Вирджил абло одежда – Вирджил Абло. Биография главного дизайнера Офф Вайт и Луи Виттон / Школа Шопинга

Вирджил Абло. Биография главного дизайнера Офф Вайт и Луи Виттон / Школа Шопинга

Как его только не называют в СМИ: и бывшим личным стилистом Канье Уэста, и гением коллабораций, и одним из главных дизайнеров современности. А ещё он архитектор, концертный директор и организатор выставок. Знакомьтесь, Вирджил Абло, первый темнокожий креативный директор Louis Vuitton.

Вирджил Абло в офисе Louis Vuitton

Мир моды стремительно меняется. Инфлюенсеры и блогеры вытеснили селебрити с первых рядов модных показов.

Легендарная люксовая марка берёт креативным директором мужской линии одежды не именитого дизайнера с многолетней карьерой, а нонкомформиста, эстета уличной моды и архитектора.

Да, так теперь тоже можно. Это событие знаменует новую эру не только для бренда, но и для индустрии в целом.

БИОГРАФИЯ ВИРДЖИЛА АБЛО

Абло вырос в обычной среднестатистической американской семье. Его мать была швеей, а отец менеджером лакокрасочной фабрики. Творчество мальчика поощрялось с ранних лет, например мать, увидев у сына желание, обучала его своему мастерству. 

В 2003 году Вирджил окончил Университет Висконсин в Мэдисоне со степенью бакалавра по специальности гражданского строительства, затем отучился на магистра архитектуры в технологическом институте Иллинойса. Примерно в это же время он познакомился с Канье Уэстом, с которым дружит до сих пор.

В 2009 году будущий дизайнер прошел стажировку в Fendi, где и познакомился с Майклом Берком (бывшим генеральным директором бренда, а теперь исполнительным директором Louis Vuitton). В то же самое время Канье Уэст занимался разработкой нового дизайна кроссовок совместно с модным домом Louis Vuitton.

Свой первый бренд уличной одежды Вирджил создал в 2012 году, а в 2013-ом он основал Off-White. Именно тогда о творчестве молодого дизайнера стали говорить, как о новом слове в модной индустрии. 

В первые пять лет после основания Off-White Абло выпустил серию совместных работ с такими компаниями, как Jimmy Choo, Nike, Chrome Hearts и Ikea. Его одежду носили все: от Канье Уэста и Ким Кардашьян до Наоми Кэмпбелл и Дрейка. В 2015 году он был номинирован на премию LVMH (единственный американский дизайнер, номинированный в этом году), а в 2017 году получил премию Urban Luxe на британской Fashion Awards. 

Одна из главных идей, которую транслирует Абло, что есть совершенные классические вещи, например, Nike Air Fors 1, но их можно и нужно модернизировать. При этом он считает, что достаточно 3% изменений, чтобы внести нотку современности.

Так, например, лодочки Jimmy Choo он просто обернул прозрачным пластиком, а на рукав идеальной джинсовки от Levi’s распылил цветную краску.

Можно соглашаться или спорить с его подходом, но ясно одно: такие эксперименты очень нравятся покупателям.

Вирджил Абло читает лекцию в Гарвардском университете

Дизайнер справедливо считает, что знаменитым его сделали дети. Абло называет их influential kids. Новое поколение, привыкшее к достатку и выросшее с айфоном в руках. Клиповое мышление и отрицание классических дизайнеров, художников, артистов.

Дети – лидеры мнений, которые уверенно потребляют люкс. Но и люкс для них нужен другой: современный, с миллионами просмотров на You Tube и активной жизнью в социальных сетях. Вся логика бренда Off-White построена на том, чтобы вещи нравились миллениалам и хорошо смотрелись на фото. Кстати, у Вирджила 3 млн подписчиков в Instagram.

Под пристальным взглядом СМИ молодой дизайнер находится давно, но над его мечтой возглавить люксовый Модный дом откровенно посмеивались ещё год назад. Но времена меняются, и чернокожий архитектор принял приглашение Louis Vuitton.

«Я аплодирую, председателю и генеральному директору LVMH, господину Арно и всей семье Louis Vuitton за то, что они приняли меня. Для меня это вера в то, что мир станет более открытым и инклюзивным. Компания с такой стабильной финансовой историей не боится пробовать новое, чему я очень рад», – Вирджил Абло.

ПЕРВАЯ КОЛЛЕКЦИЯ АБЛО ВО ГЛАВЕ LOUIS VUITTON

Её все ждали с нетерпением. Свою новую коллекцию Вирджил Абло презентовал в июне 2018-го.

На показ пришло множество знаменитостей и, конечно, друзья Абло: Наоми Кэмпбелл, Ким Кардашьян, Рианна и Канье Уэст.

Вирджил Абло, Ким Кардашьян и Канье Уэст на показе Louis Vuitton

Первые 17 моделей, вышедшие на подиум – афроамериканцы. Сильно, ведь многие модные дома не берут больше двух. Ещё одно отличие: множество моделей – «реальных людей». Демонстрировать свою одежду Абло пригласил музыканта A$AP Nast, художника Блонди Маккой, рэпера Кида Кади и фигуриста Люсьена Кларк. 

Коллекция весна-лето 2019 от Louis Vuitton

Учитывая модный вес Louis Vuitton, такое разнообразие отныне узаконено. Теперь другим брендам будет даже вредно не следовать примеру Вирджила.

«Я вижу в моделях не просто тела, на которых моя одежда будет хорошо выглядеть, а людей, которые могут донести сообщение до зрителя. Я заинтересован использовать свои новые ресурсы для того, чтобы показать, что человек в первую очередь – личность, он творец, артист, художник, и только после этого чёрный, цветной или белый», – Вирджил Абло.

Темнокожие модели вышли в одежде из белой ткани. Необычные кожаные брюки и футболки, футболки с нарисованным галстуком, а также шелковые футболки. Джинсы с кожаными заплатками и кобурой, пришитой прямо к поясу. Белые рубашки из поплина с множественными заплатами и половинчатая куртка, у которой нет одного рукава. Абло совместил тренды с собственным видением. Цельность образа он видит через аксессуары, которые стали частью вещей. 

Абло вдохновился «Волшебником из страны Оз». Даже подиум напоминает дорогу, вымощенную желтым кирпичом.

«Сначала вещи в коллекции белые, затем добавляются цвета, лоскутность, а после я сделал взрыв красок. Каждый увидит свою глубину смысла в этом превращении из белого в цветное, из цельного в лоскутное», – рассказал дизайнер.

Абло стал человеком, который возвел уличную моду в ранг люкса, открыв дорогу эксперименту, неожиданным сочетаниям и спортивной элегантности.

«Сейчас у меня есть платформа, для того чтобы изменить отрасль. Поэтому я должен это сделать».

OFF-WHITE НА ПАРИЖСКОЙ НЕДЕЛЕ МОДЫ

Заняв высокий пост в Louis Vuitton, Вирджил не оставил и собственную марку. Здесь тоже есть что посмотреть и о чем рассказать.

На прошлогодней парижской неделе высокой моды его показ собрал самых востребованных моделей современности. Но Абло был бы не Абло, если бы на подиум не вышли олимпийские спортсменки. Чемпионки из Великобритании, Колумбии, Бельгии, Франции стали музами дизайнера. Ему захотелось посмотреть, как вещи из коллекции будут выглядеть на реальных женщинах, которые занимаются спортом.

Чемпионки на показе Off-White

Женственность здесь смешалась со спортивной униформой, необычные текстуры и силуэты, органичное объединение спортивной и модной одежды.

«Когда сталкиваются две противоположности, рождается нечто новое. Взять хотя бы обувь: в качестве основы — спортивные кроссовки, которые выглядят более женственно за счёт каблука. Или костюмы: вместо брюк — шорты а-ля велосипедки. Финальный результат — это некая метафора, которая и есть Off-White».

 

ДИДЖЕИНГ, ЖИВОПИСЬ И ДИЗАЙН

Читая об увлечениях этого человека, кажется, что в его расписании нет ни одной свободной минуты, но он снова и снова презентует новые проекты. 

Гением коллабораций Абло прозвали не случайно. Он выпускал совместные коллекции с десятками легендарных брендов. Среди них Nike, парфюмерная марка Byredo, Ikea и Levi’s. А ещё он, зайдя в одну из кофеен, познакомился с хозяином и создал дизайн стаканчиков для кофе. Вот это разнообразие интересов.

Вирджил Абло для Nike

Сам Вирджил говорит, что иначе уже не умеет, традиционному отдыху в его расписании давно нет места. С показа на выставку, с выставки на презентацию, с презентации на встречу. А разброс сфер помогает мозгу переключаться и преуспевать везде.

В Москве его сначала узнали как диджея под именем Flat White, кстати, музыку он тоже бросать не собирается. В прошлом году дизайнер организовал выставку с японским живописцем Такаси Мураками, разработал костюмы для гала вечера в New York City Ballet.

Вирджил Абло на фестивале Parklife, 2018 год Вирджил Абло с сумкой из Ikea

Коллекция Cha Cha Matcha и Вирджил Абло

В свои 38 лет Вирджил готовит ретроспективную выставку имени себя. Virgil Abloh: Figures of Speech откроется в июне в Чикаго. В экспозиции обещают вещи из коллекций Off-White, архивные фото и видео материалы, записи из личных блокнотов.

«Я хочу быть на высоте, поэтому я не даю себе возможности для безделья. Смена деятельности и есть мой отдых. Я лишь пытаюсь понять, чем живет моё поколение и делать вещи, которые будут для них актуальны».

Очень скоро, в рамках парижской Недели моды, нас ждет плод еще одного творческого союза всеуспевающего Абло. В декабре 2018-го он был назначен креативным консультантом по вопросам экологичного и инновационного дизайна Evian. Теперь превратить в произведение искусства ему предстоит бутылки для воды. 

Бутылки Evian дизайна Вирджила Абло Инсталяции в офисе Louis Vuitton

«Пробовать новое, расширять границы. Моя задача — улавливать, что появляется в мире, документировать эпоху в своих коллекциях и меняться вместе с ней. Меня не очень интересуют политические лозунги в моде. Кто-то считает, что стакан наполовину полон, кто-то — что он наполовину пуст, а роль художника — поставить этот стакан на стол. Пусть спорят».

Автор: Татьяна Тимофеева

Все статьи Татьяны

Понравилась статья? Расскажи подругам!

Назад в раздел

www.shoppingschool.ru

что это значит для моды :: Вещи :: РБК.Стиль

Вирджил Абло в Louis Vuitton: что это значит для моды

Вирджил Абло

© dlt.ru

Автор

Татьяна Пятых

27 марта 2018

26 марта стало известно, что Вирджил Абло стал новым креативным директором мужской линии Louis Vuitton. Разбираемся, почему это решение никого не удивило и почему это важно для современной моды.

Модные бренды с историей уже достаточно давно и активно заигрывают с молодым поколением и его символами. Balenciaga выбрал Демну Гвасалию в качестве креативного директора, Burberry выпустил коллекцию с Гошей Рубчинским, а Manolo Blahnik объединился с певицей Рианной (сайт бренда обвалился, стоило только обуви появиться в продаже).

Впрочем, одним из первых люксовых Домов, выбравших курс на омоложение и взявшихся за эксперименты с уличной культурой, а также современным искусством, был именно Louis Vuitton. В начале 2000-х бренд украсил свои cумки принтами в виде граффити авторства Стивена Спрауза, а еще раньше пригласил японского художника Такаси Мураками разработать новый дизайн для платков.

Дизайн принта для Louis Vuitton от Такаси Мураками

© пресс-служба

В 2017 году свет увидела совместная мужская коллекция Louis Vuitton и Supreme. На скейтборды, кошельки, сумки на пояс и другие предметы была объявлена настоящая охота, о коллаборации говорили и писали буквально все. Сегодня можно с уверенностью сказать, что такое заигрывание с уличной модой и молодежной эстетикой, не было случайностью и прихотью одного лишь Кима Джонса, на тот момент дизайнера мужской линии LV. Приход в Дом Вирджила Абло, стилиста и делового партнера Канье Уэста, это подтверждает. Вообще, Джонс, отныне возглавляющий Dior Homme, подготовил неплохую почву для Абло. Он создавал концептуальные коллекции, успешно сочетая streetwear с наследием бренда.

© пресс-службы Louis Vuitton и Supreme

В интервью The New York Times CEO Louis Vuitton Майл Берк подчеркивает, что компания Louis Vuitton с момента основания не принадлежала миру haute couture и была заинтересована в привлечении любых обеспеченных людей, не только аристократов. Стремление стать ближе к молодым покупателям, говорить с ними на одном языке и отгородиться от принадлежности исключительно к «тяжелому люксу» — новые приоритеты большинства модных брендов.

Похожее явление уже наблюдалось в 1970-х годах во Франции. Многие дизайнеры всячески открещивались от мира высокой моды и создавали линии pret-a-porter. Уличная мода вдохновляла, и коллекции дизайнеров вроде Сони Рикель или Габи Каньон, основательницы бренда Chloé, пользовались большим спросом у молодой аудитории, не желавшей ассоциировать свой стиль с родителями, клиентами Домов Christian Dior или Balenciaga.

Вирджил Абло — кумир молодежи, о вещах его бренда Off-White мечтает каждый второй подросток. Стоит посмотреть на street style с Недель моды от Нью-Йорка до Москвы, и мы непременно увидим характерные текстильные ремни, срифмованные с oversize-блейзерами, футболки с логотипами бренда, сапоги с надписями «For walking» и другие бестселлеры марки.

© instagram.com/off____white

За кроссовками из коллаборации Off-White и Nike стояла огромная очередь, а через несколько часов редкие пары перепродавали на eBay с огромной наценкой.

© instagram.com/off____white

В интервью различным изданиям Абло неоднократно заявлял, что современную моду уже давно создают не дизайнеры, а люди на улицах. «Мой главный источник вдохновения — уличный стиль. Я намерен создать люксовую версию уличной моды», — говорит дизайнер о своем видении мужских коллекций Louis Vuitton.

Кроме того, интересных героев — художников, фотографов, моделей — он находит в Instagram. Такой подход практикуют и другие модные дизайнеры, например Марк Джейкобс, периодически объявляющий об онлайн-кастинге. У Абло больше полутора миллионов подписчиков в Instagram, а за аккаунтом Off-White следят более трех миллионов человек.

Вирджил Абло и Такаси Мураками

© instagram.com/off____white

На данный момент мужские коллекции Louis Vuitton представлены в 150 магазинах из имеющихся 450. С приходом Абло на пост креативного директора марка намерена увеличить число точек продаж. Первая коллекция Абло для Louis Vuitton будет представлена в рамках мужской Недели моды в Париже в июле 2018 года. 

style.rbc.ru

Virgil Abloh — BRANDSHOP — LiveJournal

Американский дизайнер, диджей и стилист Вирджил Абло за одно десятилетие стал узнаваемым благодаря своим многочисленным проектам. Будучи чикагским мальчиком, одержимым модой, искусством и культурой, он заслуженно получил должность художественного руководителя мужского направления Louis Vuitton. С самого начала Вирджил попал в «правильную компанию». После института он стал работать с Канье Уэстом, а затем основал свой бренд Off-White.

Рок-звезда среди дизайнеров

Virgil Abloh родился в Рокфорде, штат Иллинойс. Получив специальность по профилю гражданское строительство, Вирджил понял основы дизайна и важность коллабораций. После учебы он отправился в Fendi, где работал с Канье Уэстом. Вместе они создавали различные проекты в офисе компании в Италии. Когда рэпер запустил свое агентство DONDA, названное в честь матери, он сразу пригласил на должность креативного директора Вирджила Абло. Вскоре дизайнер уже работал над альбомом Jay-Z и Kanye West — «Watch the Throne».

«Я отстаиваю эту новую эру дизайнеров, становящихся современными рок-звездами», — написал Абло в блоге The Brilliance в 2007 году. С тех пор он запустил множество компаний и стал большим любителем коллабораций.

От Off-White до Louis Vuitton

В 2012 году, незадолго до запуска своего бренда Off-White, Вирджил открыл небольшой бутик Pyrex Vision. Он покупал невостребованную одежду от Ralph Lauren буквально за копейки, печатал на ней различные принты и продавал уже по 500 долларов. Несмотря на то, что проект был вполне успешным, дизайнер закрыл его. Он объяснил поступок тем, что это был всего лишь художественный эксперимент. Тогда же вместе с друзьями диджеями Вирджил запустил еще один бренд Been Trill. Именно в рамках этой новой идеи он начал проявляют свою любовь к совместным работам, включая сотрудничество с KTZ, Stussy и Hood By Air.

Через год был открыт Off-White, который представил женские и мужские коллекции, а затем перешел к созданию мебели. Это был чисто итальянский бренд, запущенный с помощью компании New Guards Group. Использование кабельных стяжек с бирками и ограждающих лент стало ключевой особенностью марки. Она была удостоена номинации в конкурсе LVMH prize вместе с такими величинами, как Марк Джейкобс, Карл Лагерфельд и Раф Симонс. Неплохая компания для Вирджила, который только прокладывал себе путь в высокую моду. Скорее всего это стало отправной точкой к работе в Louis Vuitton, где Абло трудится с марта 2018 года.

Что касается его собственного бренда, миру известны десятки коллабораций, которыми дизайнер не перестает удивлять публику. Они сотрудничали с Nike, Levi’s, IKEA, Champion, Vans, Converse, Timberland и многими другими. Сам Абло не так давно представил свою собственную работу с Jordan. Это личная кастомизация пары кроссовок Virgil Abloh x Nike Air Jordan 1 и Balenciaga Triple-S. В результате получился гибрид, где верх взят от культового баскетбольного силуэта, а массивная фигурная подошва заимствована от обуви испанского дома моды, которым сегодня руководит Демна Гвасалия.

Личная жизнь Вирджила Абло

Дизайнер часто упоминал OFF-WHITE как «тренировочную площадку» или «трамплин настроения» для своих идей. Но бренд оказался востребованным, несмотря на то, что, вероятно, был временным проектом. В 2018 году Вирджил Абло поднялся на одну из самых высоких позиций моды в доме Louis Vuitton. После вступления в должность креативного директора, он сказал:

«Эта возможность подумать о том, что будет означать следующая глава дизайна бренда, который представляет собой вершину роскоши. Он всегда был целью в моих самых смелых мечтах».

Что касается личной жизни, здесь у художника все спокойно. Он познакомился со своей будущей женой Шеннон еще в школе. Сегодня они проживают преимущественно в Чикаго. У пары есть двое детей. Вирджил ездит на работу в Италию, но всегда возвращается в родной город.

Помимо одежды дизайнер все еще активно занимается музыкой. Он является со-основателем звукозаписывающего лейбла Bromance Records и выступает со своими сетами на различных площадках.

«У меня есть эта бессмертная мотивация работать и много думать, потому что это то, что я делаю всегда. Я прозвал этот образ мышления «Скорпион». Это метафора потенциальной смерти. Скорпион может потенциально убить вас в любое время. Это способность самостоятельно критиковать себя. Что могут сказать ненавистники? Вероятно, они спросят: «Ты даже диджей? Ты знаешь, как миксовать?». Каждый трек, который я выбираю, связан с пониманием 30 различных точек потенциальной смерти и критического стиля».

brandshop-ru.livejournal.com

Большая цаца: Почему все так носятся с Вирджилом Абло?

«Вирджил Абло представил редизайн синей сумки IKEA», «Вирджил Абло запустил образовательный курс для сложных подростков», «Вирджил Абло вошел в CFDA», «Вирджил Абло сделает костюмы для Нью-Йоркского балета, а потом вслед за этим сделает коллаборацию с Guns’n’Roses и Colette», «Off-White создали капсульную коллекцию очков», «Off-White выпустили футболку в честь 8 марта» — эти новости появились за последние полгода.

26 марта стало известно, что дизайнер возглавил мужскую линию Louis Vuitton. Ксения Обуховская разобралась, в чем его секрет.

2017 год стал по праву годом Вирджила Абло. В феврале ходили слухи, что дизайнер займет пустующее место в Givenchy. Многие видели логику в том, что на смену Рикардо Тиши придет креативный директор Канье Уэста. Тиши в свое время активно инкорпорировал в ДНК исторического модного дома элементы уличной одежды и хайпа, что во многом помогло сделать бренд коммерчески успешным, а это давалось его предшественникам нелегко. Тем не менее, слухи оказались ложными, и позиция ушла в руки Клэр Уэйт Келлер.

Спустя пару месяцев дизайнер снова заставил говорить о себе: организаторы Pitti Uomo анонсировали Вирджила Абло и его бренд Off-White участниками 92-й выставки мужской моды. К слову, в прошлом сезоне на Pitti приезжал Раф Симонс, дизайнер, на которого Вирджил равняется, за что его часто обвиняют в неприкрытом подражании. Абло представил коллекцию, над которой он работал с известной феминистской художницей Дженни Хольцер. Вместе они сделали световую инсталляцию на стенах старинного палаццо Пити и вынесли на нее слова поэтов-беженцев.

Абло в окружении своей команды, с Хероном Престоном и другими, смотрел шоу из зала, чтобы понять, каким его видят байеры и журналисты. «Мне важно ясно понимать, что я делаю. У меня нет позиции. Я слишком крут для этого, нет». О Pitti Uomo часто говорят как о месте крещения дизайнеров и их официального признания модной общественностью. И как будто в подтверждение этого Абло сказал: «После показа я почувствовал, что наконец-то оказался на первой ступени лестницы».

Несмотря на невероятный успех, Абло долгое время считал себя аутсайдером в индустрии. Возможно, причина такого дискомфорта в том, что в отличие от многих дизайнеров, которые оседлали волну хайпа (вроде Демны Гвасалии), у Вирджила нет за спиной Антверпенской школы и мастерской Мартина Маржелы, как и бесчисленных стажировок и переходов из одного модного дома в другой. Бэкграунд Абло ближе к улицам и поп-культуре. Выходец из среднего класса, семьи иммигрантов из Ганы, Вирджил родился в Чикаго, куда все еще летает по сотне раз в год. По словам дизайнера, в детстве он не имел понятия, чем хочет заниматься, и, подобно многим тинейджерам, увлекался альтернативной культурой 1990-х, хип-хопом и рок-н-роллом, а по выходным проводил время за диджейским пультом. Уже позже он поступил в Университет Висконсина, где получил диплом инженера, а параллельно с этим изучал архитектуру в Институте технологий.

В 2003 году в жизни Абло начался период, когда его имя впервые проникло в массовое сознание и который дизайнер не очень любит вспоминать, — речь идет о начале сотрудничества с Канье Уэстом. В то время Уэст только начинал приобретать статус суперзвезды, и юный выпускник Абло часто виделся с ним в клубах Иллинойса. Тогда же он познакомился с менеджером Канье Джоном Монополи и предложил свои услуги — делать мерч и дизайны для обложек альбома. Не бросая работу у Уэста, в 2009 году Абло поехал на стажировку в Fendi в Рим. Делать собственную одежду дизайнер твердо решил уже в 2012-м, когда увидел показ Balenciaga. Тогда креативный директор бренда Николя Гескьер представил коллекцию в духе улиц и мерча под названием Join a weird trip —  и все это в рамках исторического модного дома.

Пересечение уличной эстетики и высокой моды — именно так лучше всего описать то, что Абло транслирует в своих коллекциях Off-White, а изначально передавал в продукции своего первого бренда Pyrex. Идея Pyrex была простой и понятной для выходцев из среды самого Абло — детей без средств, но с четким пониманием собственного стиля. Бренд в основном наносил свои оригинальные принты и надписи на толстовки Champion и поло Ralph Lauren в той манере, в которой ребята с соседнего двора кастомизировали кроссовки при помощи фломастера. Такой DIY-подход пришелся по душе Канье Уэсту и A$AP Rocky, а одобрение со стороны инфлюенсеров в итоге привлекло к бренду внимание байеров Colette и ряда других концепт-сторов.

Тем не менее Pyrex имел лишь локальный успех, и Вирджил добровольно принял решение его закрыть. Тогда же он запустил Off-White, который уже в 2014 году отвоевал себе место в расписании парижской недели моды. Off-White «определяет серую площадь между белым и черным» (defyning grey area between black and white — надпись на бирке) — красивая метафора, описывающая место, которое бренд определяет для себя на рынке. Несмотря на то что грани между уличной и люксовой одеждой с каждым годом становятся все более размытыми, в индустрии все еще правит классовая система, которая делит бренды на категории: спортивная, уличная, люкс, не люкс. И такие явления, как Off-White или Vetements, все тяжелее отнести к одной из них.

С одной стороны, Off-White гармонично вырос из личного и творческого бэкграунда Абло. В начале он больше тяготел к уличной одежде, но сам Абло всегда подразумевал под ней гораздо большее. В одном из своих интервью BоF дизайнер говорил о том, что уличную одежду чаще всего расценивают как нечто дешевое, поэтому ему захотелось добавить в нее немного эстетики и интеллекта. Одежда Off-White находится в люксовой ценовой категории, отшивается в Милане из итальянских тканей. Такое видимое несоответствие повлекло за собой не одно обвинение в адрес Абло со стороны старожилов индустрии.

Как бы то ни было, это не мешает коллекциям разлетаться из магазинов, а это еще один аргумент в пользу того, что уличная одежда сегодня все же приобрела статус люксовой. Да и платежеспособная аудитория скорее выберет не просто дорогую одежду, а ту, что ближе ей по духу и говорит с ней на одном языке. Наконец, об этом говорят простые цифры: в Selfridges новые коллекции Off-White продаются со 100-процентным успехом, Net-a-Porter получает от них 10% от общей прибыли компании, а Matches of Fashion заказывают дизайнеру специальную мужскую коллекцию. Сам Абло говорит о том, что продажи бренда за последний год выросли на 100%, а в 2018-м от одних только женских коллекций прибыль вырастет на 50%. В это легко поверить: сейчас бренд представлен в крупных ретейловых точках по всему миру, в интернет- и мономагазинах Нью-Йорка, Шанхая, Гонконга и других городов. В Северной Америке и Азии продажи Off-White на самом высоком уровне — 40 и 30% соответственно.

С Вирджилом Абло хотят работать многие бренды, так как он очень хорошо понимает, что границы между покупателем и дизайнером стали очень хрупкими и теперь залог успеха дизайнера  в его видимой близости к народу. Гейткиперы индустрии осознали свою несостоятельность — доступ к моде теперь есть у всех. Дети, родившиеся в 90-е годы, взросление которых пришлось на золотой век интернета, узнали о моде и ее архивных референсах из интернета. Именно к этому поколению принадлежат Вирджил и его покупатели. В его коллекциях они могут найти и что-то из поп-культуры, и референс к Рафу Симонсу, и уличную эстетику. Во всех своих интервью Абло повторяет одну и ту же вещь: он создает коллекции для окружения, в котором вырос, и даже в вопросах дизайна отталкивается от потребностей своей аудитории и вдохновляется ее внешним видом.

Это в очередной раз доказывает, что коммерчески успешный дизайнер сегодня — это человек, который мыслит как его покупатель. Вирджил поддерживает это амплуа как только может: носит одежду своего бренда, активно ведет социальные сети, продолжает играть диджей-сеты и не теряет голову из-за успеха. На упреки в том, что покупатели с его же бэкграундом не могут себе позволить новые коллекции Off-White, Абло разводит руками и говорит о том, что в таких случаях он видит свою задачу еще и в том, чтобы вдохновить таких же ребят, как он, взять свои кроссовки или папину толстовку и сделать с ней что-то свое. Та же коллаборация с Nike во многом транслирует DIY-подход к моде. Свое демократичное отношение к моде дизайнер подкрепил и своим паблик-током в Колумбийском университете в феврале, который бесплатно стримили на YouTube. Для сравнения, вход на конференцию Vogue Forces of Fashion в качестве слушателя стоит 3000 долларов.

Как бы ни открещивался от своего прошлого Абло, одна из немаловажных причин его успеха — дружба с инфлюенсерами. Все-таки отрицать популярность Канье Уэста, семьи Кардашьян и Бейонсе, которые регулярно появляются в вещах из коллекций дизайнера, невозможно. Учитывая, что сейчас Фрэнку Оушену достаточно один раз выйти на улицу в футболке, чтобы она менее чем за сутки распродалась в интернет-магазине, промоушен со стороны четы Кардашьян-Уэст можно назвать эффективным триггером успеха бренда.
Одобрение инфлюенсеров сегодня оказывает на молодое поколение гораздо большее воздействие, нежели модный обзор авторства Николь Фэлпс или Александра Фьюри. Вспомнить хотя бы одну из серий 13-го сезона Keeping up with Kardashians, в которой Кендалл и Кайли Дженнер показывают свою коллекцию Николь Фэлпс, ведущему журналисту Runway.com. Переживания сестер перед десятью камерами выглядит более чем наигранно и комично, так же как и растерянное лицо критика, которая пытается скрыть недоумение от происходящего и объективно оценивать довольно примитивную с точки зрения дизайна одежду сестер, а потом хвалит коллекцию на страницах Vogue.

Но пусть хайповый фактор и сыграл свою роль, это не отменяет тот факт, что Вирджил — дизайнер с собственным видением и четким пониманием современного дизайна. Как раз комбо из этого и всех перечисленных выше факторов делает его таким успешным. Сам же Абло не раз говорил о том, что его амбиции стоят гораздо выше собственного бренда и по-настоящему ему хочется управлять большим модным домом.

Материал подготовила Ксения Обуховская Buro 24/7 Россия.

Читайте также: Кристи Тарлингтон: «Модная индустрия полна хищников».

www.buro247.ua

История Вирджила Абло — основателя бренда Off-White

Последние полгода команда журнала System, партнера Buro 24/7, провела в поездках в Нью-Йорк, Сан-Паулу, Париж, Милан и Амстердам, где состоялись встречи дизайнера Вирджила Абло с интересными собеседниками. Результатом стал разговор Вирджила с влиятельным арт-куратором и директором лондонской галереи Serpentine Хансом Ульрихом Обристом. Интервью эксклюзивно представлено на Buro 24/7.

Часть первая
Галерея Serpentine
Лондон, 30 июня 2017 года

Обрист: – Почему вы пришли в архитектуру?

Абло: — Мои родители — иммигранты из Ганы, страны в Западной Африке, и у моего отца была установка: «Если я смогу перебраться в Америку, у моего сына будет выдающаяся карьера». Чего он не смог предсказать, так это того, что мои подростковые годы в Америке придутся на 1990-е.

В каком году вы родились?

— В 1980-м. Я жил в американской мечте и считал, что все прекрасно, просто потому, что я не в стране третьего мира. У меня есть африканские корни, но они как бы смылись, пока я рос в американском пригороде. Мне нравились скейтбординг, рок-н-ролл и рэп. Все, что связано с лайфстайлом. В школе было легко. А дружил я с бунтарями. Когда дело дошло до колледжа, мой отец сказал, что хочет, чтобы его сын стал инженером, и сам выберет для меня специализацию. Это было меньшее, что я мог сделать, чтобы отблагодарить его. Я был легкомысленным. Я рано начал диджеить. Для меня это возможность отвлечься, делать то, что обладает культурной, а не только практической ценностью. А гуманитарные науки я начал изучать поздно, поэтому курс по искусству так и не прошел. Я даже не осознавал, что это мое. Только на пятом году обучения профессии инженера я попал на курс по истории искусств, узнал об эпохе Возрождения и Караваджо, и это перевернуло мое сознание.

То есть интерес спровоцировал именно Караваджо?

— Совершенно точно. Меня потрясла мысль о том, что в искусстве можно что-то изобретать — так же, как новый способ распределения нагрузки в высотном здании. Меня это в нокаут отправило. К тому времени я уже пять лет учился в инженерном университете. Поэтому я погуглил, где можно было получить степень магистра по архитектуре, имея образование инженера, и нашел три курса. Один был в Иллинойсском технологическом институте. И вот я прихожу в корпус Миса ван дер Роэ: об архитектуре ничего не знаю, с собой у меня только книга с репродукциями Караваджо; вхожу в Crown Hall — и у меня перехватывает дыхание. С этого и началась моя учеба по специальности «основы модернизма и интернационального стиля». В том же году, когда я поступил, Рем Колхас как раз закончил строительство учебного корпуса. То есть я оказался там ровно в то время, когда Рем Колхас и Майкл Рок читали лекции в здании с тоннелем, по которому ходили настоящие поезда. Сегодняшний я родился именно в тот момент.

Вы тогда были знакомы с Ремом лично?

— Нет. Но его книга Content, где он пишет о своей работе с Prada, исследует продажи, инновационное мышление и неконцептуальный дизайн, стала для меня отправной точкой, стимулом сидеть на занятиях, зная, что я хочу от них получить. Майкл Рок тоже помог мне научиться думать. Понимание художественной и теоретической составляющей архитектуры указали мне на мой путь. На тот момент я был очарован модернизмом. Я чувствовал, что ключевые идеи, заложенные в его концепцию, актуализируются, когда интернет наберет силу.

А потом случился следующий переход.

— Да. Я работал, и вдруг совершенно неожиданно мне позвонил Канье Уэст. Он сказал: «Привет, я слышал о парне из Чикаго, который понимает в дизайне, музыке и культуре». И после двух лет работы в архитектуре, разных маленьких фирмах и строительства домов я стал его креативным директором — на целых 14 лет. Это был отличный опыт — применять на практике то, чему научился. Канье говорил, что, когда становишься настолько знаменитым, ты привратник с ключами от всего мира.

Ему о тебе рассказали?

— Да, сказали: «Есть кое-кто, кто мыслит так же, как и ты». Чикаго — это большая деревня. Люди, с которыми ты вырос, всегда поддерживают связь. Один молодой профессор научил меня работать во всех основных программах: Photoshop, Illustrator, AutoCAD, 3D-визуализации, 3D Studio Max. Потом я просто применил эти навыки в моде. Когда Канье как-то раз сказал: слушай, мне нужно, чтобы ты разработал дизайн того-то, — я подумал, что раз могу спроектировать здание, то с этим справлюсь. А когда он сообщил, что собирается строить павильон для демонстрации своего фильма в Каннах, я предложил обратиться в бюро Рема Колхаса OMA. Так все и началось.

Как именно называлась ваша должность?

— Вообще, креативный директор, но я называл себя ассистентом. Он был во главе, а я за ним следовал. Или я делал рисеч, чтобы подвести теорию искусства или архитектуры под его проекты. 14 лет я мотался по встречам по всему миру.

Вы были креативным директором не только для него, но и для его бренда?

— Именно так. Он иногда шутил надо мной и называл Стивом Джобсом, потому что у меня всегда было длинное точное объяснение для любой мелочи. И это добавляло основательности тому, что он делал. Мы и по сей день с ним близки. Я бы так и занимался архитектурой, если бы не встретил Канье.

Эта встреча была судьбоносной?

— Да. Я на четыре года младше Канье. То есть принадлежу к поколению миллениалов, и меня интересует миллион всего. Я решил сконцентрироваться на собственном проекте, который бы не рассматривал искусство, архитектуру, музыку и моду как отдельные дисциплины, а как бы соединял их зигзагообразными линиями. Я работал одновременно с Канье Уэстом, Бейонсе, Джорджем Кондо, Ванессой Бикрофт, Дженни Холзер. Так и появился Off-White.

Но у вас до этого был собственный модный бренд Pyrex 23…

— Я на протяжении десяти лет не сделал ничего, что было бы целиком только моим, поэтому решил снять собственный фильм в Нью-Йорке. Он назывался A Team With No Sport. Я пригласил ребят из Гарлема в центр Soho и создал бренд из одежды, которую сам не делал. Я взял вещи Ralph Lauren и напечатал на них принты: Караваджо спереди и Pyrex 23 сзади. Pyrex 23 — это поэма из двух строк о том, как выжить на районе. Преуспеть можно, только если круто играть в баскетбол, а 23 — это как раз номер Майкла Джордана, — или с помощью «Пайрекса», посуды, в которой варят крэк. Я создавал этот проект как произведение искусства, а на стене — тег, написанный моим другом, художником Джимом Джонсом, на видео он в пикселях. Он как современный Баския. Музыка на фоне — Heart and Soul группы Joy Division. Это своего рода наслоение. Из-за того, что я черный, от меня ожидают, что на саундтреке будет звучать хип-хоп, но я всегда обращаюсь к нишевой европейской музыке, чтобы смешать культуры и получить нестандартный результат. Это расширяет аудиторию. Шестиминутное видео, которое я снял с другом, стало супервиральным. Мы продавались в Colette. А ведь одежду я даже не производил — это были вещи других брендов. Но работа получилась выдающейся.

В каком году это было?

— Это было в 2012-м, а точнее — видео вышло 12.12.12. Я стремился донести мысль о том, что новое поколение хочет иметь вес в индустрии моды — и они должны делать ее сами. Потом я решил, что, если я буду делать линию одежды, Pyrex — это не то название, которое мне подойдет. Моя карьера стала возвращать меня к моему происхождению — черному африканскому мальчику, который вырос в американском пригороде. Я использую свой проект как возможность говорить о расовых проблемах в самых обтекаемых терминах. Как только начинаешь говорить об этом буквально, люди перестают слушать.

Когда у вас произошло озарение и вы придумали бренд Off-White?

— Я в течение 14 лет работал на Kanye West и в какой-то момент подумал: «Oк, вспомню-ка я, какой у меня любимый цвет…» Pyrex был сенсацией. Я сам остановил продажи в какой-то момент. Это задумывалось как краткосрочный, а не долговременный проект. А затем я придумал Off-White как способ говорить о расовых вопросах. Off-White — это цвет между черным и белым, но моя версия этого «промежуточного состояния» имеет некоторый подтекст. Это чистый холст, кусок не совсем белого материала, который миллионы художников могут использовать как угодно, чтобы придать ему ценность и значение. Off-White — это современная версия модного бренда. Для меня это троянский конь.

Весь дизайн вы сами придумываете?

— Да. 200 вещей, мужских и женских, четыре раза в год. Притом что я архитектор! Строительство зданий занимало массу времени, и таким образом я не мог общаться с молодежью из моего социального круга. Об этом не поговоришь в баре.

А есть ли манифест?

— Да. Его можно почитать онлайн. Он о роскоши, потому что мои вещи относятся к люксовой ценовой категории. Off-White действует как бренд сегмента luxury, но по духу он связан с расовыми вопросами, молодежной культурой и глобализацией.

Это то, что Дэвид Аджайе назвал бы «новым этичным люксом»?

— В каком-то смысле. Я думаю, что есть пропасть между поколениями: молодежь пытается понять тех, кто сейчас находится у руля. Некоторые модные бренды вообще не коммуницируют с молодым поколением.

Какой средний возраст ваших клиентов?

— От 18 и до Селин Дион, то есть около 50. Я изначально сделал ставку на молодое поколение, которому так пытаются угодить модные бренды, и его круг интересов. Я оперирую огромной базой знаний, которые я в себя вобрал и к которым отношусь особенным образом. Off-White — это я, черный художник, замаскированный под модный бренд, замаскированный под диджея, или как еще там меня называют. Я сам задаю себе курс, используя собственный бренд для того, чтобы делать особенные проекты.

Можете привести несколько примеров таких проектов?

— Диагональные линии в лого моего бренда очень похожи на работу дизайнера Питера Сэвилла и Бена Келли, архитектора, который спроектировал клуб Haçienda в Манчестере. Я заказал у него передвижную версию Haçienda. Этот проект является собственностью Off-White, но когда дело касается выбора музыки для выступлений, мы работаем вместе. Мы дебютировали в Майами в конце прошлого года, потом нас пригласили в Open Eye Gallery в Ливерпуле, а в ноябре мы будем в музее Somerset House в Лондоне.

Другой пример — проект с художницей Дженни Холзер. Эта история произошла всего две недели назад. Я из Чикаго, родины «Черных пантер» и настоящей социальной ответственности. А на спине курток Off-White написано white, так же как раньше Pyrex, — слово из пяти букв в том же шрифте, только другое. Слово можно оценивать, исходя из цвета, которым оно написано. White, написанное черным или красным, — как картины Джаспера Джонса — могут нести разный смысл в зависимости от цвета. Я применяю эту концепцию в отношении одежды. Она во многом про реалии городской жизни. Я работаю с людьми, о которых я могу рассказать своему поколению. Это возможность для подростков узнать, кто такая Дженни Холзер, потому что мир искусства далек и закрыт от них.

Я отправил сообщение Дженни Холзер; она уже слышала про Off-White, мы пообщались и потом за три месяца сделали вместе коллекцию. Когда я упоминаю Дженни Холзер в соцсетях, я знаю, что ребята моментально погуглят ее имя и оно станет частью их словаря. Что произошло с развитием социальных медиа, так это то, что мы все стали единым целым. Я могу поехать в Японию и встретить там парня, который выглядит так же, как мой друг из Нью-Йорка, потому что они следят друг за другом, и таким образом происходит обмен. В этом и заключается сила социальных сетей.

Что еще?

— Я получил письмо от Майкла Дарлинга, куратора Музея современного искусства в Чикаго. Состоится выставка о моей роли в актуализации молодежной культуры. Не так много людей, у которых за плечами целый ряд проектов на стыке разных сфер: искусства, музыки, моды, культуры. А у меня 14-летний опыт реализации провокационных проектов. Выставка пройдет в чикагском Музее современного искусства в 2019 году.

Выставка будет ретроспективная?

— Не совсем. Там будут и новые работы. Я покажу все основные проекты и коллаборации с разными художниками за 14 лет работы с Канье Уэстом и мои собственные проекты, которые никогда раньше нигде не выставлялись. У выставки будет единая идея, которую я представлю с помощью целого ряда проектов.

Знаете, я понял, что архитекторы никак не связаны с молодыми художниками вроде музыкантов и актеров, то есть людьми, которые непосредственно вовлечены в культуру. Поэтому я решил создать модный бренд, который все это объединит. Когда я проектирую свои магазины, я строю их в постмодернистском стиле. У меня есть теория, что они не должны быть похожи друг на друга — в противоположность Starbucks, McDonald’s и Louis Vuitton, где вы всегда видите одно и то же.

Мода открывает вам двери ко всему остальному, что вы делаете?

— Да, именно так мы начали сотрудничать с IKEA. IKEA работала с ограниченным числом партнеров, и сейчас они поняли, что компания достигла таких масштабов, что готова к специальным проектам. Маркус [Энгман], креативный директор, связался со мной и спросил, над чем я хотел бы поработать, и я сказал — над первой квартирой миллениала. Это ведь пост-Tumblr-поколение — мы постоянно выкладываем фотографии в социальные сети, чтобы продемонстрировать свой вкус. Но кто-нибудь разве придумывает дизайн для поколения, которое понимает, что такое искусство и для которого важны эстетические ценности?

Мне очень повезло, что у меня есть возможность бывать в домах очень обеспеченных людей, у которых дома коллекции произведений искусства музейного уровня, но в то же самое время у меня есть друзья, которые для своей первой квартиры покупают стулья из IKEA. Зашел я как-то раз к знакомому в Мехико — и у него там Стерлинг Руби, Джефф Кунс. И это чей-то дом! И когда я туда пришел, у меня возникло ощущение, что я могу в носках идти за хлопьями на кухню, хотя при этом нахожусь в окружении всего этого искусства. И я подумал: вот что мне позволит сделать этот проект с IKEA, передать схожее ощущение поколению, которому оно нужно. Этим я и занимаюсь. Уже написал 80-страничную книгу о проекте. Теперь вы можете представить, как меня вдохновила эта идея. Пока что в моей голове он готов только наполовину.

У меня был проект квартиры для богатого человека, и я оформил его в виде каталога — как это обычно делает IKEA, когда указывает стоимость рядом с предметом. И вот сегодня этот стул стоит 60 000 долларов, а изначально был спроектирован для школы и вообще ничего не стоил. Я всегда в начале проекта ищу четкое понимание, почему что-то имеет значение, как в случае с культурными истоками этого стула. И тогда я обычно придумываю простое решение с каким-то интересным поворотом.

Я слышал, что вы произвели революцию в модном мире не только с художественной точки зрения, но и с экономической.

— Люксовый сегмент работает определенным образом: «вот, сейчас мы продадим вам эту мечту». Как в рекламе украшений De Beers, например, или одежды, которую пока не можешь себе позволить. Вы смотрите и хотите стать частью этого.

У поколения ваших родителей был только один пиджак, один комплект одежды. А у нынешнего — по 12 худи и 12 футболок; а покупка одежды — это спорт, они покупают и перепродают ее. Так Zara и H&M зарабатывают деньги на вторичной моде. А мне хотелось сделать бренд в люксовом сегменте, но в молодежном стиле, в духе уличной моды. А потом я разработал модель дистрибуции. Бренд принадлежит мне на 100%, поэтому нет необходимости с кем-то делиться, чтобы получить то, что я хочу. Мне захотелось продаваться в каждом магазине, где представлены Margiela, Prada и так далее. Таких магазинов 260 мужских и 250 женских, и в них приходит молодое поколение клиентов. Уровень наших продаж подтверждает состоятельность моего замысла.

Проект с IKEA представляется мне очень масштабным; для меня в нем архитектуры больше, чем в самой архитектуре. Я подошел к фундаментальной работе над предметным дизайном в эпоху, когда миллениалы хотят платить меньше, а IKEA весь свой бизнес построила на разработке качественного дизайна, который доступен по всему миру.

Одна из важных составляющих моего подхода к работе — показывать сам процесс.
Мне хочется, чтобы наши интервью становились своего рода опубликованным исследованием, манифестом. Работа над дизайном начинается с этого разговора. Через 30 лет мы сможем восстановить проект по этому разговору. Вот это меня и мотивирует. Подумайте только, читатели смогут понять свою эпоху в ретроспективе.

Продолжение следует…

 

Читайте также: Почему все так носятся с Вирджилом Абло?

www.buro247.ua

Louis Vuitton: фото коллекции Вирджила Абло pre-fall 2019 | Мода | Новости

Новости

Один из главных дизайнеров современности фантазирует на тему идеальной одежды на каждый день

6 Февраля 2019 ОБНОВЛЕНО 19 Февраля 2019

Louis Vuitton pre-fall 2019

После того как знаменитости, среди которых Тимоти Шаламе и Майкл Б. Джордан, появлялись на красных ковровых дорожках в напоминающих то ли аркан, то ли шлейку миниатюрных жилетках Louis Vuitton, все гадали, как будет выглядеть мужская повседневная одежда в исполнении Вирджила Абло. Для дизайнера создание коллекции pre-fall 2019 для французского модного Дома стало своего рода полем для экспериментов и взлетной площадкой, потому что он смог поработать с цветами и фактурами, которые мужчины совсем скоро будут учиться вписывать в гардероб. Помимо уже ставших притчей во языцех модных «шлеек», Абло создал капсульную коллекцию Staples Edition, в которую вошли пальто из кашемира цвета песка, куртки из выцветшего денима и идеально сидящие строгие классические костюмы-двойки.

www.vogue.ru

Вирджил Абло | Дизайнеры | кто есть кто

Главный дизайнер современности теперь работает не только над собственным брендом Off-White и личными арт-выставками, но и над мужской линией Louis Vuitton

Вирджил Абло — дизайнер, художник, архитектор, основатель марки Off-White и креативный директор мужской линии Louis Vuitton с 26 марта 2018 года. Из любимого хайпбистами дизайнера Абло быстро перескочил в разряд главных имен модного бизнеса. Сегодня о нем знают если не все, то многие. Вирджил Абло родился в 1980 году США — в городе Рокфорд, штат Иллинойс. Его творческий путь начался на факультете гражданского строительства в Висконсинском университете в Мадисоне. Затем последовало обучение в Технологическом институте штата Иллинойс, где будущий дизайнер получил магистерскую степень в области архитектуры. После выпуска из университета Вирджил Абло несколько лет работал по специальности — архитектором в одной из профильных американских компаний.

 

В 2006 году он попал на стажировку в Fendi, после чего решил продолжить свой путь в модной индустрии. В 2009 году открыл арт-галерею RSVP Gallery и магазин мужской одежды в Чикаго. В этом же году Вирджил Абло присоединился к команде Канье Уэста в качестве креативного директора, где работал над шоу и занимался концертным мерчандайзингом. В 2012 году он ушел в свободное плавание и запустил свой первый бренд — Pyrex Vision. Дебютная коллекция марки состояла из рубашек Ralph Lauren с авторскими принтами Абло. Вещи быстро раскупили несмотря на то, что коллекция, по сути, не была сшита брендом. Через год, в 2013-м, дизайнер решил пойти дальше, закрыв Pyrex Vision и запустив бренд мужской и женской одежды Off-White. Здесь Вирджил Абло уже не ограничивался принтами на рубашках, купленных в магазинах других брендов, и начал создавать люксовый стритвир собственного дизайна с нуля.

В 2015 году он дебютировал со своей первой коллекцией на Неделе моды в Париже. В этот же период дизайнер стал финалистом престижной премии LVMH Prize. Его вещи с узнаваемыми диагональными полосами полюбили главные инфлюенсеры современности, включая Джей-Зи, Бейонсе и Рианну. 

В марте 2018 года объем работы у дизайнера увеличился вдвое. Вирджил Абло присоединился к Louis Vuitton в качестве креативного директора мужской линейки. Ранее этот пост занимал Ким Джонс.

Работая над своими коллекциями, Вирджил Абло не забывает и о другой своей страсти — современном искусстве. В его послужном списке — совместный проект с Такаси Мураками в галерее Гагосяна в Лондоне и собственная выставка инсталляций в галерее Kaikai Kiki в Токио. К 2019 году Вирджил Абло готовит арт-проект, который покажет в Музее современного искусства Чикаго в его родном штате Иллинойс.

www.vogue.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о
Copyright © 2019 . All rights reserved.