Сюнга эпохи эдо: Сюнга: история японской порнографической живописи — Экстремально

Содержание

Сюнга: история японской порнографической живописи - Экстремально

Сюнга — это японское эротическое искусство. То есть это сейчас его называют просто«эротическим», то есть словом довольно мягким, даже деликатным — всего несколько лет назад трудно было представить, что сюнга не просто доберется до западной культуры,но и обретет определенную популярность.

Дословно слово «сюнга» означает «изображение весны». «Весна» в японском языке — это распространенный эвфемизм для обозначения секса.

Рождение откровенности

Все началось примерно в XIV веке. Художники сюнга вдохновлялись ничем иным, как китайскими медицинскими сборниками, где со всей прямотой были изображены обнаженные люди. Но своего расцвета сюнга достигла уже в XVII веке, в период Эдо.

Властям часто не нравилась такая раскованность граждан, и попытки запретить откровенные изображения предпринимались неоднократно. В ходе реформ 1772 года была запрещена не только сюнга, но и вообще все новые книги должны были проходить жесткую цензуру.

Сюнга ушла в подполье, но не исчезла.

Европейцы такого искусства не понимали. Фрэнсис Холл, американский издатель,который переехал в Японию в XIX веке, был шокирован, когда ему показали примеры сюнга. И даже в 1975 году Питер Вебб, исследователь, занимающийся сюнга, заметил, что подобные изображения «не могут выставляться на публику».

Поклонники и поклонницы

Забавно, но среди поклонников сюнга были и мужчины, и женщины всех сословий. Вокруг откровенных картин было немало и суеверий. К примеру, самураи брали с собой сюнга,считая, что она обезопасит их от смерти. Торговцы держали сюнга на своих складах, веря,что изображения занимающихся сексом мужчин и женщин защитит склад от пожара. Впрочем, против этого предположения работало то, что почти все группы, хранящие сюнга, имели очень ограниченный доступ к противоположному полу: самураи месяцами жили в обществе друг друга, а купцы много путешествовали, чтобы закупать товары из других стран. Таким образом, возможно, хранение сюнга носило исключительно чувственный, а не суеверный характер.

Сюнга также служила в качестве своеобразной «инструкции» для сыновей и дочерей богатых семей, которым предстоял брак. Впрочем, у этой версии тоже есть противники — зачастую любовники, изображенные на сюнга, занимались сексом в таких позах, что наличие у них костей вызывало серьезные сомнения. Не говоря уже о том, что вряд ли молодая невеста будет рада узнать, как именно нужно заниматься сексом с осьминогом.

Кроме того, в Японии были и обычные «мануалы», где были даны более точные инструкции как относительно сексуального акта, так и касаемо интимной гигиены.

Персонажи сюнга

Хотя большая часть сюнга изображала сексуальные отношения между обычными людьми(горожанами, фермерами и купцами), изредка на картинах появлялись голландцы или португальцы.

Отдельным направлением сюнга можно считать изображение куртизанок. К примеру,художник Утамаро известен тем, что рисовал именно красавиц-куртизанок Токугава. В те дни среди населения куртизанки считались почти знаменитостями — как звезды Голливуда. Они излучали флер эротизма и недоступности — ведь только очень богатые люди могли себе позволить оплатить их услуги. Именно поэтому для многих мужчин куртизанки стали своего рода фетишем. Гораздо позже работы, изображающие куртизанок, были подвергнуты острой критике. Художников обвиняли в идеализации жизни проституток в «кварталах удовольствий». Тем не менее Утамаро пытался изобразить не только чувственную жизнь, но и внутренний мир куртизанки: многие из его персонажей, например, мечтают выйти замуж и сбежать от своей работы.

Еще одним частыми персонажами сюнга были актеры кабуки, которые нередко подрабатывали как жиголо, а дополнительный элемент эротизма состоял в их молодости. Нередко их изображали в компании мужественных самураев.

Миягава Иссо (Miyagawa Isshō), японский художник XVII века, часто изображал актеров кабуки и борцов сумо.

Но были среди изображений и очень странные. Пожалуй, одной из самых необычных и известных гравюр можно считать гравюру «Сон жены рыбака» серии «Томящиеся за любовь / Молодые саженцы сосны», созанную знаменитым художником Кацесики Хокусаем (Katsushika Hokusai, 1760−1849).

На изображении огромный осьминог делает куннилингус женщине (которая, как выяснилось, вовсе и не жена рыбака), а второй осьминог, поменьше, целует ее в губы. Это иллюстрация к истории Рико Эдо.

По легенде принцесса Таматори, чтобы спасти жизнь императора, должна была найти жемчужину Морского дракона. Это заметили охранники Драконы, осьминоги. В общем,слово за слово, завязалась между осьминогами и ныряльщицей такая сцена. На лице женщины не только (и не столько) страдание, сколько вполне приятные переживания.

Символика сюнга

Нередко сюнга сопровождалась написанными пояснительными текстами и диалогами. Но присутствуют и в изображениях другие, не такие прямолинейные символы. К примеру,бутоны цветов сливы означают девственность, а разложенная ткань — приближающуюся эякуляцию.

Любопытно, кстати, что люди на большей части сюнга изображены одетыми. Это происходит, потому что нагота у японцев не считается особенно привлекательной: они часто видят друг друга голыми в общественных банях. Кроме того, одежда помогает читателям отличать куртизанок и иностранцев. Принт на одежде также нередко несет в себе символику, а также привлекает внимание к обнаженным частям тела — обычно гениталиям.

Сюнга: Утонченная пикантность и абсолютная вульгарщина на японских гравюрах «для взрослых», которые рисовали 12 веков назад - Искусство

Художник Утамаро Китагаву. Сюнга «Поэма о подушке».


Уже ни для кого не секрет, что в Японии отношение жителей ко всему откровенному весьма и весьма особое. В том числе и к эротическому искусству - сюнга, которое имеет очень глубокие корни и свою многовековую историю, уходящую в древние времена. За 12 столетий культ эротических картинок, так востребованных в Стране Восходящего Солнца, трансформировался в высокое искусство, которое в начале 19 века шокировало и покорило весь мир.

«Весенние картинки»

«Сюнга: откровенное искусство Японии».

Искусство - сюнга, в переводе с японского дословно означает «весенние картинки». Хотя по своей сути они не имеют ничего общего с этим временем года. Это - эротические изображения, ставшие популярными в эпоху Эдо (1603—1868).

«Сюнга: откровенное искусство Японии».

Однако впервые сюнга появились в Японии задолго до этого периода. Стоит отметить важный факт, что сюнга пришла в Страну Восходящего Солнца из соседней Поднебесной и, что в основу этого жанра, были положены иллюстрации из китайских медицинских пособий. Они то и перекочевали в Японию к концу 8 века, а уже к началу 9 столетия началось становление и распространение сюнга как эротического пособия.

«Сюнга: откровенное искусство Японии».

В большинстве своем она носила интимный характер, отражающий чувственный физический контакт, наполненный любовью и лаской между любовниками. С тех пор сюнга на века вошла в жизнь японцев и, как вид искусства, весьма и весьма популярна и по сей день.

«Сюнга: откровенное искусство Японии»

Как правило, «весенние картинки» имели вид брошюр, а немногим позже - гравюр, весьма разнообразных по своей тематике и стилю, отражающие как утончённые интимные моменты, так и абсолютно вульгарные сцены. Из-за слабого развития печатного производства в средние века дорогостоящую сюнга могли себе позволить лишь состоятельные японцы. И лишь с развитием технического прогресса это искусство стало распространяться массово.

«Сюнга: откровенное искусство Японии».

Когда во второй половине 19 века европейцы «открыли» для себя Страну Восходящего Солнца, заодно произошло и знакомство с различными направлениями в искусстве. На ряду с благопристойным жанром гравюры укиё-э, изображающим прелестных гейш, тяжеловесов-борцов сумо, актеров театра Кабуки, различные бытовые сценки, и японскую природу жители Европы и Нового Света увидели и эротический жанр сюнга, приведшим их в шок.

«Сюнга: откровенное искусство Японии».

Однако «Весенние картинки», воспевающие интимные стороны жизни, японцы долго скрывали от европейцев, так как это была практически классика японской порнографии. В Европе процветание такого жанра считалось немыслимым, а массовость распространения эротической живописи среди японцев считалась вообще чудовищной.

Идзанаги и Идзанами - мифологические герои Японии.

А объяснить массовое увлечение эротическими картинками можно было древнейшими традициями Японии, где не существовало такого понятия - как «первородный грех». По традиционным японским преданиям весь белый свет произошел от любви двух божеств, почитаемых японцами: Идзанаги и Идзанами, соединенными космической и в том числе сексуальной гармонией, которая и приравнивалась к естественной потребности человека в еде, воде и сне.

«Сюнга: откровенное искусство Японии».

Веками взаимоотношения мужчин и женщин в Японии были свободными, и если чувства между парой охладевали, любовники без всяких предрассудков искали себе новых партнеров. Этим и объяснялось распространенное многобрачие у японцев. Эти отношения и нашли воплощение в их традиционном изобразительном искусстве.

Спрос всегда рождает предложение

«Сюнга: откровенное искусство Японии».

В Средневековье сюнга печаталась на бумаге низкого сорта, да и качество полиграфии оставляло желать лучшего. Но зато тиражи были такими огромными, что приносили неимоверные доходы. Как правило, весенние картинки издавались в виде альбомов из 12 листов, с изображением порнографических комиксов, связанных по смыслу. Они несли в себе три цели, которые способствовали сексуальному образованию японцев, развлечению и получению удовольствия, то есть побуждали жителей Японии к посещению «веселых кварталов».

«Сюнга: откровенное искусство Японии».

И что примечательно, первая и последняя страницы обложки альбома были вполне пристойны. На первой изображалась сцена встречи любовнииков, на последней — их прощание. Ну а то, что было в середине - изображения сплошных плотских утех.

«Сюнга: откровенное искусство Японии»

С развитием технологий книгопечатания издательства, к радости покупателям, черно-белые изображения сменили на яркие и красочные. К тому же сюнга стала сюжетом для гравюр, которые могли себе позволить состоятельные жители. К тому же гравюры сразу же оценили европейские и американские коллекционеры и начали их скупать для своих коллекций.

Особенность эротических картинок сюнга

Эротические картинки кардинально отличаются от традиционных европейских рисунков, имеющих в своей основе реализм и зарисовками с натуры.

«Сюнга: откровенное искусство Японии».

И что немало удивляет непосвященного зрителя так это то, что в большинстве своем пары изображены одетыми. Потому как одежда демонстрировала степень богатства и способствовала привлечению внимания, в том числе и в плане секса. Легкие струящиеся шелка, из которых были сшиты одежды гейш, бесспорно привлекали восхищенные взоры мужчин. А слегка оголенные тела казались наиболее сексуальными и желанными, нежели те, которые были обнажены полностью. Поэтому на большинстве гравюр сюнга люди изображались полуодетыми.

«Сюнга: откровенное искусство Японии».

Ну а те участки тела которые оголялись японскими художниками анатомически выглядели весьма и весьма далекими от реальности. Распахнутые полы кимоно приоткрывали половые органы партнеров нереально огромных размеров.

«Сюнга: откровенное искусство Японии».

Европейская публика подшучивала над японцами, называя такие рисунки «несбывшейся мечтой японского мужчины». К тому же сами позы тел любовников, с нереально вывернутыми спинами, ногами и руками, говорят о неуемной фантазии мастеров сюнга.

«Сюнга: откровенное искусство Японии».

На множестве рисунков сюнга запечатлен морской секс-символ Японии - осьминог, с которым связано множество древних поверий. Одно из таких - легенда о гейше Наруко, подававшей блюдо из осьминога к обеду мужчине, с которым готова была вступить в половую связь.

«Сюнга: откровенное искусство Японии».

И наконец, хочется отметить то, что художники японской сюнга не понаслышке знали о традициях веселых кварталов Японских городов. Они частенько сами были героями сценок из их жизни. И все, что видели воочию, они переносили в свое творчество.

«Сюнга: откровенное искусство Японии».

Таким образом мастерство живописцев с течением веков возвело дешевые порнографические рисунки в ранг высокого искусства. В наши дни шедевры японской сюнга хранятся в лучших музеях мира.

Путеводитель по японскому искусству • Arzamas

Искусство

Гравюра, каллиграфия и живопись: Arzamas составил инструкцию, как смотреть японское искусство

Автор Анна Егорова

Европейцы познакомились с японским искусством во второй половине XIX века, после вторжения американской эскадры коммодора Мэттью Перри в 1853 году. На международных выставках оно произвело фурор, и в моду тут же вошло все японское: кимоно, ширмы, фарфор, гравюры. «Японизм» проник в европейскую живопись и декоративно-прикладное искусство, повлияв на импрессионистов, постимпрессионистов и мастеров ар-нуво. И все же для большинства японское искусство оставалось диковинкой: картины казались незаконченными эскизами, свитки напоминали обои, а гравюра — карикатуру. И даже сегодня многие аспекты японского искусства не вполне понятны западному зрителю. Как же его понимать?

Живопись

Японская живопись опиралась на принципы, разработанные в Древнем Китае: система жанров, мировоззренческие основы живописи, символизм и многие другие чисто художественные средства были заимствованы с континента одновременно с буддизмом. Система жанров разительно отличалась от евро­пей­ской. Даже самый, казалось бы, понятный — пейзаж — в традиции Дальнего Востока имеет свои особенности.

Что такое японский пейзаж
Хаттори Нанкаку. Пейзаж. Период Эдо, не позднее 1759 года Wikimedia Commons

Главная идея спрятана в названии: японское слово сансуй и китайское шань-шуй переводятся как «горы и воды». Это не портре­тирова­ние какого-то уголка природы, но создание образа идеального космического порядка, опирающегося на натур­филосо­фию  Натурфилософские представления диктуют и особенности других жанров — например, «цветов и птиц», а также «цветов и насеко­мых» и даже декоративной живописи на ширмах, раздвижных перегородках и стенах.. Горы и воды — репрезентация противоположностей, составляющих движительную силу Вселенной. Мужское и женское начала, твердое незыблемое и мягкое изменчивое, светлое и темное (все то, что скла­дывается в пару ян и инь) — противоположности, бесконечно порождающие друг друга и присутствующие друг в друге, формируют гармонию мироздания, отражение которой (а заодно утверждение) и есть главная задача художника. Восточный пейзаж, как правило, умозрительный, это плод кабинетной работы художника-мыслителя. Реалистичность, схожесть, копирование природы, которые стали основой классической живописи Запада, не имели для японцев безусловной ценности.

Как читать свитки

Формат горизонтального или вертикального свитка связан с формой рулона шелка — одного из самых ранних носителей письменности на Дальнем Востоке. Живопись на свитках шелка или бумаги не имеет рамы; четкой границы между изображением и окружающим пространством нет. Именно поэтому у первых западных коллекционеров и возникла ассоциация с обоями. Европейскому взгляду оказалось сложно приспособиться и к технике живописи, и к организа­ции пространства в изображении. В классической японской живописи прост­ранство выстраивается с помощью особой системы приемов. Четко обозначен­ные деталями (постройками на берегу, лодками на воде и т. д.) или тональ­ны­ми акцентами планы композиции на вертикальных свитках легко расслаива­ются, часто отделенные друг от друга туманными полосами пустоты. Эти паузы в изображении и диагональные композиции помогают неторопливо переходить от рассматривания первого плана к дальним, создавая эффект глубины пейзажа.

Сюгэцу. Пейзаж в китайском стиле. Не позднее 1529 года Honolulu Museum of Art

В горизонтальных свитках, рассчитанных на медленное рассматривание по ходу чтения справа налево, этот «временной» аспект живописи еще более очевиден. В пейзаже мастера Сюгэцу зритель «входит» в изображение из пустого пространства воды и неба в правой части свитка, беседует с поэтами и мудрецами на скалистом берегу, любуется старой сосной и «поднимается» в беседку, откуда перед ним открывается вид на темный абрис пологих гор на втором плане, а потом, глубже и выше, — на дальние вершины третьего плана, подернутые дымкой.

Почему дома изображены без крыш

Отсутствие в классическом репертуаре дальневосточной живописи сцен в замкнутых помещениях и городских пейзажей делало неактуальной линейную перспективу. А там, где следовало придерживаться строгих геометрических форм, на помощь как художнику, так и зрителю вновь приходило воображение.

В японской живописи ямато-э с эпохи Хэйан (794–1185) для изображения сцен в дворцовых покоях использовался прием «интерьера со снятой крышей», когда художник и зритель смотрели на происходящее в дворцовых залах сверху, словно заглядывая в кукольный домик и видя фрагмент помещения со скошен­ными балками, занавесями и сидящими в них героями.

Иллюстрация к одной из глав «Повести о Гэндзи» Мурасаки Сикибу. Около 1130 года 徳川美術館 (Художественный музей Токугава)

Этот прием, появившийся еще в ХII веке в иллюстрированных свитках (так называемых эмакимоно), позднее широко применялся в росписи ширм или по­движных перегородок фусума в дворцовых и замковых интерьерах. Японские мастера вообще любили взгляд с высоты птичьего полета, открывавший перед зрителями широкую картину празднеств, военных действий или городских видов. Чтобы подчеркнуть эту высокую точку зрения, удаленность объектов и их отделенность друг от друга, использовался прием ункин. Купы деревьев, показанных как бы сверху, или декоративные позолоченные стилизованные облака позволяли разделить плоскость изображения на регистры и планы. Сам термин ункин состоит из иероглифов «облако» и «парча»: это отсылка к пыш­ным облакам цветущей сакуры и парче осенних краснеющих кленов, сквозь которые показаны пейзажи.

Монах Юкинаги. Императорское шествие в Охару (иллюстрация к «Повести о доме Тайра»). Период Эдо, начало XVII века The Metropolitan Museum of Art

Отделенные друг от друга фрагменты императорской процессии кажутся раз­не­сенными в пространстве, и каждое из них обладает собственной перспек­ти­вой. Художник следует принципу «подвижного ракурса», когда в одном произ­ведении действует множество точек зрения и точек схождения перспек­тивы.

Саэн Хосай (Сиюа Фанци). Майна на ветке сливы. Период Эдо, XVIII век The Metropolitan Museum of Art

Что же касается моделирования объема предметов, то переходы от насыщен­ного цвета туши к акварельной прозрачности были призваны не столько передать реальные светотеневые соотношения, сколько выявить «костяк» формы, который может внушить ощущение объема. А живописный фон часто вовсе исчезает из изобразительного текста, заставляя поверхность бумаги или шелка работать как бесконечное пространство.

Каллиграфия

Хакуин Экаку. Доблесть. Период Эдо, середина XVIII века The Metropolitan Museum of Art

Практически все принципы дальневосточной живописи так или иначе приме­нимы к произведениям каллиграфии — искусству красивого письма. Первая причина этого родства лежит в общности материалов и инструментов письма и живописи. Кисть и тушь, бумага или шелк диктуют одни и те же особенности визуального языка: мазок, формирующий абрис гор или ствол бамбука, мало чем отличается от черты в написании иероглифа. В письме и живописи движе­ния руки художника одинаковые. Также одинаково мастер регули­рует толщину и яркость линии или пятна нажатием на кисть, скоростью пись­ма, насыщением кисти водой.

Вторая причина — сложная природа иероглифа. Иероглиф обладает формой, цветом, композиционной связью с форматом произведения и другими эле­мен­тами изображения. Как письменный знак, восходящий к пикто­грамме — схема­тизированному, упрощен­ному изображению реального объекта, — он сохра­няет далекую связь с формой предмета или природ­ного явления (и наибо­лее близкими к пикто­грамме остаются иероглифы, обозначающие устойчивые при­родные формы: гору, воду, огонь, человека и другие). Как знак письмен­нос­ти он обладает фонетическим звучанием и значением, которое связано с целым рядом литературных, религиозных или философских ассоциаций.

Системы почерков: кайсё, гёсё и сосё
Шестистворчатая ширма с каллиграфией китайской поэзии в стиле гёсё. Япония, XIX векNaga Antiques Gallery

Каллиграф Дальнего Востока создает каллиграфическое произведение, не просто чтобы зафиксировать смысл, но чтобы выразить и воплотить идею отдельного слова, целого стихотворного или прозаического произведения. При этом, как правило, он связан устоявшимися формами письменных знаков: основой каллиграфии является система почерков, каждый из которых обладает смысловыми нюансами и соответствует замыслу автора.

Нейтральный и легко читаемый уставной стиль кайсё ближе всего к печатным знакам; «полукурсив» («бегущий стиль») гёсё — свободнее и выразительнее, динамичнее и гибче: движения кисти тут более плавные и слитные. Но наи­боль­­шим выразительным потенциалом обладает сосё, или «травяное пись­мо», в котором отдельные знаки сливаются в плавно изгибающиеся строки, похожие на спутавшиеся или стелющиеся травы. Каллиграф сокращает письменные знаки, опуская или объединяя мелкие элементы.

Хонъами Коэцу. Каллиграфия стихотворения из сборника «Син кокин вака-сю», украшенная изображениями оленей, в стиле сосё. Не позднее 1637 года MOA美術館 (Художественный музей в Атами)

Иероглифическая письменность пришла в Японию из Китая. Чтобы приспо­собить ее к японскому языку, к концу первого тысячелетия были созданы две слоговые азбуки — хирагана и катакана, которые дополняли иероглифические тексты. Знаки письменности хирагана, часто встречающиеся в каллиграфии наравне с иероглифами, составляли особый связный стелющийся текст, кото­рый у великого мастера ХVII века Хонъами Коэцу превращает строки стихов в продолжение свисающих побегов плюща или травы и кустарник, в которых пасутся олени.

Текст, изображение и иероглиф

1 / 2

Хакуин Экаку. Два слепца переходят по мосту-бревну. Период Эдо, не позднее 1768 года萬葉庵 The Manyo'an Collection of Japanese Art

2 / 2

Хакуин Экаку. Хитомаро. Период Эдо, не позднее 1768 года萬葉庵 The Manyo'an Collection of Japanese Art

За этой самой общей классификацией стилей, или почерков, стоит огромное разнообразие авторских вариаций. Один знак может быть написан по-разному даже у одного мастера, поскольку в каждом новом случае он будет выражать новую идею и новый аспект явления. Именно родство каллиграфии и живо­писи, гибкость японской письменности, связь каллиграфии с литературой и поэзией породили уникальные японские синтетические жанры. Хайга — это небольшой живописный набросок на тему японского трехстишия с каллигра­фией. Дзэнга — каллиграфия и живопись буддийской школы дзен, призванная в лаконичной и часто парадоксальной форме выразить суть учения. Этот синтез проявляется в органичном и порой изобретательном сочетании живо­писи и каллиграфии. Так, дзенский художник Хакуин Экаку (1685–1768) как одну горизонтальную черту проводит бревно-мост, перекинутый через поток. У него же широкие и плавные мазки, формирующие абрис одежд великого поэта Какиномото Хитомаро, одновременно являются и изображе­нием, и каллиграфией, частью текста.

Сэнгай Гибон. Вселенная. Не позднее 1837 года 出光美術館 (Художественный музей Идэмицу)

Экстравагантная манера письма дзенских мастеров иногда делала иероглиф практически нечитаемым, а вера в способность знака передавать суть сложных философских идей породила такие, казалось бы, современные художественные формы, как абстрактная живопись. Сложно определить, к какому виду искус­ства — живописи или каллиграфии — отнести знаменитый свиток Сэнгая Гибона (1750–1837), получивший на Западе условное название «Вселенная».

Гравюра

Гравюра укиё-э, «картины изменчивого мира», стала, пожалуй, самым ярким явлением городской культуры XVII–XIX веков. Именно с бытованием в город­ской среде связано и жанровое многообразие гравюры, и особенности ее художественного языка.

Жанры: красавицы, герои, актеры и пейзажи

1 / 3

Судзуки Харунобу. Влюбленные под зонтом в снегопад. Около 1767 годаArt Institute of Chicago

2 / 3

Китагава Утамаро. Ханацума из дома Хёгоя. Период Эдо, 1794 год東京国立博物館 (Токийский национальный музей)

3 / 3

Утагава Куниёси. Миура Дзироэмон Камэцукэ (из серии «47 преданных вассалов»). Около 1847 годаKuniyoshi Project

Наиболее известными жанрами печатной графики Японии стали изображения красавиц бидзин-га, портреты актеров театра кабуки и изображение сцен из спектаклей якуся-э, героический жанр муся-э, пейзажи фукэй-га, поздрави­тельные листы суримоно и эротическая гравюра сюнга. Эта тиражная художе­ственная продукция выполняла функции рекламы, афиши, постера и, разу­меется, служила развлечению, а порой и просвещению.

Художественный язык гравюры должен был быть максимально ясным и выра­зительным, автор должен был ухватить типичное или, наоборот, уникальное (в той же степени, в которой живописец должен был показать идею пейзажа, а каллиграф — иероглифа). Стремление граверов к простой вырази­тельности изображения и возможности резчиков, переносивших их эскизы на деревянные доски, привели к формированию особого стиля японской гра­вюры с присущей ей игрой линий и пятен цвета и обобщенностью форм  Некоторые подобные обобщения имели в искусстве Японии глубокие корни. Еще в живописи свитков «Гэндзи-моногатари» для изображения миниатюрных лиц героев использовался прием «хикимэ-кагихана (кагибана)» — «глаз штрихом — нос крюч­ком».. Основную информа­цию о героях, а также об их настроении и чувствах несли композиционные приемы, костюмы, колористическое решение. Так, в «портретах» красавиц прославленного Китагавы Утамаро (ок.  1753 — 1806) героиня узнавалась не по внешнему сходству, а благодаря платью, аксессуарам, гербам и, конечно, текстам, сопровождающим гравюру.

Что касается гротескно яростных поз и физиономий прославленных героев, то они восходят к иконографии гневных буддийских божеств — и словно стя­нутая кверху кожа головы, и резко поднятые углы глаз под сведенными бро­вями, и открытый рот, и преувеличенная, порой фантастическая муску­латура должны были подчеркивать сверхъестественную силу и божест­венную ярость таких героев. Так изобразил одного из 47 преданных вассалов Утагава Куниёси (1798–1861), признанный мастер гравюры муся-э.

В то же время бидзин-га и муся-э были связаны с театром кабуки — с его утри­рованными сценическими движениями, выразительными позами и броскими костюмами.

Почему власти боялись гравюру

1 / 3

Кацусика Хокусай. Большая волна в Канагаве. 1832 годThe Metropolitan Museum of Art

2 / 3

Утагава Хиросигэ. Мoст Суидо и Саругадай (из серии «100 знаменитых видов Эдо»). 1857 годFreer Gallery of Art

3 / 3

Утагава Хиросигэ. Лунная сосна в Уэно (из серии «100 знаменитых видов Эдо»). 1857 годГосударственный Эрмитаж

С усложнением техники многоцветной печати в XVIII веке гравюра превра­щается в сложное художественное произведение, предмет любования и кол­лекционирования. За ней стоит мир японской городской культуры с его слож­ной иерархией, особым языком иносказаний, аллюзий, символов, своей мифо­логией, специфическим духом свободы (или ее иллюзии в жестко устроенном феодальном мире Японии) и особой эстетикой. Эта эстетика нашла выражение в понятии ики, олицетворявшем свободу от условностей и откры­тость к воз­можностям. Эстетика ики чужда вульгарности, но наполнена глубоким пережи­ванием полноты жизни, напряженностью восприятия каждого момента. Это именно то, что также заключалось в понятии укиё (изменчивый бренный мир), ставшем общим названием японской гравюры.

Гравюра никогда не считалась высоким искусством и, напротив, вызывала опасения японского военного правительства как продукция, способствующая моральному разложению и вольнодумству. Как любая печатная продукция, укиё-э проходила цензуру, и многие темы попадали под запрет. Дух ики, несом­ненно содержавший протестное начало, к новому прочтению традицион­ных повествовательных приемов в гравюре, например уподобления митатэ, когда запрещенные сюжеты и герои появлялись в печатных листах в «под­ставных» образах, а события преподносились в иносказательной форме.

Эти запреты на некоторые жанры, вкупе с так называемыми «Указами против роскоши»  «Указы против роскоши» — ряд законов, введенных военным правительством Току­гава (1603–1868), которые ограничивали владение предметами роскоши для разных социальных слоев, в том числе регламен­тировали использование дорогих тканей, драгоценных материалов, стоимость некото­рых ремесленных и художественных изде­лий. , особо строгими в 1840-х годах, значительно меняли репертуар гравюры и влияли на палитру. Но те же ограничения вызвали расцвет пейзаж­ной гравюры, в которой блистательно работали такие мастера, как Кацусика Хокусай (1760–1849) и Андо Хиросигэ (1797–1858). Их серии пейзажей, объеди­ненные единой темой — будь то виды на гору Фудзи, окрестности столицы или дорога Токайдо, соединяющая Эдо (Токио) и Киото, — не только прослав­ляли достопримечательности Японии, но и были своеобразными виртуальны­ми путешествиями для горожан, ограниченных в передвижениях по стране. Надо ли говорить, что многие из этих видов были так же умозри­тельны, как и философские пейзажи живописцев прославленных школ.

Как возникли новые жанры

1 / 2

Пара грабителей. Иллюстрация из «Токийской газеты» от 26 ноября 1872 годаnishikie.com

2 / 2

Цукиока Ёситоси. Девочка успокаивает лошадь, накинув ей на морду свою куртку. Иллюстрация для газеты «Почтовые новости» № 472 от 1875 годаLACMA

Именно в гравюре разных жанров проявилось отдаленное влияние западного искусства, в том числе и попытки применения прямой линейной перспективы, оказавшейся актуальной в театральных интерьерах и городских пейзажах. Но, несмотря на гибкость и способность к переменам, гравюра укиё-э была так тесно связана с реалиями японской жизни эпохи Эдо (1603–1868), что после коренных изменений Японии с реставрацией Мэйдзи  Реставрация, или революция, Мэйдзи — политические, военные и социально-эконо­мические реформы в Японии 1868–1889 го­дов. В результате этих изменений из от­ста­лой аграрной страны Япония преврати­лась в одно из ведущих государств мира.  в 1868 году она испы­тала кризис. Появление фотографии и снижение спроса на прежние темы укиё-э привели к появлению двух художественных форм. Син-ханга — новая гравю­ра, создававшаяся по старой схеме разделения труда всех участников процесса, но изображавшая новые реалии современной Японии. Сосаку-ханга — автор­ская гравюра, в которой один мастер вел все этапы производства, от наброска до печати. Прежде актуальные темы потеряли свою насущность, и появились новые: с развитием периодической печати в Японии в 1870-е годы возникли «новые парчовые картины» (син-нисикиэ) как приложения к газетам, в привыч­ной форме информировавшие читателей о сенсационных, скандальных или просто любопытных событиях. В этом жанре работал и последний боль­шой мастер гравюры Цукиока Ёситоси (1839–1892), и целый ряд его совре­мен­ников.

Декоративно-прикладное искусство

В японском прикладном искусстве нарочито скромные, если не грубые пред­меты сосуществуют с вызывающе роскошными вещами. В зависимости от предпочтений западного зрителя первое может расцениваться как народное ремесло, интересное лишь в этнографическом аспекте, а второе — как резуль­таты пагубного внешнего влияния и экспортного стиля, спрос на который возник на Западе после революции Мэйдзи. Однако на самом деле и то и дру­гое — отражение разных аспектов японской культуры и много­образия эстети­ческих систем, сосуществующих в Японии.

Керамика
Сёню. Чайная чаша. Мастерская Раку. Период Эдо. Около 1700 годаКерамика, черная глазурь.
Museum für Asiatische Kunst, Berlin

Под японским стилем в прикладном искусстве сегодня часто подразумевают минимализм и лаконичность художественного языка. Благодаря популяриза­ции чайной церемонии и икебаны на Западе стали известны такие эстети­чес­кие категории этих искусств, как ваби — безыскусность, непритязатель­ность, даже кажущаяся грубость, и саби — меланхоличное очарование старины. Особенно ярко эти представления о красоте выразились в керамике, и этало­ном ваби в керамике по праву считаются произведения мастерской Раку, с XVI века работавшей в Киото. Непритязательность чайной керамики ваби сродни нарочитой небрежности и грубости живописи дзэнга: за ней стоит осознанная и возведенная в эстетический и этический идеал идея сущности вещи и содержания понятия «красота». Для адептов дзена поистине прекрасная вещь не принадлежала системе противопоставлений «прекрасное — безобраз­ное», а являла собой нераздельную, целостную природу Будды. Для последо­вателей чайной церемонии тя-но ю предметы, участвующие в чайном действе, помимо функциональности и удобства должны были быть философскими собеседниками.

 

Японская керамика — в подкасте «Зачем я это увидел?»

Как нелепые и кривоватые горшки стали национальной гордостью и символом страны? И какие идеи за ними стоят?

Сибуй и карэй

1 / 2

Интерьер японского дома в стиле сибуй. Фотография Бернара Лангийе. Йокогама, 2013 год© Bernard Languillier

2 / 2

Шкатулка для бумаг в стиле карэй. Период Адзути-Момояма, начало XVII векаThe Metropolitan Museum of Art

Однако принципы ваби и саби появились и имели ценность в ограниченном социальном и интеллектуальном кругу и не могут представлять японскую эстетику в целом. При сёгунах Асикага в XIII веке в Киото, императорской столице Японии, утонченная роскошь описывалась словом сибуй. Это прила­гательное, в зависимости от контекста, можно перевести как «терпкий», «приглушенный», «тонкий», «со вкусом» (содержание этого «вкуса» часто сравнивали со вкусом хурмы). К XVII веку красота сибуй стала предполагать элегантную сдержанность и благородство, отсутствие эксцентричности или вульгарности. Это определение подходит к интерьерам традиционного японского дома, в котором цвет старого дерева сочетается с деталями пати­нированного металла, а бумажные окна пропускают мягкий свет без ярких бликов. По отношению к человеку сибуй означает «скромный и полный достоинства», а образ жизни сибуй подразумевает умение наслаждаться простыми вещами и видеть красоту в окружающем мире.

Однако ни фарфор с полихромной росписью, ни лаковые изделия уруси с зо­лотым декором, ни яркие кимоно и аксессуары не попадают под определение ваби и саби или сдержанной красоты сибуй. Противоположное этому духу уме­ренности понятие карэй, «пышная (цветущая) красота», с IX века использо­ва­лось для описания церемоний императорского двора эпохи Хэйан (794–1185). Позднее и церемониальное платье, и костюмы театра Ногаку, золотофонные ширмы, лаки отвечали представлению о роскоши аристократии и попадали в эстетическую категорию карэй.

Кабуку
Фурута Орибэ. Чайная чаша формы куцугата («смятого башмака»). Период Адзути-Момояма. Начало XVII века The Metropolitan Museum of Art

Представления о пышной красоте карэй и спокойной элегантности сибуй, не­смотря на заметную разницу в содержании и визуальных воплощениях с ваби и саби, предполагали следование нормам социального поведения своего вре­мени. Философу и интеллектуалу, стремящемуся к идеалу древнего мудреца, следовало окружать себя вещами утонченными и сдержанными, аристокра­тия же должна была демонстрировать блеск своего положения. В то же время в искусстве Японии, в том числе прикладном, есть и гротеск, и экстравагант­ность — все то, что вызывало у образованных японцев осуждение и возмуще­ние.

Одним из возмутителей эстетического спокойствия был городской театр кабуки, оформившийся как особый театральный жанр в начале XVII века. Само название несло явно негативную оценку того, что творилось на сцене: оно про­исходило от глагола кабуку, означающего «отклоняться, кривляться, вести себя вызывающим и неподобающим образом». Позднее название театра стали запи­сывать другими иероглифами, чтобы слово можно было прочитать как «песня, танец, мастерство», но понятие кабуку стало обозначать не только яркие дина­мичные представления, но и особый стиль в прикладном искусстве. Таким «отклонением», например, была чайная утварь Фуруты Орибэ (1544–1615), которая отличалась преувеличенно искаженными и экстравагант­ными форма­ми, контрастными сочетаниями цветов, броским, намеренно грубоватым деко­ром. Эта нарочитость была чужда органичности старой чайной утвари и порой вызывала осуждение. Но Орибэ создавал свой дизайн уже в иных исторических условиях, чем основоположники стиля Раку, и дерзкие формы его керамики были одинаково эпатирующими как для чайных мастеров стиля ваби, так и для военной аристократии, устанавливав­шей в то время правление последней династии сёгунов Токугава.

Басара

1 / 4

Мужские доспехи в стиле басара. Япония, XVIII векThe Metropolitan Museum of Art

2 / 4

Кусама Яёй. Работа из серии «Сон, который мне приснился». 2014 год© 草間 弥生 (Кусама Яёи) / 예술의전당 (Центр искусств Сеула)

3 / 4

Кусама Яёй. Работа из серии «Сон, который мне приснился». 2014 год© 草間 弥生 (Кусама Яёи) / 예술의전당 (Центр искусств Сеула)

4 / 4

Такаси Мураками. «В 500 Архатов». © 村上 隆 (Такаси Мураками) / Arthive

Стремление к экстравагантности, а вернее к сильному эмоциональному воз­действию, почти шокирующему и внушающему смятение, разрушающему все эстетические конвенции традиционного японского общества, руководило многими художниками и ремесленниками, создававшими и живописные свитки, и доспехи самураев или предметы воинского снаряжения.

Применительно к подобным брутальным экзальтированным внешним формам использовали слово басара, изначально — имя одного из Двенадцати небесных генералов, божеств гневной формы, охраняющих престол Будды. Специалисты и галеристы склонны видеть эстетику басара даже в работах современных японских художников, восстающих против любых авторитетов в искусстве, классических принципов живописи, привлекающих маргинальные сюжеты и образы или создающих китч. Ярким примером может служить Такаси Мураками, чья выставка в Москве вызвала много дискуссий, или Кусама Яёй, чьи работы в керамике, инсталляции и живописи вполне укладываются в систему басара.

Все эти представления о смысле и функции искусства, о красоте — далеко не исчерпывающий список принципов, лежащих в основе искусства Японии. Для его понимания нужно учитывать не только разницу эстетических и худо­жественных принципов Востока и Запада, но и исключительное разнообразие внутри самой японской художественной культуры — родст­венную близость к континентальным культурам Китая и Кореи, удивительную способность к адаптации внешних идей, сложное синкретическое мировоззре­ние японцев, особенности истории и богатство мифологической, фольклорной и лите­ратур­ной традиций.

Можно ли воспринимать японское искусство, не имея представления о его основах, истории и языке? Конечно. Так и происходит с большинством зри­телей, восхищающихся гравюрами Хокусая или пышными вышивками на ки­моно. Но они открывают в японском искусстве прежде всего нечто свое. Зна­ние же принципов творчества и восприятия, исходных функций произве­дений и технических особенностей в конечном счете помогают постичь смысл, кото­рый эти произведения несли при своем рождении для самих японцев. А это означает приблизиться к адекватному пониманию японского искусства.

посмотрите наш большой видеокурс о японии

 

Как понять Японию

Александр Мещеряков о главных японских символах и о том, как менялось к ним отношение японцев под влиянием европейской цивилизации

Изображения: Утагава Куниёси. Гравюра из серии «Известные виды восточной столицы». 1834 год
LACMA

микрорубрики

Ежедневные короткие материалы, которые мы выпускали последние три года

Архив

ПЛЫВУЩИЕ В МИРЕ :: ВЕСЕННИЕ КАРТИНКИ "СЮНГА"

? LiveJournal
  • Main
  • Top
  • Interesting
  • 235 ideas
  • 2020
  • Disable ads
Login
  • Login
  • CREATE BLOG Join
  • English (en)
    • English (en)
    • Русский (ru)
    • Українська (uk)
    • Français (fr)
    • Português (pt)
    • español (es)
    • Deutsch (de)
    • Italiano (it)
    • Беларуская (be)

Величайшие японские художники в стиле укиё-э

Любите ли вы японскую живопись? Как много вы знаете о знаменитых японских художниках? Давайте рассмотрим с вами в этой статье наиболее известных художников Японии которые творили свои произведения в стиле укиё-э (浮世絵). Этот стиль живописи получил свое развитие с периода Эдо. Иероглифы, которыми записывается этот стиль 浮世絵 дословно означают «картины (образы) изменчивого мира», подробнее об этом направлении живописи вы можете прочитать в этой статье.

Хисикава Моронобу (菱川 師宣, 1618-1694). Считается основателем жанра укиё-э, хотя, на самом деле, он всего лишь первый мастер, о жизни которого сохранились биографические сведения. Моронобу родился в семье мастера по окраске тканей и вышивке золотыми и серебряными нитями и долгое время занимался семейным ремеслом, поэтому отличительной чертой его работ являются красиво декорированные одежды красавиц, дающие прекрасный художественный эффект.

Переехав в Эдо, он сначала самостоятельно изучал приёмы живописи, а затем его обучение продолжил художник Камбун.

До нас дошли, в основном, альбомы Моронобу, в которых он изображает исторические и литературные сюжеты и книги с образцами узоров для кимоно. Также мастер работал в жанре сюнга, а среди отдельных работ сохранилось несколько с изображением прекрасных женщин.

Тории Киёнага (鳥居清長, 1752-1815). Признанный в конце 18 века мастер Сэки (Сэкигути) Синсукэ (Исибэй) носил псевдоним Тории Киёнага, который он взял, унаследовав школу укиё-э Тории от Тории Киёмицу после смерти последнего.

Родился Киёнага в семье торговца книгами Сиракоя Исибэй. Наибольшую известность ему принёс жанр бидзинга, хотя начинал он с якуся-э. Сюжеты для гравюр в жанре бидзинга брались из повседневной жизни: прогулки, праздничные шествия, выезд на природу. Среди многих работ художника выделяются серии «Состязания модных красавиц из весёлых кварталов», изображающая Минами, один из «весёлых кварталов» на юге Эдо, «12 портретов южных красавиц», «10 видов чайных лавок». Отличительной чертой мастера была детальная проработка фонового вида и использование пришедших с Запада приёмов изображения света и пространства.

Первоначальную славу Киёнага получил при возобновлении в 1782 году серии «Образцы мод: модели, новые, как весенняя листва», начатой Корюсаем в 1770-е для издателя Нисимурая Ёхати.

Китагава Утамаро (喜多川歌麿, 1753-1806). На этого выдающегося мастера укиё-э оказали существенное влияние Тории Киёнага и издатель Цутая Дзюдзабуро. В результате длительного сотрудничества с последним вышло множество альбомов, книг с иллюстрациями и серий гравюр.

Несмотря на то, что Утамаро брал сюжеты из жизни простых ремесленников и стремился изображать природу («Книга о насекомых»), слава к нему пришла как к художнику произведений, посвящённых гейшам из квартала Ёсивара («Ежегодник зелёных домов Ёсивара»).

Утамаро достиг высокого уровня в выражении душевных состояний на бумаге. Впервые в японской ксилографии стал использовать погрудные композиции.

Именно творчество Утамаро повлияло на французских импрессионистов и способствовало интересу европейцев к японским гравюрам.

Кацусика Хокусай (葛飾 北斎, 1760-1849). Настоящее имя Хокусая — Токитаро. Наверное, самый широко известный по всему миру мастер укиё-э. На протяжении всего творчества использовал свыше тридцати псевдонимов. Нередко историки используют псевдонимы для периодизации его творчества.

Сначала Хокусай работал резчиком, работа которого ограничивалась замыслом художника. Этот факт тяготил Хокусая, и он начал искать себя как самостоятельный хужодник.

В 1778 году он стал учеником в студии Кацукава Сюнсё, специализировавшейся на гравюрах в жанре якуся-э. Хокусай был и талантливым, и очень прилежным учеником, всегда оказывавшим почтение учителю, а поэтому пользовался особым благоволением Сюнсё. Таким образом, первые самостоятельные работы Хокусая были в жанре якуся-э в виде диптихов и триптихов, а популярность ученика сравнялась с популярностью учителя. В это время молодой мастер уже настолько развил свой талант, что ему стало тесно в рамках одной школы, и после смерти учителя Хокусай покидает студию и изучает направления других школ: Кано, Сотацу (иначе — Коэцу), Римпа, Тоса.

В этот период художник испытывает значительные финансовые трудности. Но в это же время происходит его формирование как мастера, который отказывается от привычного изображения, которое требовало общество, и ищет свой собственный стиль.

В 1795 году свет увидели иллюстрации к поэтической антологии «Кэка Эдо мурасаки». Затем Хокусай пишет картины суримоно, которые тут же начали пользоваться популярностью, и многие художники принялись за их имитацию.

С этого периода Токитаро начал подписывать свои работы именем Хокусай, хотя некоторые его произведения выходили под псевдонимами Тацумаса, Токитаро, Како, Соробэку.

В 1800 году мастер стал называть себя Гакэдзин Хокусай, что означало «Безумный живописью Хокусай».

К известным сериям иллюстраций относятся «36 видов горы Фудзи», из которой наиболее выделяются «Победный ветер. Ясный день» или «Красная Фудзи» и «Большая волна в Канагаве», «100 видов горы Фудзи», вышедшая тремя альбомами, «Манга Хокусая» (北斎漫画), которую называют «энциклопедией японского народа». Художник вложил в «Мангу» все свои взгляды на творчество, философию. «Манга» является важнейшим источником по изучению жизни Японии того времени, так как включает множество культурных аспектов. Всего при жизни художника вышло двенадцать выпусков, а после его смерти — ещё три:

* 1815 — II, III

* 1816 — IV, V

* 1817 — VI, VII

* 1818 — VIII

* 1820 — IX, X

* 1834 — XI

* 1849 — XII

* 1849 — XIII (после смерти художника)

* 1874 — XIV

* 1878 — XV.

Искусство Хокусая повлияло на такие европейские направления, как ар-нуво и французский импрессионизм.

Каванабэ Кёсай (河鍋 暁斎, 1831 —1889). Использовал псевдонимы Сэйсэй Кёсай, Сюрансай, Байга Додзин, обучался в школе Кано.

В отличие от Хокусая, Кёсай был довольно развязным, что стало причиной его разлада с художником Цубоямой Тодзаном. После школы стал самостоятельным мастером, хотя иногда и посещал её в течение ещё пяти лет. В то время он писал кёга, так называемые «сумасшедшие картины».

Среди выдающихся гравюрных работ выделяют «Сто картин Кёсая». В качестве иллюстратора Кёсай создаёт в сотрудничестве с другими художниками изображения к новеллам и романам.

В конце 19 века в Японию часто наведывались европейцы. С некоторыми из них художник был знаком, и несколько его работ сейчас находятся в Британском музее.

Утагава Хиросигэ (歌川広重, 1797—1858). Работал под псевдонимом Андо Хиросигэ (安藤広重) и известен тонкой передачей природных мотивов и природных явлений. Первую картину «Гора Фудзи в снегу», которая сейчас хранится в музее Сантори в Токио, он написал в десять лет. Сюжеты ранних работ основывались на реальных событиях, происходящих на улицах. Его известные циклы: «100 видов Эдо», «36 видов горы Фудзи», «53 станции Токайдо», «69 станций Кимокайдо», «100 известных видов Эдо». На Моне и русского художника Билибина оказали большое влияние «53 станции дороги Токайдо», написанные после путешествия по восточно-приморской дороге, а также «100 видов Эдо». Из серии в жанре катё-га в 25 гравюр наиболее известен лист «Воробьи над покрытой снегом камелией».

Утагава Кунисада (歌川 国貞, известен также, как Утагава Тоёкуни III (яп. 三代歌川豊国)). Один из самых выдающихся художников укиё-э.

Уделял особое внимание актёрам кабуки и самому театру – это около 60% от всех произведений. Также известны работы в жанре бидзинга и портреты борцов сумо. Известно, что он создал от 20 до 25 тысяч сюжетов, в которые вошли 35-40 тысяч листов. К пейзажам и воинам он обращался редко. Утагава Куниёси(歌川 国芳, 1798 — 1861). Родился в семье красильщика шёлка. Учиться рисованию Куниёси начал в десятилетнем возрасте во время проживания в их семье художника Кунинао. Затем он продолжил обучаться у Кацукавы Сюнъэй, а в 13-летнем возрасте он поступает на обучение в мастерскую Токуёни. Первые годы у молодого художника дела идут неважно. Но после получения от издателя Кагая Китибэй заказа на пять гравюр для серии 108 героев Суйкодэн дела пошли в гору. Он создаёт остальных героев этой серии, а затем приступает к другим различным работам, и через пятнадцать лет он становится в один ряд с Утагавой Хиросигэ и Утагавой Кунисадой.

После запрета 1842 года на изображения театральных сцен, актёров, гейш и куртизанок Куниёси пишет свою «кошачью» серию, делает гравюры из воспитательной серии для домохозяек и детей, изображает национальных героев в серии «Традиции, мораль и благочиние», а к концу 1840-х — началу 1850-х годов после ослабления запретов художник возвращается к теме кабуки.

Кэйсай Эйсэн (渓斎 英泉, 1790-1848). Известен работами в жанре бидзинга. В его лучшие работы входят портреты типа окуби-э («большие головы»), которые считаются образцами мастерства эпохи Бунсэй (1818—1830), когда жанр укиё-э был в упадке. Художник написал много лирических и эротических суримоно, а также цикл пейзажей «Шестьдесят девять станций Кисокайдо», который он не смог довести до конца, и его закончил Хиросигэ.

Новизна в изображении бидзинга заключалась в чувственности, которой раньше не было у других художников. По его произведениям мы можем понять моду того времени. Также он издал биографии «Сорока семи ронинов» и написал ещё несколько книг, включая «Историю гравюр укиё-э» (Укиё-э руйко), содержащую биографии художников. А в «Записках безымянного старца» он описал себя как развратного пьяницу и бывшего владельца борделя в Недзу, сгоревшего дотла в 1830-е годы.

Судзуки Харунобу (鈴木春信, 1724-1770). Настоящее имя художника — Ходзуми Дзиробэй. Он является первооткрывателем полихромной печати укиё-э. Учился в школе Кано и изучал живопись. Затем под влиянием Сигэнага Нисимура и Тории Киёмицу его увлечением стала ксилография. Гравюры в два-три цвета изготавливались ещё с начала 18 века, а Харунобу начал писать картины в десять цветов, используя три доски и комбинируя три цвета – жёлтый, синий и красный.

Выделялся в изображении уличных сценок и картин в жанре сюнга. А с 1760-х был одним из первых, кто начал изображать актёров театра кабуки. Его работы оказали влияние на Э.Мане и Э.Дега.

Охара Косон (小原 古邨, 1877 — 1945). Его настоящее имя Матао Охара. Изображал сцены из русско-японской и китайско-японской войны. Однако после появления фотографии его работы стали продаваться плохо, и он начал зарабатывать на жизнь преподаванием в школе изящных искусств в Токио. В 1926 году Эрнест Феллоза, куратор отдела японского искусства в Бостонском музее, уговорил Охару вернуться к живописи, и художник начал изображать птиц и цветы, а его работы хорошо продавались за рубеж.

Дзякутю Ито (伊藤若冲, 1716 — 1800). Выделялся среди остальных художников эксцентричностью и образом жизни, заключающемся в дружбе со многими культурными и религиозными деятелями того времени. Изображал животных, цветы и птиц в весьма экзотическом виде. Был очень известен и принимал заказы на роспись ширм и храмовые картины.

Тории Киёнобу (鳥居 清信, 1664—1729). Один из важнейших представителей раннего периода укиё-э. Несмотря на большое влияние своего учителя Хисикавы Моноробу, стал основателем жанра якуся-э в изображении афиш и плакатов и изобрёл свой собственный стиль. Актёры изображались в специальных позах в роли храбрых героев и были окрашены в благородный оранжевый цвет, а злодеи были нарисованы в синих цветах. Для изображения страсти художник изобрёл особый тип рисунка мимидзугаки — это извилистые линии с чередованием тонких и толстых штрихов и совмещение с гротескным изображением мускулов конечностей.

Тории Киёнобу является основателем династии художников Тории. Его учениками были Тории Киёмасу, Тории Киёсигэ I, Тории Киёмицу.

А кто ваш любимый художник укиё-э?

Японский язык отличается от любого европейского своей структурой, что может вызвать определённые трудности при изучении. Однако не волнуйтесь! Специально для вас вы разработали курс «Японский язык для начинающих за три шага«, на который вы можете записаться прямо сейчас!

Галерея Кирилла Данелия - Fusion Culture Gallery

Галерея Кирилла Данелия - это возможность побродить по музею

Человеку, только начинающему, коллекционировать антиквариат, достаточно сложно разобраться, что же все-таки означает это ёмкое слово, в которое все вкладывают разный смысл.

И действительно, сюда попадает все, что старше энного количества лет. Это и фарфоровые статуэтки, что стояли у бабушки на комоде (хотя, это скорее vintage), и авангард, картины передвижников и старых мастеров, это антики Древней Греции. Также трудно сориентироваться в обилии мест, где все это можно найти, купить, «попробовать на зуб». Блошиные рынки, антикварные магазины, антикварные галереи… голова идет кругом.

С радостью хочу отметить, что мировая тенденция разделения антикварных магазинов, магазинчиков и height end галерей, специализирующихся на определенном времени, регионе или стиле – начинает проявляться и у нас.

Приветствуем вас на сайте Галереи Кирилла Данелия, занимающейся древностями. В основе галереи частная коллекция, достаточно разноплановая - это Древний Египет, Древняя Греция, Древний Китай, Древняя Индия. Идеей коллекции является собирательство предметов искусства регионов, которые были точками отсчета всего мирового искусства, их дальнейшее взаимопроникновение и влияние вышеперечисленных культур на другие.

В нашем каталоге вы найдете артефакты Древнего Египта времен Среднего Царства. В разделе Антика - искусство Древней Греции и Древнего Рима. Влияние эллинской культуры на искусство Гандары (Гандхары). в разделе Индия. Там же представлена инопланетная пластика доарийской культуры Харрапа и шедевры Средневековой Индии. В разделе Юго-Восточная Азия очевидно последующее индийское влияние на искусство Мьянмы (Бирмы), Камбоджи и Индонезии. У нас разнообразная коллекция Древнего Китая, начиная с нефрита периода неолита, раннебуддисткой скульптуры династий Северная Вэй и Северная Ци, знаменитых терракотовых лошадей Династии Тан и артефактов династии Мин. Японская гравюра - укиё-э, представлена именами самых известных мастеров: Китагава Утамаро, Иппицусай Бунтё, Утагава (Андо) Хиросигэ, Тоёхара Тиканобу, Тоёхара Кунитика, Утагава Куниёси. Очень интересны японские гравюры мастера Куниёси, прославляющие биографии преданных вассалов - самураев - 47 ронинов, в серии гравюр «Верные вассалы. Образы ронинов» (Сейтю Гисиден).

Галерея Кирилла Данелия - Fusion Culture Gallery – это действительно возможность побродить по музею и прикоснуться в вещам, достойных лучших мировых музеев.

e - Infogalactic: ядро ​​планетарного знания

Ukiyo-e
Слева вверху:
  • Красавица, оглядывающаяся назад , Моронобу, конец 17 века
  • Шибай Уки-э , Масанобу, ок. 1741–44
  • Расческа , Утамаро, 1798
  • Хара , 13-я станция Пятьдесят три станции Токайдо , Хиросигэ, 1833–34
  • Кукушка и азалии , Хокусай, 1828
  • Принцесса Такияша вызывает призрак-скелет, чтобы напугать Мицукуни , Куниёси, ок. 1844

Ukiyo-e , или ukiyo-ye (浮世 絵, Японский: [u.ki.jo.e], «изображения парящего мира») - жанр искусства, процветавший в Японии. с 17 по 19 вв. Его художники создавали гравюры на дереве и картины на такие темы, как женские красотки; актеры кабуки и борцы сумо; сцены из истории и народных сказок; сюжеты путешествий и пейзажи; Флора и фауна; и эротика.

Эдо (современный Токио) стал резиденцией правительства военной диктатуры в начале 17 века.Торговый класс, находившийся в самом низу общественного строя, оказался в наибольшей степени бенефициаром быстрого экономического роста города. Многие предавались развлечениям театра кабуки, куртизанок и гейш из развлекательных кварталов. Термин укиё («плавающий мир») пришел для описания этого гедонистического образа жизни. Печатные или нарисованные изображения этой среды в стиле укиё-э появились в конце 17 века и были популярны среди купцов, которые стали достаточно богатыми, чтобы позволить себе украсить ими свои дома.

Самый ранний успех был достигнут в 1670-х годах с картинами Моронобу и монохромными репродукциями красивых женщин. Цвет появлялся постепенно - сначала добавлялся вручную по специальным заказам. К 1740-м годам такие художники, как Масанобу, использовали несколько деревянных блоков для печати областей цвета. С 1760-х годов успех «парчовых принтов» Харунобу привел к тому, что полноцветное производство стало стандартом, каждый отпечаток был выполнен из множества блоков. Пик количества и качества был отмечен портретами красавиц и актеров такими мастерами, как Киёнага, Утамаро и Шараку в конце 18 века.За этим пиком в 19 веке последовала пара мастеров, наиболее запомнившихся своими пейзажами: смелый формалист Хокусай, чья Великая волна у Канагавы - одно из самых известных произведений японского искусства; и безмятежный атмосферный Hiroshige, наиболее известный по серии «Пятьдесят три станции Tōkaid ». После смерти этих двух мастеров и вопреки технологической и социальной модернизации, последовавшей за реставрацией Мэйдзи 1868 года, производство укиё-э резко упало.

Некоторые художники укиё-э специализировались на создании картин, но большинство работ были гравюрами. Художники редко вырезали свои собственные ксилографии для печати; скорее производство было разделено между художниками, которые разработали гравюры; резчик, распиливающий ксилографии; печатник, который печатал и вдавливал ксилографии на бумагу ручной работы; и издатель, который финансировал, продвигал и распространял работы. Поскольку печать выполнялась вручную, принтеры могли достигать эффектов, непрактичных для машин, таких как смешивание или градация цветов на печатном блоке.

Укиё-э играла центральную роль в формировании западного восприятия японского искусства конца 19 века, особенно пейзажей Хокусая и Хиросигэ. С 1870-х годов японизм стал заметной тенденцией и оказал сильное влияние на ранних импрессионистов, таких как Дега, Мане и Моне, а также на постимпрессионистов, таких как Ван Гог, и художников в стиле модерн, таких как Тулуз-Лотрек. В 20-м веке в японской гравюре произошло возрождение: жанр син-хана («новые гравюры») извлек выгоду из интереса Запада к гравюрам с традиционными японскими сценами, а движение сёсаку-ханга («креативные гравюры») продвигало индивидуалистические работы, созданные и вырезанные , и напечатаны одной парой рук.Печать с конца 20-го века продолжала оставаться в индивидуалистическом духе и была сделана с использованием техник, заимствованных с Запада, таких как трафаретная печать, травление, меззотинт и смешанная техника.

История

Предыстория

Японское искусство с периода Хэйан (794–1185) шло по двум основным направлениям: нативистская традиция Ямато-э , сосредоточенная на японских темах, наиболее известных по произведениям школы Тоса; и модель kara-e в китайском стиле, выполненная в различных стилях, например, монохромная картина смывкой тушью Сэссю Тойо и его учеников.Школа живописи Кану объединила в себе черты обоих.

С древних времен японское искусство нашло покровителей среди аристократии, военных правительств и религиозных властей. До XVI века жизнь простых людей не была главным предметом живописи, и даже когда они были включены, работы были предметами роскоши, сделанными для правящих самураев и богатых купеческих классов. Позже появились работы горожан и для горожан, в том числе недорогие монохромные картины женских красавиц и сцены театральных и развлекательных кварталов.Ручное производство этих shikomi-e ограничивало масштабы их производства, предел, который вскоре был преодолен жанрами, которые обратились к серийной печати на дереве.

Кленовое обозрение в Такао (середина XVI века) Джа (Кану Хидейори) - одна из самых ранних японских картин, изображающих жизнь простых людей.

В течение длительного периода гражданской войны в 16 веке сформировался класс политически влиятельных купцов. Эти мачишу (ja) [нижняя альфа 1] объединились с судом и имели власть над местными сообществами; их покровительство искусствам способствовало возрождению классического искусства в конце 16 - начале 17 веков.В начале 17 века Токугава Иэясу (1543–1616) объединил страну и был назначен сёгуном с верховной властью над Японией. Он объединил свое правительство в деревне Эдо (современный Токио) и потребовал, чтобы территориальные лорды собирались там через год вместе со своими свитами. Потребности растущего капитала привлекли много рабочих-мужчин из страны, так что мужчины составляли почти семьдесят процентов населения. Деревня выросла в период Эдо (1603–1867) с 1800 населения до более миллиона человек в 19 веке.

Централизованный сёгунат положил конец власти мачисю и разделил население на четыре социальных класса, с правящим классом самураев наверху и классом торговцев внизу. Лишенные политического влияния, представители этого класса больше всего извлекали выгоду из быстро развивающейся экономики периода Эдо, и их улучшенная участь позволяла проводить досуг, который многие искали в развлекательных кварталах, в частности Ёсивара в Эдо, и собирать произведения искусства для украшения своих домов. дома, которые в прежние времена были не по средствам.Жить в кварталах удовольствий могли люди с достаточным достатком, манерами и образованием.

Ксилография в Японии восходит к Hyakumant Darani в 770 году нашей эры. До 17 века такая печать использовалась только для буддийских печатей и изображений. Подвижный шрифт появился примерно в 1600 году, но поскольку японская система письма требовала около 100000 шрифтов, вырезание текста на деревянных блоках было более эффективным. В Saga Domain каллиграф Хонами Кецу и издатель джа (Суминокура Соан) объединили печатный текст и изображения в адаптации Сказаний Исэ (1608) и других литературных произведений.В эпоху Канъэй (1624–1643) иллюстрированные книги народных сказок под названием tanrokubon , или «оранжево-зеленые книги», были первыми книгами, выпущенными массово с использованием ксилографии. Ксилографические изображения продолжали развиваться как иллюстрации к жанру рассказов о гедонистической городской жизни в новой столице kanazshi . Восстановление Эдо после Великого пожара в Мейреки в 1657 году повлекло за собой модернизацию города, и в быстро урбанизирующейся среде процветало издание иллюстрированных печатных книг.

Термин «укиё», [нижняя альфа 2] , который можно перевести как «плавающий мир», был гомофоническим древнему буддийскому термину, означающему «этот мир печали и горя». [lower-alpha 3] Более новый термин иногда использовался для обозначения «эротического» или «стильного», среди других значений, и пришел для описания гедонистического духа того времени для низших классов. Асаи Рёи воспевает этот дух в романе « Укиё Моногатари » (« Сказок парящего мира », c. 1661):

«живя только мгновением, наслаждаясь луной, снегом, цветением сакуры и кленовыми листьями, петь песни, пить сакэ и развлекаться, просто плывя, не заботясь о перспективе неминуемой бедности, жизнерадостный и беззаботный, как тыква, переносимая речным течением: это то, что мы называем укиё ».

Возникновение укиё-э (конец 17 - начало 18 вв.)

Самые ранние художники укиё-э пришли из мира японской живописи.Живопись Ямато-э 17-го века разработала стиль очерченных форм, который позволял чернилам капать на влажную поверхность и растекаться по контурам - это очерчивание форм должно было стать доминирующим стилем укиё-э.

Экран Хиконэ может быть самым старым из сохранившихся произведений укиё-э, датируемым годом. 1624–44.

Примерно в 1661 году раскрашенные свитки, известные как Портреты красавиц Канбун , приобрели популярность. Картины эпохи Канбун (1661–1673 гг.), Большинство из которых являются анонимными, положили начало укиё-э как независимой школе.Картины Ивасы Матабей (1578–1650) имеют большое сходство с картинами укиё-э. Ученые расходятся во мнениях относительно того, является ли работа Матабея укиё-э; Утверждения о том, что он был основателем жанра, особенно распространены среди японских исследователей. Время от времени Матабей признавался художником неподписанного экрана Hikone, складного экрана byōbu , который может быть одним из самых ранних сохранившихся произведений укиё-э. Экран выполнен в утонченном стиле кану и изображает современную жизнь, а не предписанные предметы живописных школ.

В ответ на растущий спрос на произведения укиё-э, Хисикава Моронобу (1618–1694) выпустил первые гравюры на дереве укиё-э. К 1672 году успех Моронобу был настолько велик, что он начал подписывать свои работы - первым из иллюстраторов книг, сделавших это. Он был плодовитым иллюстратором, работавшим в самых разных жанрах, и разработал влиятельный стиль изображения женщин-красоток. Что наиболее важно, он начал создавать иллюстрации не только для книг, но и в виде изображений на одном листе, которые можно было использовать отдельно или использовать как часть серии.Школа Хисикава привлекла большое количество последователей, а также имитаторов, таких как Сугимура Джихей, и положила начало популяризации новой формы искусства.

Тории Кийонобу I и Кайгецудо Андо стали известными последователями стиля Моронобу после смерти мастера, хотя ни один из них не был членом школы Хисикава. Оба отказались от фоновых деталей и сосредоточились на человеческой фигуре - актеры кабуки в якуша-э Киёнобу и последовавшей за ним школе Тории, а также куртизанки в бидзин-га Андо и его школе Кайгецудо.Андо и его последователи создали стереотипный женский образ, дизайн и поза которого подходили для эффективного массового производства, а его популярность вызвала спрос на картины, которым воспользовались другие художники и школы. Школа Кайгецудо и ее популярная «красота Кайгецудо» прекратились после изгнания Андо из-за его роли в скандале Эдзима-Икусима 1714 года.

Уроженец Киото Нисикава Сукенобу (1671–1750) писал технически изысканные изображения куртизанок. Считающийся мастером эротических портретов, он был объектом правительственного запрета в 1722 году, хотя считается, что он продолжал создавать произведения, которые распространялись под разными именами.Сукенобу провел большую часть своей карьеры в Эдо, и его влияние было значительным как в регионах Канто, так и в Кансай. Картины Миягавы Тёсюна (1683–1752) нежными красками изображают жизнь начала 18 века. Чошун не делал отпечатков. Школа Миягава, которую он основал в начале 18 века, специализировалась на романтических картинах в стиле, более изысканном по линиям и цвету, чем школа Кайгецудо. Чоушун предоставил своим сторонникам большую свободу выражения, в группу которых позже вошел Хокусай.

  • Ранние мастера укиё-э
  • Стоящий портрет куртизанки
    Роспись тушью и цветом на шелке, Кайгецудо Андо, ок. 1705–10

  • Портрет актеров
    Раскрашенный вручную принт
    Кийонобу, 1714

  • Отпечатанная страница из Asakayama E-hon
    Sukenobu, 1739

  • Танцовщица и музыканты Рюкюань
    Роспись тушью и цветом на шелке, Тёсун, ок. 1718

Цветные гравюры (середина 18 века)

Даже в самые ранние монохромные гравюры и книги цвет добавлялся вручную по специальным заказам.Спрос на цвет в начале 18 века был удовлетворен отпечатками tan-e [lower-alpha 4] , вручную окрашенными в оранжевый, а иногда и в зеленый или желтый цвета. За ними последовала мода на розовые оттенки beni-e [lower-alpha 5] , а затем лаковые чернила urushi-e . В 1744 году benizuri-e стали первым успехом в цветной печати с использованием нескольких деревянных блоков - по одному для каждого цвета, самый ранний beni розовый и растительный зеленый.

Окумура Масанобу (1686–1764), выдающийся саморекламы, сыграл важную роль в период быстрого технического развития полиграфии с конца 17 до середины 18 веков. Он основал магазин в 1707 году и объединил элементы ведущих современных школ в самых разных жанрах, хотя сам Масанобу не принадлежал ни к какой школе. Среди новшеств в его романтических, лирических образах - введение геометрической перспективы в жанре uki-e ; [нижняя альфа 6] в 1740-х годах; длинные узкие хашира-э отпечатков; а также сочетание графики и литературы в эстампах, в том числе стихи хайку, написанные самим собой.

Укиё-э достиг пика в конце 17 века с появлением полноцветных принтов, разработанных после того, как Эдо вернулся к процветанию при Тануме Окицугу после длительной депрессии. Эти популярные цветные принты стали называть nishiki-e , или «парчовые изображения», поскольку их яркие цвета, казалось, имели сходство с импортной китайской парчой Shuchiang, известной на японском языке как Shokkō nishiki . Первыми появились дорогие календари, напечатанные несколькими блоками на очень тонкой бумаге плотными непрозрачными чернилами.На этих принтах было указано количество дней для каждого месяца, скрытое в дизайне, и они были отправлены на Новый год [нижняя альфа 7] как персональные поздравления с именем покровителя, а не художника. Блоки для этих гравюр позже были повторно использованы для коммерческого производства, стирая имя покровителя и заменяя его именем художника.

Нежные романтические принты Сузуки Харунобу (1725–1770) были одними из первых, кто реализовал выразительные и сложные цветные рисунки, напечатанные с помощью до дюжины отдельных блоков для обработки различных цветов и полутонов.Его сдержанные, изящные принты напоминают о классицизме поэзии вака и живописи Ямато-э. Плодовитый Харунобу был доминирующим художником укиё-э своего времени. Успех красочного nishiki-e Харунобу с 1765 года привел к резкому снижению спроса на ограниченные палитры benizuri-e и urushi-e , а также на раскрашенные вручную принты.

Тенденция против идеализма гравюр Харунобу и школы Тории усилилась после смерти Харунобу в 1770 году.Кацукава Сюнсё (1726–1793) и его школа создавали портреты актеров кабуки с большей точностью, чем это было в моде. Некогда соавторы Корюсай (1735– c. 1790) и Китао Сигемаса (1739–1820) были выдающимися художниками, изображающими женщин, которые также отдалили укиё-э от доминирования идеализма Харунобу, сосредоточившись на современной городской моде и знаменитой реальности. куртизанки и гейши. Корюсай был, пожалуй, самым плодовитым художником укиё-э 17 века и создал больше картин и печатных серий, чем любой его предшественник.Школа Китао, которую основал Сигемаса, была одной из доминирующих школ последних десятилетий 18 века.

В 1770-х годах Утагава Тойохару выпустил ряд перспективных гравюр уки-э , которые продемонстрировали мастерство западных перспективных техник, которые ускользнули от его предшественников в этом жанре. Работы Тойохару помогли пионерам пейзажа стать предметом укиё-э, а не просто фоном для человеческих фигур. В 19 веке методы перспективы западного стиля были впитаны в японскую художественную культуру и использовались в изысканных пейзажах таких художников, как Хокусай и Хиросигэ. , последний член школы Утагава, основанной Тоёхару.Эта школа стала одной из самых влиятельных и создавала произведения в гораздо большем разнообразии жанров, чем любая другая школа.

  • Ранний цвет укиё-э
  • Араши Отохати как Иппон Сэмон
    Шунсё, 1768

  • Хиназуру из Чоджи
    Корюсай, ок. 1778–80

  • Гейша и слуга, несущие ее кото
    Шигемаса, 1777

  • Перспективные фотографии мест в Японии: Сандзюсанген-до в Киото
    Тоёхару, c. 1772–1781

Пиковый период (конец 18 века)

Две красавицы с бамбуком
Утамаро, ок. 1795

В то время как в конце 18 века были тяжелые экономические времена, укиё-э пережил пик количества и качества работ, особенно в эпоху Кансей (1789–1791). Укиё-э периода реформ Кансей привлекло внимание к красоте и гармонии, которые в следующем столетии рухнули в упадок и дисгармонию, когда реформы рухнули, а напряженность выросла, кульминацией которой стала Реставрация Мэйдзи 1868 года.

Особенно в 1780-х годах Тории Киёнага (1752–1815) из школы Тории изображал традиционные предметы укиё-э, такие как красота и городские сцены, которые он печатал на больших листах бумаги, часто в виде многопечатных горизонтальных диптихов или триптихов. Его работы обходились без поэтических пейзажей снов, созданных Харунобу, вместо этого предпочитая реалистичные изображения идеализированных женских форм, одетых по последней моде и позирующих в живописных местах. Он также создал портреты актеров кабуки в реалистичном стиле, которые включали аккомпанирующих музыкантов и хор.

В 1790 году вступил в силу закон, требующий, чтобы на гравюрах имелась цензорская печать разрешения на продажу. В последующие десятилетия цензура усилилась, и нарушители могли подвергнуться суровым наказаниям. С 1799 г. требовалось согласования даже предварительные проекты. Группа преступников школы Утагава, включая Тоёкуни, подверглась репрессиям в 1801 году, а Утамаро был заключен в тюрьму в 1804 году за изготовление гравюр с изображением политического и военного лидера 16-го века Тоётоми Хидэёси.

Утамаро ( ок. 1753–1806) сделал себе имя в 1790-х годах благодаря своим портретам bijin ōkubi-e («изображения красивых женщин с большими головами») с акцентом на голову и верхнюю часть туловища. актеры. Утамаро экспериментировал с линиями, цветом и техникой печати, чтобы выявить тонкие различия в чертах, выражениях и фоне предметов из самых разных классов и фона. Индивидуализированные красоты Утамаро резко контрастировали со стереотипными идеализированными образами, которые были нормой.К концу десятилетия, особенно после смерти своего покровителя Цутая Джузабуро в 1797 году, колоссальная производительность Утамаро снизилась, и он умер в 1806 году.

Появившиеся внезапно в 1794 году и столь же внезапно исчезнувшие десять месяцев спустя, отпечатки загадочного Шараку являются одними из самых известных укиё-э. Шараку создал поразительные портреты актеров кабуки, придав им более высокий уровень реализма, подчеркнув различия между актером и изображаемым персонажем.Выразительные искаженные лица, которые он изобразил, резко контрастировали с безмятежными маскирующими лицами, более обычными для таких художников, как Харунобу или Утамаро. Опубликованная Цутая работа Шараку вызвала сопротивление, и в 1795 году его продукция прекратилась так же загадочно, как и появилась, и его настоящая личность до сих пор неизвестна. Утагава Тоёкуни (1769–1825) создавал портреты кабуки в стиле, который жители Эдо считали более доступным, подчеркивая драматические позы и избегая реализма Шараку.

Укиё-э конца 18 века отмечен неизменно высоким уровнем качества, но работы Утамаро и Шараку часто затмевают других мастеров той эпохи.Один из последователей Киёнаги, Чобунсай Эйши (1756–1829), отказался от своего положения художника в пользу Сёгуна Токугава Иехару, чтобы заняться дизайном укиё-э. Он привнес утонченный смысл в свои портреты изящных, стройных куртизанок и оставил после себя ряд известных учеников. Тонкими линиями Эйсосай Чоки (1786–1808 гг.) Создавал портреты изящных куртизанок. Школа Утагава стала доминировать в производстве укиё-э в конце периода Эдо.

Эдо был основным центром производства укиё-э на протяжении всего периода Эдо.Другой крупный центр возник в районе Камигата, в Киото и Осаке и вокруг них. В отличие от разнообразных сюжетов гравюр Эдо, Камигата, как правило, были портретами актеров кабуки. Стиль гравюр Камигата мало отличался от гравюр Эдо до конца 18 века, отчасти потому, что художники часто перемещались между этими двумя областями. В принтах Камигата цвета обычно мягче, а пигменты толще, чем в Эдо. В 19 веке многие гравюры были созданы поклонниками кабуки и другими любителями.

  • Мастера пикового периода
  • Sharaku2.jpg

    Итикава Эбизо как Такемура Саданошин
    Шараку, 1794

  • Chôki - Самое великолепное развлечение фестиваля Нивака в лицензированных кварталах .jpg

    Фестиваль Нивака в лицензионных кварталах
    Chōki, c. 1800

Позднее цветение: флора, фауна, пейзажи (XIX век)

Shunga Garden of Edo - Coffret 5 штук

Shunga prsente ce magnifique coffret de produits bios для моментов времени Garden of Edo, ddie aux amants de l'amour et de la nature.Elle est faite partir d'ingrdients choisis avec soins et certifis biologiques: huile de massage au th vert, huile aphrodisiaque au th vert, lubrifiant Toko Organica, гель-стимулятор Lotus Noir для elle et lui, Sel de bain de la mer morte la Fleur de Лотос.

> Органический домашний массаж: уникальный массаж с жидкой текстурой и естественным эффектом для гладкого и гладкого массажа и других эффектов. Cette huile fabrique au Canada est compose d'ingrdients certifis issue de l'agriculture biologique (турнезол, злаки рапса, вино, кунжут, витамин Е натурелль, авокат..). Arme poire. Не съедобный. 250 мл.

> Гель для возбуждения Lotus Noir: сенсибилизирующий гель для лечения и аппликации клитора или кожи во время массажа. Текстура fluide, pntrante, внимание toutefois n'en appliquer qu'une noisette pour ne pas escapeir d'effet collant. Contient de la Damania et de l'Arginine, aux proprits aphrodisiaques. Комбинация, odeur acidule. 60 мл. Гипоаллергенный, первый в своем роде утилизатор гриппа типа MST.

> Cristaux d'Orient pour le bain: sels de bain parfums la fleur de lotus, 100% -ный прованант de la Mer Morte, цветное средство для душа и расслабления. Включает в себя упаковку и коктейль для меньшего количества воды. 400 грамм.

> Huile aphrodisiaque biologique "Baisers Intimes": versez quelques gouttes d'huile aphrodisiaque sur les zone rognes de votre partenaire, soufflez doucement dessus pour qu'il / elle en ressente les effets chaud-froid et gotez son arme ...

Huile aphrodisiaque d'excitation fmine et masculine labore partir d'ingrdients certifis biologiques, chauffante et съедобные.

Смазывающая основа сертифицированных биологических препаратов "Токо": основа гликрина в чистом и чистом виде, сертифицированная биологическая основа. База без запаха, совместимая с латексом и силиконом.

Vente de l'huile de Massage bio Shunga Garden of Edo

Naturelles et biologiques, faites le choix d'une huile de massage labelise bio (ou autre label du pays d'origine).Дерматологическое исследование яичек. Ceux qui ont achets Shunga Garden of Edo ont apprci sa naturalit. Consultez nos тестирует клиентов на Shunga Garden of Edo и сравнивает предложения на Huiles de Massage.

Shunga, производит косметику в таймс

Cre en 2000, Shunga est une marque canadienne de gels de massage, de gels excitants et de lubrifiants sensuels. Les emballages Shunga sont recouverts dart japonais (le "shunga") и новый дизайн, позволяющий ощутить все чувства и достоинства. Les flacons sont de petits trsors veillant lexcitation sexuelle tels que des huiles aphrodisiaques, des baumes inspirant lamour, des huiles pour des массажем ужасных ощущений, стимуляторов, lubrifiants и bien dautres.Качество продукции Shunga восстанавливается по номиналу и возмещает расходы на профессиональные салоны.

источников сёги эпохи эдо Википедия

Варианты сёги
Стандартные сёги (9 × 9, капли)
Малые варианты
Стандартные варианты
Большие варианты
Варианты сетевой игры
Варианты 3D

Публикации Shōgi Zushiki (象 戯 図 式), Sho Shōgi Zushiki (諸 象 戯 図 式) и Shōgi Rokushu no Zushiki (象棋 六種 之) являются публикациями описывает различные варианты японских шахмат, также известных как сёги .

Сёги Дзусики охватывает установку и движения стандартных сёги, тю сёги, дай сёги, тэндзику сёги, дай дай сёги, мака дай дай сёги, и тай сёги. Здесь также упоминаются ва сёги, Тан сёги, китайские шахматы на семь человек, ко сёги, и тайкёку сёги.

Сё Сёги Дзусики (опубликовано в 1694 году) охватывает установку и движения сё сёги, стандартных сёги, ва сёги, тю сёги, дай сёги, тэндзику сёги, дай дай сёги, мака дай дай сёги, и тай сёги.

Сёги Рокушу-но Дзусики (написано в 1443 году, опубликовано в 1811 году) охватывает установку и движения сё сёги, тю сёги, дай сёги, дай дай сёги, мака дай дай сёги, и тай сёги.

Сёги Дзусики и Сё Сёги Дзусики в целом, хотя и не всегда, согласуются между собой по мощности различных частей, но Сёги Рокушу-но Дзусики отличается в описании большинства частей, которые встречаются только в более крупных варианты сёги, или у которых есть отличительные движения в более крупных вариантах.

Библиография []

Shōgi Zushiki
  • 「も の と 人間 の 文化史 23 棋」 増 川 宏 一 ・ 法政 大学 出 Version 局 ・ 1977 年 ・ ISBN 4-588-20231-6
  • 「象 戯 図 式」 松浦 大 大 六 筆 写 ・ 1909 年
Sho Shōgi Zushiki
Shōgi Rokushu no Zushiki
  • 「も大学 出 Version 局 ・ 1977 ・ ISBN 4-588-20231-6
  • 雑 藝 叢書 」国 書刊 行 会 ・ 1915 年
.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *