это простой, гибкий материал , который соответствует подлинному архитектурному выражению, , но все же очень чистый и замечательный после высыхания .Интересно, что бетон приобретает свойства формы, в которую он был залит, а затем прямо передает честность , слово, обычно используемое для описания голой сущности идеологии брутализма. Хотя слово «честность» само по себе кажется соблазнительным, давайте попробуем объяснить , почему оно используется с такой уверенностью как архитекторами, так и теоретиками.

Хотя это, очевидно, не первый раз, когда бетон использовался в архитектуре, это был первый раз, когда бетон был использован для фасада.До брутализма простое сырье обычно было скрыто под поверхностью, будь то декоративный цветочный фасад или фасад из стали и стекла. Теперь, когда голый бетон на этот раз стал настоящим главным героем, он продемонстрировал свои скульптурные качества, олицетворяя монументальность и достигнув формализма, и поэтому решение можно было рассматривать как своего рода правдивость по отношению к материалу .

Но с другой стороны, поскольку брутализм часто ассоциируется с чем-то, называемым «архитектурной этикой», честность была важна из-за идеи, что ничего не «убирается» или не скрывается под маской. Это то, что есть - и бруталистская архитектура рассчитывает на людей, которые живут в ней или работают в ней, чтобы понять и оценить это.

Это также одна из причин, по которой слова «стиль» иногда избегают, поскольку общий термин «стиль» каким-то образом, кажется, принижает первоначальное стремление идеологии брутализма, которая должна была вывести вещи на более высокий уровень.

Модернистская и бруталистская архитектура Белграда, Сербия

Бруталистские здания как жертвы современного общества

Учитывая, что большая часть этой архитектуры возникла в 60-х годах и развивалась также в 70-х, вы, вероятно, можете представить себе образ мышления, окружавший брутализм.Частично он был основан на идее социального равенства и надежды, особенно в коммунистических странах (где это также сыграло важную роль). Идея единства и общего пространства каким-то образом лучше всего трансформировалась в пригородные кварталы брутализма с большим количеством открытого пространства и умеренно высокими зданиями и домами, способными вместить множество людей.

Бруталистская архитектура также часто ассоциировалась с футуризмом, светлым взглядом на будущее, как это представлялось сначала - близко к тому, как люди представляли утопию.Но, как вы знаете, утопия довольно легко превращается в антиутопию, особенно под влиянием революции 1968 года и среди молодежи под влиянием Оруэлла.

Итак, благодаря всем незваным политическим и социальным коннотациям, Брутализм пострадал от последствий преобразования коммунизма в тоталитаризм, что заставило популярную культуру по-другому изображать бруталистскую архитектуру. Общие пространства становятся опасными площадками, «честные» здания становятся бетонным чудовищем, и, прежде чем вы это узнаете, брутализм ассоциируется с насилием, которое раз и навсегда увенчалось «Заводным апельсином» Кубрика.Теперь вы можете найти огромное количество фильмов, в которых бруталистская архитектура используется в качестве фона для насилия.


Здание в Петроваце, Черногория (Александр Степанович)

Брутализм 2.0

Определение причины, по которой мы находим некоторые вещи красивыми или нет, выходит за рамки данной статьи. Таким образом, мы не можем обсуждать, был ли бетон сначала ненавистен по причинам, которые были объяснены, а затем объявлен уродливым, или же все было наоборот.

В любом случае, мы можем легко сказать, что новое поколение не находит здания Brutalist уродливыми. Вы даже можете видеть, что некоторые архитекторы, такие как японец Тадао Андо, широко используют бетон даже сегодня, подчеркивая все присущие ему качества (хотя исторически он не относится к эпохе брутализма, о которой мы говорим в этой статье).

Может быть, брутализм просто пришел слишком рано, и люди не были готовы к новой концепции «жестокой» честности в архитектуре? Британский писатель Оуэн Хазерли недавно использовал пример Парк-Хилла, чтобы объяснить это явление, комплекс зданий в Шеффилде, который сохранился от сноса и теперь возрождается для использования «новыми» людьми.Реклама Park Hill отражает предыдущее состояние комплекса, говоря, что новый проект направлен на то, чтобы вернуть видение, оптимизм и индивидуальность, которые, казалось, исчезли.

Остроумно, Хазерли использует это для решения сути проблемы - люди, которые явно «лишены личности, не обладали оптимизмом и видением», не могли видеть истинную ценность бруталистской архитектуры.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *