Bofill: Ricardo Bofill Levi – Ricardo Bofill Taller de Arquitectura

Содержание

самый невероятный лофт в Европе • Интерьер+Дизайн

Архитектор Рикардо Бофилл приобрел сложную репутацию. Одни считают его последним постмодернистом и гениальным градостроителем, другие упрекают в плохом вкусе и излишней дружбе с мэрами.

По теме: Где живет Либескинд?

Среди его проектов: генпланы, кварталы, аэропорты, отели-небоскребы — объекты в 50 странах мира. Валери Жискар д’Эстен считал его «величайшим зодчим мира», Жак Ширак обвинял в гигантомании. Гигантизм Бофилла замешан на диковинной эклектике и марксистских взглядах. В студенческие годы он даже успел побывать в тюрьме, что не помешало ему продолжить архитектурное образование в Женеве.

Бофилл открыл свою собственную архитектурную фирму очень рано в неполных 24 года. Большую популярность его метод нашел во Франции в 1980-е. Вдохновляясь классикой Андреа Палладио, из бетона, стекла и стали он принялся за социальное жилье в пригородах Парижа — за «Версали для бедных». Комплекс Abraxas в Нуази-Ле-Гран (который называют неосталинистским) вышел столь экстравагантным, что режиссер Терри Гиллиам выбрал его в качестве площадки для своего культового фильма-утопии Brazil (1985) о тоталитарном обществе.

«Фабрика — магическое место со странной атмосферой. Мне нравится, что существование в ней упорядочено, ритуализировано — в полном контрасте с моей турбулентной жизнью номада. Здесь мне работается лучше, чем где бы то ни было. Это единственное место, где я могу сконцентрироваться».

В родной Барселоне привязанность Бофилла к крупному масштабу повлекла фантастическое архитектурное перевоплощение. В 1973 году 34-летний архитектор взялся за реконструкцию руин старого цементного завода на западной окраине города. Через два года они были преобразованы в комплекс la Fabrica, вместивший в себя офисы и собственное жилье Бофилла.

«Главной проблемой было решить, что снести, а что оставить». Завод прирастал в течение десятилетий и на момент появления Бофилла включал 30 бункеров для хранения цемента, подземные туннели, машинные отделения, дымоходы, административные здания. 3100 кв. м, включая сады. Архитектор методично разрушил почти 70 процентов построек, выбирая отдельные фрагменты, которые он бы хотел  сохранить. Жилые и рабочие помещения расположились в одном здании, но когда для студии потребовалось больше места, он перенес частную жизнь в другой объем. Общая площадь составила 500 кв. м.

«Самым большим челленджем было создать атмосферу на грани руины и монастыря», — говорит архитектор. Центральный объем получил название «Собор». «Меня восхищает его богатое пространство, которое, как правило, используется для крупных деловых встреч и семейных торжеств. Оно монументальное и домашнее одновременно и доказывает, что эти две противоположности могут прекрасно сосуществовать друг с другом».

Важной фазой реконструкции было обустройство непростого ландшафта вокруг фабрики — Бофилл лично занимался интеграцией зеленых насаждений. Кипарисы и пальмы, плющи и лианы были призваны сформировать своеобразную органическую раму, смягчить индустриальный характер зданий. «Я хотел передать ощущение, будто природа овладела фабрикой, стараясь перевоспитать ее».

Дом архитектора: рабочая студия Рикардо Бофилла, переделанная из бетонного завода

Свое бюро, Taller de Arquitectura, архитектор Рикардо Бофилл открыл, когда ему было только двадцать четыре года, в 1963 году, но постоянный дом оно обрело только спустя десять лет – пространство для работы и жизни монументалист Бофилл организовал в огромном заброшенном цементном заводе неподалеку от Барселоны.

La Fabrica – яркий пример архитектуры, интегрированной с природой – действует уже 40 лет: здесь у архитектора и дом, и рабочая студия. Тридцать башен, подземные коридоры и огромные машинные залы – общая площадь постройки более 1000 кв. м. Среди грубых стен цементного замка архитектор обустроил макетную лабораторию, проектные мастерские, архив, библиотеку и выставочное пространство. Привести в надлежащий вид жилые помещения взялась жена архитектора, дизайнер Марта де Виллалонга. Чего ей только стоило сделать огромную бетонную постройку, где эхом разносится каждое слово, по-домашнему уютной и комфортной для жизни!

Обустройству предшествовала долгая работа, которая велась преимущественно с помощью отбойных молотков и динамита – перекройка цементных бункеров была похожа на создание скульптуры: главная задача заключалась в том, чтобы придать материалу форму. Вместе с новыми архитектурными структурами постройка обзавелась обильной растительностью: многочисленные висячие сады должны были обеспечить пространство кислородом и облагородить серые бетонные стены. Сегодня многочисленные растение – одно из главных украшений La Fabrica. Они наделяют здание романтическим ореолом таинственного запустения, делают его неповторимым от сезона к сезону. Работу вела большая команда каталонских мастеров, но Бофилл уверен, что несмотря на полное преображение завода, работа над ним не прекратится никогда.

Рабочие студии архитектурного бюро Taller de Arquitectura заняли четыре этажа – они объединены винтовой лестницей. Пространство продумано для мелочей: наравне с залами для коллективной работы здесь есть места для творческой работы и отдыха в одиночестве – это необходимо, чтобы сохранять концентрацию, уверен архитектор. Его офис расположен на первом этаже. Гигант­ское прост­ран­ст­во вы­со­той в три этажа обыч­но­го до­ма обставлено максимально лаконично: на полу – ковер, выходящие в сад окна обрамляют белоснежные полотна из хлопка (точно такими же Марта задрапировала диваны и кресла в гостинной). Но самая впечатляющая рабочая зона – конференц-зал, который из-за огромного размера (высота потолка – 10 метров) и арочных окон получил название «Собор». Бетонные стены здесь сохранили в первозданном виде, а немногочисленные предметы мебели составляют черный кожаный диван, большой стол для переговоров и стулья из натуральной древесины.

И в 77 лет испанский архитектор не перестает обновлять и перекраивать La Fabrica: он будто пишет историю своей жизни, используя вместо печатной машинки архитектуру. «Фабрика – волшебное место, но оценить ее странную атмосферу человеку со стороны очень трудно. Мне же бесконечно дорога моя жизнь здесь, она полна ежедневных ритуалов и является полной противоположностью той жизни кочевника, которую я вел раньше», – говорит Бофилл.

Самое большое жилое пространство – гостиная – расположена в верхней части фабрики. Она имеет форму идеального куба, а ритмичные дуговые окна превращают помещение в один из архитектурных шедевров с полотен Де Кирико. «Монументальная, брутальная и концептуальная», – говорит о пространстве гостиной архитектор. На первом этаже разместилось другое помещение для жизни – кухня-столовая, где собираются друзья. В середине комнаты – белый мраморный прямоугольный стол, вокруг – плетеные стулья. Атмосферу уюта придают парные камины по проекту испанского дизайнера и архитектора Оскара Тускетс Бланка. Между гостиной и столовой – еще одно пространство: розовая комната в марокканском стиле. Стол здесь выполнен из цельного куска красного мрамора, а стулья и табуреты представляют собой переиздания мебели Антонио Гауди.

Научная фантастика: жилой комплекс Рикардо Бофилла под Парижем

Черпая вдохновение для своих масштабных постмодернистских проектов в идеях мастеров классицизма – Палладио, Мансара и Леду, – в 1980-х Бофилл построил во Франции комплекс Les Espaces d’Abraxas, стиль которого определил как «современный классицизм».

«Достаточно сказать, что Рикардо Бофилл – один из самых известных и плодовитых европейских архитекторов прошлого века. Чтобы добавить что-то еще, говорить придется неизбежно много», – с этих слов начинается выпущенная три года назад монография работ архитектора. И правда, как начать рассказ о человеке, который за последние пять десятилетий разработал порядка 1000 проектов, от флакона духов до монументальных жилых комплексов (включая все, что можно расположить между ними), который работал в ста стилях сразу и в своих экспериментах умудрялся скрещивать классику со «Звездными войнами». Ловко жонглируя противоположностями – естественное и искусственное, сексуальное и интеллектуальное, строгое и развязное, – он проектировал экстраординарные здания, навсегда изменившие городские ландшафты Европы. Одно из таких – монументальный постмодернистский жилой комплекс недалеко от Парижа.

Комплекс Les Espaces d’Abraxas был спроектирован архитектурным бюро Ricardo Bofill Taller de Arquitectura как «обитаемый памятник в новом городе» Марн-ла-Валле. Строительство было завершено в 1982 году, а Марн-ла-Валле основали лишь на 20 лет раньше – расположенный в 32 км от Парижа, сегодня он известен в первую очередь тем, что именно здесь находится парижский Диснейленд. Бофилл настаивал: «Для развития жилищного строительства необходим монументальный проект, который носил бы символический характер и стал бы прочной точкой отсчета для дальнейших построек подобного рода».

С момента своего основания постмодернистский проект Бофилла «засветился» во многих фильмах, от «Бразилии» Терри Гиллиама до трилогии «Голодных игр».

Комплекс из 591 блока состоит из трех основных частей: «le palacio», «le théâtre» и «l'arc». Самая большая структура – восемнадцатиэтажный жилой дом «le palacio» – включает в себя 441 квартиру (в том числе двухэтажные, от двух до пяти комнат). Этажи соединены между собой тремя вертикальными линиями лифтов, а квартиры – лестничными клетками, расположенными в определенном порядке. Напротив находится «le théâtre» – полукруглая структура с рядом зеркальных колонн. Здесь размещаются еще 130 квартир, а в центре расположена общественная открытая площадка. «Открытое пространство окружено полукруглым зданием, выпуклость которого дает ощущение защитного укрытия, – разъясняет Бофилл. – В основе этого лежит неприкосновенность частной жизни, что определенным образом переворачивает наше первоначальное впечатление, которое обычно производят монументальные здания». Наконец, в центре комплекса находится «l'arc» – арка с 20 квартирами. Крыши зданий засажены деревьями, которые должны завершать архитектурный образ строения – для жителей они недоступны и выступают только как декоративные элементы.

Фасады из сборных каменных и бетонных панелей – они были вырезаны по индивидуальному шаблону и собраны так, что стыки незаметны, – массивные железобетонные конструкции, отсылки сразу к нескольким архитектурным стилям и постоянная игра с масштабом элементов позволили Бофиллу говорить на чрезвычайно сложном архитектурном языке и с использованием специфической эклектичной лексики.

Несмотря на то, что методология строительства комплекса Les Espaces d’Abraxas опирается на предыдущие проекты архитектора, этот знаковый объект стал первой попыткой Бофилла построить архитектурный ансамбль столь монументального размера. Как ни печально, Бофилл, согласно интервью 2014 года, считает проект Les Espaces d’Abraxas неудачным, ведь ему так и не удалось изменить с его помощью облик города и ввести новую моду на архитектуру социального жилья – в частности, Бофилл не раз выступал против архитектуры Ле Корбюзье, называя ее «лишенный стиля». Задуманный как альтернатива стандартизированным, безликим и анонимным постройкам комплекс должен был повысить престиж социального жилья, но не смог справиться с поставленной задачей, так и оставшись единственным в своем роде. Но может быть, режиссеры антиутопий правы, и Les Espaces d’Abraxas действительно слишком напоминает грозный имперский город, и все дело только в этом?

Все фото: Gregori Civera

«Как только постмодернизм превратился в стиль и стал ироничным, я перестал им интересоваться»

Владимир Белоголовский – архитектурный критик и куратор множества выставок. Живёт он в США, но устраивает выставки и публикует книги по всему миру, специально интересуясь героями классического модернизма и личностями архитекторов-"звёзд" начала XXI века, периода 2000-х. Ему удается побеседовать со многими известными архитекторами «первой величины», можно сказать, что Белоголовский – мастер звёздных портретов и монографических интервью. Одна книга интервью, «Беседы с архитекторами в эпоху знаменитостей», уже опубликована в 2015 году издательством DOM Publishers. Вторая сейчас готовится, также как и выставка «прямой речи», где можно будет услышать недавних гуру, чей авторитет ещё держится, но с новыми веяниями стремительно уходит в прошлое. Мы планируем публиковать интервью Владимира Белоголовского – те, которые затем должны прозвучать на выставке и появиться в книге. Это будет специальный проект. Перевод интервью на русский язык – Антона Мизонова.

La Fabrica. Офис Рикардо Бофилла в Барселоне. 1975 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura


Владимир Белоголовский:
– Ваш офис, расположенный в здании бывшего цементного завода La Fabrica, построенного здесь, в Барселоне, в конце XIX века, буквально завораживает. Это знаковый проект для вас? Он уже закончен или Вы всё ещё в процессе работы над ним?

Рикардо Бофилл:
– Нет, это даже больше, чем знаковый проект – это мой дом. Я живу и работаю здесь вот уже сорок лет. Он не закончен и никогда не будет закончен. Архитектура – это вообще такая штука, которую невозможно закончить; всё время что-то дорабатывается, совершенствуется, всё время требует большей работы. Мы начали эту работу с разрушения, разборки, деконструкции. Как только я увидел это сооружение, оно мне сразу очень понравилось – было такое чувство, что его вообще никто и никогда не проектировал. В течение многих лет оно достраивалось и видоизменялось по мере того, как появлялись новые технологии. Это было как дань уважения индустрии. И этот завод напомнил мне вернакулярную архитектуру. Меня привлекла эта индустриальная вернакулярность. Кроме того, в здании было несколько невероятных сюрреалистических мест – лестницы и мостики, ведущие в никуда, арки и портики там, где их меньше всего ожидаешь увидеть... Началось у меня всё с романтической идеи «привнести» природу в это индустриальное царство. Теперь здесь зелень повсюду. Наверху бывшего промышленного комплекса посажен целый «эко-слой».

La Fabrica. Офис Рикардо Бофилла в Барселоне. 1975 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

La Fabrica. Офис Рикардо Бофилла в Барселоне. 1975 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura


– Я предположил, что работа над проектом ещё не закончена, потому что в этом превращении бывшего завода в ваш дом и офис есть несколько эклектичных моментов, навеянных «брутальной» индустриальной архитектурой, национальной испанской традицией, а также сюрреализмом и постмодернизмом. 

– Да, всё верно, но то, что Вы называете в данном случае «постмодернизмом», это, скорее, историзм. А историзм в архитектуре хронологически идёт раньше постмодернизма. На тот момент я жил идеей возрождения некоторых элементов Каталонской архитектуры – таких, как вытянутые арочные окна средневековой Барселоны. Знаете, каждый раз, когда я приезжаю домой из мест с сильной архитектурной традицией – городов в японской глубинке, или где-нибудь среди ближневосточной пустыни, или в Италии, я привожу с собой домой частичку этой традиции, и её можно проследить в моих последующих работах. Эти воспоминания очень важны для меня.

La Fabrica. Офис Рикардо Бофилла в Барселоне. 1975 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

La Fabrica. Офис Рикардо Бофилла в Барселоне. 1975 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

La Fabrica. Офис Рикардо Бофилла в Барселоне. 1975 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura


То есть Вы это место постоянно переделываете? 

– Постоянно. Как Вы сказали, я в процессе работы над ним – и она никогда совершенно не прекратится. И мне очень нравится само место. Оно очень «сырое», грубое и чистое, здесь почти нет ничего декоративного. Это целый мир в себе. Здесь, как я уже сказал, ничего не проектировали. Когда я начал преобразовывать это место, моим идеалом был монастырь – идеальное место для концентрации. И, работая здесь, я запустил свыше тысячи других проектов.

La Fabrica. Офис Рикардо Бофилла в Барселоне. 1975 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

La Fabrica. Офис Рикардо Бофилла в Барселоне. 1975 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura


– Я читал, что Вы привлекаете для работы не только архитекторов и проектировщиков, но и математиков, музыкантов, поэтов, кинорежиссеров, философов, социологов... Расскажите подробнее о таком «междисциплинарном» подходе к архитектуре.

– Архитектура – профессиональная дисциплина. С фундаментальной и художественной точки зрения архитектура посвящена пространству и пространственно-временным отношениям. Поэтому архитектор обязательно должен учитывать genius loci – дух каждого места, его ДНК. Архитектура не может быть просто перенесена с одного места на другое. Архитектура должна подходить месту. Поэтому при помощи своего междисциплинарного подхода я, прежде всего, пытаюсь изобрести новые проекты, новые стили. Я хочу открыть себя заново. Я не хочу повторять себя или без конца повторять определенные формы, чем грешат некоторые архитекторы... Я стараюсь подстраиваться под местные условия и традиции. Архитектура просто обязана быть открытой другим дисциплинам, она не может существовать изолированно. И поскольку все остальные дисциплины эволюционируют, архитектура должна поддерживать тесные связи с ними, чтобы развиваться самой.

Ваш отец был архитектором, и ваш сын архитектор. Расскажите о вашей профессиональной династии. Приход в архитектуру был для Вас неизбежен? 

– Я не думаю, что совсем уж неизбежен... Но, да, здесь в Каталонии много семей с сильными традициями. Есть семьи врачей, музыкантов и архитекторов. Не забывайте, что в прошлом этим профессиям не учили в школах или университетах, и именно поэтому многие профессии передавались из поколения в поколение по семейной линии. Мой отец был архитектором и застройщиком, и именно от него я получил свои первые знания об архитектуре и строительстве. Мы вместе объехали всю Испанию, чтобы изучить национальную архитектуру, были в Италии, и свои первые проекты я делал вместе с отцом. Я многому у него научился, участвуя в реализации проектов. Я работал и со строителями, и с местными ремесленниками; многое делал своими руками. На меня повлияло множество утопических идей, так что мои ранние работы были на грани утопии и реальности.

– Каким был ваш первый проект?

– Я был ещё студентом, мне было всего восемнадцать, и я учился на архитектурном факультете в Школе Искусств в Женеве. Моей первой страстью были работы Фрэнка Ллойда Райта и Алвара Аалто. Я прикоснулся к органической архитектуре, зданиям, интергрированным с природой; зданиям, чьи фасады отображают сложности их внутренней структуры, или зданиям вообще без фасадов! Моим первым проектом был небольшой гостевой домик на Ибице, очень органичный, с толстыми криволинейными стенами и маленькими окнами, отражающими «дух места». Затем я делал проекты для Барселоны, Франции, Алжира; в центральной Африке, и в других местах... В России, Индии, Китае, Японии, США... И везде архитектура – разная и соотнесена с местом. Главное, что я вынес из этих разнообразных опытов – архитектура не может быть попросту перемещена из одного места на другое.

Летний дом в Ибице, Испания, 1960 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

Летний дом в Ибице, Испания, 1960. План © Ricardo Bofill Taller Arquitectura


– Давайте вернемся к тому времени, когда Вы работали у своего отца в начале шестидесятых и запустили много проектов экспериментального жилья. Вы говорили, что в те времена Вам не нравился Корбюзье из-за его спрограммированных заранее универсальных городов. Вы построили свои дома-прототипы, такие как Баррио Гауди (Barrio Gaudí) в Реус Таррагона (1968), Ла Муралья Роха (La Muralla Roja) в Аликанте (1973), и Вальден-7 (Walden-7) (1975) прямо здесь, рядом с вашим офисом. В этих проектах Вы обратились к национальной испанской архитектуре и критическому регионализму, не так ли? Эти ваши ранние проекты были реакцией на модернизм?

– Я всегда говорил, что Корбю – тот самый архитектор, который «убил» город. Ему вообще не было дела до истории. Он ненавидел город. Он хотел разделить город, расщепить его на зоны для жилья, работы, торговли и так далее. Он думал о городах и зданиях как о машинах. Я же всегда придерживался противоположной точки зрения. Каждый город – это намного более сложное место, конфликтное, противоречивое и порочное место. Города надо чинить и лечить, а не разрушать и строить с нуля. Города появились десять тысяч лет назад, но для Корбюзье истории не существовало. Его манифесты были обращены только в будущее. Но ясно, что люди предпочитают жить в исторических центрах, а не в спальных районах. Я стараюсь найти альтернативу упрощённому модернизму, возвращая дух средиземноморского города.

Баррио Гауди в Реус Таррагона, 1968 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

Баррио Гауди в Реус Таррагона, 1968 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

Баррио Гауди в Реус Таррагона, 1968 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

Баррио Гауди в Реус Таррагона, 1968 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura


La Muralla Roja, 1973, Ricardo Bofill Taller Arquitectura:

– Расскажите о Вальден-7, утопическом проекте, основанном на вашей идее «Космического города». Этот проект модульно-блочного жилья обозначил ваш разрыв с рационалистами. Повлиял ли на него жилой комплекс «Хабитат 67», построенный Моше Сафди в Монреале? 

– Моше мой хороший друг, и мы делились идеями, но я не думаю, что он повлиял на меня или я повлиял на него, во всяком случае, не прямо. Я начал экспериментировать с идеей «Космического города», проекта модульного жилья в Мадриде, задолго до того как познакомился с Сафди. Он экспериментировал в основном с технологическими аспектами, в то время как меня больше интересовали социальные аспекты модульной архитектуры.

City in the Space, «Космический город». 1970 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

City in the Space, «Космический город». 1970 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

City in the Space, «Космический город». 1970 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

City in the Space, «Космический город». 1970 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

City in the Space, «Космический город». 1970 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura


Для меня Вальден-7 был способом предложить новый вид локального сообщества с множеством общественных пространств, общественных и частных садов. Идея состояла в создании кластеров жилых блоков, сгруппированных вокруг больших открытых дворов, с большой гибкостью и потенциалом для роста и развития семей, и он стал новой моделью социального взаимодействия. Проект был рассчитан не только на классическую семью, но и на коммуны, бездетные пары, и просто одиночек. Это то, как я понимаю модульное жильё. Все блоки строятся из квадратных модулей, позволяя жильцам расширять одномодульные студии до многомодульных квартир – как по горизонтали, так и по вертикали. Теперь, сорок лет спустя, мы видим, как изначально очень жёсткая традиционная испанская семья эволюционировала во множество вариантов совместной жизни. Проект оказался успешен также и потому, что я лично контролировал не только проектирование, но и покупку земли, девелопмент, финансирование, и осуществлял авторский надзор за строительством.

Walden 7, Барселона, 1975 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

Walden 7, Барселона, 1975 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

Walden 7, Барселона, 1975 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

Walden 7, Барселона, 1975 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

Walden 7, Барселона, 1975 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura


– Рассказывая о Вальден-7 и других ранних экспериментальных проектах, Вы сказали, что каждый из них был индивидуален, потому что Вы не хотели просто выдавать «красивую» архитектуру, хотели экспериментировать. Вы могли бы рассказать об этом подробнее? 

– Мне нравится архитектура простая, основанная на естественных формах, построенная из благородных, но недорогих материалов. Мне не нравятся излишества, роскошь, богатые формы и дорогие материалы. Мне нравится минималистичная и чувственная архитектура. Главное в архитектуре – это процесс. А методология – ключевой компонент творческого процесса. Нет никакого жёстко закреплённого метода. Каждому проекту нужен свой собственный метод. Некоторые проекты основаны на неких идеях-данностях, а некоторые – на процессе как таковом.

– Но то, что Вы описываете, сильно расходится с неоклассическим социальным жильём, которые Вы построили во Франции в начале восьмидесятых. В них немало роскошных, даже избыточных деталей. Я говорю про новые города-спутники Парижа и застройку Антигоны в Монпелье на юге Франции. Разве Вы не пытались достичь в этих проектах ощущения богатых, прекрасных, роскошных мест? Разве не хотели достичь некоего совершенства, создать «идеальный город» для жизни? 

Пространства Абраксас, пригороды Парижа. 1982 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura


– Именно об этом я и говорю! Разные места, разные периоды моей творческой карьеры давали разные ответы и разные проекты. Работая над теми французскими жилыми домами, я задавался одним вопросом – почему исторические города красивее современных? И я хотел доказать, что обратное также возможно. Я экспериментировал с идеями готового блочного жилья и решал вопрос – как обеспечить жильем огромное количество мигрантов, нахлынувших во Францию в тот момент. Работая над этими проектами, я посещал фабрики и заводы, экспериментировавшие с готовыми блоками. Для того чтобы строительство такого города было экономичным, в технологии его постройки должно быть много повторяющихся элементов. Я понял, что и классическому периоду идея повторения была отнюдь не чужда – и с каждым повторением тот или иной элемент становился всё лучше. Поэтому в восьмидесятые мы в основном занимались тем, что придумывали заново лексикон современного города, где мы пытались пересказать историю языком современных на тот момент технологий. Классическая архитектура стала для меня главным источником вдохновения. Затем мы стали развивать и другие направления создания современных городов.

Пространства Абраксас, пригороды Парижа. 1982 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

Пространства Абраксас, пригороды Парижа. 1982 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura


– Хотите ли Вы сказать, что исследовали классический лексикон потому, что не были довольны своими проектами, построенными в шестидесятые и семидесятые? Я слышал, что Вы отзывались о своих ранних проектах как об ошибках. Почему?

– Важно, чтобы внутри Вас всегда работал моторчик, провоцирующий перемены и, как следствие, эволюцию. И здоровое недовольство своей работой – хороший способ не давать этому моторчику заглохнуть. Что касается моих ранних работ из шестидесятых и семидесятых, они были по-своему интересными, но когда я столкнулся с гораздо большим градостроительным масштабом, как например, во Франции, и в других частях света, идеи этих ранних проектов перестали работать. Опять-таки многие архитекторы повторяются именно потому, что относятся недостаточно критично к своей работе; они продолжают строить один и тот же проект по всему свету. Они развивают свой собственный стиль. Они не эволюционируют. Я не люблю удовлетворённых людей. Я предпочитаю критически относиться к себе.

– Однажды Вы сказали, что были одним из пионеров постмодернизма. Но как только постмодернизм стал состоявшимся стилем, он перестал вас интересовать. Так ли это? 

– Да, именно так. В то время у нас даже не было названия для этого течения, но, так или иначе, моя идея состояла в восстановлении некоторых исторических элементов архитектуры, тех традиций, что были «отсечены» в двадцатые-тридцатые годы. Тогда архитектура стала tabula rasa, попыталась начать всё с чистого листа. История была запрещена, а весь мир слепо последовал за Корбюзье и Мисом ван дер Роэ. Так что наш возврат к истории был воспринят благосклонно. Но когда постмодернизм состоялся и обрел популярность в США и во всем мире, он стал просто ещё одним стилем. А со временем он стал ироничным и даже вульгарным. Как только он превратился в движение, я перестал им интересоваться.

Озёрные аркады, Париж, 1982 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

Озёрные аркады, Париж, 1982 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

Озёрные аркады, Париж, 1982 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

Озёрные аркады, Париж, 1982 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

Озёрные аркады, Париж, 1982 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura


– Вы называете работы, сделанные вами в восьмидесятые, «современным классицизмом» – в противовес постмодернизму. Почему? 

– Постмодернизм стал популярным после венецианской биеннале 1980, и какое-то время все на нём были буквально помешаны. Но вскоре я понял, что мне интересна современная архитектура, прежде всего её тяготение к рациональным планировкам и методам минимализма. Но мне также была интересна и классическая архитектура, и я решил совместить эти два интереса. Мне не был интересен неоклассицизм, вся суть которого в переносе академических правил классической архитектуры на современное строительство – он постоянно повторяется, скука смертная! И я пытался соединить лучшее из модернизма и лучшее из классических стилей. Мне по-прежнему нравится классическая архитектура. Мне нравятся разработанные в ней понятия последовательности пространств, системы пропорций, и её стремление к идеалу, пусть даже недостижимому. И главное – это всё ещё архитектура культуры, противостоящая варварской архитектуре без правил, архитектуре хаоса и разрушения – деконструкции. Мне нравится архитектура, несущая ощущение покоя и гармонии. Но сегодня я стараюсь не следовать какому-то определенному стилю. Меня не вдохновляет лексикон классической архитектуры – только её дух. Мы внедряем новые технологии, эко-концепции, и привносим свою собственную историю, чтобы «написать» свою архитектуру, как писатель роман. И мне не очень нравятся динамичные суперсовременные пространства. На меня не производят особенного впечатления все эти диагонали, наклонные или криволинейные стены. Мне нравятся простые уравновешенные пространства. Мне не нравится напряжение...

– Правда? Но пространство, в котором мы с вами здесь беседуем и вся реконструированная Вами фабрика прекрасна именно своей динамичностью, не говоря уже о том, что я не видел здесь ни одной прямой стены. Замечательное место! 
– Да, оно динамичное, но в то же время спокойное и уравновешенное. Конечно, я люблю динамичную архитектуру. Мне нравится барокко и Борромини, но здесь архитектура очень органичная и контролируемая – есть ясное чувство масштаба и гармонии как между отдельными частями, так и между частями и целым. Это не какая-нибудь «джазовая импровизация». Масштаб особенно важен – не только для отдельных зданий, но и для городов. Франческо ди Джорджо Мартини, итальянский архитектор эпохи Возрождения, сравнивал города с домами: улицы – коридоры, площади – комнаты. И по сей день мы, современные архитекторы, так и не придумали никакой серьёзной альтернативы историческому городу.

– Вы по-прежнему остаётесь идеалистом? Какую архитектуру и какое градостроительное планирование Вы себе представляете, когда думаете о городе будущего? 

– Да, весь мир урбанизируется с невероятной быстротой; там и тут из ниоткуда возникают новые мегаполисы. Но нам ни в коем случае нельзя забывать о тех качествах, за которые мы любим наши старые города: компактность, лояльность к пешеходам, экологичность, логичность в вопросах избавления от отходов, и многое другое. Но все эти задачи надо решать как раз на местном уровне – единого глобального рецепта не существует.

– Над какими проектами Вы работаете сейчас? Можете описать свой типичный творческий процесс? 

– Все проекты разные, и я считаю, что и творческий процесс должен быть у каждого проекта свой. Сейчас мы работаем над множеством проектов, принимаем участие в конкурсе на обновление стадиона футбольного клуба Барселона (разговор состоялся в марте 2016), строим новый жилой дом в Майями, новые небоскребы в Азии, и даже целые новые города в Африке... Мы также работаем над новым городом в Китае. Это будет город на юге Китая площадью 550 гектаров с населением в семьсот тысяч человек.

Новый город Нанша в окрестностях Гуанчжоу. 1993 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

Новый город Нанша в окрестностях Гуанчжоу. 1993 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

Новый город Нанша в окрестностях Гуанчжоу. 1993 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

Новый город Нанша в окрестностях Гуанчжоу. 1993 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura

Новый город Нанша в окрестностях Гуанчжоу. 1993 © Ricardo Bofill Taller Arquitectura


– Огромный проект...

– И очень сложный, как Вы можете себе представить...

– Но подождите-ка! Получается, что Вы стали «Китайским Корбюзье»? 

– Нет-нет-нет (смеется). Нет, потому что наш подход принципиально другой, очень узнаваемый, целостный и индивидуальный способ проектирования. И я не проектирую этот город от начала до конца. Мы разрабатываем генплан, очереди строительства, и прочие элементы строительного процесса. Я придумал основной образ будущего города, но в его планировке есть масса нюансов. Я не предлагаю готовую картинку со сторого обозначенной типологией зданий: вот вам курс и направление, всё должно соответствовать. Нет, ни в коем случае. Прекрасной моделью нового города может послужить Барселона. У нас здесь всё подчинено жёсткому мастер-плану, но через каждые двадцать метров стоит интересное узнаваемое здание. Урбанистический подход и хорошая архитектура здесь прекрасно сочетаются. Урбанисты со всего света приезжают сюда, чтобы учиться на опыте Барселоны. У нас тут поразительная вариативность в рамках целостной последовательности.

– Вы сказали, что не хотите служить примером для других, и что главный движущий фактор для Вас – критическое отношение к своей работе. А из чего Вы черпаете вдохновение? Вы следите за работой своих современников? 

– Да, я слежу за тем, что сегодня происходит в мире архитектуры. Мы сейчас переживаем момент, когда авторы, мастера индивидуальной архитектуры, исчезают как класс, и то, что мы видим – это архитектура глобальных корпораций и консорциумов, где стиль и узнаваемый язык архитектора всё труднее различить. Архитектура всё чаще начинает напоминать конструктор Лего – все эти бесконечные наложения одних и тех же проектов друг на друга. Очень много перекрестных заимствований... Из тех, чьи работы мне действительно нравятся, я бы выделил Ричарда Майера.

– Но если вам нравится Ричард Майер, вам должен нравиться Корбюзье. Если не как урбанист, то, по крайней мере, как архитектор!

– Если посмотреть на архитектуру Корбюзье, его отдельные здания очень неплохи. Но если бы мне пришлось выбирать между домами Корбюзье и Ричарда Майера, я бы выбрал Майера. Мне нравится архитектура Фрэнка Гери. Мне нравятся ранние проекты Захи Хадид и её первые эскизы. Что мне не совсем импонирует в ее работах – это частые самоповторы; большинство её проектов похожи один на другой. Я слежу за тем, что делает Бьярке Ингельс, но там нужно ещё дождаться, когда большинство его проектов будет реализовано. В целом сейчас мы имеем дело с периодом разнообразия и в то же в время – некоторого замешательства в архитектуре. И очень жаль, что мы теряем сильных, заметных архитекторов и архитектуру, говорящую о своём месте. Слишком много повторений и слишком много корпоративного продукта, отчего возникает эффект коллажа.

– В шестидесятые и семидесятые существовало непримиримое противостояние между новым поколением архитекторов и модернистскими идеями Корбюзье, Гропиуса, Миса, и других признанных мастеров. Как Вам кажется, кто победил в той битве, и актуально ли это противостояние сегодня? Ведь Вы сказали, что сегодня в мире архитектуры царит небывалое замешательство и неразбериха. Нет ничего необычного в том, что молодое поколение архитекторов восстает против старого, но сегодня мы имеем ситуацию «все против всех». Так много голосов, и каждый хочет быть услышанным.

– Да, многие архитекторы сражаются друг с другом, но это не про нас. Мы дружим со всеми (смеется). Архитектура стала очень конкурентной профессией. Теряется независимое мышление. Идеология уступает место требованиям клиента. Подменяется модой и системой звёзд. Молодым архитекторам сегодня нелегко. Но нам нужно сменить фокус. Сосредоточиться на урбанистике, городском планировании. Интересных и заметных архитектурных объектов уже достаточно много. Но для того, чтобы получить город, удобный для жизни, недостаточно составить все эти прекрасные объекты вместе. Это новый вызов – предложить новое урбанистическое видение, и в то же время учесть отношение архитектуры к природе и климатическим изменениям.

– Похоже, сейчас у нас больше проблем и вопросов, чем было в шестидесятые. 

– Согласен.

Мастерская Рикардо Бофилл - Барселона Путеводитель Happyinspain

В 1973 году один из самых известных современных архитекторов, каталонец Рикардо Бофилл, купил на окраине Барселоны заброшенный цементный завод, состоящий из более чем 30 элеваторов, подземных галерей и огромного машинного отделения. Эти живописные развалины он превратил в собственный дом и в головной офис мастерской La Fabrica, где под его руководством работает команда архитекторов, проектировщиков, урбанистов, графических дизайнеров, а также математиков, музыкантов, поэтов, кинорежиссеров, философов, социологов…

“Архитектор обязан учитывать дух каждого места, его ДНК. Архитектура должна подходить месту. Поэтому при помощи своего междисциплинарного подхода я, прежде всего, пытаюсь изобрести новые проекты, новые стили. Я хочу открыть себя заново. Я не хочу повторять себя или без конца повторять определенные формы… Архитектура просто обязана быть открытой другим дисциплинам, она не может существовать изолированно. И поскольку все остальные дисциплины эволюционируют, архитектура должна поддерживать тесные связи с ними, чтобы развиваться самой.”

Эстетика мастерской “La Fabrica” потрясает воображение. Минималистичный дизайн дарит суровому индустриальному каркасу воздушность, создавая атмосферу романтичного брутализма на грани утопии и реальности. Зелень растений на фоне цементных конструкций воспевает торжество природы. Словно после апокалипсиса сюда вернулась жизнь. Работать в таком необычном месте особая честь, вдохновение можно черпать в любой детали. Настоящий “монастырь архитектуры”, как его называет сам Рикардо. «У меня создается впечатление, что я живу в закрытой вселенной, которая защищает меня от внешней и повседневной жизни. Жизнь здесь течет непрерывно, и разница между работой и досугом очень мала».

Несмотря на трансформацию, «Фабрика» по сей день остается незавершенным проектом. Рикардо Бофилл отмечает, что его постоянная эволюция похожа с его собственным образом жизни и творчеством. В них, как и на фабрике, всегда найдется место для совершенствования.

В портфолио студии Бофилла — тысячи проектов более чем в 50 странах. Бофилл оформляет офисы Cartier и Christian Dior, строит театры и аэропорты, но главным направлением студии было и остается социальное жилье. Самые известные экспериментальные проекты — Ла Муралья Роха (La Muralla Roja) в Аликанте (1973), и Вальден-7 (Walden-7) (1975), расположенный напротив мастерской Рикардо.

Можно ли попасть внутрь мастерской Бофилла? Это непросто, так как сюда не пускают обычных посетителей, но иногда проходят визиты для дизайнеров и архитекторов. Если вам повезет и вы сможете присоединиться к подобной группе, двери Фабрики распахнутся для вас.

Главный архитектор встретился с представителями архитектурного бюро Ricardo Bofill Taller de Arquitectura

24 января 2017 в Комитете состоялась официальная встреча председателя Комитета – главного архитектора Владимира Григорьева с представителями испанского архитектурного бюро Ricardo Bofill Taller de Arquitectura.

Для обсуждения вопросов в области градостроительства и архитектуры и обмена профессиональным опытом Комитет посетили: президент бюро Рикардо Бофилл Маггиора Вергано (Ricardo E. Bofill Maggiora Vergano), директор бюро Пабло Бофилл (Pablo Bofill) и главный архитектор, инженер –строитель Габор Сомсcич (Gabor Somssich).

Проект реконструкции «Ленинград Центра», архитектурное бюро Ricardo Bofill Taller de Arquitectura

В рамках встречи Владимир Григорьев рассказал о деятельности, целях и задачах Комитета, об обязанностях и полномочиях главного архитектора Санкт-Петербурга. Большой интерес у иностранных коллег вызвали вопросы правового регулирования градостроительной деятельности в Санкт-Петербурге, в частности действие документов территориального зонирования, градостроительных регламентов, и закона о границах охраны объектов культурного наследия, а также порядок получения разрешение на строительство.

Главный архитектор рассказал о процедуре оказания государственной услуги по предоставлению решения о согласовании архитектурно-градостроительного облика объектов в сфере жилищного строительства и работе Градостроительного совета при Правительстве Санкт-Петербурга.

«Когда в Комитет поступает проект, на мне лежит ответственность перед Правительством города за его согласование. Сложные и противоречивые проекты рассматриваются на заседании Градостроительного совета. Это дает возможность архитекторам доказать, что проект достоин нашего города. На мой взгляд, рассмотрение проектов членами и экспертами Градсовета не только позволяет получить компетентное мнение профессионалов, но и заставляет архитекторов ответственно и серьезно подходить к созданию будущего облика Петербурга. Уверен, что совместными усилиями Комитета и Градостроительного совета мы получим качественную городскую среду», – пояснил Владимир Григорьев.

В продолжение диалога участники официальной встречи обсудили масштабные проекты, недавно реализованные в Санкт-Петербурге, в том числе построенный в 2014 году международный конгрессно-выставочный центр «Экспофорум» и возведенную в 2012 году Академию танца Бориса Эйфмана. Среди текущих городских проектов особым вниманием была отмечена концепция комплекса зданий Верховного суда и Дворца танца Бориса Эйфмана под руководством архитектурных бюро Евгения Герасимова и Сергея Чобана, проект новой сцены Малого драматического театра – театра Европы Льва Додина архитектурной мастерской Михаила Мамошина.

Подводя итоги дискуссии Владимир Григорьев добавил, что при условии профессионального подхода в городе может быть воплощен любой архитектурный стиль, а международное сотрудничество в градостроительной сфере помогает успешно применять опыт зарубежных стран в инновационном проектировании.

 

Пресс-служба Комитета по градостроительству и архитектуре

242-31-48, [email protected]

Дымоходы BOFILL

Испанские дымоходы BOFILL из нержавеющей стали, эмалированные, утепленные. Эстетичный внешний вид и широкий модельный ряд позволят  смонтировать дымоход любой сложности.
Типы дымоходов:
• Гибкий дымоход.
Назначение: для отвода дымовых газов от котлов и газовых колонок.
Отличительные особенности: сталь марки AISI – 316, гибкий удобство монтажа, компактность при установке.
Рабочая температура до 450 0C;
Наружная стенка гофрированная;
Внутренняя стенка гладкая.
• Трубы одностенные, неутепленные.
Назначение: Для отвода дымовых газов от котлов, колонок, генераторов
Особенности: неограниченный срок службы, малое сопротивление тяге, идеальная геометрия, кислотоустойчивая сталь марки AISI-304, легкость монтажа и обслуживания.
Рабочая температура до 450 0С
Кратковременное повышение до 750 0С
Толщина стенки 0,4/0,5/0,7 мм.
Сварка встык TIG.
• Трубы утепленные.
Назначение: Для отвода дымовых газов от котлов, каминов, колонок, генераторов, теплогенераторов.Дымоход состоит из 2х цилиндров из нержавеющей стали, между которыми находится утеплитель.
Особенности: внешний контур выполнен из аустенитной нержавеющей стали AISI-304, толщина 0,4 мм. Внутренний контур выполнен из аустенитной нержавеющей стали AISI-316L, утепление базальтовой ватой (толщина 30мм, плотность 120 кг/м3) с уплотнительными прокладками толщиной 50 мм и плотностью 175 кг / м3).
Рабочая температура до 550 0С;
Кратковременное повышение до 750 0С;
Отсутствие конденсата;
Возможность установки прокладки для повыщения герметизации;
Хомут трубный в ходит в комплект каждого элемента;
Сварка встык TIG.
• Трубы утепленные с внешним контуром из меди. Благородный цвет меди прекрасно сочетается с цветом покрытия кровли черепицей, кирпичными фасадами здания, декорами.
Внутренний контур выполнен из нержавеющей стали AISI 316L (кислотоустойчивая, жаропрочная), Внешний контур выполнен из меди.
Геометрические размеры и номенклатура совпадает с трубами утепленными.
• Трубы эмалированные
Назначение:
для отвода дымовых газов от котлов, колонок, генераторов, печей, каминов.
Особенности:
Рабочая температура до 700 0С;
Температура обжига эмали 900 0С;
Допускается кратковременное повышение температуры до 750 0С.

Проекты - Ricardo Bofill Taller de Arquitectura

Проект Расположение Тип Статус Год
Ленинград Санкт-Петербург, Россия Общественные здания Завершено / Построено 2013
Форум Карлин Прага, Чехия Промышленная реабилитация, офис и штаб-квартира Завершено / Построено 2014
Политехнический университет Мохаммеда VI Benguérir, Maroc Общественные здания Текущее / в разработке 2016
La Grande Chapelle Мо, Франция Градостроительство Проект / Конкурс 1976
Echevarría Бильбао, Испания Градостроительство Проект / Конкурс 1977
Ла-Манзанера Calpe, Аликанте, Испания Градостроительство Завершено / Построено 1982
Corso Court Прага, Чехия Офис и штаб-квартира Завершено / Построено 2016
Апартаменты «Олимпийская деревня» Барселона.Испания Жилая Завершено / Построено 1991
Реконструкция Пасео-де-ла-Кастельяна Мадрид, Испания Градостроительство Проект / Конкурс 1997
Платиновая башня Бейрут, Ливан Жилой, Башни Завершено / Построено 2002
Nexus II Барселона, Испания Офис и штаб-квартира Завершено / Построено 2002
Obecni Dvur Прага, Чехия Промышленная реабилитация, Жилая Завершено / Построено 2016
Головной офис Desigual Барселона, Испания Офис и штаб-квартира Завершено / Построено 2012
Городское планирование Алжира (продолжение Бешар-Абдадла) Бешар, Алжир Градостроительство Проект / Конкурс 1977
La Petite Cathédrale Cergy-Pontoise, Париж, Франция Жилая Проект / Конкурс 1971
Государственная мечеть Багдад, Ирак Общественные здания Проект / Конкурс 1982
Храм Les Maisons Франция Жилая Проект / Конкурс 1981
Район Ла-Бастид Бордо, Франция Градостроительство Проект / Конкурс 1988
Сады реки Турия Валенсия, Испания Парки и сады Завершено / Построено 1987
Классический сад для Ensanche Барселона, Испания Парки и сады Проект / Конкурс 1981
Средиземноморский культурный центр Барселона, Испания Общественные здания Проект / Конкурс 1990
Gasteizberri Витория, Испания Градостроительство Проект / Конкурс 1976
Московская агломерация Москва, Россия Градостроительство Проект / Конкурс 2012
Логистический парк Зона Франка Барселона, Испания Офис и штаб-квартира Завершено / Построено 2002
Развитие морского фронта Барселона, Испания Жилая Завершено / Построено 2002
Баб-Аль-Шейх Багдад, Ирак Градостроительство Проект / Конкурс 1987
Штаб-квартира Swift La Hulpe, Бельгия Офис и штаб-квартира Завершено / Построено 1989
Музыкальная школа Шеперд Университет Райса, Хьюстон, Техас, США Общественные здания Завершено / Построено 1991
Shiseido Ginza Токио, Япония Офис и штаб-квартира, Башни Завершено / Построено 2001
Riouxa Park Виго, Испания Парки и сады Завершено / Построено 1991
Терминал 1 аэропорта Барселоны Эль-Прат-де-Льобрегат, Барселона.Испания Транспортная инфраструктура Завершено / Построено 2010
Па Содер Полумесяц Стокгольм, Швеция Жилой, Градостроительный Завершено / Построено 1992
La Résidence de la Paix Дакар, Сенегал Жилой, Социальный Завершено / Построено 2010
Les Echelles de la Ville Монпелье, Франция Розничная торговля и смешанное использование, Городской дизайн Завершено / Построено 1989
Дж.Штаб-квартира C. Decaux Париж, Франция Офис и штаб-квартира Завершено / Построено 1991
Arc de La Défense Париж, Франция Градостроительство Проект / Конкурс 1973
Офисы Axa Париж, Франция Офис и штаб-квартира Завершено / Построено 2000
Corso I Karlin Прага, Чехия Промышленная реабилитация, офис и штаб-квартира Завершено / Построено 2000
Les Halles Париж, Франция Градостроительство Проект / Конкурс 1975
La Maison d’Abraxas Версаль, Франция Градостроительство Проект / Конкурс 1973
La Place Majeure Сержи-Понтуаз, Франция Градостроительство Проект / Конкурс 1975
Сельскохозяйственная деревня Хуари Бумедьен Абадла, Аргелия Градостроительство Завершено / Построено 1980
Пирамида Испано-французская граница Парки и сады, Общественные здания Завершено / Построено 1976
Les Colonnes de Saint-Christophe Сержи-Понтуаз, Франция Жилой, Социальный Завершено / Построено 1986
Ноу Камп Ноу Барселона, Испания Общественные здания Проект / Конкурс 2015
Вилла Ананда Майами, U.S.A. Частный сектор, Жилая Завершено / Построено 2000
Costes K Hotel Париж, Франция Гостиницы и курорты Завершено / Построено 1993
Taller de Arquitectura Paris Париж, Франция Промышленная реабилитация, офис и штаб-квартира Завершено / Построено 1991
La Muralla Roja Calpe, Аликанте, Испания Жилая Завершено / Построено 1973
Район Гауди Реус, Таррагона, Испания Жилой, Социальный Завершено / Построено 1968
Walden-7 Sant Just Desvern (Барселона), Испания Жилой, Социальный Завершено / Построено 1975
Полумесяц Савоны Савона, Италия Жилая Завершено / Построено 2000
14-я Международная выставка - Венецианская биеннале Венеция, Италия Завершено / Построено 2014
Лафон дом Марракеш, Марокко Частный сектор, Жилая Завершено / Построено 1983
Город в космосе Мадрид, Испания Жилая Проект / Конкурс 1970
Funchalcentrum Остров Мадейра, Португалия Розничное и смешанное использование Завершено / Построено 2000
Aoyama Palacio Токио, Япония Офис и штаб-квартира, Жилой, Розничный и Смешанный секторы Завершено / Построено 1999
Мадридский конгресс-центр Мадрид, Испания Общественные здания Завершено / Построено 1992
Семейный дом Mont-ras, Жирона, Испания Частный сектор, Жилая Завершено / Построено 1973
77 Вест Вакер Драйв Чикаго, Иллинойс, США Офис и штаб-квартира, Башни Завершено / Построено 1992
Отель W Барселона Барселона, Испания Гостиницы и курорты, Башни Завершено / Построено 2009
Культурный центр Мигеля Делиба Вальядолид, Испания Общественные здания Завершено / Построено 2007
Публичная библиотека «L’Ourse» Динар, Франция Общественные здания Завершено / Построено 2013
Музей королевских коллекций Мадрид, Испания Общественные здания Проект / Конкурс 1999
Олимпийский бассейн Монпелье, Франция Общественные здания Завершено / Построено 1996
Терминал 2 аэропорта Барселоны Барселона, Испания Транспортная инфраструктура Завершено / Построено 1991
Башня Савона Савона, Италия Жилой, Башни Завершено / Построено 2007
Район Антигона Монпелье, Франция Градостроительство Завершено / Построено 1999
Штаб-квартира Parfums Christian Dior Париж, Франция Офис и штаб-квартира Завершено / Построено 1991
United Arrows Главный магазин Харадзюку Токио, Япония Розничное и смешанное использование Завершено / Построено 1992
Новый аэропорт Циндао Jiaozhou, Циндао, Китай Транспортная инфраструктура Проект / Конкурс 2013
Xanadú Аликанте, Испания Жилая Завершено / Построено 1971
Главный офис Parfum Rochas Париж, Франция Офис и штаб-квартира Завершено / Построено 1989
Порт Ювенал Antigone, Монпелье, Франция Жилой, Социальный Завершено / Построено 1989
La Place du Nombre d’Or Antigone, Монпелье, Франция Жилой, Социальный Завершено / Построено 1985
Economia Newsroom Прага, Чехия Промышленная реабилитация, офис и штаб-квартира Завершено / Построено 2013
Объединенный город Даллас, Техас, США Градостроительство Проект / Конкурс 2013
Hôtel de Région Languedoc Roussillon Antigone, Монпелье, Франция Общественные здания Завершено / Построено 1989
LaZona Kawasaki Plaza Кавасаки, Япония Розничное и смешанное использование Завершено / Построено 2006
Развязка Сарагоса-Делисиас Сарагоса, Испания Транспортная инфраструктура Проект / Конкурс 1999
Фитохимические лаборатории Ллика-де-Валль, Испания Офис и штаб-квартира Завершено / Построено 1967
Эль-Анфитеатро Кальпе, Испания Жилая Завершено / Построено 1983
Les Temples du Lac Сен-Кантен-ан-Ивелин, Франция Жилой, Социальный Завершено / Построено 1986
Национальный театр Каталонии Барселона, Испания Общественные здания Завершено / Построено 1997
Замок Кафки Жилой дом Сант Пере де Рибес (Барселона), Испания Жилая Завершено / Построено 1968
Святилище Меритксель Андорра Общественные здания Завершено / Построено 1978
Виллы на Ла Манзанера Calpe, Аликанте, Испания Жилая Завершено / Построено 1982
Plexus Calpe, Аликанте, Испания Жилая Завершено / Построено 1966
INEFC (Институт физического воспитания Каталонии) Барселона, Испания Общественные здания Завершено / Построено 1990
Les Espaces d’Abraxas Новый город Марн-ла-Валле, Парижский регион, Франция Жилой, Социальный Завершено / Построено 1982
Апартаменты Эль Саргазо Castelldefels, Барселона, Испания Жилой, Социальный Завершено / Построено 1964
Les Echelles du Baroque Париж, Франция Жилой, Социальный, Градостроительный Завершено / Построено 1986
Ла Порт Люксембург Офис и штаб-квартира, Башни Завершено / Построено 2006
Корсо II Карлин Прага, Чехия Офис и штаб-квартира Завершено / Построено 2004
BNP Banque Paribas Париж, Франция Офис и штаб-квартира Завершено / Построено 1997
Баха 4-квартирный дом Барселона, Испания Жилая Завершено / Построено 1965
Баха 28 многоквартирный дом Барселона, Испания Жилая Завершено / Построено 1965
Casablanca Twin Center Касабланка, Марокко Офис и штаб-квартира, Розничная торговля и смешанное использование, Башни Завершено / Построено 1998
Центр Дирборн Чикаго, Иллинойс, США Офис и штаб-квартира, Башни Завершено / Построено 2003
Моншиплейн Гаага, Голландия Жилой, Градостроительный Завершено / Построено 2003
SPI Fiumicino Рим, Италия Градостроительство Проект / Конкурс 1999
Les Arcades du Lac.Le Viaduc Saint-Quentin-En-Yvelines, Париж. Франция Жилой, Социальный Завершено / Построено 1982
L’Arsenal Auditorium Мец, Франция Промышленная реабилитация, Общественные здания Завершено / Построено 1989
Штаб-квартира Cartier Париж, Франция Офис и штаб-квартира Завершено / Построено 2002
Club Mas Pey Сан-Фелиу-де-Гишольс, Испания Розничное и смешанное использование Завершено / Построено 1967
Винные погреба Шато Лафит-Ротшильд Pauillac, Бордо, Франция Офис и штаб-квартира, розничная торговля и смешанное использование Завершено / Построено 1988
Атриум Салдана Лиссабон, Португалия Розничное и смешанное использование Завершено / Построено 1998
Дом на одну семью на Ибице Ибица, Испания Частный сектор, Жилая Завершено / Построено 1960
Manzanares Park Мадрид, Испания Парки и сады Завершено / Построено 2003
Жилой дом Никарагуа Барселона, Испания Жилая Завершено / Построено 1965

Рикардо Бофилл Леви - Рикардо Бофилл Таллер де Аркитектура

Для меня самое главное в архитектуре - это организация пространства.Возвращение к безумию истоков, к унаследованной с детства жажде космоса, мукам клаустрофобии. И все же мне пришлось освоить это пространство, придать ему структуру, форму. Я должен был научиться воспринимать, наблюдать и придавать природе геометрическую форму; путешествие по истории. Я обнаружил, что для того, чтобы выйти за пределы первоначального всплеска энергии и развить неадекватность и безумие исходной ценности, необходимо владение настоящим языком; концепция, не лишенная двусмысленности.

Что нас всех в конечном итоге разделяет, так это наш подход к космосу.Пространство, бесконечность, которая нас окружает и которую можно осознать только по линиям. Горизонт, обрыв и да, даже дизайн дома придает форму пространству. Пространство, как мы его видим: как взаимодействие твердой материи и пустоты.

Архитектура - это победа человека над иррациональным: построение привычного, домашнего, человеческого пространства. Вся история архитектуры, будь то рассказанная через золотое сечение или самые сложные вычисления пропорций, в конечном итоге сводится к не более чем экстравагантной мечте придать нашей окружающей среде обнадеживающий вид гармоничной фигуры.

До появления международной архитектуры, которая стерла различия и особенности, эти две концепции имели географически свое собственное окружение. Сила света - на берегу Средиземного моря нескольких сантиметров рельефа на фасаде достаточно, чтобы создать проецируемую тень, которая преображает весь фасад, разделяя солнце и тень. Затем пространство обретает все свое измерение, принимает конкретную форму, немедленно и впечатляюще вознаграждая архитектора, который пытается его вылепить.

В Стокгольме или Брюсселе свет не раскрывает контраст настолько резко, чтобы объемы развернулись на наших глазах во всей своей глубине. Выравнивание колонн или арок трудно отделить, чтобы создать оживленный рельеф. Полуколонна, пилястра, прикрепленная к фасаду, - всего лишь один элемент ритма, который придает форму материалу, не давая жизни окружающей его пустоте.

Архитектура севера и архитектура юга: пространство, композиция, гармония, город, как организованная ткань на фоне силуэта, горизонта, объёма и торжества технологий: различие, каким бы схематическим оно ни было, всегда должно проводиться.

История архитектуры показывает нам, что исход борьбы между этими двумя подходами к архитектуре не обязательно идет в ущерб пространству.

Таким образом, определять архитектуру как организацию пространства - значит отличать ее от простого строительства. Конечные цели могут, в конце концов, оказаться диаметрально противоположными. Когда он строит убежище, человеку угрожает природа. Он защищает себя от холодного ветра, айна или диких животных. Он слабый, защищающийся.Когда он воздвигает камень, чтобы сделать гробницу, когда он планирует храм, когда он планирует храм для богов по образу человека, у него больше не конфликтные отношения с природой, а скорее отношения вызова. Он больше не противостоит, но наблюдает за природой, чтобы преобразовать ее, переделать по своему собственному образу.

Архитектор довольствуется геометризацией природы, выражением скрытого порядка вещей. Творение должно вернуться к своему источнику, и это основная задача нашего творения: превзойти природу, дать ей порядок, чтобы бросить вызов времени, случайности и смерти.

Хотя архитектура неразрывно связана с соблюдением неизменных законов природы, она не в меньшей степени является формой культуры. Таким образом, он имеет историческое измерение.

Как любой язык, архитектура должна постоянно пополнять свой словарный запас, создавать новые формы, позволяя своей грамматике развиваться. Он рассматривает сложность как живой орган. Затем архитектура должна быть обновлена, изменена для каждого динамика.

Стиль архитектора действительно является результатом как местной черты, так и личного отпечатка.

В центре внимания: Рикардо Бофилл | ArchDaily

В центре внимания: Рикардо Бофилл

Фабрика. Изображение © Рикардо Бофилл ПоделитьсяПоделиться
  • Facebook

  • Twitter

  • Pinterest

  • Whatsapp

  • Mail. / 575361 / spotlight-ricardo-bofill

    Рикардо Бофилл (родился 5 декабря 1939 г.), выпускник Школы архитектуры Барселонского университета и Школы Женевы, а также основатель междисциплинарной фирмы Taller de Arquitectura, известен своими обширными научными работами. работа и постоянно меняющийся эстетический дизайн.Его карьера насчитывает более 50 лет и включает более 1000 зданий в разных городах от Лиссабона и Бостона до Токио и Санкт-Петербурга. Его архитектурный подход развивался на протяжении десятилетий и проник в десятки стран по всему миру.

    + 16

    © Пользователь Flickr davido с лицензией CC BY-NC-ND 2.0

    Бофилл был воспитан в богатой каталонской семье отцом-подрядчиком-строителем и матерью-домохозяйкой. В молодости Бофилл отправился в Андалусию, где был очарован местной архитектурой Испании.Он достиг совершеннолетия во время правления испанского диктатора Франсиско Франко и пополнил ряды марксистских активистов, что привело к его исключению из университета в Барселоне. Он бежал из Испании в Женеву, где продолжил свое образование, в конечном итоге начав свою карьеру, путешествуя и работая по Европе.

    La Muralla Roja. Изображение © Рикардо Бофилл

    В 1963 году Бофилл собрал команду архитекторов, инженеров, философов, проектировщиков, писателей, социологов и кинематографистов, которые позже стали известны как Taller de Arquitectura.Практика, основанная на Барселоне, зарекомендовала себя с использованием традиционных каталонских методов строительства в сочетании с современными концепциями строительства и методологиями планирования. С тех пор фирма руководила проектами, включая строительство нового терминала в аэропорту Барселоны, реконструкцию Люксембургской площади Европы и знаменитое преобразование заброшенного цементного завода в централизованные офисы для Taller de Arquitectura.

    Xanadú. Изображение © Рикардо Бофилл

    Работы Бофилла в 1960-е годы характеризовались яркими красками и прямолинейными массами вдоль восточного побережья Испании, как показано на картине Ла Муралья Роха.Десять лет спустя его работа над святилищем Мариткселл продемонстрировала серьезный сдвиг в его эстетике с введением изгибов и сводчатых потолков. Бофилл обратился к стеклу и стали в 2010 году при строительстве отеля W Barcelona, ​​что стало еще одним серьезным прогрессом в его податливой архитектурной чувствительности. Его практика продолжает процветать после недавнего открытия пражского здания Economia Building, и многие другие находятся в стадии разработки.

    Здание Экономии. Изображение © Филип Шлапал

    Проверьте все завершенные работы Рикардо Бофилла, представленные на ArchDaily , с помощью эскизов ниже, а также более подробную информацию о его работах по ссылкам ниже:

    + 16

    Рикардо Бофилл: «Почему Исторические города красивее современных? "

    Утопическая мечта остановилась: Постмодернистский парижский жилой комплекс Рикардо Бофилла в Нуази-ле-Гран

    В резиденции: Рикардо Бофилл

    Красная стена Рикардо Бофилла через призму Грегори Сиверы

    Красная стена за последней музыкой Мартина Сольвейга

    Откройте для себя сюрреалистическую архитектуру постмодернистов Рикардо Бофилла

    В 1957 году Рикардо Бофилл был исключен из Барселонской школы архитектуры.В 2019 году выходит монография о его жизни и творчестве - Ricardo Bofill: Visions of Architecture (69 долларов, Gestalten). Между тем произошла успешная карьера, в течение которой он создавал монументальные архитектурные произведения. Бофилл основал свою собственную архитектурную практику в 1963 году, когда ему было всего 23 года, работая с группой интеллектуалов, чьи специальности варьировались от архитектуры до кинопроизводства и философии. Эта междисциплинарная группа исследовала не только архитектурные стили того времени, но и социальные движения - это побудило Бофилла и его фирму заняться масштабными проектами социального жилья во Франции, благодаря которым они сегодня наиболее известны.«[Эти] они шокировали и внушили страх публике и профессии своим использованием в высшей степени монументального классического языка в невиданных ранее масштабах», - пишет Дуглас Мерфи в одном из эссе книги. Здесь мы рассмотрим некоторые из наших любимых проектов из тома, в том числе ряд этих радикальных структур.

    Les Colonnes de Saint-Christophe, построенный в 1985 году в Сержи-Понтуаз, Франция, является одним из пяти «городов-садов» Бофиля, еще одним жилым комплексом.

    Фото: Грегори Сивера / Предоставлено Рикардо Бофиллом Таллер де Аркитектура, Рикардо Бофилл, Гештальтен, 2019 г.

    Внушительный жилой комплекс с высокой плотностью застройки Les Espaces D’Abraxas в Марн-ла-Валле, Франция, отличается как классическими, так и постмодернистскими элементами.Построен в 1982 году.

    Фото: любезно предоставлено Рикардо Бофиллом Таллер де Аркитектура, Рикардо Бофилл, Гештальтен, 2019

    Бофилл построил этот жилой комплекс в стиле мавританской крепости под названием La Muralla Roja в Аликанте, Испания, в 1973 году.

    Фото: любезно предоставлено Рикардо Бофиллом Таллер де Аркитектура, Рикардо Бофилл, Гештальтен, 2019

    На другом виде Ла Муралья Роха видны зубцы вдоль внешнего прохода.

    Фото: Сальва Лопес / любезно предоставлено Рикардо Бофиллом Таллер де Арквитектура, Рикардо Бофилл, Гештальтен, 2019

    Эта лестница в Ла Муралья Роха имеет сходство с М.Знаменитые рисунки К. Эшера.

    Фото: Грегори Чивера / Предоставлено Рикардо Бофиллом Таллер де Аркитектура, Рикардо Бофилл, Гештальтен, 2019 г.

    Жилой комплекс Walden 7, построенный в 1975 г. в Сант-Жуст-Десверн, Испания, называется kasbah, , что в переводе с арабского означает цитадель. . Бофилл был вдохновлен его путешествиями по Алжиру.

    Фото: Сальва Лопес для Monocle // Предоставлено Рикардо Бофиллом Таллер де Арквитектура, Рикардо Бофилл, Гештальтен, 2019

    Штаб-квартира Рикардо Бофилла Таллер де Арквитектура, называемая Ла Фабрика, расположена на бывшем заброшенном бетонном заводе в Сант Жуст Десверн, Испания .Бофилл перенес свою практику в космос в 1975 году, превратив его в сооружение, похожее на футуристические руины.

    Фото: Сальва Лопес / любезно предоставлено Рикардо Бофиллом Таллер де Аркитектура, Рикардо Бофилл, Гештальтен, 2019

    Рикардо Бофилл: Видения архитектуры

    Предоставлено Рикардо Бофиллом Таллер де Аркитектура, Рикардо Бофилл, Гештальтен, 2019

    Рикардо Бофилл - Испанская культура

    Рикардо Бофилл: История жизни

    Один из самых важных архитекторов и урбанистов в мире современного дизайна, Рикардо Бофилл стоит в авангарде создание практических планов города.Бофилл родился в Барселоне в 1939 году. Он учился в Instituto Francés, а затем в период с 1955 по 1956 год поступил в Escuela Superior de Arquitectura в Барселоне. Однако его пребывание было прервано, поскольку он был исключен за участие в коммунистической политической группе. Это не помешало профессиональному развитию Рикардо Бофилла, и в течение года он отправился в Швейцарию, чтобы учиться в Женевской школе архитектуры в период с 1957 по 1960 год.

    Вернувшись в Барселону тремя годами позже, Рикардо Бофилл основал свою Taller de Arquitectura («Архитектурная мастерская»). .Вместе с группой коллег-архитекторов, урбанистов, инженеров и представителей всех областей мира искусства его план для Taller состоял в том, чтобы проанализировать проблемы в городских пространствах и найти способы их улучшения.

    С момента открытия своего первого офиса в 1963 году Рикардо Бофилл набирает силу, открывая офисы в Париже и Нью-Йорке, а также в Барселоне. Он также написал множество книг по различным аспектам архитектуры, космоса и урбанизма. Bofill's Taller de Arquitectura сегодня продолжает возрождать и создавать планы городов и здания.Они также прославились тем, что спроектировали штаб-квартиры некоторых из самых известных в мире компаний, от Shiseido и Christian Dior до Cartier и Axa.

    Рикардо Бофилл: Архитектурный стиль

    Архитектурный стиль Рикардо Бофилла имеет тенденцию вызывать эклектичные темы постмодерна.

    В дополнение к использованию современных материалов, таких как стекло и сталь, Bofill напоминает о более классических архитектурных стилях и объединяет их воедино. Во многих его работах используются колонны, арки и орнаментированные фасады, поддерживаемые смелыми структурами и чистыми линиями, которые намекают на что-то почти футуристическое.Рикардо Бофилл стремится найти хороший баланс между этими стилями, чтобы создавать памятные и уникальные здания.

    Ricardo Bofill: Famous Works

    • Офисы Rochas, Париж, Франция (1986-1987)
    • Штаб-квартира Christian Dior, Париж, Франция (1989-1992)
    • Национальный театр Каталонии, Барселона, Испания (1986) -1996)
    • Palacio Municipal de Congresos, Мадрид, Испания (1993)
    • Удлинение Пасео-де-ла-Кастельяна, Мадрид, Испания (1997)
    • Главный офис Cartier, Париж, Франция (1998)
    • Головной офис AXA, Париж, Франция (1998)
    • Центр Торре Дирборн, Чикаго, США (1998)
    • Город будущего, Кавасаки, Япония (2001)
    • Здание Shiseido , Токио, Япония (2001)
    • Алжир, новая столица Аргелии, Северная Африка (2002)

    Романтическая архитектура Рикардо Бофилла описана в новой книге

    Артистизм романтической архитектуры Рикардо Бофилла продемонстрирован в новой книге

    Новая книга под названием Ricardo Bofill: Visions of Architecture , изданная Gestalten, выделяет в технике цвета лучшие хиты испанского архитектора

    Испанский архитектор Рикардо Бофилл известен многим по двум причинам; обширный жилой комплекс в неоклассическом стиле, Les Espaces d'Abraxas, в новом городе Марн-ла-Валле, к востоку от Парижа, и La Fábrica, монументальный бывший бетонный завод в Барселоне, где проживают семья Бофилл и Рикардо Бофилл Таллер de Arquitectura.Они представляют две стороны 56-летней карьеры Бофилла, объединенные общим интересом к серьезности и масштабу, памяти и патине, но совершенно разные в их критическом восприятии и повседневном использовании.

    Ricardo Bofill: Visions of Architecture - типично грандиозная презентация лучших хитов студии. «Видения» - правильное слово, поскольку, возможно, больше, чем любой другой архитектор его поколения, Бофилл верит в силу композиции. Как свидетельствуют впечатляющие фотографии повсюду, каждый вид представляет собой тщательно подобранную картину формы и цвета; видение архитектора всеобъемлющее.

    La Fábrica, заброшенный бетонный завод на окраине Барселоны, стал манифестом, определяющим карьеру Бофилла, и домом для его студии и семьи. Фотография: Грегори Чивера

    Эссе, предшествующие книге, дают некоторое представление о высоких идеалах, витающих вокруг Taller de Arquitectura: «К манифесту свободы», «Последние мечтатели современности», «Мечты и манифесты: архитектурное видение». И действительно, работы внутри представляют собой розовую утопию острых форм и четко очерченных теней, ярких средиземноморских цветов, зеленых балконов и залитых солнцем террас.

    Бофилл - романтик, и его работы воплощают мистическую геометрию Джорджо де Кирико, яркую палитру Луиса Баррагана и тщательно контролируемые перспективы Пиранези. Однако в конечном итоге художник за работой - это сам Бофилл.

    Двухстраничный разворот из книги, изданной Гештальтеном.

    Теплота и сложность квартир-студий в Барселоне 1960-х годов заслуженно претендуют на то, чтобы быть истинными наследниками роскоши оригинальных модернистских зданий.Однако есть что-то более предписывающее и ограничивающее в работах, которые последовали в 1970-х и 80-х годах, особенно в чрезмерно масштабных жилых блоках, которые имеют тенденцию сокрушать человеческий масштаб своей раздутой классической детализацией. Подозрительно и использование пространства - масса для него и его семьи, но крошечные квартиры для всех, кому не посчастливилось жить на уровне пентхауса или приобрести заброшенный цементный завод.

    По общему признанию, студия уделяет гораздо больше внимания общественному пространству, с внутренними дворами и террасами, растянувшимися на многих уровнях, чтобы лучше обслуживать эти восхитительные виды.Такой подход работает лучше в солнечной Барселоне, чем в продуваемых ветрами пригородах Парижа.

    Руины вдохновили Бофилла на его концепцию того, во что превратится La Fábrica со временем. Фотография: Кристина Авдеева

    Бофиллу в этом году исполняется 80 лет, и последние работы Taller еще больше приблизились к повсеместным высоким технологиям, которые определяют почти каждый современный аэропорт, штаб-квартиру или стадион. Даже в талантливых руках Бофилла стекло и сталь не могут приобрести тот авторитет, который он придает рендерингу, камню и бетону.

    В частности, сильные народные влияния - классические, мавританские и средиземноморские - которые пронизывают самые известные здания Бофилла, с трудом находят отражение в этих корпоративных монолитах. Безусловно, здесь есть гибкость и разнообразие, но в конечном итоге таланты Рикардо Бофилла заключаются в композиции и создании памяти - двух элементах, которые хорошо представлены в этом красивом сборнике. Статья

    .

    Рикардо Бофилл: За гранью брутализма | SSENSE

    Архитектура - это тонкая лакмусовая бумажка для мышления в масштабе общества.Новые постройки, ремонт, снос - для любого культового здания всегда редактируется история. Рикардо Бофилл основал Taller de Arquitectura (Архитектурная мастерская) в 1963 году. Начав с радикального подхода, который расширял и объединял дисциплины, он искал основные формальные принципы в рамках европейских традиций и за их пределами. The Taller приобрел мировую известность в момент прорыва постмодернизма в 1970-х и 80-х годах, создав некоторые из крупнейших разработок во Франции - опус в стиле барокко из бетона.Но это всего лишь один момент в более длинной траектории от сырцового кирпича до стали и стекла, где социалистическое утопическое жилье и корпоративная роскошь описывают танец между стилями, который держится на ногах более полувека.

    Сейчас мы находимся в особом моменте, когда мы наблюдаем сдвиг в эволюционирующем представлении о том, что может значить здание. Этот флюс свидетельствует о пластичности цемента. Abraxas Бофилла, внушительный проект государственного жилья на 610 квартир в пригороде Парижа, является одной из его самых знаковых работ на сегодняшний день.Он прошел через весь спектр общественного мнения - от великого праздника до разрушения, которого едва удалось избежать. Абраксас - это архитектурная достопримечательность, вошедшая в массовую культуру, особенно в качестве съемочной площадки для Бразилия Терри Гиллиама в 1985 году и Голодных игр в 2014 году. Это фундаментально эмоциональная сущность, которая продолжает вдохновлять. Это место для повторной надписи.

    За день до встречи с Бофиллом в Барселоне я совершил в обратном хронологическом порядке экскурсию по трем его зданиям.Начиная от отеля W, нового стеклянного монолита на абсолютной набережной, переходим к Национальному театру, элегантному эху Парфенона, а затем к Баху 4, сравнительно скромному жилому дому, в котором изысканные детали подчеркивают строгий фасад.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *